— Что, чешется? — поцеловала её в висок. — Это у тебя золотой зубик растёт… М-м, как же ты вкусно пахнешь, гномик… А чем у нас Илья занимался?
Опустила Соню на пол, сменила обувь, переоделась, прошла в гостиную и поискала светлоголовую макушку. Та выглядывала из-за подлокотника кресла.
— Ага… Он у нас опять невидимка? — игриво начала я. — Но это не спасёт его, когда пойдёт в садик.
— А я не пойду! Там нет человеков-пауков, — послышался тонкий голосок брата, любителя марвеловских комиксов. Это у него от меня: обожаю триллеры, шпионские страсти и супергероев.
— Мне звонила заведующая и сказала, что к лету два места точно освободятся. Так что…
— Мне нлавится, когда ты с нами, а не Лалиса… — перебила меня Соня и обняла за бедро.
— Гномик, я же не могу оставлять вас на весь день одних. Кто же вас покормит? — снова подняла малышку на руки и потёрлась о её бархатистую щёчку носом.
— А мы сегодня червяков ели, — выскочил из-за кресла Илья и, имитируя лошадку, подскакал ко мне.
— Это каких же? — шутливо округлила глаза я.
— Лалиса нам из моклых блинов делала, — засмеялась Соня, радуясь, что смогли меня удивить.
— А мне оставили червячков? — пощекотала обоих, и мы пошли на кухню искать волнистые полоски из блинного теста, которые часто делала няня, когда ничем не могла накормить моих непосед.
Малыши всегда радовались, когда я возвращалась. Кормили меня, наносили игрушек в гостиную, чтобы поиграть вместе. Сияние их глаз, неподдельная нежность и трепетные объятия, смех, писк и болтовня оживляли. Мы ужинали, я проверяла их задания, обязательной программой было разучить новый короткий стишок, а потом или читали сказки, или усаживались в одно большое кресло и смотрели какой-нибудь фантастический мультфильм.
Чаще всего малыши засыпали у меня на руках. Я по очереди относила их в спальню, потом долго сидела между кроватками и разглядывала крохотных сопелок. Какие уж тут корпоративы и застолья, когда мои детки сидят дома из-за того, что нам никак не выделят места в детском саду, а я вынуждена нанимать пожилую соседку в качестве няни и работать даже дома, чтобы всех нас содержать. Тётка Лариса – женщина порядочная, добрая, но скупая на эмоции и молчаливая, да и здоровьем слаба – лишний раз никуда моих сорванцов не выведет. А Соне и Илье не хватает тепла, общения и активных развлечений.
Конечно, очень хотелось, чтобы у нас появился кто-то надёжный и сильный, чтобы иногда опираться на него, ведь часто не хватало сил, чтобы просто отвести малышей в зоопарк или развлекательный центр. На себя у меня давно нет времени. И тогда единственная утешительница – моя подушка. Но и слезы я позволяла себе нечасто. Слишком трудно выплывать из уныния, а надо быть сильной или хотя бы выглядеть таковой. Малышам нужно чувствовать себя в безопасности и уверенности, чтобы не закрыться от мира, как я…
Илья ложился спать рано, поэтому в полдевятого сразу после мультфильма, получив порцию трогательных обнимашек, я уложила его, наконец, сняла линзы, надела обычные очки и ушла в гостиную гладить детское бельё. А Соня – сова, и, пока я гладила, она играла с куклой на полу у батареи, советуясь со мной, какое платье больше подойдёт Барби на свидание с дракошей.
Играя с Соней, я попутно обдумывала план работ в новом назначении. Но прийти к какому-то осмысленному пониманию своей роли в проекте, не до конца вникнув в задачи, было сложно. Поэтому решила оставить это до понедельника и включила телевизор. На киноканале только начался фильм «Война миров Z» – зомби-апокалипсис. Я не раз смотрела этот катастрофический фильм ужасов, и сейчас он как нельзя лучше отвлекал от лишних переживаний.
Пока на экране разворачивались события, мне почему-то вспомнился Макс. Может, бородатый Брэд Пит напомнил, а может, запала в душу та короткая поездка с симпатичным мужчиной с низким голосом, от которого вибрировало в груди.
Засмотревшись, как зомби с выпученными белыми глазными яблоками несутся на Брэда, я прижала к животу стопку отглаженного белья, села на край кресла и мечтательно улыбнулась: «Вот бы встретиться с ним ещё раз, и чтобы он был свободен… Может, я понравилась бы ему…»
Глава 4
Уткнувшись носом в футболку Сони, я на секунду прикрыла глаза и глубоко вдохнула. Родной запах малышки и «свежесть альпийских гор» погрузили в тоскливо-романтическое настроение. Хотелось не быть одной, и, чтобы тот, кто окажется рядом, полюбил моих малышей так же, как я…
— Мы были бы счастливы… — проронила с тоской, а на вдохе чуть не задохнулась, потому что воздух неожиданно стал ледяным.
Внезапно невидимой волной меня отбросило к спинке кресла… Я растерянно заморгала. Глаза стали искать опору для тела, потому что я перестала ощущать сиденье под собой, видеть стены, потолок и понимать, почему не могу шевельнуться… Только с экрана телевизора кто-то истошно кричал…
Потом всё разом проявилось. Стены комнаты стали раздвигаться и менять цвет, воздух показался не то густым, наполненным чужим, неизвестным запахом, не то душным и тяжёлым. В груди защемило от волнения, и заложило уши.
В голове будто тысяча гонгов зазвенело, язык стянула горечь. Сердце бешено заколотилось, но взгляд замер на какой-то пылинке, как в замедленной съёмке, плывущей в воздухе.
И вдруг раздался возмущённый голос:
— Лиза, ты что сидишь?! Мы опаздываем! Ты не видела мои часы? Опять куда-то запропастились!
«Кто это?!» — потрясённо подумала, и с трудом сглотнув, повернула голову на звук.
В гостиную вошёл незнакомый мужчина: высокий, крепкий, темноволосый, с густой бородой и роскошной шевелюрой. Стального цвета пиджак по фигуре, светло-сиреневая рубашка и чёткие стрелки на брюках – совершенство в идеальной упаковке. Я медленно перевела взгляд на пол и увидела его туфли: новёхонькие, начищенные до блеска, с идеальной шнуровкой.
Всё, что чувствовала до этого момента, вытеснила единственная мысль: «Как он дорого одет!»
Мужчина прошёл к большому комоду, затем к журнальному столику, вытряс газеты из корзины под ним и снова спросил:
— Что ты молчишь, Лиза?
Медленно проследила взглядом за передвижением незнакомца и, пока тот перебирал что-то в руках, с немыслимым удивлением отметила, что мне незнакома мебель, стоящая в комнате.
Губы невольно разомкнулись, и я стала озираться с открытым ртом как зачарованная, не узнавая свою гостиную: «Откуда все эти вещи? Это не мой дом!..»
И вдруг мужчина резко остановился передо мной и недоумённо прищурился.
— Лиза, ты ещё не готова?! Я же видел, как ты одевалась… Во что ты одета?! А что с твоими волосами и лицом?
Похоже, он был шокирован не меньше меня. И зол.
Я впервые взглянула ему в глаза. И вдруг поняла, что знаю его. Онемев от удивления, вжалась в спинку кресла.
Это был Макс!
— Лиза! — недовольно окликнул тот и чуть склонился ко мне.
Воздух колыхнулся у лица, я почувствовала аромат его одеколона и ещё чего-то приятного – съедобного, что даже перехватило дыхание, а в животе тоскливо заурчало. Блинчики в виде червячков были не слишком сытными. «И… кажется, я их ела с кем-то ещё… Тут ещё кто-то есть?»
Смятенно подняв глаза на Макса, я замерла: до чего же он хорош!
— Ты ужасно выглядишь! И похоже, издеваешься надо мной? — с ещё большим недовольством произнёс он.
— Максим, что вы здесь делаете? — проговорила еле слышно и нервно усмехнулась.
Тот выпрямился и хмуро заключил:
— Издеваешься. Я понимаю, что тебе не хочется ехать к Раевским, ты терпеть их не можешь. Да, они зануды и сплетники, но это мои партнёры. Мы тысячу раз обсуждали это и вроде бы договорились?
— Да что происходит?! — выдохнула я, всё больше впечатывая спину в кресло.
— Ты снова выпила? — ещё ниже склонился Макс, и его ноздри вздрогнули, как если бы он принюхивался.
Я снова огляделась, сжала сиденье пальцами, опустила голову и, увидев свои джинсы, натянувшиеся на коленях, завязанные узлом полы рубашки на талии, окончательно убедилась, что это не галлюцинации, но нечто такое, о чём и представить себе не могу.
— Я не пью, — проронила тихо, обиженно.
— С каких пор? — хмыкнул тот.
«Почему он на меня кричит?! Я ничего ему не сделала. Мы даже не знакомы толком!» — зашевелились возмущённые мысли, и я выпрямилась в кресле.
— Так, Лиза, хватит с меня твоих истерик! — твёрдо бросил Макс и отвернулся к выходу из гостиной. — Пока ищу часы, ты живо приводишь себя в порядок! И знать ничего не хочу!
Он посмотрел на электронные часы на полке и недовольно покачал головой.
— Чёрт, в салон уже заехать не успеем. И что ты только сделала со своей головой?!
Непроизвольно я ощупала макушку онемевшими пальцами. На голове были волосы. А что ещё там должно было быть?!
Макс вышел раздражённый. А я почему-то сипло захихикала, но продолжала сидеть и озираться. «Что со мной происходит? И ладно бы была пьяна, но я алкоголь в рот не брала с похорон. И кто этот мужчина? Почему он называет меня Лизой? Хотя… в машине я сама так ему представилась… Но откуда всё это – мебель… шторы… белый ковёр… камин?! Я же не схожу с ума?..»
Я твёрдо покачала головой, дрожащими ладонями умыла лицо, ощупала плечи, грудь, живот и резко поднялась.
Ничего не произошло, кроме того, что в затылке немного зазвенело. Я стояла на белом ковре в центре большой гостиной в совершенно незнакомом доме, среди незнакомых вещей, и где-то рядом слышалось недовольное бурчание едва знакомого мужчины.
«Я не сумасшедшая! — убеждала себя, щипая предплечья. — Я же чувствую запах, тепло, ковёр под ногами, слышу голос… Где я?!»
И вдруг пришла ясная твёрдая мысль, которая объясняла всё: «Это сон! Когда сон, как реальность… Мне часто снятся такие… Но этот до мурашек реальный…»
Я обвела нёбо языком, сглотнула, будто пробуя на вкус эту реальность, и медленно обошла комнату. Заглянула во все углы, и тут взгляд остановился на зеркале над камином. Моё собственное отражение смотрело на меня изумлёнными глазами.
Я была в той же одежде, в которую переоделась, придя с работы. И всё же что-то не давало покоя. То, что на мне не было очков, которые надела перед глажкой белья, – это одно, но то, что всё окружающее я прекрасно видела и точно без линз, – удивило.
— Ну точно сон! — выдохнула я.
— Ты одеваешься или нет? — строго спросил Макс из холла.
Я отвлеклась от зеркала и оглянулась. «Кто этот мужчина? — всё же задавалось вопросом сознание. И вперемешку с тревогой и теперь уже неуёмным любопытством я хотела найти ответ. — Даже если это не сон, а сумасшествие, то сопротивление бесполезно. А если сон… то о-очень любопытный!.. Кажется, он куда-то меня звал? Я должна одеться? Значит, здесь должен быть, по-видимому, мой гардероб…»
Я повернулась к широкому арочному выходу из гостиной и почти вышла, как взгляд зацепился за маленькую рамку с фотографией, стоящей у самого выхода на стеклянной полке. На ней была девушка в ярком цветастом платье и мужчина. Они сидели на качелях и обнимались. Лица их светились счастьем и любовью. С изумлением поняла, что девушка на фотографии – я, а мужчина – Макс.
Я взяла рамку, прижала к груди и тряхнула головой. «Так… без паники… Я точно сплю! Ничего страшного не происходит. Зомби не колотят в дверь… И Макс, хоть и раздражён, но не опасен… Только мороз по коже… Закурить бы…»
Едва подавив дрожь, я зажала губы ладонью и, стараясь дышать ровно, переключилась на другие снимки.
Неожиданно раздался громкий звонок телефона. Не моего. Айфона. Я выронила рамку, испугавшись, что трель может кого-то разбудить. Но сама не поняла, почему подумала об этом, и осторожно выглянула из арки.
Макс по-прежнему стоял в холле у высокого зеркала и надевал на запястье, вероятно, найденные часы и одновременно говорил в трубку, зажатую между ухом и плечом:
— Да, мы почти вышли… Извини, немного опаздываем…
— Новому главе IT-отдела простительно, — слышалось из трубки.
— И всё же извини, день рождения всё-таки…
— Да ничего, — посмеялся неизвестный. — Главное – приезжайте. Ты же знаешь мою Людмилу, она тоже не успевает собраться вовремя.
— Отлично! Моя тоже не успела навести порядок на голове, — ответил Макс и хмуро покосился на меня, а уже положив трубку, пробормотал: — Или в голове…
Я спряталась за арку и с досады прикусила губу: не слишком-то хорошо он отзывался обо мне. Даже какая-то резкость в тоне. «А ведь мы практически не знакомы! «Моя» – это же он обо мне? Интересно, что у нас с ним за отношения?..»
Бросив взгляд на самую большую фотографию, обомлела.
«Офигеть! Меня зовут Лиза, и я замужем за Максом! Ну ничего себе! — подумала, разглядывая себя в роскошном свадебном платье, которого у меня точно никогда не было, и ещё шире раскрыла рот, заметив на фото дату события: 29.02.2013. — Две тысячи тринадцатый?! Мы женаты шесть лет?!»
— У тебя что, приступ ностальгии? — проворчал Макс, заглядывая в гостиную. — Твоё счастье, успеешь сделать причёску…
Мельком покосившись на него, привстала на носочки и, как мышь, проскользнула мимо, да прямо в дверь справа от гостиной. Что было за ней – совершенно всё равно. Я была в таком восторженном недоумении, что хотела две абсолютно противоположные вещи: скрыться с глаз мужчины и, наверное, не просыпаться, чтобы узнать, чем закончится это невероятное явление.
Я уже не боялась. Мозг напрочь отказывался воспринимать ситуацию как реальную, меня не парализовало страхом, а только будоражили удивление и любопытство. И немного беспокоило ощущение, что в доме должен быть кто-то ещё, но кто и почему – не знала…
Комнатой за дверью оказалась спальня.
— Ух ты! — пискнула я, не ожидая увидеть такую роскошь.
Чистота и порядок потрясали. Почему-то в моём доме всегда всё разбросано по полу… будто у меня куча детей. «Когда же я успеваю так прибираться? — пришла глупая мысль. А следом и смущение, потому что, увидев широкую идеально застеленную кровать, представила на ней себя и Макса. — Офигеть, я шесть лет сплю с таким мужчиной!..»
Услышав шорох в коридоре, обратилась к зеркальному шкафу-купе. С нетерпением распахнула его и ахнула:
— Какой выбор!
Проведя ладонью по плечикам с женской одеждой, с завистью подумала: «Вот бы утянуть несколько вещей в мой шкаф… Где такое в реальности купишь? Интересно, а что я должна надеть? Макс говорил о дне рождения? Наверное, что-то типа этого…»
Протянула руку в самую глубь шкафа и достала плечики с потрясающим платьем из атласа стального цвета, как раз под костюм так называемого «мужа».
«Неужели оно и размера моего?» — прижав платье к плечам, разочарованно покачала головой. Оно действительно было моего размера.
— Я что, и здесь толстая? — поморщилась себе в отражение. — Нет, слишком откровенно и холодно…
Спину я никогда не оголяла: кожа слишком чувствительная и часто в красных пятнышках, будто в прыщиках.
Убрав откровенное платье назад, достала менее открытое, тоже весьма стильное, и стала переодеваться. И, пока втискивалась в трикотаж, не покидало смутное беспокойство, что в этом сне всё слишком детализировано. Никогда ещё не видела такого, чтобы всё напоминало цифровую запись, фиксирующую каждое мгновение, каждую мелочь, глоток воздуха, температуру… Но разобрать это подозрение не хватило времени: в комнату вошёл Макс. Я оторопела от смущения.
Платье было не застёгнуто: всё ещё пребывая в некоторой растерянности, я не сразу поняла, что выбрала наряд с пуговицами на спине, и теперь маялась, пытаясь достать каждую. Но Макса не интересовала моя оголённая спина, он равнодушно подошёл и ловко застегнул пуговки.
— Ты всегда мучаешься с этим платьем. Давно пора его выкинуть.
— Что я вам сделала, что вы так злитесь на меня?! — уже открыто возмутилась я.
— Я никогда не злюсь. Ты прекрасно знаешь, какое у меня терпение. Но судя по тому, что ты стала называть меня на «вы», у тебя действительно дурное настроение. Ты кого угодно из себя выведешь! — хмыкнул Макс и вышел.
«Я?! — обиженно дёрнула плечом. — Да когда бы я тебя успела вывести?»
Но всё это – сплошное недоразумение, и искать в нём логику бессмысленно. Лучше было бы проснуться, потому что мне не нравилось быть замужем за таким недовольным субъектом.
Я зажмурилась и сильно ущипнула себя за бедро. Но… ничего не изменилось. Ущипнула ещё раз – результат тот же, только поморщилась от боли. Будет синяк!
— Ну, окей! Посмотрим, чем закончится! — проворчала я и решительно накинула на плечи тонкий норковый полушубок. — Мой сон! Что хочу, то и делаю!
За туалетным столиком в углу быстро затянула волосы в высокий хвост, в воздух над собой прыснула неизвестного парфюма, оказавшегося довольно приятным, и, подкрасив губы блеском, покинула комнату.
Макс мрачно топтался у выхода. Он критично окинул меня с головы до ног, вздохнул, мол, «слава богу, дождался», и открыл дверь.
«Все-таки внешность у него харизматичная, но внутри – тот ещё тиран… А по первому впечатлению и не скажешь…»
В лифте мы тоже молчали. Макс стоял чуть впереди, и я украдкой разглядывала его спину, затылок. От него вкусно пахло, чистенький, красивый. А я давно так хорошо не выглядела. «Конечно, на мне норка за полмиллиона, — чуть не усмехнулась вслух. — И почему я не замужем за ним по-настоящему? Интересно, а у нас дети есть? И с ними он такой суровый? Или просто на работе устаёт?.. Вообще-то, на фото не видела… Но такое ощущение, что кого-то не хватает…» От забавных оправданий сна даже улыбнулась себе в зеркальную панель лифта, наконец, смирившись с явлением.
Мы спустились на подземную стоянку. Макс уверенно шёл впереди, активно печатая кому-то сообщение.
— Садись в машину, я сейчас, — чуть замедлив, сказал он.
Оглянулась на стоянку. Машин было много. В какую я должна была сесть? В реальности у него был чёрный БМВ. Поискала глазами – не нашла. Тогда начала импровизировать: протянула ладонь к «мужу», и мягко сказала:
— Давай ключи.
Макс неохотно оторвался от телефона и хмуро оглянулся.
— Я уже открыл. Иди…
И что я должна была делать? Я слышала писк сигнализации, когда выходили из лифта, но не успела рассмотреть, какая из машин мигнула фарами.
— Хочу включить музыку, — выдумала на ходу.
Макс молча, но не слишком довольно вынул ключ с брелоком сигнализации из кармана пальто и протянул мне. Я нетерпеливо выхватила его и повернулась к ряду машин. Нажав кнопку с замочком, увидела мигание фар слева, нажав повторно, смело двинулась к белому БМВ. Взявшись за ручку передней дверцы, услышала удивлённое хмыканье за спиной:
— Ты всегда ездишь на заднем сиденье, но, сегодня у тебя, видимо, особое настроение…
— На заднем?
«Хорошо, что не в багажнике… Нетушки! Я хочу видеть всё чётко и ясно. Вдруг мы живём в Петербурге, и пропустить всю красоту?..»
— Сегодня – на переднем! — осмелела я и забралась внутрь салона.
— Только потом не ной, что тебе страшно.
«Не ной?! Я что, ещё и нытик?» — скосила глаза к носу я и недовольно захлопнула дверцу.
«Уф, как удобно! — расплылась в улыбке, откинувшись на тёплое кожаное сиденье. — Всё-таки БМВ – шикарная машина!»
Я положила ключ на панель перед рулём и спрятала замёрзшие пальцы в рукава полушубка. Макс сел в машину, включил радио, и через минуту мы выехали со стоянки.
На волне «Европа Плюс» Адель проникновенно запела «Скайфолл». На часах мерцало синим 22:59. Дорога, фонари, машины – ничего особенного и интересного. Я растёрла ледяные пальцы и протянула их к вентиляционным решёткам. И снова увидела знакомый брелок на зеркале заднего вида – калейдоскоп.
«А-а, вот почему мне снится Макс! Зацепил калейдоскопчик!» — догадалась я и с улыбкой, кивая на игрушку, проговорила:
— Откуда он у тебя?
«Разбирал коробки на чердаке…» — вспомнился его ответ.
— А ты не помнишь? — прозвучало удивлённо.
— На чердаке порядок наводил?
— На каком чердаке? — недоумённо оглянулся Макс.
Я стушевалась. И правда, в его квартире нет чердака.
— Ты на удачу подарила… — продолжил он и тут же усмехнулся: — Только на какую – не знаю…
Это было неприятно. Даже обидно. Но я невольно потянулась к брелоку, будто и он мог обидеться.
И в тот момент, когда коснулась игрушки, по руке пошла волна электрических мурашек. Меня вдруг отбросило к спинке сиденья, дыхание оборвалось от воздуха, внезапно ставшего ледяным. А в лобовое стекло ударил свет фар громадного грузовика…
«Я сейчас умру… А у меня же дети!!!» — последнее, что мелькнуло в мыслях, а потом звук бьющегося стекла и звон в голове будто выбил из тела, и я, как в замедленной съёмке, полетела сквозь лобовое окно вместе со сверкающими осколками, в гранях которых отражались мои испуганные глаза…
* * *
С резким возгласом я распахну
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
