Артур кричал это вслух, пугая редких прохожих. Какая-то старушка в рваных чулках попыталась ударить его клюкой, но промахнулась.
– Вот я тебе задам! – грозилась она ему вслед, но Артуру было всё равно.
Прибежав на набережную под мост, первым делом Артур отдышался. Сейчас там не было никого, нервное напряжение повисло в воздухе.
– Ни машин, ни людей, очень странно, – был удивлён Артур.
Холодный ветер гнал листву по тротуару. Он услышал невнятный шёпот – или это шуршала листва? Всё это было неважно. Чуть подумав, Артур направился тем же путём к проёму между домами. Медленно ступая, Артур оглядывался и смотрел внимательно по сторонам, как будто за каждым столбом надеялся увидеть по Котлеру. Где-то звонили колокола. Навстречу ему шёл старый монах, казалось, он пришёл сюда из другого мира. Мира, где царит только любовь и нет ничего дурного. Качая седой головой, он внимательно, с чуточкой иронии в глазах посмотрел на Артура.
– Прекрасен Божий мир, и всё в нём на своём месте. Эх вы, люди, к чему суета? Вот куда ты спешишь, добрый человек, остановись, подумай. Вон как запыхался, испей воды. Вода живая, поможет, – монах покачал головой и достал старенькую флягу.
Но Артуру было не до монаха, всё его внимание было сосредоточено на поиске Котлера. Вот уже потемнело, на улице заморосил мелкий дождь. Артур дошёл до переулка. Его сердце бешено стучало. Ещё на повороте он почувствовал сырой запах подвала, тот самый запах, что был здесь в прошлый раз.
И вот он, проём. Из него смотрела всё та же шевелящаяся непроглядная мгла. Как ни хотел Артур быстрее найти этого типа, леденящий душу страх заставил его остановиться перед этой тьмой, всё тот же невнятный шёпот снова раздался из темноты. Собрав волю в кулак, он сделал шаг в густую мглу. Кто-то в этой мгле едва заметно коснулся его, кто-то прошёл рядом. Шёпот становился громче. На ощупь он понял, что дорога уходила чуть правее, затем были четыре ступеньки и сквер с лавочками, об одну лавочку он ударился коленкой. Но вот впереди Артур наконец разглядел красный отблеск. Чем ближе он подходил, тем громче звучала бешеная, безумная музыка.
Его удивляло, что ни в одном окне не горел свет. Мгла начала рассеиваться. Он увидел перед собой огромный вход, ведущий в подвальное помещение ресторана, оттуда лился кроваво-красный свет. Красные воздушные шары окружали распахнутые металлические двери. За ними была видна каменная лестница, ведущая вниз. На улице возле дверей стояла публика. Мужчины в строгих чёрных костюмах, женщины в тёмных платьях – все держали бокалы, в которых зловещим огнём сверкало кроваво-красное вино. Больше всего Артура напрягала музыка – громкий нервный готический рок угнетал его и без того потрёпанную душу.
«Это что, вечеринка готов? – подумал Артур. – Зачем сюда принесло Котлера?»
Над входом в подвал висела вывеска. Приглядевшись к ней, Артур прочитал: «Ресторан “Аполлион”. Сегодня и всегда – сеанс гипноза».
Проходя мимо стоящей возле ресторана публики, Артур чувствовал её внимание к себе. Как будто глаза сотни хамелеонов сопровождали его движение, тихий, пугающий шёпот заглушал гнетущую музыку. Когда он подошёл ко входу, музыка и шёпот стали громче. Холодный воздух, пахнущий подвальной плесенью, мерцающий свет. Он начал спускаться вниз. По бокам лестницы висели стилизованные под факелы огромные светильники, которые сжимали в лапах химеры. Светильники отбрасывали на стены зловещие тени. Внизу его уже ждали.
– Прошу за мной, сударь. Сеанс начинается, – сказал человек в тёмном плаще и чумной маске.
«Возможно, это официант, – решил Артур. – Что это за место?»
А место было загадочное. Каскад залов в красных тонах складывался в страшный лабиринт. За чёрными столами в залах сидели мужчины в тёмных костюмах и женщины в тёмных платьях, у каждого был на одежде значок маски, точно такие Артур видел на фотографиях. Они испуганно перешёптывались. Между столами ходили официанты в старинных костюмах с плащами и в чумных масках и разносили посетителям кровавые напитки. Везде играла всё та же громкая музыка, а на небольших сценах то ли кривлялись, то ли танцевали бледные люди, похожие на покойников.
Артура долго вели по лабиринту. Казалось, движению не будет конца. Но вот они остановились перед массивными тёмными дверями, и из темноты раздался тягучий голос:
– Сударь, входите. Вас ждут.
Тяжёлая дверь с адскими барельефами начала медленно открываться перед ним.
За распахнутой дверью Артур увидел среднего размера театральный зал: чёрные старинные кресла были обиты кроваво-красной тканью, стены тоже были красными, и на них горели тусклым светом такие же, как на лестнице, светильники в лапах химер. Все места, кроме одного, были заняты. Перед рядами кресел, в дальнем углу зала, находилась деревянная сцена чёрного цвета с тяжёлыми бархатными кулисами. На сцене стояло огромное чёрное кресло, в котором сидел человек во фраке и с галстуком-бабочкой, на голове у него был цилиндр. Человек был высокий, худощавый, с небольшой козлиной бородкой. Тяжёлый взгляд тёмных, горящих ненавистью из-под сдвинутых бровей глаз непроизвольно вселял страх. Около него с двух сторон сидели два скалящих зубы добермана. Артур догадался, что это и есть тот самый гипнотизёр, на сеанс к которому его привели.
Как только Артур вошёл, все взгляды, как по команде, обратились к нему, и опять уже знакомый тревожный шёпот прокатился по залу. Но тут подбежал малыш Котлер, схватил своей маленькой ручонкой его ладонь и стал тянуть к свободному креслу, жалобным голосом приговаривая:
– Входите же уже, входите, сударь. Ну, что же вы. Вы мешаете сеансу.
Артур опустился в кресло, светильники погасли, загорелись рампы и прожектора, освещающие сцену.
– Итак, господа, сеанс начался. Сейчас вам будет явлено… – тихо, почти шёпотом, произнёс гипнотизёр.
Глава 8
В глазах Артура всё потемнело. Сердце сжалось, и воздуха стало не хватать.
«Что со мной?» – подумал он, впадая в забытьё.
Но тут темнота начала рассеиваться, предметы вновь обрели очертания. Артур увидел, что сидит за огромным чёрным столом, в массивном кресле с химерами по бокам. Напротив него, не меняя своей позы, расположился гипнотизёр. По бокам его кресла, скалясь, застыли два верных добермана. Гипнотизёр ждал, когда Артур придёт в себя. В глазах его была злая насмешка. Рядом горел гигантский камин, на нём стояли неработающие треснувшие каминные часы, все опутанные паутиной. Возле стола стоял Котлер: по-театральному нелепо изобразив почтение на лице, он протягивал гипнотизёру поднос с двумя бокалами, в которых был всё тот же кровавый напиток.
– Где это я? Что происходит? – занервничал Артур, оглядываясь вокруг.
– Ничего не бойтесь, сударь, это ваш сеанс, – ответил низкий голос из темноты.
– Итак, сударь, – обратился гипнотизёр к Артуру. – Не изволите ли отведать для начала?
Он указал на оставшийся на подносе бокал. Котлер с тем же важным выражением на лице поднёс поднос Артуру.
Артур молча покачал головой.
– Как вам будет угодно. Что же вас привело к нам? – спросил гипнотизёр насмешливым и презрительным тоном.
– Меня привело к вам только одно, и всего на один вопрос мне нужно получить от вас ответ. В вашу секту в недавнем прошлом попала моя жена. Её звали Ольга. Она погибла, её довели до самоубийства. Меня интересует, что здесь произошло.
Громкий раскатистый хохот гипнотизёра был ответом, он оглушал и леденил душу. Артуру показалось, что всё помещение составляет единое существо с гипнотизёром, что всё вокруг вместе с ним содрогается в хохоте.
– С чего же вы взяли, милостивый государь, что в этом виноваты именно мы? – спросил, отсмеявшись, гипнотизёр.
Артура это вывело из себя, он вскочил с кресла:
– А кто, по-вашему, довёл её до такого? Каждый раз, когда она возвращалась из вашей секты, вы слышите, каждый раз она становилась всё более замкнутой, всё глубже погружалась в себя. Ей было плохо. Что вы здесь делаете с людьми? Это какие-то эксперименты?
– Милостивый государь, чуть сбавьте обороты, иначе вы сейчас закипите, как чайник. В любой ситуации полезно иметь холодную голову. И если вы способны к рассуждению, я предлагаю вам подумать немного вместе. На этот раз я настаиваю, чтобы вы сели и сделали глоток вина, это позволит вам расслабиться и разумнее воспринимать мои слова.
Как бы ни был взбешён в этот момент Артур, спокойный и уверенный командный тон гипнотизёра, а также желание разобраться во всём заставили его подчиниться. Он сел и отпил глоток из поднесённого ему бокала. Его накрыла тёплая волна и унесла куда-то все чувства. В одно мгновение Артур почувствовал себя свободно и легко. Слова гипнотизёра звучали громко и отчётливо, они проникали в самое сознание.
– Во-первых, с чего вы взяли, что вы попали в секту? Нам нет никакого дела до убеждений других. Можете успокоиться, никто вас не заставит здесь читать глупые брошюры, не поинтересуется у вас, знаете ли вы, что вас любит Бог, не заставит хлопать в ладоши, кричать «Аллилуйя!» и делать остальные ненужные вещи. Мы категорически против этого.
Стоявший рядом Котлер всё время одобрительно кивал, по его лицу было видно, что уж он-то точно категорически против всего такого.
– А во-вторых, сударь, мне не очень понятны ваши претензии к нам. В чём наша вина и кто виноват в смерти вашей жены на самом деле? Давайте посмотрим правде в глаза. Кто, по-вашему, я? Или господин Котлер? Может, кто-то из моих служащих заставил бедную девушку ехать в ту несчастную поездку? Нет, сударь, это были вы. Вы были упрямы, уже тогда вы убили её душу, так что винить вы можете только себя.
Артур должен был признать правоту гипнотизёра, хотя он не мог понять, откуда у того такая осведомлённость о его делах. Артур попытался возразить, но гипнотизёр жестом показал, что надо молчать и слушать. Уже надломленный чувством вины, Артур замолчал и поник головой.
– Да, – продолжил гипнотизёр, – мы пытались помочь ей выйти из депрессии. Она всё делала по моей методике, и ей нужна была только небольшая поддержка, ещё чуть-чуть – и всё бы вышло. А она ведь так много делала для нас, – вздохнул гипнотизёр и погладил одного из своих доберманов. – Это она вылечила моего пса. Удивительно, но эти свирепые существа приняли её. Да, мы пытались помочь ей, но наши возможности не бесконечны. Когда она поняла, что никто не в силах этого сделать, случилось несчастье.
Артур был окончательно сломлен, а тут ещё и вино сыграло свою роль. В этот миг он особенно остро чувствовал себя виноватым. Ему казалось, весь мир укоряет его. Из глаз Артура потекли слёзы.
– Ну, ну. Не надо так. Сделайте ещё глоток вина и успокойтесь. В конце концов, вы же просто человек. Вы тоже не могли всего предвидеть.
Артур сделал ещё глоток, и слёзы вдруг прекратились, стало спокойно и тихо на душе, только чувство вины занозой сидело где-то глубоко в сердце. Он смотрел на всё отрешённым взглядом, и только слова гипнотизёра имели сейчас значение.
– Сударь, я часто помогаю людям и, глядя на ваше несчастье, просто обязан предложить свою помощь. Я вижу ваши чувства, они очень искренние и глубокие. Мы не будем вспоминать о том, что вы так набросились на нас вначале, это простительно, вы же защищали свою несчастную жену. Ну что ж, мы одарим вас своей щедростью. Всё, что от вас требуется, – это согласие. Формальность.
– Что вы мне хотите предложить, господин гипнотизёр? Я готов на всё, лишь бы избавиться от этого ужасного чувства вины. Я не могу так дальше жить.
– Ну что ж, я хочу предложить вам Удачу. Как вам моё предложение?
Артур не поверил своим ушам, в нём опять проснулся скептик.
– Удачу?! – переспросил он. – Вы сейчас издеваетесь надо мной?
– Ни капли. Конечно, меня предупреждали, – сказал гипнотизёр, глядя в неизвестно откуда взявшийся свиток и улыбаясь при этом, – что вы ещё тот Фома Неверующий. Вы, конечно, можете мне не верить, но подумайте сами. Что вас ждёт без моей помощи? Сплошные страдания по погибшей жене. Будете опять думать про каждую кошку, что это послание от неё. Потом сопьётесь вместе с этим весельчаком Лёней. А может, женитесь на Мусе и через месяц разведётесь с ней, так как у неё начнётся новый роман и вы ей станете неинтересны. Такую жизнь вы хотите для себя? Я же предлагаю вам удачу!!! Она откроет вам новые горизонты: головокружительный успех, далёкие путешествия, изысканные вина, красивые женщины и всё, что вы только пожелаете. И учтите, второй раз я не привык предлагать.
– Но это что значит: вы предлагаете мне Удачу? Мне кажется, это не материальное понятие. Я, конечно, не очень разбираюсь в таких вещах, но разве можно вот так взять и предложить человеку Удачу?
– Извольте взглянуть.
И Артур увидел у гипнотизёра в руках игральные кости. Тот потряс их и бросил, выпало четыре шестёрки и тройка.
– Ну что ж, прекрасно. Теперь вы, – сказал гипнотизёр. Артур бросил кости, и у него выпало пять шестёрок.
– Вы выиграли, господин Безродный. Готов спорить, сколько бы мы с вами ни играли, выигрыш всегда будет вашим.
– Но как такое может быть? – удивился Артур.
– Ах, господин Безродный, избавьте меня от того, чтобы вам объяснять такие вещи, как квантовая физика. Зачем это вам, в самом деле? В конце концов, вы же не Нильс Бор. Просто доверьтесь нам, и всё будет как надо.
И вдруг гипнотизёр спросил изменившимся громовым голосом:
– Итак. Ваше решение?
Артур задумался на секунду, потом, уже сдавшись окончательно, махнул рукой:
– Я согласен.
Раскатистое эхо разлетелось по невидимым коридором, загадочный шёпот повторил его слова: «Согласен, согласен, согласен!»
Где-то прогремел гром. На стол перед гипнотизёром упала сверху бумага, на ней кровью были начертаны загадочные знаки, а внизу стояла неизвестно откуда взявшаяся подпись Безродного. На сургуче рядом с подписью был отпечаток его перстня. Артур почувствовал, что он совершил что-то страшное и непоправимое. Теперь он ощущал себя самым странным образом – будто частью огромного монстра – и это его ужасало. Он увидел перед собой маску, и загадочный тягучий голос из темноты произнёс: «Добро пожаловать в “Аполлион”».
Всё стало расплываться перед его глазами, мир завертелся и превратился в неразличимое пятно, и только загадочный шёпот по-прежнему раздавался в его ушах.
Глава 9
Проснулся Артур на следующее утро оттого, что яркие солнечные лучи падали сквозь неплотно прикрытую штору ему на лицо.
Посмотрев на часы, он понял, что безнадёжно опоздал на работу. В голове гудело, вчерашний вечер вспоминался, как сон, и то не весь, а какими-то обрывками.
Сначала Артур хотел вскочить и бежать, придумывая на ходу причину опоздания, но тут его внимание привлекла маска, подаренная вчера гипнотизёром. Каким-то неведомым образом она оказалась висящей на стене. Кто и когда повесил её туда, он, хоть убей, не помнил.
– Неужели это всё правда – про подаренную удачу? Нет, нет, нет, всё это ерунда и мистика, – проснулся в нём привычный скептик. – Скорее всего, это был сеанс гипноза, а теперь я не помню ничего. Кто ему дал право проводить такие бесчеловечные сеансы? – недоумевал Артур, почему-то не испытывая ни страха, ни угрызений совести за опоздание на работу. Ему было настолько всё равно, что самому не верилось.
Нехотя Артур отправился умываться. Приглядевшись к себе в зеркале, он заметил в себе изменения. Будто совсем другой человек смотрел из зеркала. Всё на первый взгляд то же, но… Чуть более резке черты, чуть более мускулистое тело, ах да, глаза – у него стал другой взгляд: холодный, полный высокомерия, с лёгкой презрительной усмешкой. Шрам подчёркивал этот взгляд и придавал ему мужественности.
«Я ли это?» – думал Артур, касаясь небритой щеки.
«Как я мог забыть про работу? Нет никакого желания сегодня идти и что-то делать», – удивлялся он самому себе.
Вдруг зазвонил мобильник. Увидев, что это Муся, Артур думал сначала даже не отвечать. Ему так не хотелось давать объяснения по поводу своего отсутствия. Но всё-таки он вынужден был выйти на связь.
Весёлый Мусин голос вывел Артура из расслабленного состояния:
– Артур, Артур, я тебя поздравляю, так рада, так рада за тебя, такое редкое везение! – щебетала в трубку Муся. – Да, твой отпуск подписан, можешь ехать туда смело. Что ты будешь делать с такими деньгами? Привези мне ананас.
– Погоди, я ничего не понял. Какой отпуск, какой ананас? О чём ты сейчас? – перебил поток абсолютно непонятных ему слов Артур.
– Как, ты разве не помнишь ничего? Ты не помнишь, что с тобой произошло? Ты уже, наверное, отмечаешь? Как тебе не стыдно, нахал, мог бы меня позвать, – продолжала своё щебетание Муся.
Успокоив взволнованную секретаршу, Безродный смог выяснить у неё, что случилось. Оказывается, сегодня рано утром в директорскую пришёл маленький наглый тип в старинной шляпе и объявил, что он с телевидения.
Поинтересовавшись у Муси, у себя ли директор, и не дождавшись ответа, он самым бесцеремонным образом ввалился в кабинет Скоробенского.
Пожав с надменным видом руку ошарашенного директора, он попросил секретаршу подать ему чашку кофе с овсяным печеньем и никого не впускать в кабинет, пока они с Михал Петровичем будут вести важный разговор.
Он ткнул растерявшемуся Скоробенскому какую-то корочку в лицо. Объяснил, что Артур Сергеевич Безродный выиграл в лотерею «Алмазного лото» крупную сумму денег. Что Артур Сергеевич теперь миллионер и, если захочет, скупит всю их контору вместе со всеми потрохами, с работниками и самим директором Скоробенским. Что ему, Скоробенскому, поэтому лучше не рыпаться и не противиться судьбе, а отпустить новоиспечённого миллионера сегодня на съёмку шоу, где тому всенародно должны вручить миллион евро и путёвку в VIP-отель на какие-то там экзотические острова.
Услышав всё это, Скоробенский чуть не упал с кресла: ведь это он на день рождения подарил Артуру от всего коллектива не очень дорогой, но, безусловно, полезный лотерейный билет. Он помнил, как радостно жал руку юбиляру, вручил ему подарок и даже пожелал выиграть пять автомобилей. Он c содроганием вспомнил, как все радостно хлопали в ладоши. Ну конечно, все понимали, что это просто красивая бумажка, кто же мог подумать, что выйдет вот так. А теперь вот, на тебе, оказия какая, получается, он собственноручно вручил Безродному такое богатство.
Хватаясь за сердце, побледневший Михаил Петрович уже не мог думать ни о чём, кроме ускользнувшего выигрыша, поэтому машинально выполнил просьбу неизвестного подписать отпуск товарищу Безродному на месяц без сохранения содержания. Заявление с собственноручной подписью Артура телевизионщик выложил на стол. Михаилу Петровичу даже почудилось, что оно вдруг появилось из ниоткуда, само по себе, самым загадочным образом. Впрочем, он не был в этом уверен. Трясущимися руками Михаил Петрович подписал бумагу. Неизвестный подмигнул ему, улыбнулся безобразной улыбкой и выскочил из кабинета. Михаил Петрович повалился в своё кресло с жалостным стоном:
– Господи, сам, своими руками такое счастье отдал! Маша, валидолу мне, срочно!
Муся пыталась ещё рассказать Безродному, как весь коллектив был в шоке, как долго и истерично хохотала главный бухгалтер, как верстальщик перепутал шрифты, как уборщица Люся вещала про конец света и много ещё чего, но Артуру всё это было неинтересно.
Артур быстро закончил надоевший ему разговор и бросился искать давно куда-то засунутый лотерейный билет. Вопреки всему, тот нашёлся быстро. Как будто ожидая Артура, он лежал среди каких-то ненужных бумаг на журнальном столике, призывно выглядывая из-за нестройной стопки.
Артур схватил вновь обретённую ценность и победно посмотрел на неё. Пропуск в счастливую жизнь был у него в руках.
«Не обманул гипнотизёр», – прошептал он. Мобильник снова зазвонил.
Номер звонившего не был знаком Артуру, хотя он был уверен, что звонят от гипнотизёра.
– Артур Сергеевич, рад вас слышать, – ласково произнёс незнакомый вкрадчивый голос. – Вам уже сообщили о приятной неожиданности? Какое сказочное везение. И кто бы мог подумать? Поздравляю искренне, от всего, как говорится, сердца. Только вот какое дело: надо немного поработать, дорогой вы наш Артур Сергеевич, вы уж не обессудьте, но надо, надо вам показаться разок на телевидение. Вам – слава и почёт, а нам – реклама и доход. Заодно с одним негодяем разобраться поможете.
– Значит, так, Безродный, – произнёс голос с вдруг изменившейся угрожающей интонацией, – сейчас тебе принесут костюм, оденешься. Внизу тебя будет ждать чёрный «Лексус», садишься в него, едешь, куда скажут, если нет, пеняй на себя, – и в трубке раздались короткие гудки.
После этого разговора Артуру было не по себе, угрозы неизвестного подействовали на него удручающе, но деваться было некуда, да и не хотелось из-за какого-то хама отказываться от таких огромных денег.
Через несколько минут раздался продолжительный звонок в дверь. Артур открыл. На пороге стоял длинный худой человек лет двадцати пяти, в чёрных очках на бледном лице, в чёрном костюме с красной бабочкой, слева на груди его красовался значок с красной маской. Он молча вручил Артуру большой чехол с костюмом и коробку с ботинками и, развернувшись, словно нехотя произнёс: «Я жду вас в машине. Не задерживайтесь».
Артур распаковал принесённые ему вещи. Костюм идеально подошёл, как будто неизвестный мастер подгонял его именно на Артура. Ещё были лакированные туфли, красный галстук-бабочка, дорогая шёлковая рубашка.
Он оделся и посмотрел на себя в зеркало. Улыбнулся. Предательский шрам под глазом начал нервно подёргиваться. Значок с красной маской, приколотый к пиджаку, был единственным, что нарушало идеальную картину, – этот символ незримой корпорации, к которой он теперь принадлежал, крайне не нравился ему. Но делать было нечего.
Артур вышел на улицу и сел в машину. Длинный субъект с бледным лицом нажал педаль газа, и «Лексус» быстро поплыл по Москве. Конечно, Артуру была обещана удача, но бесконечным московским пробкам не было дела ни до чего, даже до обещаний всесильного гипнотизёра. Поэтому после десяти минут беспечного движения черный «Лексус» уткнулся в хвост вереницы машин, стоящих возле Садового кольца. И тут Артур боковым зрением заметил что-то очень знакомое. Вглядевшись, он увидел женскую спину. Да, да, да, это была она, он не мог перепутать.
Артур выскочил из машины. Он крикнул: «Оля», но женщина была далеко. Он бросился вдогонку. Но она шла, не оборачиваясь. Артур продолжал преследовать женщину, но та повернула направо и исчезла за торговым центром. Артур добежал до поворота к торговому центру и упёрся в белый каменный забор с зелёными прутьями вокруг пятиглавого храма и колокольни. Знакомый силуэт исчез, он потерял женщину из виду. Это его удручало: едва забрезжила надежда – и такое разочарование.
Старик, похожий на призрачного деда из сна, подошёл к нему.
– Бедолага. Всё суетишься, чего-то ищешь. Проснись, пора, – пробормотал старик.
Артур хотел отделаться от привязавшегося к нему деда, но тот уже сам похромал от него, что-то бормоча себе под нос. Возле Артура появился уже знакомый недовольный длинный субъект.
– Вы что, совсем ополоумели, уважаемый? Нас ждут, а вы тут скачете за какими-то девушками. Садитесь, и чтобы этого больше не повторялось, иначе всё будет доложено, кому следует.
Артур ещё раз с угасающей надеждой попытался найти взглядом женщину, но делать было нечего, пришлось садиться в машину.
И без того неразговорчивый и злой шофёр теперь смотрел на него волком.
Они доехали до огромного здания телекомпании рядом с большим прудом и монорельсовой дорогой. В проходной перед зданием Артура встречала милая блондинка с очаровательной улыбкой.
– Артур Сергеевич, пройдёмте за мной. Мы вас уже заждались, – сказала она.
Он предъявил паспорт полицейскому на входе и поспешил следом за девушкой.
Они вошли в здание телестудии, там девушка что-то ещё предъявила очередному полицейскому, и они стали подниматься на лифте, потом был длинный коридор с буфетами, бесконечными комнатами и студиями, где телеволшебники вершат свою телемагию.
Они вошли в гримёрку, где его уже ждала ещё одна девушка. Ловкими движениями она наложила на лицо Артура тональный крем, от которого зачесались глаза. Рядом на большом мониторе Артур наблюдал уже идущее ток-шоу. Стильно оформленная студия в синих тонах со светящимися логотипами «Алмазное лото», красивая подсветка и прожектора. На больших белых диванах сидели люди, которым повезло выиграть хоть что-то в эту лотерею. Они рассказывали свои истории знаменитому ведущему Зиновию Нарциссову. Тот балагурил, развлекая публику. Публика отвечала ему аплодисментами. Камера иногда наезжала на зрителей, среди них, как показалось Артуру, мелькнуло отвратительное лицо Котлера. Тот радовался, как злой ребёнок, который собирается совершить что-то гадкое: разбить из рогатки фонарь или привязать консервную банку к кошачьему хвосту.
У Артура по телу пробежали мурашки, он чувствовал, что участвует в чём-то нехорошем. Ему очень хотелось уйти, но он уговаривал себя, что это всё ерунда и человеческая слабость. На мониторе пел какой-то малоизвестный певец с подтанцовкой из полуобнажённых девушек, за ним выступал фокусник. Артур понимал, что его выведут в момент кульминации.
И вот за ним снова пришла уже знакомая блондинка и повела за собой.
Они вошли в студию, где его провели по тёмному коридору за декорациями.
– Итак, дамы и господа, разрешите вам представить нового миллионера, победителя «Алмазного лото», Артура Сергеевича Безродного! – торжественным голосом возвестил ведущий.
Тут же вход в студию осветили два прожектора, и Артур вышел в освещённый ими круг. Сверху посыпался дождь из золотых блёсток и заиграла «We Are the Champions».
Публика бешено аплодировала. Он медленно шёл к ведущему. Значок маски ярким кровавым светом блестел на его груди. Чем ближе он подходил, тем бледнее становился ведущий, его глаза наполнялись испугом. Затем ведущий упал в обморок.
В студии началась суета. Кто-то бросился помогать ведущему, кто-то звал врача, кругом царила суета. Артур увидел гнусную ухмылку на лице Котлера. Ему вдруг послышался в студии тот странный шёпот, который он слышал в «Аполлионе». Шёпоту было не жалко лежащего, шёпот умолял, чтобы случилось что-то ужасное, шёпот жаждал зрелища – и шоу продолжалось.
Артуру на секунду показалось, что козлиное лицо гипнотизёра висит над публикой и он наблюдает за всем происходящим. Но это длилось всего лишь мгновение. Запустили рекламу, а умелые врачи и нашатырный спирт привели за это время ведущего в чувство. Однако тот плакал и причитал, дико озираясь на Артура. Затем стал кричать что-то бессвязное, пытался ухватить его за рукав, весь усыпанный золотыми блёстками.
Всё под ту же песню знаменитый ведущий был выведен с шоу, и это была его последняя передача. Артур потом слышал, что у ведущего то ли случился нервный срыв, то ли началась белая горячка, то ли он просто сошёл с ума. Совесть мучила Артура. Не зная, почему именно, он чувствовал вину за этого человека, подсознание настойчиво ему твердило об этом.
Кто-то из телевизионщиков смазанно закончил скандальное шоу. Всё происходящее напоминало дурной сон. Артур забрал свой банковский чек, ему вручили красивую путёвку в VIP-отель на остров в Таиланде, он кланялся и благодарил, но передача уже была испорчена окончательно, хотя рейтинг говорил об обратном.
Расстроенный Артур сел в «Лексус». Опустились ранние осенние сумерки, холодный ветер и дождь добавляли тоски и грусти. Артуру вспомнилась встреча с девушкой, похожей на Олю, и от этого на душе стало ещё хуже.
Когда он вернулся домой, его встретил котёнок Васька. Котёнок радостно заурчал, а потом завалился на бок, как бы уговаривая Артура почесать его. Этот невинный поступок почему-то вызвал у Артура порыв злости. Первый раз он чувствовал ненависть к этому маленькому существу, которого внутренне считал посланием от Оли.
– Ещё ты тут, навязался на мою голову. Отстань, – сквозь зубы сказал Артур, отстранив котёнка ногой. Артур поймал себя на мысли, что в этот миг пожалел, что влез тогда в дела Котлера и не дал утопить котёнка. Он сам испугался этих мыслей. Поспешно отогнав их от себя, Артур поспешил снять с себя одежду и завалился спать.
Тревожный сон стал достойным завершением этого противоречивого дня.
Во сне Артур шёл по лесу, откуда-то доносился колокольный перезвон. Затем он услышал, как его зовёт Олюся. Она была далеко. Тёмная мутная река грязи разделяла их. Олюся звала, нет, нет, она уже кричала, она просила помочь ей. Её лицо было испуганным. Он попытался поискать брод в реке и оступился. Вот уже цепкая грязь потянула его в трясину. Он погружался и не мог сдвинуться с места. Ноги не слушались. Артур посмотрел туда, где стояла Олюся, но вместо неё там уже стояло чёрное кожаное кресло с гипнотизёром. Два добермана даже во сне не бросили своего хозяина. Гипнотизёр с интересом смотрел, как Артур погружается в грязь. Загадочный шёпот призывал Артура утонуть, потом он услышал голос Котлера: «Господа, сеанс продолжается».
Артур уже стал захлёбываться грязью, но что-то вдруг потянуло его вверх. Словно тяжёлый камень упал с его души. Он видел, как лежит на берегу и маленькое белое пёрышко с ангельского крыла пролетает возле него. Он снова слышал доносящийся издалека голос Оли.
Глава 10
На следующий день Артур проснулся очень поздно. То ли от вчерашнего нервного потрясения, то ли от пасмурной погоды, но ему очень не хотелось вставать. Тем не менее это было необходимо. Он почувствовал, что в квартире есть кто-то ещё, помимо него и Васьки.
Этим кем-то оказался Котлер. Маленький человек сидел в кресле, занимаясь непонятным делом: держал гранёный флакон синего цвета с одеколоном перед глазами и с упоением созерцал, как дневной свет проходит, дробясь, сквозь грани флакона.
«Да, всё-таки странный тип», – покачал головой Артур. Его уже не удивляло появление Котлера в его закрытой на все замки квартире. За эти несколько дней чудес его скепсис сильно сдал свои позиции. Но вот привыкнуть к этому типу он никак не мог.
– А, доброе утро, дорогой вы наш Артур Сергеевич, – радостно защебетал Котлер, заметив Артура на пороге гостиной. – А я тут жду, когда же вы изволите проснуться.
– Зачем я вам, что вам ещё нужно от меня? Котлер, меньше всего на свете я бы хотел видеть вас с утра в своей квартире, – грубо ответил ему Артур.
– Ну, зачем же, зачем же так неучтиво? Что же я вам сделал плохого, господин Безродный? Чем же я вас так обидел? – с фальшивой озабоченностью в голосе спросил Котлер.
– А скажите, этот случай вчера, ну, с телеведущим, был связан как-то с моим присутствием? Это ваш гипнотизёр сделал так, что его шарахнуло при моём появлении? – вместо ответа поинтересовался Артур.
– Честно говоря, да, господин Безродный! Всё было сработано замечательно, не зря мы верили в ваши звёзды, всё прошло как по маслу. Но мы заметили, что вас сей факт несколько расстроил, поэтому я здесь, чтобы утешить вас, милостивый государь, – вид у Котлера был чрезвычайно довольный.
– А кто дал вам право использовать меня для расправы над людьми? – выходя из себя и сжимая кулаки, рявкнул Артур.
– Ну, ну, успокойтесь же вы, наконец, и перестаньте строить из себя оскорблённое благородство. Или вы думали, что все подарки свалились на вас просто так? Позволю себе заметить, что за всё надо платить, господин Безродный, – жёстко и язвительно парировал Котлер.
– Что-то я не припомню, чтобы меня ваш гипнотизёр спрашивал об этом, я бы никогда не согласился заниматься такими вещами, – гневался Артур.
– А кто же вам мешал узнать все детали сделки, милостивый государь? Или, как только вы узнали, что вам дарят Удачу, так всё на свете забыли? Почему вы считаете, будто кто-то будет думать за вас? – поинтересовался Котлер. – И вообще, я вам очень не советую что-то предпринимать в связи с этим.
Артур понимал, что его обманули, но что можно сделать в этой ситуации, пока не представлял, действительно, он совершил такую оплошность. Но ведь он даже подумать не мог, что его так используют!
Видя замешательство Артура, Котлер перешёл в контратаку:
– Да успокойтесь же вы уже, Артур Сергеевич, ну, что вы прям как барышня? Если посмотреть на ситуацию с другой стороны, а что вы, собственно, сделали? Что вы совершили, за что так теперь себя мучаете? Разве вы что-то сделали дурное этому человеку? Да нет же, вы просто вышли на сцену, всё остальное – не ваше дело. При чём же тут вы? И за такую безделицу – такая награда, подумайте сами. Да и, честно говоря, тот человек – отвратительный мерзавец. Эх, знали бы вы, скольких людей он за свою жизнь погубил! Он, между прочим, квартиры стариков на себя переоформлял, – переходя на шёпот и оглядываясь, как будто боясь кого-то увидеть, сообщил Котлер. – Разве ж он стоит вашего огорчения? Поверьте, он бы уж точно за вас переживать не стал. Если рассматривать самую суть произошедшего – очистили общество от негодяя. Разве можно сетовать на волка за то, что он убивает нездоровых животных? На то он и санитар леса. Ну, давайте из-за нашей неприязни перебьём всех волков, ну, что тогда будет, я вас спрашиваю, Артур Сергеевич? Да ничего хорошего! Вы, господин Безродный, выполнили важную работу, да ещё за такую отличную плату. Радоваться должны. Выше нос, господин моралист! – закончил он свою речь.
Артур сидел, опустив голову, но ответить ему было, по сути, нечего. Может, Котлер и прав. Слухи о Нарциссове в народе давно ходили самые пренеприятные. Да и что, собственно, сделал такого Артур, чтобы теперь так расстраиваться?
Артур вздохнул. Котлер, заметив перемену его настроения, решил добить свою жертву:
– Да, совсем забыл, Артур Сергеевич. Вам же подарок от господина гипнотизёра: сегодня обязательно посетите ресторан «Золотая утка», за вас там уже заплачено. Очень, очень рекомендую. Как там кормят! А шеф-повар – настоящий португалец. Премиальная поездка, так сказать. Обязательно там будьте, господин Безродный. А это лично от меня, – жизнерадостно произнёс Котлер, протягивая ему синий гранёный флакон. – Уж поверьте мне, вам сегодня совсем не повредит быть элегантным в этом ресторане. И не забудьте, завтра ваш самолёт. Ох, и счастливчик же вы, господин Безродный, – сказал Котлер, хитро улыбаясь.
Вдруг его лицо исказилось ужасной гримасой. Котёнок Васька вцепился в ногу своего недавнего обидчика.
– Безродный, забери эту подлую тварь! – заорал обезумевший Котлер, выкатив глаза и теряя человеческий вид.
– Васька, уйди! – крикнул Артур и схватил малыша на руки. Пока он занимался котёнком, Котлер в свойственной ему манере куда-то исчез.
Начало дня было беспокойным. Как в наказание за щедрость фортуны, непрерывно звонил телефон. Артур даже не подозревал, что у него столько друзей и родственников.
Помимо взбалмошной Муси, пришедшей в восторг от того, что пирожки из кулинарии и лёгкий флирт закрепили, по её мнению, за ней звание девушки миллионера, в восторг пришло ещё около четырёх десятков человек.
Ему звонили школьные друзья и приятели, бывшие коллеги по позапрошлой работе и случайные собутыльники со студенческих времён. Оказывается, около десятка женщин были тайно в него влюблены.
Ему напоминали про какую-то любовь в пионерском лагере, про медленный танец на выпускном и поцелуй в щёчку в младшем классе. Особенно его поразила одноклассница Вера, которая, как выяснилось, все три замужества подряд вздыхала только об Артуре.
Неожиданно у Артура обнаружилось большое количество родни, разбросанной по всей России и её окрестностям. Даже из Баку позвонил неизвестный дядя Ахмед, который просил устроить красавицу Эльвиру на телевидение.
Но больше всего изумил Артура директор Скоробенский, прозрачно намекавший, что лотерейный билет подарил ему он, поэтому Артур не должен забывать про родную контору, да и лично про Скоробенского, а то не будет ему счастья в жизни от неправедно полученного богатства.
Звонки не прекращались весь день и изрядно надоели Артуру. Он с нетерпением ждал обещанной поездки в ресторан. И вот, когда за окном уже темнело, раздался звонок в дверь, и на пороге появился знакомый ему длинный шофёр с кислой миной на лице.
– Выходите, машина ждёт, – сказал шофёр, даже не поздоровавшись, и тут же удалился.
Глава 11
Поездка на этот раз заняла всего 20 минут.
Артур стоял у огромного здания, похожего на сказочный дворец, с яркой вывеской: «Золотая утка».
Стройная симпатичная девушка повела его в недра этого чудесного заведения.
Сначала Артур вошёл в огромный зал с ажурными мраморными колоннами и рельефным узорчатым потолком. Потолок был украшен картинами, изображавшими подвиги героев древнегреческих мифов. Вдоль разукрашенных золотым орнаментом стен стояли резные столы и кресла из красного дерева. Из этого зала было несколько дверей в другие сверкающие залы, где многочисленные посетители отмечали корпоративные праздники, юбилеи, свадьбы. Девушка отвела Артура в дальний, самый роскошный зал.
В золотом зале янтарные колонны поддерживали огромный балкон, на который можно было подняться на эскалаторе. Всё сияло и блестело, как во дворце султана из восточных сказок. За сервированными столами сидели гости. На полукруглой сцене оркестр играл волшебную музыку Шопена.
Артура провели за стол, зарезервированный специально для него. Ему принесли вино и закуску. Он наслаждался концертом, обстановкой, вкусной едой, но, несмотря на всё это, червь сомнения терзал его душу. Не верил Артур в доброту гипнотизёра, особенно после того, как его использовали для сведения счётов с телеведущим, даже не спросив, желает ли он участвовать в этом. Нет, конечно, ещё что-то нужно было этой компании от Артура.
Время текло, учтивые официанты меняли блюда на его столе, он уже начал зевать, не хотелось ни вина, ни еды, ни музыки, поэтому от накатившей скуки Артур стал рассматривать окружающую публику, и вдруг совершено случайно заметил за самым отдалённым от себя столом силуэт девушки, очень похожей на Олю. Это была та самая женщина, он ни капли не сомневался в этом. Она сидела к нему спиной, и хотя Артур не видел её лица, внутреннее чувство подсказывало, что это именно она. Перед женщиной на столе стоял ноутбук, она что-то рассматривала на экране.
Артур хотел дождаться, когда женщина повернётся к нему, но она была слишком увлечена своим занятием. Он понимал, что рано или поздно женщине придётся встать и уйти, не вечно же ей здесь сидеть, и тогда он опять потеряет её из виду, поэтому надо было действовать.
Наконец, решившись, Артур подошёл и некоторое время молча стоял за её спиной.
Собравшись с духом, он наконец спросил:
– Оля, это ты?
Глава 12
На улице шёл дождь, гремел гром.
В церкви царил полумрак, горели свечи перед иконами. Было тихо и спокойно. Неожиданно под своды храма вошёл человек крепкого телосложения с зонтиком, в тёмном осеннем плаще, чёрной шляпе и лакированных ботинках, на нём были солнечные очки, которые нелепо смотрелись на фоне осенней погоды и вечерней темноты.
Сняв шляпу, он тихо, как тень, проскользнул в дальний угол. Он не молился, не ставил свечи перед иконами, просто стоял и ждал чего-то. Наконец дверь алтаря открылась, и оттуда вышел священник. Лет сорок – сорок пять, строгие черты и светлый взгляд серых глаз, поседевшая борода – облик, типичный для православного батюшки.
Отец Павел был очень умным и образованным человеком, его уважали и клир, и прихожане. Некоторые считали его святым. Внимательный и учтивый, он всегда с искренним участием относился к проблемам приходящих к нему людей.
Выйдя из алтаря и перекрестившись, отец Павел пошёл в сторону выхода. По опечаленному лицу батюшки было видно, что его беспокоит какая-то мысль. Человек в плаще незаметно появился перед ним из тени и тихо, с иронией произнёс:
– Батюшка, благословите.
Его появление сильно напугало отца Павла. Он побледнел и, перекрестившись, нервно спросил пришедшего:
– Зачем вы здесь, господин Корсар?
Человек в плаще ухмыльнулся:
– Не очень-то вы меня рады видеть, отец Павел. А как же христианское человеколюбие?
– Перестаньте кривляться в храме Божьем. Если Бога не боитесь, хотя бы имейте уважение к святому месту, – ответил отец Павел.
– Но-но, святоша, не очень-то увлекайтесь. Забыли, как вы получили это доходное место? О чём вы тогда думали? Явно не о Святом Писании. Не забывайте, что вы, как и все, оформили сделку, а часики-то тикают.
Отец Павел ещё больше побледнел и, слегка пошатнувшись, схватился за сердце:
– Я уже трижды служением своим искупил сей грех перед Богом. Зачем ты мучаешь меня, окаянный? Что тебе нужно, говори уже?
Человек в плаще сделался серьёзным и, помолчав несколько секунд, сказал:
– Время пришло. Как у вас в Библии сказано, «время разбрасывать камни и время собирать»? Они нашли того, кто собирает камни, скоро нам придётся ответить за всё.
Отец Павел начал было снова креститься, но, остановившись, прошептал:
– Не зря я видел нынче адское пламя во сне. Вот оно, значит, как. Чувствую, лихой час не за горами. А что делать? Бежать бы надо, да куда? Везде достанет нечистый!
– Не бежать нам надо, а действовать, неспроста гипнотизёр отсылает подальше Посланника своего, знает: время не пришло, выжидает, хитрец. А уж когда время придёт, вот тогда подожмём хвосты.
– Не приведи Господь, – прошептал побледневший священник.
– Но не волнуйтесь, отец Павел, – усмехнулся пришедший, – я уже нашёл того, кто поедет за ним, ещё поборемся с гипнотизёром. Только держаться мы теперь должны вместе. Поодиночке они нас, как овец, перережут.
Отец Павел молчал, кивая, соглашаясь со своим гостем. Он морщил лоб и думал о своём.
– Была у меня мечта в молодости: построить храм, светлый, чистый, чтобы приходил в него человек и замирал в возвышенном изумлении. Да не давал мне Господь выполнить задуманное, чувствовал гордыню мою. Что ни сделаю, всё судьба дурным местом поворачивалась. Впал в грех отчаянья тогда, каюсь. К святым иконам с кулаками пришёл, грешник. А сам всё шептал: «За что отринул ты меня, Господи?» Вот и поймал меня лукавый, видя слепоту мою. Соблазнил. Да я ж не ради себя старался, ради людей.
Отец Павел посмотрел на собеседника, тот в ответ глядел с усмешкой и презрением.
– Я вот не пойму одного, господин хороший, – сказал отец Павел. – Ну, ладно, я ради мечты старался, у других тоже свои мечты есть, хорошие или плохие, но есть. Кто о профессии думал, кто в долгах был, выкарабкаться хотел, кому-то деньги на дом с садиком нужны были. За что вы-то в грех сей впасть решились, чтобы безнаказанно к беспорядкам везде взывать? Ради чего вы всё вокруг разрушить хотите?
– Эх, дорогой вы мой служитель культа, даже не пытайтесь меня понять. Вы думаете, я такой беспринципный, циничный монстр. Да, вы правы, я такой, но я – это вы без маски ложной нравственности. Везде все учат любви к ближнему, любви к Родине, рассказывают сказки про высокую мораль. А зачем мне ваша мораль? Зачем мне любовь к человеку? Что такое ваш патриотизм? А вера в Бога? Зачем все эти ваши абстрактные выдумки? Я не хочу страдать за всё это. Живу я здесь и сейчас, и если что-то мне мешает жить – оно должно быть разрушено. Какая у меня мечта? Моя мечта – это кайф от жизни, и не потом, а именно сейчас. Никакого «потом» уже не будет. Вот вы клянёте Иуду, думаете, он предал Бога. А не думали ли вы, что нельзя предать то, во что не веришь? Вы считаете, что тридцать сребреников – это плохо? Но это и была вера его. Святая или нет, но вера. Вера в то, что можно жить и наслаждаться безо всяких моральных угрызений и не ждать, что когда-нибудь на тебя снизойдёт благодать. И давайте закончим с этим, у нас чертовски мало времени. Я собираю всех сегодня в полночь на нашем месте.
– Я буду там, – мрачно ответил священник.
Глава 13
Артур ждал ответа. Женщина медлила. Но вот она повернула к нему голову. На него смотрели серые лукавые глаза. Красивое лицо тридцатилетней женщины с правильными утончёнными чертами. Светлые длинные волосы падали на плечи. Без сомнения, она была очень похожа на его погибшую жену, и, конечно же, это была не она. Как он мог надеяться на такое чудо, ему самому теперь было непонятно. Такое не под силу даже гипнотизёру. Ситуация разъяснилась, и Артуру стало легче.
