Перегонщик

– Да товарищ полковник, а кого вы ещё собирались услышать? Что случилось? Только спать лёг.

– Не по телефону, я за тобой выезжаю, через 10 минут жду возле твоего подъезда.

– Понял товарищ полковник, умоюсь и спущусь.

Спустился за минуту до того, как рядом лихо тормознула служебная "Волга" начальника. Задняя дверца автомобиля распахнулась:

– Давай сюда Сергей, – полковник тоже выглядел уставшим, но ещё и порядком озабоченным. – Гони Толя, если что сирену включай, это уже водителю.

– Куда торопимся товарищ полковник? – спросил серьёзно, чувствуя напряжённость обстановки.

– В Борисов, бывал там?

– Ездил как-то в Марьино на рыбалку, там рядом. А почему туда? Что случилось?

– Захват заложников.

– Не понял, там же свой СОБР, есть.

– Я пока сам ничего не понимаю, генерал приказал приехать, прихватить тебя, сказал всё объяснит на месте. Через час будем, всё узнаем.

– Быстрее Толя, быстрее!

Подъехали к пятиэтажному трёхподъездному жилому дому, почти в центре города. Город был сравнительно небольшой, поэтому даже в центре дома не толпились впритык друг к другу, а стояли на приличном расстоянии.

Между ними были широкие проезды с тротуарами для пешеходов по бокам, возле подъездов небольшие палисадники с молодыми деревьями и цветами. Провинциальная идиллия, да и только. У соседних домов, расположенных сбоку, стояли несколько спецмашин с работающими проблесковыми маячками.

По бокам от центрального подъезда по двое бойцов СОБРа в полной экипировке. Расположились ребята правильно, прижались к стене, из окон их не видно, грамотно страхуют друг друга. Картина хорошо знакома, на крыше дома напротив наверняка снайперы, в приткнувшемся к торцу дома микроавтобусе ещё бойцы, четырёх человек для штурма явно маловато.

Возле микроавтобуса милицейская служебная "Волга", несколько человек рядом, туда и направились. Вышли из машины, поздоровались. Среди собравшихся были сразу два генерала в форме. Одного Сергей узнал, видел раньше. Ребята его уважали, генерал был боевой, не паркетный.

Полковник отдал старшим офицерам честь, Сергей был без головного убора, поэтому просто сказал: -здравия желаю!

Один из генералов отошёл к микроавтобусу, боевой остался с полковником и Сергеем.

– Это капитан Климов, товарищ генерал – представил Сергея полковник – вы просили его прихватить.

– Вольно капитан, расслабься пока- обратился генерал к Сергею.

– Давай сразу к делу. Тебе знакомо имя Абдул Парвиз?

Сердце подпрыгнуло и забилось где-то в горле, впервые полусон-полуявь настигли днём. Внешне ничем себя не выдав, спокойно ответил:

– Знакомо товарищ генерал, я у него в плену был, вернее у его отца, бежал. Потом слышал, что Парвиз стал одним из полевых командиров моджахедов, исполнил несколько заметных терактов. Насколько мне известно, наши собирались его ликвидировать, удалось или нет, не знаю-

– Не удалось капитан, я вижу ты и сам уже это понял. Он сейчас здесь, это он и захватил заложников, поэтому и ты здесь. Он требует в обмен на заложников кроме денег, транспорта и безопасного коридора до аэропорта, ещё местного городского прокурора, мэра и тебя.

– Чем же ты так ему насолил капитан, что он твоей крови жаждет? Он ведь в курсе, где ты сейчас работаешь, много о тебе знает, информацию собрал. Значит специально тебя искал-

– Он ещё в Афгане поклялся меня убить товарищ генерал, считает, что из-за меня его сестра погибла, она мне бежать помогла, прикрывала, хотя он сам её при побеге выстрелом из "Шмеля" сжёг. А то, что знает обо мне, так тут особой секретности нет, я не ВИП персона, за деньги практически любую информацию получить можно, сами знаете, а денег у террористов достаточно.

– Тогда понятно, отомстить хочет. Прокурора и мэра мы пока не нашли, на выходные на охоту умотали, или где-нибудь в баньке с девочками. Так что, если и найдём, никто из них добровольно на обмен не пойдёт. Я предлагал себя, этот террорист отказался.

– Ты понимаешь капитан, дело такое, что приказывать я тебе не могу.

– Я готов товарищ генерал, – перебил Сергей, – кто заложники?

– Дети, и трое взрослых, молодые женщины, детей шестеро.

– А как они вообще все здесь оказались и в таком количестве? Дом ведь жилой. Никаких вывесок организаций или контор вроде нет.

– Вывесок нет, но кому надо и так знает, что здесь есть реклама в газетах, на телевидении. Здесь находится частный детский сад или интернат, суть не в названии. Он круглосуточный, расположен в трёхкомнатной квартире на втором этаже.

– Двое мамочек пришли забрать детей на выходные, ну и попали. Третья из взрослых хозяйка квартиры, она же и воспитательница этого заведения. Репутация у неё хорошая, дети под присмотром, обласканы и накормлены, она ещё английским с ними занимается, сама выпускница инъяза.

– Пребывание ребёнка в этом садике стоит больших денег, так что родители деток люди небедные. Детей шестеро, все 5-6 лет, два мальчика и четыре девочки. Раз ты готов к обмену капитан, я тебе сейчас вкратце обрисую ситуацию, как вообще этот захват произошёл, потом в темпе разработаем план. Штурмовать будем, надо попытаться спасти хотя бы детей.

– Я готов товарищ генерал, излагайте.

Глава 6

– Разрешите вопрос?

– Давай.

– Я не пойму, неужели он сюда через столько лет прибыл только для того, чтобы мне отомстить?

– Не обольщайся капитан, конечно, нет. Для того чтобы тебя убрать, эти пляски с заложниками устраивать было ни к чему. Выстрел возле подъезда, или любой другой вариант, их достаточно.

– Он прибыл к нам для организации терактов. Информацию о тебе собрал видимо уже здесь, решил, так сказать, сразу "двух зайцев". Но основная цель конечно не ты. Активировал двух "спящих" агентов, завербовал двоих новых.

– Мы всё это время их вели, чтобы определить их главную цель, её мы не знаем. Кроме того, по нашей информации он должен был в ближайшее время получить взрывчатку. Думаю, тебя решил оставить "на десерт", выполнить задание, а потом уж тебе отомстить.

– Где и когда должна была состояться передача взрывчатки, нам тоже не известно, решили выяснить и накрыть их всех разом. Видимо встреча должна была состояться сегодня, потому что они вскрыли схрон с оружием, так что у всех пятерых автоматы, стволы, недостатка в патронах нет.

– Но что-то пошло не так. То ли слежку почувствовал, чутьё у него как у волка, то ли мы сами где-то прокололись, разбираться потом будем. А этот детский садик, наверное, был одним из вариантов ухода, если у них что не так пойдёт. Они сволочи любят детей в заложники брать, из детей заложники идеальные.

– Ты сам из системы, поэтому знаешь, что о подобных ЧП, приказано сразу докладывать на самый верх, я и доложил. Сказали тянуть время пока наверху решат, что делать. А как его тянуть? Он три часа дал на выполнение его условий, почти два из них уже прошли. Сказал, что через три часа начнёт по одному убивать заложников.

– Думаю никакого самолёта и миллиона долларов как он потребовал, ему не дадут. Будет штурм. Конечно, мы их уничтожим, а они сволочи успеют убить заложников, сколько раз так было, сам знаешь.

– Многие на совете безопасности поднимали этот вопрос, я сам лично поднимал. У нас ведь как, никаких переговоров с террористами и точка. Может это и правильно, но часто на кону стоят человеческие жизни, в том числе и детские.

– Не проще ли дать что они требуют, освободить заложников, а потом поднять все службы и начать охоту? Им по любому от возмездия не уйти, и ни в одной точке земного шара не спрятаться, рано или поздно на каждого ледоруб найдётся, их у нас на всех хватит.

– Ладно капитан, извини, наболело. Теперь вся надежда на тебя. Ты понимаешь, что практически на верную смерть идёшь?

– Понимаю товарищ генерал. Если это поможет спасти хоть одного ребёнка, то… В общем я пойду. Как вы с ними связываетесь?

– Вот, – генерал показал мобильный телефон, который держал в руке. – В окно выбросили. Они звонят, а если с ними связаться, то нажать единицу. В памяти всего два номера, их сразу пробили, но это ничего не дало, оба левые.

– Как будем действовать капитан? Твои предложения? Эх…– генерал вздохнул. – За тебя одного они всех заложников не отдадут. Двух, максимум трёх. А прокурор с мэром туда не пойдут, обоих хорошо знаю.

В этот момент раздался телефонный звонок. Генерал взглянул на мобильник, который держал в руке, понял, что звонит не он, и достал свой телефон. Выслушал звонившего, коротко ответил:

– Понял.

– Ну что капитан, всё как я и предполагал, приказано штурмовать. Пойдём к твоим коллегам, – кивком указал на микроавтобус, – согласуем действия.

Подошли к микроавтобусу, в котором расположилась группа захвата. Некоторых парней Сергей знал, приходилось по службе пересекаться. Поздоровался, со знакомыми перекинулся парой слов.

– Майор, у тебя всё готово? – спросил генерал командира местного СОБРа.

– Всё товарищ генерал. Два снайпера на крыше дома напротив, двое ребят на крыше нашего, у них спусковые устройства, всё необходимое. Когда начнём, спустятся до нужных окон за пару секунд.

Штурмовать будем одновременно через окна и входную дверь, её вынесем компактным спецзарядом. Так гораздо больше шансов на успех, надо максимально рассеять внимание террористов. Все парни опытные, справятся, не впервой.

Майор расправил лист бумаги:

– Это план квартиры, они в доме однотипные. Скорее всего заложников держат или в ванной, но она для всех мала, или вот в этой комнате. Она меньше двух других, и окно маленькое, из-за этого при штурме может возникнуть задержка. Поэтому штурмовать будем через окна двух других комнат, и через дверь.

– Их всего пятеро, один контролирует дверь, другой постоянно должен быть с заложниками, если они в комнате. Остаётся трое. Всё должно получиться.

– Хорошо, – снова вздохнул генерал. -Только там не гопники майор, а матёрые террористы, подготовленные бойцы, такие среагировать успеют. Но другого варианта у нас всё равно нет, так что будем пробовать. Что ж, пора звонить злодеям.

– Дадите мне с ним поговорить товарищ генерал? – спросил Сергей, -вдруг получится его уболтать чтобы побольше заложников отпустил. Я Парвиза хорошо знаю, он очень самолюбивый, кроме того, у него тоже сын есть, и примерно того же возраста что и дети заложники, попробую на этом сыграть.

– Хорошо капитан, но сначала я. Скажу, что вопрос решается, самолёт и деньги готовят. Бдительности они, конечно, не потеряют, но могут хоть чуть расслабиться.

Генерал нажал клавишу с единицей, включил громкую связь и произнёс:

– Говорит генерал Соболев.

– Слышу тебя генерал – голос Парвиза хоть и искажённый микрофоном мобильника, Сергей сразу узнал. Террорист продолжил:

– У тебя остался час и 10 минут генерал, вы собираетесь выполнять наши требования? Или предпочитаете через это время получить труп первого из детей?

– Успокойся Парвиз, всё тебе будет. Самолёт готовят, деньги тоже, ты сам понимаешь, что быстро это не сделать. Нужно всё согласовать, деньги найти, сумма немалая. Через час должно быть всё готово. Транспорт дадим, микроавтобус как просил, коридор до аэропорта обеспечим. Что с заложниками?

– С заложниками нормально всё генерал, пока нормально. В ванной отдыхают, тесновато конечно, но в тесноте не в обиде как у вас говорят, и вода есть, а то началось бы "дяденька пить хочу, писать." Ваши дети слабые, наши не такие.

– Что с Климовым и где мэр с прокурором? Это тоже одно из условий. Как только получу всех троих, сразу отпущу заложников, слово даю.

– С этим труднее чем с деньгами и самолётом Парвиз. Климов здесь, ты сейчас с ним поговоришь, а с мэром и прокурором проблема. Выходной, найти их не можем. А если даже и найдём, они на обмен не согласятся, а заставить я их не могу.

– Может быть тебя устроим мы с Климовым в обмен на заложников? Я как-никак генерал.

– Нет генерал, ты мне не нужен. Тобой могут и пожертвовать, а у здешнего мэра родственник в правительстве, и у прокурора много друзей наверху. С такими заложниками тебе прикажут дать нам спокойно уйти. А потом мы их отпустим. Может быть… Парвиз засмеялся.

Сергей взял телефон, протянутый генералом, и сказал:

– Это Сергей Климов, Парвиз.

– Ааа Серёжа – злобно хмыкнул террорист. – Ты даже не представляешь Серёжа сколько лет я ждал и мечтал, как буду тебя на куски резать. Это ты меня опозорил, когда сбежал, отец меня старшим оставил, это из-за тебя моя сестра погибла.

– Ты же сам её убил Парвиз.

Я не знал, что она там, думал помогла тебе выбраться и затаилась где-нибудь, я думал это ты стреляешь. Так что её смерть на тебе, и ты за всё ответишь. Я убью тебя сегодня.

– А почему ты решил Парвиз, что я на обмен соглашусь? Может быть, я просто приехал поговорить с тобой.

– Я знаю, что ты согласишься. Ты воин. Но вы русские люди глупые. Ты готов пожертвовать собой ради ребёнка, который ещё ничего в жизни не сделал и не представляет для твоей страны никакой ценности. А тебя государство обучало, деньги на тебя тратило, так что обмен неравноценный.

– Но ты всё равно на него идёшь. Вы думаете, что в этом ваша сила, а мы считаем, что наоборот, слабость и глупость. Но мне сейчас некогда с тобой это обсуждать, приходи, взамен я отпущу одного ребёнка.

– Да Парвиз, я воин. А вот ты нет. Ты трус Парвиз, ты теперь с женщинами и детьми воюешь. А насчёт ценности… Для нас любой человек имеет ценность, дети особенно. Мы о будущем думаем, а вы сегодняшним днём живёте, вас ненависть, злоба и жажда мести сжигает.

– Если ты воин Парвиз, то отпусти заложников, возьми взамен меня с генералом. У тебя ведь тоже сын есть, представь если его кто-нибудь так. Тебе всё дадут что ты требуешь. Генералом жертвовать не будут, их у нас не так много, тем более таких.

– Я тоже ценность для страны представляю, ты сам это сказал. Вас пятеро, вы все вооружены, нас всего двое будет, и мы без оружия. Или ты боишься Парвиз?

Повисло молчание, террорист думал. Наконец трубка снова ожила:

– Я ничего не боюсь Сергей, просто в отличие от тебя я умный. Мне здесь два спеца не нужны, может вы какой сюрприз готовите, так что генерал отпадает, я уже сказал. Но ты меня уговорил Климов, детей я отпущу, женщины останутся. Одна из них кстати двоюродная сестра вашего мэра, вот и будет вместо него.

– Теперь слушайте как будем производить обмен.

Глава 7

– Сначала убираете всех с лестничной площадки. Затем ты Климов с поднятыми руками встаёшь напротив входной двери, на расстоянии двух метров от глазка, прямо перед ним. Одна рука на уровне головы ладонью вперёд, во второй телефон, по которому мы сейчас говорим.

– Телефон на громкой связи. Слушаешь, чётко выполняешь мои указания. И запомни русский, если хоть что-то пойдёт не так, если замечу хоть одно лишнее движение, то.. Не сомневайся, я успею. Все заложники будут убиты.

– Ну а если всё будет как договорились, то я убью только тебя. Но не сразу, я заберу тебя с собой, а когда буду в безопасности, тогда тобой и займусь. Слишком долго я ждал, чтобы просто всадить в тебя пулю. Нет, я тебя резать буду, по куску отрезать.

– Хорошо Парвиз, я тебя понял. Я приду, отпусти детей.

– Ты меня что Климов, за дурака считаешь? Ты войдёшь в квартиру, они выйдут. По-моему справедливо, вас такой вариант должен устроить, другого всё равно не будет.

– Я приду, дай мне десять минут чтобы настроиться.

– Хорошо русский, настраивайся. Готовься к смерти.

*******

– Ну что товарищ генерал, наши действия? Я пошёл?

– Подожди Сергей, дай телефон. Здесь наш спец, он сейчас жучок в трубку воткнёт. Так мы какое-то время будем тебя слышать. Потом, конечно, телефон у тебя отберут, но это уже неважно, начнём штурм. Оружие бы тебе, – вздохнул генерал, -но нельзя, заметят, убьют сразу. А если в одежде спрятать, вытащить не дадут, не успеешь, там не шпана, боевики опытные.

– Я вот это возьму товарищ генерал, Сергей вынул из заднего кармана джинсов маленький кинжал в серебряных ножнах. – Это его сестры, она мне его дала, если бы не он, может и не сумел бы бежать. Получилось тогда, может быть, получится и сейчас.

– И что ты с ним будешь делать капитан? Слабовато против автоматов.

– Ничего, хоть что-то. В рукав уберу. При беглом обыске сразу могут и не обнаружить. Обычно охлопывают внутреннюю сторону предплечья, потом тело и ноги. Если рукоятку в локтевой сгиб, то лезвие будет в середине со смещением на внешнюю сторону руки, вот смотрите, – Сергей вынул кинжал из ножен и опустил в просторный рукав лёгкой джинсовой рубашки.

– Давай майор, сказал Сергей командиру группы захвата, и поднял руки. Тот быстро и профессионально охлопал Климова:

– Молодец капитан, я знаю, что нож в рукаве, и то при беглом осмотре не понял, вполне возможно и они не обнаружат. Где так наловчился?

– Места надо знать, – улыбнулся Сергей, – ты что ли так не можешь?

– Ладно парни, – вмешался генерал, для обмена любезностями не время. Надо в темпе набросать порядок действий, нужен хотя бы приблизительный план. Значит так: майор, пусть твои ребята спустятся на один пролёт. Всем готовность номер один.

Как только дети выйдут на улицу, начинаем штурм. Две-три минуты капитан продержится, этот вообще сказал, что собирается его с собой взять. Хотя его словам верить нельзя, он может и детей не отпустить и Сергея забрать. В таком случае штурм начинаем сразу.

– Я думаю детей он отпустит, товарищ генерал.

– Твои бы слова… Ладно, посмотрим. Теперь ты Сергей. Хотя что тут можно рассчитать, в общем смотри сам. Действуешь по обстоятельствам. Главное спасти заложников. Майор, постарайтесь хоть одного живым взять, нужно на поставщика взрывчатки выйти. Телефон готов?

– Готов товарищ генерал, постараемся-

– Ну с богом. Капитан? – Сергей кивнул. -Тогда звони Серёжа-, генерал протянул телефон.

*******

Сергей взял протянутый телефон и нажал единицу. На том конце откликнулись сразу:

– Говори.

– Это я, Парвиз. Дети готовы? Я иду, людей с площадки убрали.

– Я вижу. Иди русский, дети к обмену готовы.

Сергей вошёл в подъезд и медленно стал подниматься на второй этаж. Страха не было. Была какая-то отстранённость, и вместе с тем предельная собранность. Нервы, конечно, вибрируют, но тренированное тело расслаблено, готовое в любую секунду подчиниться команде мозга и взорваться.

Это была работа. Не скажешь, что привычная, нельзя привыкнуть к тому, что каждую секунду жизнь твоя может оборваться, не терминатор, живой человек. Но чтобы этого не случилось, нельзя впускать в душу даже тени сомнения и нерешительности, надо делать всё чётко, профессионально и быстро.

Часто успех зависит от того, что ты успел опередить противника на какую-то долю секунды, вот и надо опередить. Впрочем, он не сомневался, что в нужный момент тело будет действовать одновременно с мыслью, или даже опережая её.

В критические, особо опасные моменты, в организме человека открываются такие грани, о которых мы даже не подозреваем. А помноженные на постоянную готовность к опасности, на профессионализм и подготовку, эти грани заставляют действовать молниеносно, и единственно правильно в данной конкретной ситуации.

Потом мы сами искренне удивляемся: "откуда что взялось?" Ведь если попробовать повторить, точно ничего не получится. Такое бывает даже у обычных, нетренированных и неподготовленных людей, а уж у тех, кому часто приходится действовать в экстремальных ситуациях, и подавно.

Об этом вам скажет любой опер, сотрудник МЧС или любой другой спецслужбы. А тот, кто воевал, вообще подобных примеров может привести множество. Бывают ситуации, в которых вроде бы выжить невозможно, а ты опять остался жив.

А может быть всё гораздо проще: смелых и правых оберегает Господь, потому что он и сам всегда стоит за правду и добро. Известно давно – на войне атеистов нет, и, наверное, каждый в самую трудную минуту мысленно или вслух восклицает: "Господи помоги!", и он помогает. Помогает тем, кто бьётся за правое дело.

Прижавшиеся к стене лестничного пролёта собровцы, провожали его напряжёнными взглядами, один ободряюще кивнул. Сергей поднялся на лестничную площадку, на которой находилась злополучная квартира, она была прямо перед ним, в нескольких метрах впереди. Поднял руки. Кинжал Гути надёжно устроился в правом рукаве.

Капитан знал, что когда потребуется, то на то чтобы нож скользнул в ладонь и превратился в смертоносное оружие, потребуется всего пара мгновений. Он всегда любил ножи кинжалы и стилеты, и во владении этим оружием достиг если не совершенства, то где-то около.

– Я здесь Парвиз, – громко сказал, когда до входной двери осталось не больше двух метров. Телефон, переключенный на громкую связь, как и требовал террорист, держал во второй поднятой руке.

– Я вижу, – послышалось в ответ, стой, где стоишь. – Дверь стала медленно открываться. Вначале в проёме показался ствол автомата, затем дверь открылась шире, и на площадку вышла заплаканная девочка лет пяти.

– Не шевелись, – прозвучала команда, затем вышла ещё одна девочка и следом два мальчика, все дети были примерно одного возраста. -Заходи Климов, рук не опускай- снова скомандовал террорист.

– Не бойтесь, идите на лестницу, тихо сказал Сергей детям, и сделал шаг вперёд, выполняя приказ террориста. – Почему четверо Парвиз? Где ещё двое?

– Это те, чьих родителей здесь нет, ещё двое захотели остаться здесь, со своими матерями.

– Ты врёшь Парвиз, отпусти их как договаривались.

– Заткнись и входи, или ты хочешь, чтобы я начал стрелять?

– Вхожу, вхожу, успокойся, – Сергей шагнул в квартиру. Металлическая дверь за ним захлопнулась, один из замков щёлкнул, второй тут же закрыли вручную. Перед ним никого не было, но сзади в спину тут же уткнулся ствол автомата, и незнакомый, напряжённый и хриплый голос произнёс:

– Вперёд! Проходи в комнату! Сергей повиновался.

В комнате находились трое. Парвиз сидел в кресле у стены, сбоку от окна, ствол его автомата смотрел прямо в грудь Сергею. С другой стороны от окна стояли ещё двое, эти тоже были с автоматами.

Конвоир, который находился сзади, видимо переместился в другую комнату, потому ствол больше в спину не упирался. Обыскивать Сергея не стали, только снова прозвучала команда:

– Стой там! Рук не опускать!

"Ну что", – пронеслось в голове, "шанс есть, дохленький, но есть. Бронежилета на террористе нет, метнуть кинжал в сердце, а ещё лучше в шею, прямо в горло. Потом попытаться прыжком уйти с линии огня. Главное момент не прозевать, бросать надо одновременно с началом штурма, когда разлетится окно или взорвётся дверь. А пока тянуть время, дети ещё не вышли".

– Я так и знал, что твоему слову верить нельзя Парвиз-, сказал внешне спокойно, хотя внутри билось, сейчас! Сейчас! Примерно две минуты уже прошли". – Где остальные заложники Парвиз?

– Я же тебе сказал, в ванной отдыхают-, ухмыляясь, лениво ответил террорист. Тех четверых что я отдал за тебя, и то много, обмен неравноце…

Договорить не успел. С жутким грохотом разлетелось стекло окна, на долю секунды позже Сергей метнул кинжал и прыгнул в сторону, с одновременно прозвучавшей в ответ очередью из автомата террориста.

Успел увидеть, что клинок вошёл Парвизу в горло, прямо под кадык. Тут же что-то больно и сильно ударило в бок, и упала темнота. Ни взрыва, вынесшего входную дверь, ни автоматных очередей, гулко бьющих в закрытом пространстве квартиры, уже не слышал.

Глава 8

Штурм прошёл как на тренировке: чётко, быстро и профессионально. Заложники не пострадали, их освободили и передали в руки психологов, эмоциональное состояние после такого, особенно у детей, требовало вмешательства специалистов.

Все террористы при штурме были уничтожены, тех кто должен был передать им взрывчатку, вычислили. Кто-то из них тоже погиб при задержании, другие захвачены и арестованы.

СОБР свою задачу выполнил, и дело передали в следственный комитет, каждое подразделение выполняет свою работу. В том что она будет выполнена и доведена до конца, можно не сомневаться.

Уцелевшие бандиты получат пожизненный срок, положенный за терроризм, а о тех, кто погиб при штурме, никто и не вспомнит, как говорится "много чести", не о ком вспоминать.

Нелюди, которые для достижения своих гнусных целей выбрали терроризм, не гнушаются захватом заложников, в том числе и детей, убивают мирных жителей, изначально обречены на поражение, рано или поздно их уничтожат, лучше конечно рано.

О том как всё прошло, Сергей Климов узнал только спустя две недели, когда пришёл в себя в реанимационном отделении областного военного госпиталя. Всё это время он пребывал в коме, вызванной тяжёлыми ранениями, полученными от успевшего выстрелить террориста.

Врачи изо всех сил боролись за его жизнь, несколько раз думали, что всё, не спасти парня, но он никак не хотел умирать, цеплялся за жизнь вопреки всем прогнозам и показаниям медицинских приборов.

Он снова бился за жизнь, беспомощный, без сознания, но бился… И победил. Видимо дух воина и воля к жизни живут сами по себе, даже тогда, когда человек не может ими управлять.

Ведущий хирург, седой мужик с большими сильными руками, только качал головой и оперировал его снова и снова. Он сам работал в Афганистане во время войны, спас множество жизней и насмотрелся всякого, но тут случай был особый.

Когда угроза жизни капитана миновала, "врач от бога", как его называли коллеги и пациенты, после последней, самой сложной операции, ни к кому конкретно не обращаясь, сказал: -В первый раз в своей практике встречаю ТАКУЮ волю к жизни, парень победил, теперь будет жить-.

Первым вопросом Сергея, когда он пришёл в себя, был: – Что с детьми? Спасли?

Молоденькая медсестричка, дежурившая в ту ночь в реанимации, всплеснула руками, радостно ответила: – Живы дети, все живы, вы герой, и побежала за доктором.

Выздоровление шло медленно и тяжело, потянулись бесконечные дни, наполненные процедурами, разнообразными исследованиями и консультациями. Ранения были серьёзными, и "врач от бога" приложил все силы и весь свой врачебный талант, чтобы парень наконец стал вставать, а потом и ходить.

Одна из пуль попала в плечо и перебила нервы и сухожилия. Правая рука висела плетью, надежды на её восстановление практически не было. Но хирург самолично разработал сложный комплекс упражнений и заставлял Сергея через пот и боль выполнять их.

Это принесло свои плоды, через месяц он мог держать в руке ложку и бритвенный станок, левой не очень-то удобно. При выписке доктор сказал:

– Ну что Серёжа, я сделал всё что мог, дальше всё зависит от тебя. Рука полностью не восстановится, но упражнения делать не прекращай, хотя бы простую работу, со временем ей выполнять сможешь. Делай дыхательную гимнастику, пробитое лёгкое должно постоянно работать, нельзя чтобы в нём начала скапливаться жидкость.

– Сердце у тебя здоровое, так что поживёшь ещё. Со службы, конечно, придётся уйти, ни одна комиссия не пропустит, но в жизни кроме войны есть ещё много других дел, не менее нужных и важных. Подумай, определись чем будешь заниматься, я в тебя верю. Сразу скажу: раны тяжёлые, болеть будут долго, но ты парень крепкий, сдюжишь.

– Только к бутылочке не вздумай начать прикладываться, ни к чему хорошему это не приведёт, проверено на себе. Рюмку-две по поводу можно принять, даже полезно, тут главное, чтобы не затянуло. Ладно, не маленький, сам всё понимаешь, бывай-, врач протянул широкую сильную ладонь.

Сергей её с чувством пожал и ответил:

– Спасибо доктор, если бы не вы… А может быть со временем всё же удастся вернуться на службу? Я все ваши рекомендации буду выполнять, стараться.

Доктор с сожалением посмотрел на парня, понял, что для него это очень важно, и не стал лишать последней надежды. Пожав плечами, сказал:

– Кто знает, всё бывает, иногда даже то, чего вроде бы быть не может. Держись парень, прощай.

Как и предсказал хирург, со службы пришлось уйти, врачебная комиссия забраковала категорично и однозначно. За операцию получил очередной орден, и был с почётом выдворен на пенсию по инвалидности, полученной в результате военной травмы.

Пенсию назначили – пару раз нормально в коммерческий магазин сходить, ветеранов тогда не баловали, время трудное, других проблем залейся, везде дыры надо латать, а где деньги? "Денег нет, но вы держитесь", говорили людям те, у кого они есть, а как держаться, это уже ваши проблемы.

Но положа руку на сердце, если не шиковать, одному прожить на смешную пенсию, назначенную за годы служения стране, всё же можно. Одному, потому что жена ушла сразу, как только выпроводили на гражданку, ей новые трудности и проблемы не нужны.

Молодая, красивая, найдёт ещё себе богатого, шанс есть. А то, что глупая, так это скорее не недостаток, а достоинство, богатые сами таких и ищут, настоящие женщины, умные и с красивой душой, их пугают. Фигуристую пустышку с бархатной кожей и определёнными навыками, рядом иметь удобнее, чем умную, думающую и гордую, впрочем, кому как.

Так и вышло – нашла, потом вместе с новым избранником уехала куда-то. А Климов остался один на один с рвущей на части по ночам болью, и с этим полусном-полуявью, который стал неотъемлемой частью жизни. Отпускало ночное наваждение теперь только тогда, когда засыпал оглушённый изрядной долей алкоголя.

Бутылочки избежать всё же не получилось, это мало кому удаётся в подобной ситуации, все мы люди. Но слава богу не втянулся, понял, что это путь в никуда, остановился. Поставил себе цель восстановить руку, стал усиленно, не жалея себя тренироваться. Не покидала надежда вернуться в строй.

Бывало, стонал и плакал от боли, но тренировок не бросал. Истязал себя до изнеможения, искусывал в кровь губы, мучил организм до звона в ушах, до кровавой пелены, обволакивающей мозг, но продолжал, потом падал окончательно обессилев, и засыпал.

Часа два спал спокойно, потом снова настигало наваждение. Месяца через три полностью восстановил руку, "врачи от бога" тоже иногда ошибаются. Они обычно мыслят привычными категориями и стереотипами, и дают прогнозы общие, для большинства.

Но даже они бывает искренне удивляются и недоумевают, как человек смог победить болезнь, восстановиться, когда не было уже никаких шансов. Боль по ночам по-прежнему приходила, но в целом стал чувствовать себя вполне сносно. Правда быстро уставал, но надеялся, что со временем пройдёт и это.

Снова попытался восстановиться на службе, писал рапорты, напрягал друзей, поднял старые связи, но всё тщетно. Доказывал, что чувствует себя хорошо, к работе готов хоть сейчас, просил войти в положение, всё без толку.

Многие искренне хотели помочь, но бюрократическую машину не остановить, у неё свои правила и законы, написанные и задокументированные раз и навсегда. Восстановиться на службе не получилось.

И потянулась жизнь скучная, унылая и однообразная. Накопился приличный долг за квартиру, да и сама она давно просила хоть какого-нибудь ремонта, поизносилась одежда, денег не было.

Включил телевизор, равнодушно посмотрел новости, попереключал каналы, выключил. Тупых развлекательных шоу не любил, полуголых певичек с жалким подобием слуха и голоса тоже, а больше и смотреть нечего.

Решил снова идти на "бакалейку" разгружать фуры с мукой. Работа тяжёлая, выматывающая, мешки по 80 кг, но платили неплохо. Правда после такой работы особенно сильно мучили боли по ночам, но никуда не денешься, деньги нужны.

Достал из шкафа чистую рубашку и джинсы, не опускался, следил за собой, одежда была хоть и поношенная, но всегда чистая. Уже собрался выйти из дома, когда зазвонил телефон.

Звонок вызвал удивление и вялое любопытство: кто бы это мог быть? Друзья после его настойчивых просьб оставить в покое, не звонили и не приходили, не хотелось ни с кем общаться и тем более ловить на себе жалостливые, сочувствующие взгляды, а больше вроде звонить некому.

Снял трубку и равнодушно сказал:

– Слушаю.

– Серёга привет,– затараторил в трубке жизнерадостный, смутно знакомый голос. Как ты? Хочу заглянуть к тебе сегодня, тебе во сколько удобнее?

– Кто это? – спросил неприветливо и хмуро, видеть никого не хотелось.

– Ну ты даёшь Серый, уже друзей детства не узнаёшь, это я Костик-, хихикнул в трубке голос. По этому хихиканью, которое всегда раздражало, Сергей и узнал звонившего.

– Не звезди Костик, друзьями мы никогда не были, чего тебе надо?

– Дело у меня к тебе Серёга, я слышал ты на мели.

– На сто миллионов? – хмыкнул в трубку

– Не на сто, но деньги хорошие, и заработать их для тебя труда большого не потребуется, учитывая твою прежнюю профессию и подготовку. Так я забегу?

– Что за дело?

– Не по телефону.

– Мутный ты Костик, и всегда был мутным, ладно, забегай жду.

Глава 9

"Значит бакалейка на сегодня отменяется, честно говоря очень не хотелось идти, посмотрим, что этот проныра предложит. Давненько его не было. Вспомнилось детство. Детдомовские пацаны дружили с местными, часто играли с ними в их большом дворе. Из этого двора был и Костик.

Дворовые пацаны его терпели, не более того. Он с детства был хитрым и скользким, мог втихаря подставить, наябедничать. Запросто переложить вину на другого за разбитое стекло или другие детские шалости, подбивал пацанов на разные сомнительные предприятия, а когда приходилось держать ответ перед взрослыми, сам всегда выходил сухим из воды, а отдувались другие.

Пацаны Костика за это периодически били, но совсем из компании не изгоняли. На это были две веские причины. Первая это та, что зажатый в угол и выведенный на чистую воду прохиндей, всегда искренне и горячо каялся, просил прощения, клялся, что больше "ни в жисть", что не хотел, случайно получилось, и т.д.

А вторая, и, пожалуй, главная, заключалась в том, что Костик никогда не был жадным, а денежки у него водились с детства. Он запросто мог купить на всю компанию билеты в кино, когда все способы пройти бесплатно были испробованы, угощал пацанов пирожками и сладостями. Все в массе своей тогда жили небогато, поэтому такой человек в компании был нужен.

Когда подросли, Костик подбивал парней на более серьёзные "шалости", за которые уже можно было загреметь и получить реальный срок. Если предприятие терпело крах, то сам снова оставался чистым, страдали другие, а если очередная афёра заканчивалась успешно, честно делился "нажитым непосильным трудом" с остальными.