Минутная стрелка на круглых механических часах вросла в циферблат. Ничего не происходило. Дважды звонил телефон, девушка с кем-то непринужденно общалась и вешала трубку.
Вспыхнула оранжевая надпись.
– Вас ждут, – девушка улыбнулась парню со смартфоном. Тот смущенно убрал гаджет в чехол и скрылся за дверью. Пятидесятилетний соискатель так и не вышел.
Денис посмотрел на лысого атлета. Тот совершенно не волновался, хотя ситуация напоминала театр абсурда.
– Следующий, – сказала девушка.
На двери горела оранжевая надпись.
Оставшись наедине с секретаршей, Денис откашлялся. Девушка оторвалась от монитора и вежливо посмотрела на соискателя.
– Эти люди… – Денис аккуратно подбирал слова. – Они внутри? У вас коллективное собеседование?
Девушка покачала головой.
– Коллективное? Нет, всё индивидуально.
– Но они в кабинете, – с нажимом произнес Денис.
– Разве? Простите, я не заметила.
– Вы это серьезно? Там сейчас три человека.
Секретарша подарила гостю обворожительную улыбку.
– Не переживайте. Все в порядке.
Вспыхнула надпись.
– Вас ждут, – в голосе девушки появились бодрые нотки.
Поколебавшись, Денис поднялся с кресла и сделал несколько неуверенных шагов, отделявших его от двери. Что-то внутри мешало нажать ручку и переступить порог. Но Денис справился с собой. К чёрту этот мистицизм. Рядовое агентство, таких пруд пруди.
За дверью его ждал ничем не примечательный кабинет. Офисный стол, плоский компьютерный экран, аккуратные стопочки бумаг. Черный стул для посетителей. По ту сторону столешницы – человек. Мужчина средних лет. Стрижка полубокс, седеющие волосы, аккуратный деловой костюм, красный галстук с серебряным зажимом. В центре зажима тускло поблескивал желтый камушек.
– Добрый день, – поздоровался мужчина. – Присаживайтесь.
Денис осмотрелся.
Кроме них в кабинете никого не было. Конкуренты бесследно исчезли – словно ветром сдуло. Дверь, в которую вошел Денис, похоже, была единственной. Справа панорамное окно позволяло в мельчайших подробностях рассмотреть автомобильную парковку. Слева всю стену занимал офисный шкаф, состоящий из множества открытых и глухих секций. В этих секциях виднелись массивные канцелярские папки, коллективные фотографии сотрудников в рамках, какие-то кубки и грамоты. За спиной мужчины висела абстрактная картина, представлявшая собой безумный коллаж из разноцветных пятен, монеток и накатывающих издалека морских волн. И никакой второй двери.
– Куда вы их дели? – прищурился Денис.
– Вы о чем? – мужчина, улыбаясь, смотрел прямо в глаза соискателю. – Мы здесь одни.
Денис опасливо приблизился к столу. Присел на краешек стула и уставился на агента. Тот не отвел глаза.
– Хорошо, – сказал Денис. – Возможно, я чего-то не понимаю.
– Исключать этого не стоит, – согласился агент. – Давайте приступим к делу. Вас заинтересовала вакансия. Почему вы считаете, что достойны занять это место?
– Я даже не знаю, о чем идет речь, – заметил Денис. – В объявлении информация отсутствует. Каковы мои обязанности? Что вы можете предложить в качестве условий труда? И как вообще называется компания, с которой я заключу договор?
Во взгляде агента промелькнуло уважение.
– Хорошие вопросы. Но ответить на них сходу не получится.
– Это ещё почему?
Мужчина подвинулся вперед.
– Есть вещи, которые нельзя описать. Их нужно увидеть. Я предлагаю вам посетить территорию нанимателя прямо сейчас.
Пару секунд они сверлили друг друга глазами.
– Вас не интересуют мои документы? – вкрадчиво поинтересовался Денис.
Агент покачал головой:
– Это чистейшей воды формальность.
В голосе мужчины что-то настораживало. Внутреннее чутье подсказывало, что с этим кабинетом не всё в порядке. Вопросы громоздились друг на друга, и ответы на них отсутствовали.
– Посетить нанимателя, – задумчиво повторил Денис. – Куда мы поедем?
Агент расслабленно откинулся в кресле.
– Никуда ехать не нужно. Вы просто войдете в эту дверь. А я подожду вас здесь для заключения договора.
Денис ошалел.
– Какую дверь?
Агент протянул руку, указывая на шкаф. И тут Денис понял, что центральная секция – это вовсе не двустворчатое хранилище курток и пальто. Это проход. И, вероятно, туда отправились другие соискатели.
Денис поднялся со стула и двинулся к шкафу. Звук его шагов тонул в плотном ковровом ворсе.
– Смелее, – напутствовал агент.
Денис распахнул створки шкафа. И тут же отпрянул. По ту сторону проёма не было ничего, напоминающего смежную комнату, лестничную клетку или террасу балкона. Перед Денисом простирался океан.
Глава 6
Дом был простым, но функциональным. Два этажа с верандой по всему периметру и навесом, который поддерживали деревянные опоры. Двускатная крыша, состоящая из солнечных панелей. Одна секция выделялась, поскольку в нее было врезано окно. Денис успел побродить по дому и оценить грамотность планировки. На первом этаже располагалась просторная гостиная с раздвижными стеклянными панелями. К гостиной примыкали кухня, санузел с ванной, туалетом и душевой кабинкой, а также гардеробная с сушилкой. На мансардном этаже проектировщики разместили две просторных спальни, балкон и рабочий кабинет. Всюду – ощущение простора, света и строгого минимализма. Мебель либо ротанговая, либо трансформирующаяся. Из бытовой техники – стиральная машина, холодильник, микроволновка и моющий пылесос. Варочная панель вместо газовой плиты. Выяснилось, что предусмотрена и водяная система отопления, подключенная к электрической сети, но ей пользуются очень редко. Во дворе Денис обнаружил ветряк и некое подобие гаража. Или мастерской, он не успел еще с этим разобраться.
Шум океана сюда практически не долетал.
Под ногой скрипнула половица. Звук был уютным, словно долетевшим откуда-то из детства – со старенькой родительской дачи, на которой приходилось жить нескончаемыми летними месяцами. Денис присел на теплые доски и спустил ноги с террасы. Дом стоял на пологом холме, и отсюда открывался прекрасный вид на остров. Вниз сбегала каменная дорожка, тоненькой струйкой вливаясь в двухполосную асфальтовую магистраль. По этому шоссе никто не ездил. На машинах, во всяком случае. Денис уже знал, что островитяне перемещаются либо пешком, либо на велосипедах. С бензином тут явная напряженка.
Взгляд Дениса устремился вдаль.
Городок был совсем крохотным, и здесь отсутствовали высотные здания. Всюду – типовые домишки наподобие того, который Денис только что осматривал. Некоторые дома казались более респектабельными и просторными, но встречались и скромные бунгало с крышами из пальмовых листьев. Вдоль дороги тянулись ряды пальм и еще каких-то растений, названия которых Денису ничего бы не сказали.
Островок был холмистым, а кое-где виднелись скалистые утесы. Слева, у самого горизонта, чернели мачтовые перекрестья. Полоска океана с такого расстояния не производила впечатления. Просто синяя лента, врастающая в безоблачное выцветшее небо и крыши портовых построек. Город казался сонным царством, в котором ничего не происходит.
– Держи, – парень, представившийся Егором, сел рядом и протянул высокий бокал, украшенный долькой лимона и миниатюрным зонтиком. – Сварганил нам пару коктейлей.
Бокал оказался холодным.
Поймав вопросительный взгляд Дениса, Егор ухмыльнулся.
– Я помню, что ты не пьешь. Там свежевыжатый грейпфрутовый сок. А лайм и зонтик – это для атмосферы.
Лайм…
Денис всегда путал его с лимоном.
– Спасибо, – Денис сделал небольшой глоток. Жара начинала его угнетать. В доме имелся кондиционер, но из-за отсутствия хозяев никто не собирался следить за микроклиматом. Куртку и свитер Денис бросил на диван, оставшись в одной майке. Там же валялся рюкзак с документами. А вот джинсы и осенние ботинки никуда не денешь. – И что теперь?
Егор пожал плечами.
– Тебе решать. Если согласишься на условия агентства, мы предоставим это жилье твоей семье. Поможем с переездом, протащим багаж через портал. Конечно, наши возможности не безграничны. Машину мы переправить не сможем. Да она вам и не потребуется. С бензином и соляркой здесь туго. Островок небольшой. Быстро привыкнешь.
– Ладно, – Денис посмотрел на собеседника. – В чем подвох? Дом, работа, помощь в переезде… Неужели я такой ценный сотрудник? Вы даже на мои документы не смотрели.
Егор был молодым парнем лет двадцати пяти. Короткая стрижка, никаких татуировок и пирсинга. Вместо делового костюма – гавайская рубаха и шорты. Он встретил Дениса сразу же, как только тот переступил порог агентства. Дверь «шкафа» захлопнулась, и Денис понял, что стоит на крутом берегу с видом на бескрайнюю водную гладь. Позади – лабиринт улочек в колониальном стиле. Словно на Тортугу попал, разве что капитана Моргана или Флинта не хватает… С виду портал ничем не отличался от других обшарпанных деревянных дверей, над которыми красовались жестяные вывески с названиями лавок. Почему-то на русском языке.
– Задай главный вопрос, – сказал Егор.
– Какой?
– Ты знаешь.
Денис подумал с минуту и тихо произнес:
– Где я?
Егор щелкнул пальцами свободной руки. Во второй агент всё еще держал полупустой бокал с соком.
– Правильный вопрос. Ты в параллельном мире, Денис. Это Земля, но другая Земля. Нужно объяснять, что это значит?
– Не нужно, – Денис нахмурился.
– Мало ли, – Егор широко улыбнулся. – Приходили тут ко мне упыри… Жуткие, вонючие. Неделями пьют, не просыхают. Так мне долго пришлось разжевывать. И все равно не дорубили.
– Вы и таких берете? – удивился Денис.
– Нет, конечно. Проводим собеседование и выгоняем отсюда пинками. Сам посуди, на кой они тут сдались? Этот мир нуждается в работниках. Здоровых, крепких мужиках, готовых строить дома, растить хлеб, ходить в море. Нашему агентству платят, чтобы мы разыскивали ребят, вроде тебя.
– Тут что, своих не хватает?
– Не хватает, – на полном серьезе ответил Егор. – Это слабозаселенная реальность. Не знаю, что тут у них произошло. То ли воевали, то ли научились путешествовать в альтернативные срезы. Есть факт: рабочих мало. Нужны любые специальности. Строители, моряки, электрики, фермеры. Местный мэр говорит что-то о возрождении. Пусть, мол, приезжают, мы всех примем.
– Здорово, – воодушевился Денис.
– И я так говорю, – Егор дружески хлопнул собеседника по плечу. – Где ты ещё найдешь такую халяву? Ни виз, ни налогов. Тут у них и правительства даже нет, если я правильно понял.
– Шутишь.
– Сам походи, поспрашивай. Есть мэр, какой-то комитет. И всё. Принимают в гавани корабли, торгуют с чужими общинами. Чеканятся какие-то монеты, но это очень условная экономика. В основном – натуральный обмен. И распределение благ по потребностям среди горожан.
– Постой, – перебил Денис. – Ты же не работу мне предлагаешь? Это окончательный переезд. Эмиграция в параллельный мир. Без права на возвращение.
– Угадал, – Егор допил сок и отставил пустой бокал. – Но есть нюансы. Ты сможешь вернуться при желании. Портал будет открыт, ходи туда-сюда. Мы не будем препятствовать.
– И что мне там делать?
Егор не ответил.
Действительно – что? Если ты перетащил свою семью в тропический рай и ни в чем не нуждаешься, если тут всё спокойно и отсутствуют привычные угрозы, если тебя не преследует собственное государство… Зачем возвращаться? Разве что родственников навестить, да с друзьями парой слов перекинуться. Или побродить по залитым дождем гродненским улочкам, чтобы напомнить себе о существовании осени.
Во все это верилось с трудом. В параллельные миры, миграцию через шкаф, сваливающиеся на голову дома и предложения, от которых невозможно отказаться. Хотелось проснуться. Понять, что происходит.
Но вот оно – чудо.
Трогать разрешается.
Денис провел рукой по шероховатой поверхности террасы. Доски нагревались. Солнце, перевалив через точку зенита, начало слепить глаза.
– Мы подпишем контракт, – сказал Егор. – Для твоего мира это ничто, а в нашей реальности к чему-то обязывает. Да и в этой – тоже. Агентство получит вознаграждение от местных властей. Ты – дом, работу, надежное убежище. Никаких налоговых деклараций, тунеядства и прочей дикости. Живи в свое удовольствие. Работай, помогай заново отстраивать этот мир. Тут есть система образования, у детей будут русскоязычные учителя.
– Моя жена преподает, – рассеянно произнес Денис.
– Отлично! – обрадовался агент. – Устроится в городскую школу. Документы вам оформят, получите местные паспорта.
– А они есть?
– Завтра покажу, – пообещал Егор. – Прикольные. Чем-то советские напоминают.
– Уговорил, – Денис закинул ноги на террасу. – Готовь свой контракт. Остается только жену убедить.
– Приходите оба, – посоветовал Егор. – Покажешь ей всю эту красоту. Мы подготовим бумаги и несколько вакансий на выбор. Из тех, что нам достались от мэра.
Денис ничего не знал о мироустройстве этого среза, о его порядках и людях, населяющих остров. Ему не доводилось жить в подобных местах. Но в душе он принял решение. Если мечта стучится в дверь, надо открыть.
Глава 7
Все утро Денис потратил на переустановку операционной системы. Это была лишь малая часть проблем, сопутствующих переезду. На альтернативной Земле, где поселилась семья Дениса, Сеть отсутствовала. Никакого Интернета – спутникового или кабельного. Люди тут не слышали о Винде, даже пиратской. Пользовались операционкой, отдаленно напоминающей Линукс. При этом всё указывало на русские корни разработчиков. Дениса просветили по поводу существования локальных соединений на самом острове. Что-то наподобие муниципальной сети. Но весь массив планетарной информации, благодаря которой человек интегрируется в мир, оказался недоступным. К счастью, межсрезовый переход продолжал работать. Денис решил использовать портал для сбора файлов, без которых ему придется туго в новой реальности. Прогулявшись по друзьям, он скачал на внешний винчестер свои любимые фильмы, книги и музыкальные альбомы. Кое-что пришлось покупать за деньги. У жены и детей тоже были свои заказы.
Переезд занял около двух недель.
Представители агентства выполнили обещание – к подъезду Дениса дважды подгоняли микроавтобус с грузчиками. Эти же грузчики помогли внести вещи в портал. Егор организовал островитян, и те приобщились к труду, так что участие самого Дениса в перетаскивании книг, посуды и прочего барахла было минимальным. Островная община была дружной, все общались между собой по-русски, хотя и с довольно своеобразным акцентом. Мэр больше напоминал смотрителя маяка, чем строгого градоначальника. Впоследствии выяснилось, что с маяком Денис не ошибся.
Катя поначалу воспринимала действия мужа, как сумасшедшую авантюру. Женщины гораздо прагматичнее мужчин в житейских вопросах. Стабильность, уверенность в завтрашнем дне. Никаких рисков, спонтанных перемен и зова сердца. Так что Денис не стал заводить сложный разговор, а просто усадил Катю в машину и привез к «Салону Дверей». Максима с Олесей забрала на весь вечер бабушка. Все это выглядело подозрительно, но супруга не возражала. Они вместе переступили порог портала, вместе побродили по острову, а Егор все это время сидел в кофейне. После возвращения домой Денис занялся своими делами, хотя его так и подмывало начать серьезный разговор. В итоге Катя подошла первой и стала задавать вопросы…
И вот они здесь.
Даже не верится.
Все споры и сомнения остались позади. Вещи расставлены по своим местам, кондиционер работает на полную катушку, пальмы колышутся на ветру. У Дениса есть месяц адаптации, положенный ему по контракту. Это означает пять недель бесцельного времяпровождения, наслаждения солнцем и океаном, обустройства на новом месте и знакомства с соседями. Маленький незапланированный отпуск. Деньги, привезенные из Польши, Денис прямо в агентстве обменял на монеты островной чеканки. Монеты оказались вполне приличными рублями, золотыми и серебряными, с двуглавым орлом на реверсе. Егор сказал, что в этом мире пользовались и купюрами, только бумажные деньги печатаются на материке. На все вопросы об истории альтернативной Земли агенты отвечали уклончиво. Мол, спрашивай у местных, они больше нашего знают. Вроде, какая-то война у них тут была, все государства изменились. Идёт медленное восстановление. Перспективы впечатляющие, всё строится, нужны люди. В подробности никто не вдавался.
Денис решил присмотреться и выяснить всё у островитян. Так случилось, что этот клочок суши обезлюдел, а потом его вновь заселили. Среди горожан преобладали русские и европейцы. Встречались греки, египтяне, марокканцы и даже грузины. Все они почему-то выбрали русский в качестве государственного языка. Что, в принципе, радовало.
Мир, в который попал Денис, агенты между собой называли Пустырем. Вообще, у сотрудников «Барона Самди» были придуманы прозвища для всех Земель, где они открыли свои офисы. А работали агенты в двадцати четырех срезах реальности. О своём головном офисе, технологиях и возможностях наниматели Дениса не распространялись. Егор лишь заметил мимоходом, что миграция в многоуровневой вселенной развита хорошо, и есть миры, в которые достаточно сложно попасть. Вообще, «Барон Самди» старался перебрасывать людей в ближайшие альтернативы – такой подход сильно упрощал адаптацию. В дальних срезах, добавил разговорчивый агент, вы бы не прижились, там всё принципиально иное. В эти альтернативы суются лишь подготовленные путешественники, пожившие на разных планах. Отличия кроются в хронологической удаленности точек ветвления. Чем больше столетий минуло с тех пор, как образовалась событийная развилка, тем более странным и несуразным кажется путешественнику чужой мир. Разумеется, в качестве пункта отсчета используется материнский срез мигранта. Мы предложили тебе самый простой вариант, добавил Егор.
Денис собирался отдохнуть несколько дней от переезда и всего остального, а после заняться детальным изучением Пустыря. Остров, на котором они с женой и детьми поселились, назывался Последней Гаванью. О происхождении этого названия стоит поговорить с местными старожилами, добавил агент. Например, с мэром. Или директором порта. Денис кивнул и поставил себе зарубку на будущее. Он никуда не спешил – впервые за долгие годы. Островок был гостеприимным, его обитатели нравились не только Денису, но и Кате. А такое случается редко. Отзывчивость и желание помочь – редкие для современных белорусов качества. У грузин такое в порядке вещей, думал Денис, усаживаясь вечером в кресло-мешок на веранде, а у нас – нет. Видимо, причина в замкнутости общины – все жители острова зависят друг от друга.
Еду им доставили в первый же день. Забили до упора двухстворчатый холодильник всякой всячиной. Кухонные ящики наполнились крупами, бобами, солью, сахаром и специями. Появились фрукты – в большом количестве. Денису казалось, что он провалился в кроличью нору, и перед его глазами разворачивается сюрреалистический сон, которому нет конца. И никакого пробуждения. Катя сказала, что так не бывает, но этот сон и ей пришёлся по вкусу. Первые несколько дней они продолжали ходить в залитый дождями Гродно. Олесю забрали из сада, а Максим доучивался последние деньки в школе. Потом Денис решил не мучить сына и дать ему возможность отдохнуть от ежедневной рутины.
Портал исправно функционировал, и чувство тревоги растворилось в беззаботном безделье. До обеда Катя с Денисом наводили порядок в доме, переставляли вещи, проверяли исправность кондиционера и других обнаруженных устройств. Все приборы работали безотказно, а их внешний вид практически не отличался от земных аналогов. Точнее, от материнских, исправил себя Денис. Он научился отслеживать уровень потребления электричества и добыл в местной библиотеке литературу по настройке и ремонту солнечных панелей. Вылазки в город были краткосрочными и ограничивались посещением ближайших лавок. К океану супруги так и не выбрались, но планировали сделать это в ближайшие дни.
Дети пришли в неописуемый восторг от дома. Простор, ощущение свободы, никаких учителей, воспитателей и одноклассников. Никаких машин, поэтому можно носиться по городу, не опасаясь родительского гнева. Уже на второй день Максим познакомился с соседскими мальчишками и присоединился к их шумной компании.
Город усыплял бдительность.
Здесь было безопасно, никто никуда не спешил. Люди открыто улыбались и жили в свое удовольствие. Пура Вида, как сказали бы костариканцы. Географическое расположение острова Денис представлял себе с большим трудом. Вроде бы, тридцать восьмая параллель, где-то на просторах Атлантики. Если всё время плыть на восток, можно попасть в Лиссабон. Ну, или в то место, которое Лиссабону соответствует. А вот что находилось в западном направлении, никто толком не знал.
Всё это не волновало Дениса до одного рокового дня.
Ровно через неделю его пребывания в Гавани, портал «Барона Самди» закрылся.
Глава 8
По дороге к офису «Барона Самди» Денис решил исследовать порт. Издалека он видел корабельные мачты и странное сооружение, напоминающее крепостную стену. Возможно, наследие колониальной эпохи. Так что посмотреть было на что. Желание укрепилось благодаря специфической особенности острова. Дело в том, что Денис с Катей так и не смогли искупаться в океане. Гавань при всем дружелюбии местного населения больше напоминала замок из «Игры престолов», чем курортное поселение. Северо-западная часть острова представляла собой горный массив, вознесшийся над атлантической гладью. Обрыв, с которого даже смотреть вниз страшно. Высота – минимум двести-триста метров. Скала плавно переходила в монолитную стену, построенную, как показалось Денису, сравнительно недавно. Стена полукольцом охватывала низменную часть острова и повторно срасталась с горной грядой на северо-востоке. Приблизившись к сооружению вплотную, Денис с удивлением обнаружил, что стена обшита бронированными металлическими листами.
Рассказывать Кате о своем открытии Денис не спешил. Да, стена. Да, металлическая. Есть какие-то башни с устрашающего вида турелями, расставленные через километр. Эхо минувшей войны, что же еще? Солдат Денис не заметил, выстрелов не слышно. Значит, башни бездействуют. Бояться некого, вокруг – тысячи километров воды.
Пару дней назад Денис проснулся от далекого гула. Катя спала крепко, и он решил сам посмотреть, что происходит. Вышел на балкон. Гул раздавался с востока – оттуда, где раскинулись портовые территории. Поначалу Денис не поверил собственным глазам. Бухта, отгороженная от океана той самой металлической стеной и двумя квадратными в плане башнями, ожила. Створки исполинских ворот, частично скрытых под водой, медленно, с утробным скрежетом и лязгом разъезжались в стороны. Зрелище завораживало. Денис наблюдал за происходящим пятнадцать минут – он специально засек время. Образовался просвет, достаточный для прохождения в бухту приличных размеров судна. И корабль появился. Медленно вдвигаясь во внутреннюю акваторию, из предрассветной мглы выплыло многопалубное чудище, обросшее пушками, радарами, разнообразными надстройками и ракетными установками. Махина напомнила Денису эсминец из энциклопедии, которую он однажды листал в детстве. Корабль еще не успел встать на якорь, а створки ворот уже заскользили в обратных направлениях.
Отсутствие пляжей действовало на Дениса и Катю удручающе. Дети постоянно спрашивали, когда они пойдут на море. Приходилось отшучиваться и переводить разговор на другие темы. Во дворе соседнего дома обнаружился бассейн. Хозяева куда-то уехали, и на семейном совете было принято решение плавать там. К этому бассейну зачастили и другие соседи, так что Денис не видел в своих действиях ничего зазорного. Бассейн – не океан. Но тоже сгодится.
Денис собирался сходить в Гродно, встретиться там с хозяйкой квартиры и отдать ключи. Все вещи они забрали, так что особо в Беларуси делать было нечего. Катя иногда планировала наносить визиты вежливости родителям, но это – по выходным. И не каждую неделю. О Гавани теще Денис рассказывать не собирался. Это же полное сумасшествие, кто поверит в такие вещи? У них с женой была заготовлена версия о зимовке в Таиланде и частых командировках Дениса за границу. Звучало правдоподобно, хотя мать Кати и не верила в счастливую звезду зятя.
Взяв рюкзак с теплой одеждой, Денис двинулся в сторону Верхнего Города. Он планировал вернуться через несколько часов – к этому времени солнце Пустыря уже достигнет зенита. Насколько Денис успел понять, продолжительность суток здесь идентична земной. Разница составляет всего несколько секунд. Другое дело – часовые пояса, которые никто не отменял. Стрелки Гавани отстают от белорусских примерно на три часа. К этому нужно привыкнуть.
Холмистый ландшафт накладывал отпечаток на городскую архитектуру. Улицы петляли, пересекались под немыслимыми углами, внезапно упирались в тупики, изламывались каменными лестницами. Остров был достаточно большим – тут нашлось место для полноводных рек, каскадных водопадов, цепочки озёр и хорошо обустроенного водохранилища. Питьевая вода, как сказали Денису, добывалась в артезианских скважинах. Многие дома были оснащены дождевыми водосборниками и системами фильтрации. В низинах раскинулись поля, на которых местные жители выращивали фрукты и овощи. Остров также обеспечивал себя чаем и специями, а кое-кто из местных умельцев практиковал виноделие. В целом, складывалось ощущение самодостаточности. Гавань могла обойтись без контактов с внешним миром – это не повлияло бы на внутреннюю экономику.
Были и дикие участки.
Денис уже знал, что в ширину Гавань достигает пятнадцати километров, в длину – что-то в районе пятидесяти пяти. Тысяча квадратных километров территории, освоенной хорошо если на десять процентов. Наивысшая точка, Пик Бурь, возвышалась над уровнем моря на добрых полтора километра. Тут были и глубокие ущелья, и нетронутые субтропические леса, и заснеженные горные хребты. Денис подумал, что в его мире Гавань вполне могла оказаться португальской Мадейрой, вот только ландшафт здесь был принципиально иным. Не говоря уж о зловещей металлической стене, башнях и портовых воротах.
А вот климат был мягким.
Ниже тринадцати градусов в январе температура опускалась крайне редко, так что никто из старожилов не пользовался печами и другими отопительными приборами. В таверне старики вспоминали холодные зимы двадцатилетней давности – тогда остров накрыло северным циклоном, и столбик термометра достиг нулевой отметки. Но это продолжалось всего пару недель.
Дорога петляла и все время шла в гору. Денис сделал небольшой крюк, чтобы посмотреть на порт. Изредка ему попадались люди, многие приветливо улыбались и здоровались. Слух о новых жителях распространился быстро. Возможно, кто-то из прохожих помогал перетаскивать вещи.
С холма, на который выбрался Денис, открывался впечатляющий вид. Булыжная мостовая с восточной стороны была ограничена парапетом, а ниже простиралось море разномастных крыш. Старинные черепичные кровли перемежались с аккуратными металлическими листами, выкрашенными в зелёные и оранжевые цвета. Чуть дальше виднелись портовые здания, длинные языки пирсов, стоящие на приколе суда и лениво ворочающиеся краны. Возле крайнего причала по левую руку во всем своем смертоносном великолепии громоздился эсминец. Рядом был пришвартован контейнеровоз. Денис заметил парочку рыбацких траулеров и с десяток разномастных яхт – преимущественно парусных. Створки ворот были сомкнуты.
Денис постоял, наслаждаясь зрелищем.
Солнце начало слегка припекать, но вдоль парапета гулял приятный ветерок, и жара практически не ощущалась. В порту царило оживление. Перемещались контейнеры, всюду сновали рабочие и моряки. Над бухтой носились чайки. Денис подумал, что было бы здорово попасть на корабль и выйти в океан. Освоить новую профессию. Можно ловить рыбу или перевозить грузы, жить в каюте и стойко переносить шторм. Как вариант – отрастить бороду и выглядеть суровым мореплавателем.
Разумеется, он этого не сделает.
Денис слишком любил свою семью, чтобы ежедневно рисковать жизнью и месяцами пропадать неизвестно где.
Продолжая размышлять на тему морских странствий, Денис добрался до заветной двери. Проход между мирами был встроен в заплесневелое заброшенное здание с деревянными ставнями на окнах. В тихом переулке между старыми домами были протянуты бельевые веревки, на которых сушилась одежда. В основном, детские вещи. Нажав ручку, Денис собирался пройти через шкаф в офис кадрового агентства, но этого не случилось. За дверью спряталась покрытая пылью комната, похожая на чулан. Мебелью давно не пользовались.
Темный коридор привел Дениса к лестнице на второй этаж. В конце второго пролета его ожидала вторая заброшенная комната.
Путь в Гродно был отрезан.
Глава 9
– Проходи, – мэр хлопнул Дениса по плечу, добродушно ухмыляясь. – Я уж тебя заждался, если честно.
Мэр был русским, звали его Михаилом Петровичем, причем «Петрович» оказался фамилией, а не отчеством. Необъятных размеров мужик с мясистыми лапищами, широкоплечий и пузатый. Для друзей – просто Миша. Мэр Гавани одевался по-простому – в потрепанные джинсовые бриджи и цветастую рубаху. Волосатую ручищу украшал кожаный браслет с механическими часами. Устройство было дорогим – возможно, из Швейцарии. Или местного аналога Швейцарии. По городу Петрович ходил в панаме с изображением то ли трилистника, то ли чего повеселее. На ногах градоначальника красовались пляжные сланцы.
– У меня тут бардак, – извиняющимся тоном произнес мэр, грузно топая к заваленному бумагами столу. – Всё не разгребусь.
– Ничего, – отмахнулся Денис. – Дело житейское.
– Наш человек, – обрадовался мэр. Почему-то Петрович обогнул стол и двинулся сразу к холодильнику. – Думаю, мы с тобой поладим, Дениска.
«Дениску» пришлось стерпеть. Уж больно добродушным и свойским был Миша по фамилии Петрович. Таких людей не хочется обижать мелочными придирками.
– Выпить хочешь? – предложил Петрович.
Старенький кондиционер натужно шипел, разгоняя полуденную жару. Окна кабинета выходили на восточную сторону, поэтому от ярких лучей Петрович защитился жалюзи. Были эти жалюзи бамбуковыми, выкрашенными в ярко-голубой цвет. Денис подозревал ручную работу местных умельцев.
– А что есть? – оживился Денис.
– Коньяк недавно привезли, – с гордостью сообщил мэр. – И пивко осталось. Будешь?
Денис задумался.
Весь вчерашний день он ругался с женой. Детям решили пока ничего не сообщать. Дождались, пока Максим убежит к своим новым приятелям на соседнюю улицу, а Олесю отправили в галантерейную лавку через пару кварталов от дома. И начали выяснять отношения. Денис узнал много нового о своих мыслительных способностях, о том, что мама Катю о чем-то предупреждала, о том, что теперь все потеряно и лучше бы она согласилась на Польшу, чем на это. Денис терпеливо выслушивал гневные тирады, понимая, что в чем-то супруга права. Ему действительно следовало бы проявить осторожность и не полагаться на договор сомнительной юридической силы. Следовало самому все хорошенько разведать, а уж затем тащить на остров семью. В конце спора Денис спросил Катю о том, нравится ли ей Гавань. Жена опешила и на несколько секунда замолчала. По ее глазам Денис понял, что попал в точку.
Да, они потеряли всё, к чему привыкли. Вероятность того, что Катя увидит когда-нибудь своих родителей, приближалась к нулю. И это – самое скверное в сложившейся ситуации. Но здесь, в Гавани, им хорошо. И это главное. Тут приятные люди, никто никуда не спешит. Правительство не лезет в твои дела, тебя не хотят обобрать, поставить на учет, обложить непомерными налогами. По сути, тут и правительства нет. Гавань напоминает тусовку хиппи, решивших немного зависнуть вдалеке от цивилизации, а заодно создать подобие государственности. Никакой преступности, люди друг другу помогают и всегда рады поболтать по пустякам. Это хорошее место.
А что с этими стенами?
Укрепления и боевые корабли внушали определенные опасения. Но логика подсказывала, что остров мог быть пограничным поселением, и это обычные меры предосторожности. Работу я нам подыщу, сказал Денис. Сады и школы тут есть. Магазины – тоже. Обустроимся, наведем кое-какие справки. Выясним про агентство у знающих людей. Может, еще удастся выйти на их представителей, наверняка эти ребята по всему Пустырю открыли свои офисы. Верил ли сам Денис в то, что говорил? В тот момент – да. Хотя в глубине души он и понимал, что привлечь к ответу могучую межпространственную компанию будет сложно.
Сейчас он раздумывал над тем, стоит ли воспользоваться приглашением мэра. И решил все же воспользоваться. С градоначальниками в прежней жизни ему пить не доводилось.
– Пиво, – сказал Денис.
Петрович довольно крякнул и извлек из холодильника пару запотевших банок.
– Садись.
Бросать банку для кинематографического эффекта Петрович не стал. Оно и правильно – зачем пену поднимать? Денис уселся на мягкий стул с матерчатой спинкой, а правитель Гавани занял собой весь внутренний объем старомодного кожаного кресла.
Вскрыли банки.
– Ну как?
Денис сделал внушительный глоток и с наслаждением закрыл глаза. Пиво было хорошим.
– Вижу, что понравилось, – мэр одним махом опустошил половину банки и по-отечески посмотрел на Дениса. Петрович хорошо представлялся в виде добродушного деда, окруженного толпой внуков. Или пенсионера-дачника, бесконечно модернизирующего свою «фазенду». – У меня еще есть. Заходи в гости как-нибудь.
– Обязательно, – заверил Денис, – но сначала нужно о деле поговорить.
Все надписи на банке были кириллическими. Денис прочел название: «Медвежье». И стилизованное изображение свирепого зверюги, взгромоздившегося на бочку. В лапе хищник удерживал бокал с откидной крышкой. Черт, балалайки не хватает.
– Ты прав, – Петрович вытер пышные усы тыльной стороной ладони. – Дела превыше всего. Что там у тебя случилось?
– Закрылся портал, – Денис помрачнел. – Мы не можем вернуться домой.
Петрович кивнул.
– Вы знали об этом? – удивился Денис.
– Конечно. Только не злись, парень, ладно? Ты ведь сюда эмигрировал. Это прописано в твоем договоре. Эмиграция предусматривает жизнь в одном месте, а не постоянное хождение туда-сюда. Твои чувства мне понятны, но я мэр, и мне работников не хватает. Агентство обеспечивает постоянный приток новых граждан. Я не знаю, предупреждают ли вас о том, что двери закрываются. Ты не первый, и никто претензий не предъявлял. Люди тут осели, их всё устраивает. Понимаешь?
Денис посмотрел на мэра.
– У моей жены там родители остались.
– Это плохо, – вздохнул Петрович. – Но правила не мои, понимаешь? Решение о закрытии портала принимают сами агенты. Держать прокол в активном состоянии – дорогое удовольствие. Так мне объяснили.
– Ладно, – сдался Денис. – Это не ваша проблема, я всё уразумел. Но неужели нет выхода? У этих ребят есть офисы на континенте?
Мэр пожал плечами.
– Не исключено. Там обширная сеть.
– А как попасть на континент?
Мэр нахмурился.
– Вот с этим всё сложно. Ты, наверное, в курсе, что мы пережили войну.
Денис кивнул.
– Так вот, – продолжил Петрович, – пассажирские перевозки утратили актуальность. Многие территории с трудом выживают, особенно – на континенте. Сообщение постепенно наладится, но требуется время. Сейчас попасть на материк можно двумя путями. Либо на торговом судне…
– …либо на военном, – догадался Денис.
– Всё-то ты понимаешь.
– Ладно, – Денис вздохнул. – Нужно осваиваться как-то на вашем острове. Макса в школу отдавать. Олесю – в садик.
– Тут не волнуйся, – заверил Петрович. – Устроим в лучшем виде. Я сегодня позвоню, договорюсь. Проблемами новичков я занимаюсь лично на первых порах. Вот тебе мой номер.
На стол перед Денисом легла визитка.
– Звони вечером, – добавил мэр. – Узнаешь адрес садика и школы. Подойти можно будет в любое время.
– Спасибо, – поблагодарил Денис. – А что с работой?
Мэр допил пиво и зашвырнул опустевшую банку в мусорное ведро. Точное попадание, с уважением отметил Денис.
– Есть работа, – заверил мэр. – Вариантов хватает. Давай так. Я посмотрю, где у нас острая нехватка людей. И пришлю тебе распечатку с вакансиями. Годится?
– Годится, – обрадовался Денис.
– Вот и славно, – улыбнулся градоначальник. – Выберешь, что понравится. И для жены подберем что-нибудь.
– Она в школе работала, – напомнил Денис.
Петрович довольно потер ладони.
– Радуешь ты меня, дружище. Педагогов хороших у нас мало. В основном, самоучки. Знаешь, кто инженером был в прошлой жизни, кто бухгалтером. А теперь деток учат. Нехватка кадров.
Денис понимающе кивнул.
– Но мы прорвемся, – заявил мэр, вставая. – Мы сделаем наш остров процветающим. Верь мне, Дениска. Всё у нас получится.
Денис встал, ощущая легкое опьянение. Проблема не решилась, но отступила на задний план. Мир стал чуточку добрее.
– Приходи завтра, – напомнил Петрович.
Аудиенция подошла к концу.
