Облизываю губы, ныряя в воспоминание о нашем поцелуе в машине.
Зачем ты появилась в моей жизни, Ханна? Я никогда не нарушаю своих правил.
Глава 8
♫ The Score feat. Travis Barker — All Of Me
Ханна
Отменить утреннюю пробежку команды? Да запросто. Всего-то нужно было явиться домой в том виде, в котором я сейчас. Купальник и бесформенная мужская майка. Ах да, а еще обязательно утром и с отеками после вчерашнего веселья.
Как я пожелала «доброе утро» отцу? Назову это креативом.
Мои ключи и телефон остались у Мэйбл, и исключительно этот факт вынудил меня направить напор воды из садового шланга прямо в приоткрытое окно отцовской спальни.
Сделала бы я это, если бы у меня был другой выбор? Черт, да!
Мой внутренний Гринч ликовал от душераздирающего крика отца: «О, НЕТ! ТОЛЬКО НЕ МОЯ КОЛЛЕКЦИЯ ВИНИЛА!».
– Ты наказана! – отец тычет пальцем в мою сторону, пока я прохожу в дом.
– Трижды за несколько суток. Это мой абсолютный рекорд, – усмехаюсь и, подхватывая отцовскую кружку, наполненную кофе, делаю глоток.
– Ханна, ты…
– Отличный кофе, спасибо, – жмурюсь от удовольствия и мотаю головой.
– Это когда-нибудь закончится? Ты сказала, что хочешь исправиться.
Открываю глаза и вскидываю подбородок вверх, рассматривая потолок.
– Я не могу стать хорошей девочкой по щелчку пальцев. Одержимость изгоняют месяцами, папочка.
Хихикаю и, подхватывая маленькую солонку с корицей, посыпаю ей густую кофейную пенку.
– Думаю, еще одно мое наказание поможет тебе в этом, – отец складывает руки на груди, топая ногой.
– Я ночую на улице? – ставлю кружку на столешницу и быстрым шагом направляюсь к лестнице.
– Это слишком просто. Я поговорю с миссис Абрамс, тренером группы поддержки, и надеюсь, она поможет вымотать тебя.
– Что? – оборачиваюсь, спускаясь на несколько ступеней вниз. – Хочешь сказать, я возьму в руки блестки и буду натягивать улыбку для твоих хохлатых пингвинов?
– «Воронов». Именно это я и сказал, Ханна.
– Ты… – сжимаю кулаки, – издеваешься?
Злость переполняет меня, хочется выругаться и топнуть ногой, но вместо этого я разворачиваюсь на месте и мчусь по лестнице в свою комнату.
Снимать видео с его невоспитанными птицами, вести их соцсети – с этим я уже смирилась. Но скакать в идиотском облегающем леотарде16 с помпонами из фольги и улыбаться, словно мне защемило лицевой нерв, – звучит как полный отстой!
Я ни за что на свете не буду это делать.
Я не похожа на сумасшедшую фанатку парней с палками, которые машут ими, разбрасывая тестостерон в разные стороны.
Ладно, может, и похожа на фанатку одного из них. Но только на ту, которая сбегает по-английски утром и показывает средний палец при встрече.
Демонстративно громко хлопнув дверью, я с разбега прыгаю на свою мягкую кровать.
Как у меня получается вляпаться в дерьмо, когда я и так уже по уши в нем?
Фыркаю и падаю лицом в подушку.
Сначала чертов Рик, потом видео, отправленное по ошибке отцу, сцена с пингвинами, которые считают меня хоккейной зайкой. А теперь еще и моя дурацкая влюбленность в идиота с самооценкой размером с белый дом.
Зачем я поцеловала его вчера?
Выдыхаю и переворачиваюсь на спину, рассматривая мужскую майку на своем теле.
Брайан Маккейб. Этот парень украл меня с вечеринки, дал мне свою футболку и уложил спать в свою кровать.
Я спала там, где возможно побывала куча его фанаток, но даже это не вызывает у меня отвращения.
Закрываю глаза, воспроизводя вчерашнюю ночь.
Он молча сидел на кресле, рассматривая что-то «ну очень интересное» в своем телефоне, пока я ворочалась в его постели и пыталась уснуть.
На самом деле я очень хотела спать, глаза закрывались. Но осознание того, что он рядом, заставляло мое сердце биться чаще. А запах… Я чувствовала его повсюду. Он окутывал меня вуалью нежности и чертовой влюбленности в этого самодовольного пингвина.
Подтягиваю воротник футболки к носу и вдыхаю ее аромат. Она пахнет Брайаном. Как жаркий летний день у бассейна. Как свежеиспеченный лаймовый пирог. Как буйный океан и алкогольные коктейли где-нибудь на диком пляже в Майами.
Втягиваю воздух в легкие глубже, так глубоко, насколько возможно, задыхаясь от нехватки этого аромата. Она чертовски вкусно пахнет им. Я пахну им.
– ХАННА, Я ТРЕБУЮ ОБЪЯСНЕНИЙ! – на весь дом кричит отец, прерывая мое одержимое наслаждение.
Я тихо вздыхаю и натягиваю футболку на лицо.
– Дерьмо!
***
– И как вы мне это объясните? – отец складывает руки на груди, облокотившись на ограждение. Я сглатываю и кошусь на Маккейба, который засветился со мной на очередном видео в интернете.
Какая-то дрянь записала на свой хренов смартфон, как я стою вниз головой на столе для бирпонга. Но и это еще не все. Дальше кадры показывают, как меня подхватывает Брайан и уносит в неизвестном направлении. Подпись под этим проклятьем еще шикарнее содержимого: «Ханна Уэндел не думает останавливаться. Следующая станция для ее зада – красавчик Брайан Маккейб».
– Ну и, долго мы будем задерживать тренировку?
– Я бы задержала ее на вечность, – шиплю сквозь зубы и, копируя его позу, складываю руки на груди.
– Я все слышу, Ханна, – отец снимает бейсболку и потирает лоб, переводя взгляд на Брайана. – Я понимаю, она была на этой вечеринке, но ты…
– Прекрасно, папочка! Значит, за меня ты не переживаешь, а этот… – вскидываю брови, обдумывая, как назвать самовлюбленного эгоиста, который молчит и ждет, что я разберусь с этим дерьмом сама.
– Ханна, ты не понимаешь? Ты не можешь втягивать Брайана в это. У него на кону светлое будущее.
– Что?! – вскидываю руки, разводя их в стороны. – Да я вообще ни при чем! – перехожу на рык, пока обладатель нимба сдерживает свою ангельскую улыбку.
Кошусь испепеляющим взглядом на высокомерного ублюдка в ожидании, когда он все-таки раскроет свой прекрасный рот и расскажет, что было на самом деле.
– Тренер, не ругайте Ханну.
Ну наконец-то! Неужели в его голове появилось хоть немножечко мозгов?
Выдыхаю с облегчением.
– Она позвала меня, чтобы получше познакомиться и обсудить наше дальнейшее совместное времяпрепровождение.
Нет. Не появилось!
– ЧТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ТЫ НЕСЕШЬ? – толкаю его в грудь, но он, как скала, не двигается с места. – Он лжет! – перевожу взгляд на отца, который качает головой.
– Ханна-Ханна… Ты разочаровываешь меня.
– Ты… Ты мне не веришь? – горько усмехаюсь и, проходя мимо Маккейба, цепляю его плечом. – Можем начинать вашу глупую тренировку, мы все обсудили.
Не обращая внимание на то, что происходит вокруг, я прохожу к трибунам и вытаскиваю из сумки коньки, которые мне выдали в прокате.
В мои обязанности входит съемка со скамьи запасных, с последнего ряда трибун и самая основная – крупным планом прямиком со льда. Что же, этим я и займусь в первую очередь.
А Маккейб? Пусть катится на своих дурацких коньках в преисподнюю. Он пожалеет о своем решении объявить войну мне.
Гринч улыбается своей зловредной улыбочкой и показывает большой мохнатый палец, словно меня интересует его зеленое гребаное мнение.
Справляясь с идиотской шнуровкой, которую я ненавидела еще в детстве, слышу женские писклявые голоса и перешептывания.
Прекрасно. Это то самое очередное дерьмо, которое я должна сегодня испробовать? Официант! Неси все меню, я хочу покончить с этим как можно быстрее.
Повернув голову, я замечаю тех самых хоккейных чирлидерш в черных облегающих платьях. Тонна косметики, двухчасовые прически и то, от чего мне хочется опустошить желудок – Блестящие, мать его, помпоны!
Интересно, они и вправду считают себя сексуальными? Как по мне, их вид схож с подвидом самок горилл. Которые отставляют зад, чтобы получить несколько бананов по своей морде.
«О боже, это "Вороны", разведу ноги пошире, чтобы они забили в мои ворота несколько шайб!»
Подставляю два пальца к горлу, представляя, что мем, который я исполняю, смотрит миллион подписчиков моей подруги Мэйбл.
Что? Пройти мимо Ханны Уэндел? О не-ет, для них эта миссия невыполнима.
– Вот черт! Посмотрите на эту хоккейную подстилку. У нее хватило наглости явиться сюда после того, что произошло, – ядовито протягивает одна из десятка, показывая в мою сторону пальцем.
– Я слышала, что Рик Айкел поделил ее со своей командой сразу после съемки, – бормочет другая, усмехаясь и поправляя дурацкие хвостики.
Я ужасно хочу ответить этим стервам, но прикусываю язык ради своего же блага. Пусть думают, что я тихая и слабая мышь, которую парализует их змеиный яд.
Проклятье! Во мне умирает Сидни Суини. Я обожаю притворяться жертвой, чтобы обезоружить противников еще до начала сражения. Ведь если они не знают, на что ты способен, победа уже в твоем кармане.
Поднявшись на ноги, я достаю из сумки экшн-камеру и медленными шагами направляюсь к выходу на лед. Я не стояла на коньках с шестнадцати лет и, если бы не нелепые обстоятельства, не надела бы их до конца своей жизни.
– О боже! Вы только посмотрите на нее, – хихикает в ладонь рыжая кукла Братц с вытянутыми губами. Стоп. Она что, попала к горе-косметологу, который тренировался на кошачьих задницах? Или почему ее губы напоминают мне сфинктер Мистера Фогеля?
Передергиваю плечами и поворачиваюсь в их сторону всем телом, натягивая дружелюбную улыбку.
– Видели очередное видео со мной? – обвожу глазами каждую, наблюдая за надменными взглядами. – Сам Маккейб нес меня на руках в свою тачку, а потом… – облизываюсь, кокетливо играя взглядом, – он целовал меня прямо сюда, – касаюсь пальцем своих губ и издаю звук наслаждения. – Пробовали этого парня? Это десятка! Он чертовски круто целуется.
Невинно заправляю выпавшую прядь за ухо, выискивая глазами ту самую стерву, которая сходит по ангелочку с ума.
Легче простого. Эта блестка похожа на охренительно перезрелый томат, который вот-вот превратится в красное смузи.
– Хорошей тренировки, девочки, – взмахивая волосами, я оборачиваюсь обратно ко льду и, усмехнувшись, вступаю на его гладкую поверхность. – Не потеряйте помпоны, когда заметите, что Маккейб пялится только на мой зад.
– Дрянь! – рычит одна из них мне в след.
Игнорирую, почесав затылок средним пальцем.
– Эй, пингвины, покажите мамочке класс.
Глава 9
♫ The Faim — One Way or Another
Ханна
Покончив с работой, я стянула жмущие и неудобные коньки и села с ногами на скамью запасных, чтобы открыть аккаунт команды и просмотреть предыдущие посты. Но стоило наткнуться на фотографию Брайана без верха, в одной защите, с миллионом комментариев и лайков сумасшедших фанаток, как мое сердечко нажало на кнопку «Влюбленная идиотка».
Его игривая улыбка, растрепанные влажные волосы и рельефный пресс, как безумный Дятел Вуди для крошек в подгузниках. Видели когда-нибудь это дерьмо?
Вздыхаю, касаясь пальцем экрана, и перевожу взгляд на лед в поисках двадцать девятого номера.
– У тебя нет шансов. Маккейб никогда не посмотрит на дрянь, которая раздвинула ноги перед его главным врагом, – мерзкая усмешка у меня за спиной закатывает мои глаза так глубоко, что, кажется, обратно они уже не вернутся. – Тебе ничего не светит.
– Разве над моей головой неоновая вывеска «Мне нужен совет»? – оборачиваюсь и смотрю стерве в глаза.
– О нет, милая Ханна. Там написано совсем другое слово… – она прикусывает губу и, слегка наклонившись ко мне, шепчет по слогам. – «Шлю-ха».
Запрокинув голову, я начинаю смеяться. Так громко, что, кажется, мой смех эхом отражается от всех блестящих поверхностей хоккейной арены.
– Тогда… – опустив ноги на пол, я поднимаюсь с сиденья и поворачиваюсь к ней лицом. – Будет правильно подтвердить свой статус и трахнуть парня, на которого ты мастурбируешь каждую ночь перед сном.
***
– Ханна, подожди.
Голос Маккейба пробегает через мое тело как ток. Сердце бьется о грудь, а мысли в голове спутываются подобно проводам.
Перекидываю сумку через плечо и ускоряюсь.
В моих наушниках ничего не играет, но ведь он об этом не знает.
Качаю головой и напеваю припев песни: «One Way or Another».
Этот парень не на ту напал, если подумал, что меня можно купить дерьмовой хоккейной формой и фирменной улыбкой.
«Я не такая! Я не сохну по пингвинам с клюшками. Хоккеисты — не моя страсть. Я люблю мотоциклистов. Да, точно, именно так!» – мысленно убеждаю себя, кивая в подтверждение.
– Эй, – прикосновение его мозолистой руки на моем плече моментально сбивает с меня всю спесь.
Черт тебя за ногу, Маккейб! Я твоя долбанная фанатка и хочу от тебя детей!
Мои глаза наполняются сердечками, а внутренний Гринч превращается в белого кота из мема, который срыгивает шерсть. Но это абсолютно ничего не меняет.
Я Ханна-прокляните-меня-Уэндел, которая поехала крышей от красавчика хоккеиста. Жирная точка.
Брайан вытаскивает наушник из моего уха и засовывает в свое.
Паника подкатывает к горлу так быстро, что мой рот издает гортанное «О».
– Какая же ты стерва, – фыркает он и запрокидывает голову, заливая мое сознание рокочущим и идеальным смехом. – Тебе нравится, когда парни бегают за тобой, а?
Нахмурившись, пытаюсь вернуть себе невозмутимый вид.
– Придурки с завышенной самооценкой не в счет, ангелочек, – я быстро вытаскиваю наушник из его уха и возвращаю в свое. – Ты что-то хотел?
Мой голос похож на скрежет вилки по фарфоровому блюдцу. Я напряжена. Ощущение, словно я в пчелином улье, а рой гребаных хищниц жалит меня прямо в зад.
– Я видел, как вы разговаривали с Гвен.
– Гвен? – переминаясь с ноги на ногу, складываю руки на груди. – Ты о той кучке дерьма, которая считает своим долгом дать сраный совет тому, кто в нем не нуждается? Я думала, ее зовут Аманда-подскажу-как-надо или, быть может, Сара-я-все-знаю.
Маккейба это определенно веселит, он снова начинает смеяться, не отрывая от меня своих леденящих сердце глаз.
– И какой же совет тебе дала Сара-я-все-знаю?
Мы останавливаемся напротив и смотрим друг другу в глаза. Солнечные лучики наполняют его обесцвеченный взгляд лазурью, а легкий ветерок хаотично укладывает влажные волосы. Запах лайма и прохлады выключает мой мозг с первого нажатия. Брайан переходит на шепот:
– Держатся от меня подальше?
Мир вокруг начинает вращаться и появляется галлюцинация, что мы сближаемся.
– Если бы мне сказали держаться от тебя подальше… – я сглатываю ощущение тошноты, – я оказалась бы ближе, чем ты себе можешь представить, Брайан-все-хотят-меня-Маккейб.
Моя голова меня не слушает, Гринч кричит: «Ханна, ты должна свалить отсюда к чертовой матери!».
Я делаю шаг к парню и вдыхаю сжимающий ребра аромат. Он тоже приближается. Его грудь вздымается и опускается так медленно, что мои колени начинают дрожать.
Гребаные десять сантиметров, они сокращаются, притягивая меня магнитом к его телу.
Нет, нет, нет… Отмена. Мозг, ты должен начать работать, сукин ты сын!
Брайан подхватывает свободную от заколки прядь моих волос и, накручивая ее на палец, оказывается еще ближе.
Гринч бьет себя по лицу, не теряя очередной попытки включить мой барахлящий от влюбленности мозг: «Ханна, по твоему расписанию – время таращиться в пропасть и ныть от жалости к себе. Отойди от этого засранца. У тебя слишком много дел!».
Сглатываю, когда его губы оказываются в нескольких сантиметрах, и закрываю глаза. Горячее дыхание ангелочка обжигает кожу, земля уходит из-под ног.
– МАККЕЙБ!
Я отскакиваю от Брайана на метр как ужаленная, когда слышу голос своего отца.
Проклятье! Мой папочка направляется сюда. Он, черт возьми, идет к нам.
Мог ли он видеть, что мы чуть не перепихнулись с этим наглым парнем прямо возле спортивного комплекса, где он тренирует своих пингвинят?
Сердце колотится как проклятый комбайн. Мысли мечутся в голове, словно опаздывают на последний рейс.
Я должна что-то придумать. Мне нужно взять себя в руки и включить отказавшую голову.
Медленный вдох. Быстрый выдох.
А что, если…
Увожу взгляд вдаль и в подсознании вижу Гринча, который поигрывает лохматыми бровями.
Ухмыляюсь и складываю руки на груди, переходя на истеричный визг.
– ТАК ТЫ СОВРАЛ МОЕМУ ОТЦУ, ЧТОБЫ ПРИКРЫТЬ СВОЙ ЗАД, ПРИДУРОК?!
Расслабленный взгляд Маккейба наполняется удивлением, а губы кривятся в ехидной улыбке.
Я же делаю вид, что не замечаю отца и продолжаю свое выступление.
– Чего молчишь? Нечего сказать? Так я и думала! В следующий раз придумывай свои отмазки более правдоподобно и не вмешивай в это меня. Уяснил?
– Ты слишком груба, Ханна… – Брайан делает грустное лицо, изображая невинного мальчика. – Это просто шутка, я не думал, что все так обернется.
Хренов ты засранец!
Нервно подтягиваю тренировочную сумку к животу и вытаскиваю из нее шерстяной носок, который использовала для коньков.
– Шалость удалась, Добби, а теперь… – кидаю им в Маккейба. – Ты свободен!
Глава 10
♫ VOILÀ — Bad For Me
Брайан
– Мужик, я серьезно! Эта хоккейная зайка объявила на тебя настоящую охоту.
Делаю глоток воды и мотаю головой.
– Она даже не смотрит в мою сторону, о чем ты?
– Зато ты на нее пялишься, как на самый желанный трофей, – Фрай швыряет в меня джойстик и включает НХЛ на Иксбокс17. – Да и вообще, ты себя видел? Ты похож на влюбленную задницу!
– Значит, по-твоему, это я хоккейная зайка Уэндел?
Он запрокидывает голову на спинку своего любимого дивана и смеется, тем временем как я усмехаюсь и толкаю его в плечо.
– Давай не будем обсуждать эту тему. Ты знаешь мои правила. Между мной и Ханной ничего не может быть.
– А если бы она не спала с Айкелом?
– У меня нет времени на все эти милости с девчонками, – перебиваю его.
– «Нет времени», – повторяет за мной. – Я всегда могу найти время на девчонок. Как можно отказаться от сладкого отсоса?
– Секс и милости – не одно и тоже, мудила. Может, мы уже начнем? – бросаю нервный взгляд в его сторону и усаживаюсь поудобнее в полной боеготовности надрать ему зад.
– Значит, я могу забрать Уэндел себе? – он закусывает губу и, поигрывая бровями, нажимает на плэй.
– Забрать себе? – ловко отбираю шайбу у его центрального нападающего и облизываю губы. – Чувак, Уэндел откусит тебе руки по локоть и затолкает их в твой зад, – я на секунду поворачиваюсь к нему и ухмыляюсь, отвлекая его от игры.
– Думаешь, она любит жесткие игры? – теперь он смотрит на меня, пока я действую.
– Думаю, она не любит таких… – прохожу по левому флангу, обходя противников, и забиваю шайбу в ворота Фрая. – Неудачников.
– Ах ты, сукин сын! – он толкает меня в плечо и, впиваясь пальцами в джойстик, придвигается ближе к экрану. – Сейчас я покажу тебе, кто из нас неудачник.
Ханна
– Значит, ты запала на Маккейба, – подначивает Мэйбл, пока я рассматриваю спортивные костюмы. Завтра игра у пингвинов, и я не могу пойти на нее одетой во что попало, как-никак я помощница тренера и часть их ненормальной команды.
– Ни на кого я не запала, просто он кажется мне… Милым?!
– Милым? – она усмехается, протягивая мне вешалку с серебристой комбинацией. – Разве может казаться «милым» стокилограммовая глыба со взглядом голодного хищника? Невероятно горячим – да. Сексуальным – дважды да! Но мил…
– Мэйбл, – перебиваю ее. – Мы пришли сюда выбрать мне подходящую одежду, а не говорить об этом самовлюбленном засранце. И этот серебристый цвет полный отстой! – я закатываю глаза и вырываю у нее из рук вешалку, запихивая подальше в порыве эмоций.
– Когда это разговоры о парнях мешали шоппингу? – недовольно восклицает Ганстьянс и громко цокает языком.
Она права, раньше мы обсуждали парней повсюду. Торговый центр, кафе, гоночная трасса. Иисусе! Мы обсуждали их даже во время уроков, чем вызывали недовольства преподавателей.
Приметив черный костюм с белыми лампасами, я осторожно достаю его и отдаляю на расстояние вытянутой руки. Облегающие леггинсы с высокой талией, короткая зип-худи с капюшоном и атласный топ.
– То что нужно, мисс зануда. Пингвины рухнут на спины, когда увидят тебя. Точно так же, как падают при виде самолетов в Антарктиде, – Ганстьянс смеется несколько секунд, но потом ее взгляд приобретает серьезность. – О мой Бог, вы только посмотрите. Это же дочь Пола Уэндела, малышка Ханна. Она выглядит просто великолепно в этом сексуальном костюме.
– Ты ненормальная, Мэйб, – фыркаю я.
– Что? Я была бы отличным диктором на хоккейном матче. Вот, слушай, – она встряхивает волосами, выпрямляет спину и, откашлявшись, переходит на бас. – Брайан Маккейб ведет шайбу прямо к воротам, сбивая всех на своем пути. О БОЖЕ, ВОТ ЖЕ ЧЕРТ! – выкрикивает, вживаясь в роль, на весь бутик. – Вы только посмотрите на этого красавчика. Еще несколько сантиметров, и шайба окажется глубоко в сердце Ханны Уэндел!
– Заткнись! – зажимаю ее рот ладонью, осматриваясь по сторонам. – Ты соображаешь, что несешь?
Она довольно скалится и заправляет выпавшую прядь волос мне за ухо.
– Серьезно, Уэндел? Я же твоя лучшая подруга. Тебе незачем скрывать от меня свои чувства к этому парню.
Одариваю ее недовольным взглядом и ухмыляюсь.
