Страница 3 из 5
– Именно так, – с непроницаемым лицом подтвердил Хоран.
– А как же моя Табита? – теперь на лице сомнение.
Его всегда удивляло, как быстро скачут женские эмоции.
Хоран дёрнулся. Существо перед ним – не женщина. Искусная игра не должна его обмануть.
– Табита могла бы стать хорошей преемницей, но Кафалидма сама уготовила ей другую роль. Потом жалела, – пауза, затем тихий смешок. – Может, потому и помогла мне выбраться из Кессл-Карда. Сложно понять мотивы пифии – им открыто больше нас.
– Что не мешает большинству быть идиотами?
– Точно. Впрочем, о ней не могу этого сказать.
Девушка вскочила и приблизилась к нему, заискивающе заглядывая в глаза. Тонкие пальцы теребили рыжий локон. Так по-человечески. Хоран вновь одёрнул себя, переключаясь – иногда она могла уловить обрывки его мыслей, и это не доставляло удовольствия никому из них.
– Я хочу самую могущественную пифию.
Маг замер. Лицо закаменело.
– Нет, – сказал он жёстко. – Она помогла мне. Что бы она не делала сейчас, я обязан ей жизнью. Табита – пифия с не меньшим потенциалом. Она твоя, как мы и договаривались.
– Как пожелаешь, Хоран. Но за это – придумай скорее, что делать дальше. Мне ужасно скучно здесь.
– Мы будем придерживаться плана. Просто придётся немного его подкорректировать. Но девчонка меня действительно беспокоит… Ты , что она не сможет нам помешать? уверена
Этот вопрос он задавал не впервые. Обычно разговор заканчивался именно на нём – её презрительным фырканьем или холодным взглядом. Но на сей раз она соизволила ответить.
– Я чувствую, как она слабеет. Видимо, человек не приспособлен управлять такой силой. Но твои тревоги напрасны в любом случае – она не смогла бы помешать мне ни при каком раскладе.
Хоран услышал в её голосе сожаление. Схожие чувства были и у него. Но он – человек. А что же она? Как сильно влияют на демона выпитые души? И нахождение в человеческом теле? Испытывает ли она те эмоции, которые он видит, или это маска, искусная игра? Удачное приспособление к жизни в новом мире?
– Не волнуйся, договор остаётся в силе, – прервала она поток его мыслей. – Даже если ты ещё не решил, что для тебя важнее – месть или…
– Замолчи. Я не желаю ничего слышать, – оборвал её маг.
– Ты мне не доверяешь, – заметила она. – Хотя, это твоё дело… Но я-то знаю то, в чём ты просто боишься себе признаться. Ты призвал меня не только для мести. Для этого хватило бы существа более низшего Уровня, чем мой. Ты хочешь…
– Ты не могла бы умолкнуть? – изо всех сил стараясь говорить спокойно, попросил маг. – Я сам всё решу и без твоих размышлений.
– Сомневаюсь. Но пусть будет по-твоему, – отозвалась она. Ей было всё равно, какую работу выполнять. – И что же ты намерен делать сейчас?
Маг растянулся на жёсткой кровати и заложил руки за голову. Выглядел он совершенно спокойным, даже умиротворённым.
– То же, что и собирался, – ответил он. – Аладор опередил нас с визитом к Хадару, но это в некотором роде нам даже на руку. Сопляк всё равно не сумеет толком подготовиться, но можно уже не ждать, что внезапно кто-то нагрянет.
– Почему?
– Потому что Хадар не только учёный. Он настоящий параноик, и скорее сдохнет, чем позволит кому-нибудь вмешаться в свои дела. По той же причине он не покинет свою резиденцию. Конечно, попытается защитить поместье и госпиталь, но уж прорвёмся как-нибудь. Верно, Десса?
– Конечно, – беспечно отмахнулась она. – А пока ты разрабатываешь план прорыва, я немного прогуляюсь по городу. Ночная столица должна быть просто чудесна.
Хоран нахмурился. Архитектурные изыски мало интересовали демона. А вот люди… Не то, что магу было до них дело, но кто-то же мог поднять шум. Сейчас не время привлекать к себе внимание.
Портальщик подавил раздражённое рычание и слова, рвущиеся с языка. Вместо этого: издевательски приглашающий жест в сторону двери. Девушка присела в кривом книксене и с ухмылкой помахала ручкой.
При первом проведении ритуала они ошиблись не в расчётах, а в самом принципе воздействия. Десять лет назад в Рене он пытался подавить силу демона по-другому, и почти получилось. Кто же знал, что именно из-за этого демон слетит с катушек и бросится восполнять силу, пожирая местных без разбора…
Естественно, такого Хоран предусмотреть не мог. Он не планировал той катастрофы, и даже испытывал некие муки совести. Но всё стоило того. Эти жертвы помогли понять, что они упускали всё это время. Нужно было не подавлять, а всего-навсего договориться.
Этот хрупкий договор предусматривал для демона достаточно большую степень свободы. Но это был единственный выход, так что приходилось терпеть некоторые заскоки. И делать вид, что всё под контролем.
Кажется, он ненадолго задремал, но теперь сквозь сонный туман в голове прорезалось беспокойство.
Кстати о контроле, что-то долго её нет.
Маг накинул на плечи плащ и вышел в ночь. Прохладный воздух немного охладил его пыл. Что могло грозить аматту? И до сих пор она неукоснительно следовала Договору. Как раз благодаря нему найти её не составляло труда – маг шёл, как по нитке. Улочки всё же, тишина все плотнее. Квартал не из благополучных. Ну конечно же. Вот и она. у
Вернее, они. Девушка, и хрипящий у её ног мужчина. Мощные пальцы царапали шею, глаза вылезли из орбит. Ещё шаг, и он увидел второго. Тот отползал от неё, издавая нечленораздельное мычание, с выражением животного ужаса на лице.
Маг усмехнулся. Примерно так ему и представлялась реакция нормального бандита, встретившего в узком переулке хрупкую девушку и столкнувшегося на самом деле с жутким монстром из другого мира.
Наблюдать дальше не было никакого желания. Хоран развернулся и, свернув в другой переулочек, прислонился спиной к стене, устало закрывая глаза. С каких пор смерть перестала его трогать? Почему сейчас ему не страшно, не печально, а просто… противно?
Вскоре он услышал мягкие шаги. Ему не нужно было открывать глаза, чтобы знать: она.
– И как, оно того стоило? – спросил он отстранённо.
– Ооо, да, – услышал он весёлый голос. – Определённо. Попробуй как-нибудь, очень расслабляет.
– Да уж, – сказал маг, открывая глаза, чтобы увидеть хищный блеск в золотых глазах напротив. – Ещё неделю назад кое-кто говорил, что поглощать души преступников и психованных – это как питаться болотной жижей. Твои вкусы меняются очень быстро.
Девушка широко улыбнулась. Хищный блеск сменился на золотые пляшущие искры, медленно гаснущие в зелёных глазах, и по спине мага пробежал холодок.
– Папочка беспокоится о моём моральном облике? – она невинно похлопала ресницами. – Не переживай, душа насильника отправилась в Бездну, куда ей и положено. Меня больше интересовал благородный спаситель невинных девиц. Он был… неплох.
Хоран передёрнул плечами, плохо скрывая отвращение. И раздражение. «Папочка?!» – возмутился он, когда она разыграла эту маленькую шутку в первый раз. А что она должна подумать, если он вечно подыскивает ей для воплощения таких молоденьких пигалиц? Дело, конечно, было не в возрасте, но подколоть призывателя лишний раз – святое.
Демон широко ухмыльнулась.
– Ты знал, что я не буду сидеть на голодном пайке, Хоран, – заметила она.
– Именно. У нас Договор, и я соблюдаю его так же, как и ты. Тема исчерпана.
Они немного постояли в тишине. Золотые искры погасли, лицо девушки стало серьёзным, и даже немного печальным.
– Никто не заставлял тебя смотреть на охоту.
– Тема закрыта, Десса, – повторил он громче. – Мне всё равно. А теперь нам необходимо как следует проработать новый план.
С этими словами он зашагал по переулку, не удосужившись проверить, идёт ли она следом. Она пожала плечами. Привычная ухмылка снова легла на её лицо. Серой молнией мгновенно нагнала его, использовав распирающую после трапезы силу и с удовлетворением заметив, как маг невольно вздрогнул.
– План, план… Ты мог бы и сам его проработать, – недовольно надула губы она, но тут же озорливо улыбнулась. – Я люблю импровизировать.
– На сегодня импровизаций достаточно, – он вернул ухмылку. – Неужели тебе не интересно узнать, что я придумал? Учти, в следующем акте ты солируешь.
Девушка окинула мага пронизывающим прищуром, приподняв правую бровь. На лице её читалось явное предвкушение. Быстро сменившееся лёгким снисхождением.
– Ну, так и быть. Можешь не признаваться, что без меня тебе будет просто скучно.
Она открыла глаза на рассвете, как по будильнику. Поднялась и невозмутимо отряхнулась, пригладила топорщащиеся волосы. И только потом осмотрелась.
Вокруг никого не было. Поблизости неподвижно лежала химера. Бок мёртвой твари уже начинал чернеть.
– Так вот в чём дело… – пробормотала девушка.
Это был ночной хищник. Как правило, днём они становятся не такими проворными, плохо видят, а некоторых солнечный свет даже может ранить. При прямом попадании солнечных лучей мёртвые тела таких тварей истлевают в течение двух-трёх часов.
Теперь ясно, почему химера оказалась такой сильной и устойчивой к магии – просто они столкнулись в неудачное время суток.
Табита ещё раз огляделась.
– Боги и черти, зачем я только пришла? – вопросила она, поднимая голову к небу. И заметила, что на небе нет ни одной тучки. Только сиреневые предрассветные облака и ещё по-утреннему робкое, но по-весеннему тёплое солнце. День обещал быть ясным.
Табита почему-то криво усмехнулась, как одной ей понятной шутке. И тут же решительно сдвинула брови.
И двинулась обратно по направлению к деревне.
Дверь распахнулась, стукнув ручкой по наружной стене. Девушка скривила губы. До сих пор она так и не научилась как следует контролировать свою магию. Сила – это, конечно, хорошо, но качество колдовства куда важнее. Если бы дверь не была заговорена от физических повреждений, то давно бы уже слетела с петель.
Кир сидел на стуле за кухонным столом, задумчиво глядя в окно. Успел привести себя в порядок, побриться, разом помолодев лет на пять. Увидев колдунью, он приветственно кивнул, тактично не обращая внимания на её заметно помятый вид.
– Как себя чувствуешь? – поинтересовалась она, прислонившись к дверному косяку.
– Нормально, – лаконично ответил он, пожав плечами. Табиту такой ответ не устраивал.
– Температуры нет? Голова не болит, не кружится? Озноб? Может, тело ломит?
– Нет, всё отлично, – усмехнулся Кир.
На лице девушки отразилось лёгкое недоверие. После короткого «Позволишь?» и ответного кивка, она приложила ладонь ко лбу больного, проверила, как зрачки реагируют на свет, сотворив яркий огонёк размером со светлячка, прощупала пульс на запястье и только тогда немного успокоилась.
– Потрясающий иммунитет. Или везение. Но лекарство всё-таки надо выпить, – сказала она, открывая дверцу шкафа с зельями.
Кир заглянул в услужливо поставленную под нос кружку и скривился. Перед ним было всё то же болотное зелье, сегодня больше напомнившее зелёные сопли.
– Да не стоит, я действительно хорошо себя чувствую! – попытался протестовать он.
– Это может быть всего лишь апирексия, так что, если не хочешь, чтобы через день или два у тебя снова начался приступ лихорадки, лучше выпить зелье сейчас, – наставительным тоном предупредила она. – К тому же болотная лихорадка в скрытой форме может привести к расстройству нервной системы, и ты будешь чувствовать лёгкую слабость с приступами головокружения ещё около двух недель.
Что такое «апирексия» Кир не знал, но зелье было не таким уж мерзким, а головокружение и слабость – последним, что было ему нужно в ближайшее время.
– Уговорила, – ответил он с лёгкой усмешкой, видя, что тревожно-заботливый монолог призван оттянуть другой, неизбежный разговор.
Секунд пятнадцать колдунья молчала. Тонкие пальцы нервно барабанили по столешнице. Наконец она покачала головой, сжала кулаки и выпалила:
– Ладно, я так не могу. Не умею. Так что хочу попытаться договориться честно.
Мужчина согласно кивнул, сдерживая усмешку. Сейчас, когда она такая маленькая, растрёпанная и застенчивая, было сложно воспринимать колдунью всерьёз. Но проворочавшись полночи в тягостных размышлениях, он составил кое-какое видение ситуации. И казалась она весьма туманной.
Во-первых, Табита – пифия. Судя по тому, что он знал, такие подробные видения о чужих людях могли означать одно: она в этом замешана. Но как? Догадок можно строить сколько угодно, но факт остаётся – для этого он слишком мало о ней знает.
Во-вторых, она знает о свойствах амулета. Как много? И чем это грозит Киру?
Отец называл артефакт Слезами Гвин. В семье они передавались уже много поколений, но откуда взялись – Кир не знал. Отец всегда избегал этой темы, не хотел откровенничать с безалаберным мальчуганом, каким он был тогда. А после войны правда и вовсе канула в лету, вместе со всей его семьёй.
Их осталось только двое… У каждого – своя часть артефакта, часть души родного человека. И часть силы этой таинственной Гвин, надо полагать. Артефакт как-то связывал их, и они научились это использовать. Можно было уловить проблески настроения, состояние здоровья… и, пусть смутно, чувство направления.
Когда Десса пропала, не оставив ни одной ниточки к поискам, только Слеза Гвин могла помочь её найти. Или – эта странная видящая.
Пауза затягивалась. Но он не торопил, глядя, как колдунья, кусая губы, подбирает слова. Взгляд горел отчаянной решимостью и смятением одновременно. Наконец она глубоко вздохнула, опустилась на стул и медленно проговорила:
– Я хочу, чтобы ты помог мне… сбежать отсюда.
– Сбежать? – обескуражено переспросил Кир.
Наверняка, любая молодая девушка захочет сбежать из этой гнилой деревушки, да и Долины Рен в целом. И такой девушке, конечно, опасно делать это в одиночку. Но Табита – не любая девушка. Колдунья. Видящая. Зачем он ей?
Колдунья словно уловила направление его мыслей и ядовито ухмыльнулась, ещё больше сбивая с толку.
– Знаешь, это не то, чем кажется.
Ответная ухмылка, плохо скрывающая растерянность. Все вопросы о Дессе, колдунье и её видениях застряли в горле.
– И какого же рода помощи ты от меня ожидаешь? – не сдержав нервный смешок, поинтересовался он.
– Ничего сложного от тебя не потребуется, – в глазах её появился какой-то лихорадочный блеск. – Несколько часов твоего времени.
Всё. Никаких пояснений.
– Несколько часов, чтобы сделать… что конкретно? – не выдержал Кир.
Табита нахмурилась, закусив губу. И молчала, молчала. Да что с ней такое? Пифия явно Дессу. Его, надо полагать, тоже. Значит, готовилась к разговору. Предлагала ему сведения о сестре, в обмен на… что? видела
– Ну же, Табита. Давай уже свои условия.
– Под «сбежать» я имею в виду именно покинуть деревню. Провести через границу. И мне нужна магическая клятва, что ты меня им не выдашь, – обречённо выдохнула она, словно уже услышала отказ.
Но по-другому нельзя. Всё будет напрасно, если Кир в надежде на какие-нибудь преференции в удобный момент просто вручит её магам.
– Им?
– Ордену.
Приплыли. Безусловно, любой маг связан с Орденом, но Кир как-то не ожидал нарваться здесь на опальную колдунью. Неужели девушка – пойманный ренегат? Немыслимо. С отступниками маги безжалостно расправлялись, а для преступников была тюрьма Кессл-Кард. Ссылка в Рен – это что-то новенькое, не укладывающееся в его картину мира.
Проклятая колдунья.
– То есть ты просишь меня нарушить закон в обмен на информацию о Дессе? – вкрадчиво уточнил Кир. непроверенную
Плевать на законы. Но он не может привлекать лишнее внимание Ордена Магов. Впрочем, девушке это знать не обязательно.
К тому же, всё это было слишком подозрительно. Что там с Дессой сейчас, пока он тут гоняется за видениями полубезумной ведьмы? На что он теряет время?
– Ты не нарушишь никакой закон, – возразила Табита, вспыхнув злостью.
Это они держат её здесь незаконно! Но кого это волнует?
– Ты понимаешь, о чём я, – отмахнулся Кир. – Никому не нужны проблемы с Орденом Магов.
Табита замерла, глядя на него широко раскрытыми глазами. Злость во взгляде густо замешана на отчаянии. Потом неожиданно запрокинула голову и… расхохоталась. Каркающим, тяжёлым смехом.
– Да уж, так себе сделка, – наконец, хрипло сказала она. – Сдаюсь!
Когда колдунья снова обратилась к нему, на лице осталась горькая усмешка.
– Она в Неккаре. Точнее не скажу – постоянно перемещается.
Вот и всё. На что она рассчитывала? Пленница, одинокая, напуганная, почти истаявшая душа. Всё равно не смогла бы разыграть всё правильно.
Мужчина вздрогнул, потрясённый неожиданным поворотом разговора, и, наконец, смог задать один из рвущихся наружу вопросов:
– Что ещё о ней знаешь?
Ответное «ничего» щекотало губы. Так было бы проще. Но также важно было создать хоть какое-то подобие доверия. К тому же она совсем не уверена, что обман сработает – таким проницательным казался его взгляд.
Она опустила голову. Из-под чёлки раздалось тихое:
– Скажу – умрёшь.
– Почему?!
Как объяснить, не подвергая опасности? А с другой стороны, какой ей дело, что будет с ним дальше? Хочет знать – пусть получает свои ответы!
Нет. Никаких больше смертей на её совести.
Но… всё же он нужен ей. А она уже выложила единственный безопасный козырь.
Задумавшись, девушка даже не заметила, как он приблизился. Очнулась только, когда выдернул из-за стола и встряхнул.
– Почему, Табита?!
В последний миг Кир одумался, так что встряска получилась достаточно бережной – на его взгляд. Судя по зло сузившимся глазам колдуньи, она была другого мнения.
Короткий жест пальцами, и мужчину смело прочь, глухим ударом впечатав в стену. Табита подождала, когда он поднимется, и повторила манёвр. Разметав мебель, Кир ударился о противоположную стену, но быстро поднялся вновь. И замер, тяжело дыша.
Они молча прожигали друг друга взглядами. Пока не раздалось хриплое:
– Прости.
Табита вздохнула. Переговоры приняли дурной оборот. Впрочем, она догадывалась, что так будет.
– Но я должен знать, что с ней. Чем бы это ни грозило.
Колдунья устало закрыла глаза. Упрямство или глупость?
– Тебе нужна Десса. Мне – тот, кто её забрал. Сейчас они в Неккаре. Других ответов не получишь.
– Даже в обмен на мою помощь?
Не открывая глаз, отрицательно покачала головой. Жаждать ответов несмотря на последствия – его выбор. Но кого обрекать на смерть – только её.
Раздался тихий смешок. Она открыла глаза, чтобы с удивлением встретить его насмешливый взгляд без намёка на прежнюю ярость.
– Что ж, это было достаточно честно, – сказал Кир, потирая ушибленное плечо. – Когда выдвигаемся?
***
Маг сидел, прислонившись спиной к прогретой за ночь печи. И боль, поселившаяся в его теле, потихоньку отступала. Севин топил печь даже тёплыми вёснами, а иногда и в начале лета.
Табите тоже нравилось сухое тепло в жилище мага, такое редкое в дождливой и холодной долине. Часто они сидели здесь вдвоём, ведя беседы обо всём и ни о чём. И поневоле на душе тоже становилось тепло.
Вот только… в памяти всё равно иногда проносились воспоминания , и девушка, словно читая его мысли, тут же замолкала… и поскорее отворачивалась, чтобы он не увидел страдальческого выражения на её лице. Она всё ещё винила себя. тех дней
Хижина Севина была маленькая, но по-своему уютная. Кровати в доме не было – маг предпочитал спать на печи, а смежная комната была похожа на маленькую библиотеку.
На столе в другом конце комнаты стояла чашка травяного чая, горячая, ещё дымилась. Маг очень любил тепло, но горячие напитки пить просто не мог. Решив, что ждал уже достаточно, он поманил чашку рукой, и, наполненная до краёв, она приплыла к нему по воздуху, не пролив ни капли.
Сделал маленький пробный глоток. Во рту появился резкий травяной привкус. Как-то раз чай рискнула попробовать ученица. Долго потом отплёвывалась и приходила в себя. Что ж, нечего покушаться на чужое. Да, горький. Зато обезболивает просто отлично.
Услышав это, ученица скривилась ещё больше и тихо огрызнулась. И постаралась поскорее сменить тему. Внешне она старалась казаться беззаботной, но Севин знал, что эта напускная беспечность давалась ей нелегко.
Из воспоминаний выдернул настойчивый стук в дверь. Как и всё в этой деревне, дверь была довольно хилая и при каждом стуке скрипела и заметно шаталась в петлях.
Севин глянул в окно и отметил, что на улице только недавно рассвело, а погода, предвкушая неумолимо приближающееся лето, заметно улучшилась; если сегодня и будет дождь, то слабый и кратковременный, как в старые добрые времена, когда он ещё жил в столице.
Кому он понадобился в такую рань? Может, случилось что-то серьёзное? Да нет, тогда было бы шумнее. Деревенские в случае необходимости лужёных глоток не жалели.
Несмотря ни на что, чувство долга не смогло победить лень. Сегодня магу не хотелось не то что колдовать, но даже мысль о том, что нужно подняться и открыть гостю дверь, была невыносима.
– Открыто! – громко сказал он.
В конце концов, колотили в дверь очень уверенно, можно даже сказать, по-хозяйски. Если это кто-то из друзей или даже хороших знакомых, то вполне можно обойтись и без особенной вежливости.
Дверь распахнулась и в дом вошла Табита. Вид её магу очень не понравился. Одета по-дорожному, через плечо набитая дорожная сумка. Но хуже всего было другое. Её лицо, вернее, выражение лица.
Девушка осторожно прикрыла за собой дверь и повернулась, встретившись с бывшим учителем взглядом. Твёрдым и решительным.
– Магистр, я ухожу, – тихо сказала она, наконец озвучив очевидное.
Севин молчал. Он просто не знал, что ответить. Не мог же он по-отечески посоветовать ей остаться до конца жизни в этой насквозь гнилой деревне, где все жители поголовно её боятся, а если и решаются поздороваться, то только зажимая в кармане амулеты от злых духов. Но он – её надзиратель, он не мог, не имел права её отпустить, и оба они прекрасно это понимали.
– Зачем ты пришла? – страдальчески скривившись, спросил Севин. Если бы она просто тихо ушла, ему не пришлось бы пытаться её задержать.
Конечно, по магическим маячкам об её исчезновении мгновенно узнали бы маги в Карсе, а несколькими минутами позже – в Неккаре, и ему в лучшем случае могли приказать пуститься следом за ней, в худшем – оставить его на месте, отправив за сбежавшим объектом ловчую группу опытных боевых магов. Однако это сделают и так, только боя теперь не избежать.
– Ну зачем?
Девушка ухмыльнулась. Она-то отлично знала, во что ввязывается, и это не могло казаться ей забавным. Но, по-видимому, казалось.
– Ты хоть понимаешь, что теперь будет?! Тебя же станут искать, а когда найдут…
– Если найдут, – перебила Табита.
Маг осёкся. Он ровным счетом ничего не понимал. Он ничуть не сомневался, что найдут, и притом, весьма скоро. И Табита, если она не дура, тоже не должна была сомневаться.
Неужели у девчонки есть план?
У мага вырвался нервный смешок. План? Неужели она считает себя умнее Архимагистра Ордена? Или сильнее? Да и насчет опыта иллюзий можно не строить, сидя взаперти под магическим барьером на болоте, максимум, что она могла повидать, это кикимор и химер. Если не брать в расчёт поездки в Карс, разрешённые только полтора года назад, которые проходили под строгим наблюдением.
– Ты хоть понимаешь, что делаешь? – обречённо простонал маг. – Понимаешь, что я теперь должен доложить, что ты сбежала?
Да, именно в прошедшем времени. Не нашла бы способа пройти сквозь ограничительный барьер – её бы здесь не было. Насчет своей силы маг иллюзий не строил, максимум, на что он может рассчитывать, это задержать её на двадцать минут. Может, полчаса. Значит, итог вполне очевиден.
– Не только понимаю, но и надеюсь, – туманно ответила девушка. Надеется? Что за чушь?
– Они ведь придут сюда?
– Непременно придут, но не строй иллюзий, надолго они здесь не задержатся. А ещё наверняка разделятся и устроят засаду на главных и объездных дорогах, – маг старался сделать тон угрожающим, но сочувствие все равно проскользнуло, сильно его раздосадовав.
– Интересно, заподозрят тебя в содействии? – задумчиво произнесла Табита.
Севин заметно помрачнел. Об этом он как-то не подумал, и совершенно зря. Свою привязанность к ученице маг никогда и не думал скрывать. В то время как Аладор, этот старый параноик, и так всё время всех и во всём подозревает.
– Даже если и заподозрят, тебя это не спасёт, – кисло ответил маг.
Это утверждение Табита проигнорировала. Она очень задумчиво смотрела на мага и молчала.
– Ты ведь не передумаешь, верно? – неожиданно спросил Севин.
Табита выразительно ухмыльнулась, безмолвно выразив своё мнение, и тут же посерьезнела.
– Учитель… Я была не лучшей подопечной и не всегда проявляла должное уважение… Но я благодарна тебе за всё, что ты для меня сделал. Знаю, мои слова сейчас расходятся с тем, что я собираюсь сделать. Можешь не верить мне, не пытаться понять, просто запомни. Мне жаль, что приходится уходить так.
Севин понял, что разговор подходит к концу, и отставил чашку с чаем в сторону, но всё равно ничего не предпринимал. Девушка смотрела на него ещё долгую секунду, словно запоминая. А потом взгляд застыл, лицо превратилось в бесстрастную маску, не пропускающую наружу никаких чувств.
Маг подобрался, готовясь в случае чего отразить нападение. Но всё равно не успел. Табита резко вскинула правую руку. Мага подхватило воздушной волной и спиной впечатало в оконный проём. Вышибив окно вместе с рамой, Севин пролетел почти сажень в ореоле стеклянных осколков, прежде чем эффектно шлёпнуться на землю.
Табита спокойно вышла через дверь и обвела улицу тяжёлым взглядом. Селяне, которых уже собралось немалое количество, примёрзли к земле, застыв наподобие статуй. Боялись пошевелиться. Колдунья ядовито усмехнулась, причём так, что каждый присутствующий подумал, будто это угроза ему лично.
Севин поднялся довольно быстро, как ни в чём не бывало. На лице его застыло выражение глубокого изумления.
– Ты что творишь?! – ошарашено выдохнул он.
Вокруг него, поблёскивая зелёным светом, возвышался магический щит, невидимый обычным людям. Именно он помог ему так удачно вышибить окно и приземлиться без вредя для здоровья. Но устанавливал его не Севин.
– Я вас убиваю, магистр, потому что вы пытаетесь меня задержать, – любезно пояснила Табита. – Так что не стойте столбом, а то зрители начнут расходиться.
Щелчок пальцами, и вот в его направлении летит десяток маленьких разноцветных пульсаров. Маг отскочил в сторону, и снаряды послушно вильнули вслед за ним.
«Самонаводящиеся, зараза» – успел подумать он, прежде чем в него врезались сразу три – в плечо, в ногу и в живот. Но сработал почему-то только один. Маг взвыл и схватился за дымящееся плечо. Табита с бесстрастным лицом спрятала в сумку использованный амулет и стала ждать ответа.
Маг искривил пальцы в простой, но надёжной формуле, пытаясь выиграть время на стоящее заклинание. И это ему, несомненно, удалось бы, если бы он не потерял несколько секунд, застыв от изумления.
Вместо того чтобы отбить заклинание таким же простым, но надёжным щитом, колдунья активно замахала руками, и яркая вспышка от врезавшихся друг в друга заклятий озарила всю улицу, наверняка ослепив ближайших неподготовленных зрителей.
Маг послал в направлении колдуньи боевой пульсар, но девушка махнула рукой и снова выпустила чересчур мощное, совершенно бессмысленное заклинание, не только разрушившее матрицу его заклинания, но и создав вокруг завесу чёрного дыма. Маг скривился из-за необходимости ожидать нападения с любой стороны.
Напала она неоригинально – со спины. Маг успел только развернуться. Табита оказалась около него в мгновение ока и с силой ударила раскрытыми ладонями в грудь. Ещё одна вспышка, и маг распластался на стене соседнего дома.
Чужой щит был очень качественный, маг почти не почувствовал удара, но на миг закружилась голова. Он что, должен её ещё и благодарить?! Изнутри щит, даже самый сильный, разрушить куда проще. Зелёная стена, потускнев, потрескалась и рассыпалась.
Севину казалось, что у девушки снесло крышу. Она сыпала абсолютно неэффективными заклинаниями. Это, например, применяется только в ближнем бою, к которому маги вообще прибегают в самом крайнем случае, обычно стараясь сохранять дистанцию и с удобством на безопасном расстоянии обстреливать противника заклинаниями.
А если ты без доспехов, то без магического щита вкупе с эликсиром ускорения этого и то делать не стоит – слишком большая отдача. А эликсир ускорения – не такая вещь, чтобы тратить его по таким мелочам. Но тратит же, бестия, и зелья, и энергию почем зря!
