Но, похоже, он сам не слишком верил своим словам.
Подгнившие двери кают вылетали одна за другой, и повсюду воинов встречали пустота и молчание голых стен. Лишь изредка глухим подобием эха откуда-то снизу раздавались странные удары.
Наконец, коридор с каютами остался позади, и перед отрядом возникла еще одна лестница, уводящая вниз. Капрал снова замкнул шествие, а очутившийся перед ним Мэш зажег свой факел. Стало чуть светлее, однако это мало чем помогало делу. Отблески факелов лишь плясали по стенам, создавая на них причудливые тени, похожие на сказочных монстров. И все это происходило под аккомпанемент почти полной тишины, нарушаемой лишь осторожными и не слишком уверенными шагами. И вдруг – громкий треск половых досок, сдавленный крик Лукренда и – спустя несколько секунд – глухой удар где-то внизу.
– Черт! – голос Блайда невозможно было спутать ни с чьим другим. – Эта посудина прогнила до основания! Эй, Лукренд, как там ты?!
Ответа не последовало. Отряд сгрудился возле образовавшейся на месте одной из ступеней рваной дыры, и каждый норовил попытаться увидеть, что же находится там, на дне внезапно возникшей пропасти. Мольт опустил вниз факел, но свет был не в состоянии пронзить целую бездну тьмы.
– Надо спуститься и посмотреть, что с ним, – предложил Мэш. – Без нашей помощи ему не выбраться.
– Не двигаться, – сурово приказал Лэйд и сам крикнул:
– Эй, Лукренд, ты меня слышишь?!
Выдержав паузу, капрал тяжело вздохнул:
– Ему уже не помочь. Он мертв. До нас не доносится даже стонов…
– Может быть, он просто потерял сознание? – попробовал было возразить Мольт, но тут же осекся, вспомнив, кто главный в их отряде.
После трагедии каждый шаг стал даваться с еще большим трудом. Даже самого Лэйда начала охватывать паника. Этот корабль стоил всех заданий, выполненных ими ранее, вместе взятых.
Наконец, лестница осталась позади, и они снова очутились в длинном коридоре. Похоже, до трюмов отсюда было рукой подать, но жизнь по-прежнему не выдавала своего присутствия.
– Здесь даже не видно крыс, – задумчиво сообщил Мэш. – А ведь они любят такую атмосферу.
– Крысы покидают гибнущие корабли, – вспомнил старую морскую истину Лэйд. – Может, ответ стоит искать в этой фразе?
– Мне кажется, этот корабль переживет всех нас, – мрачно пошутил бывший моряк. – Да и не только…
В другое время, возможно, капрал даже посмеялся бы над такой шуткой. Но сейчас она выглядела слишком реалистичной, чтобы относиться к ней с юмором.
Свет факела по-прежнему не мог пробиться вглубь моря тьмы, но с каждым шагом неизвестность все же отступала. Мрак превращался в очертания стен, а проход уводил все дальше и дальше…
– Сколько еще будет продолжаться этот лабиринт? – не выдержал Блайд. – По-моему, мы давно прошли корабль от носа до кормы…
– Выходит, что нет, – грустно усмехнулся Лэйд. – Но, я чувствую, конец близок.
Капрал как в воду глядел. Спустя несколько секунд отряд замер перед боковой дверью. На этот раз она была чуть приоткрыта. Мольт толкнул ее, и дверь со скрипом отворилась. Воин протянул руку с факелом вперед и в следующий момент отскочил назад с вырвавшимся из глотки криком ужаса. Поначалу никто не понял, что произошло, и лишь когда Швер осветил помещение своим факелом, дрожь прошла по телу каждого из присутствовавших. Смотреть на это спокойным взглядом было невозможно. На полу достаточно просторной комнаты валялось несколько полусгнивших скелетов странных существ, скрючившихся в причудливых позах. С первого взгляда стало понятно, что это не останки людей. Не походили они и на скелеты гномов, эльфов или каких-либо других известных существ. Длинные хвостатые твари с тремя парами ребер и удлиненными черепами как у ящеров и при жизни вряд ли выглядели привлекательно. С трудом переведя дух, Лэйд присмотрелся к останкам и заметил:
– Не думаю, что они лежат здесь со вчерашнего дня. Им, как минимум, несколько месяцев. А значит, эта находка не приоткроет завесу тайны.
– Но зачем хранить в трюмах скелеты? – удивился Мольт. – Это… корабль-кладбище?
Может быть, определение и прозвучало немного зловеще, но суть происходящего оно отразило весьма точно. С тяжелым сердцем Лэйд приказал отряду двигаться дальше, в глубине души чувствуя, что их ожидает немало таких же находок.
Еще несколько трюмов оказались либо совершенно пустыми, либо заполненными большими деревянными бочками, внутри которых, впрочем, не удалось найти ничего стоящего, кроме абсолютно бесполезного с виду порошка темного цвета.
– Прогресс, – мрачно пошутил Лэйд. – Теперь мы даже не сможем сказать, что корабль был совершенно пуст. Только вот пользы от этого все равно никакой.
И в этот самый момент, когда капрал и его подчиненные уже было решили, что им не суждено найти ничего более стоящего, чужак показал-таки свое истинное лицо. Все еще возглавлявший отряд Мольт внезапно остановился и каким-то неестественным голосом прошептал:
– Впереди что-то есть.
Блайд, шедший вторым, впился глазами в пустоту, но так ничего и не различил во мраке.
– Тебе показалось, – подытожил он. – Пора признать – этот корабль мертв.
Однако Мольт так не считал и уступил свое место неверующему товарищу. Тот еще раз посмотрел во тьму, не заметил ничего подозрительного и сделал два шага, показывая, что ничего не боится. Дальнейшее произошло настолько быстро, что никто толком ничего не смог понять. К Блайду метнулась какая-то тень, факел качнулся и выпал из рук воина, а изо рта его раздался громкий хрип. Огонь, попытавшись перекинуться на деревянный пол, сдался в считанные мгновенья, и свет погас. Блайд и таинственный нападавший погрузились во мрак. Еще несколько секунд слышался шум борьбы, а потом все стихло. Швер с факелом поспешил к месту схватки, но не нашел ничего, кроме нескольких свежих капель крови.
– Блайд! – в отчаянии позвал Мэш.
В ответ в лицо ему ударил лишь легкий ветерок, принеся с собой отчаяние и растерянность. Отряд еще не успел ничего выяснить, но уже потерял двух воинов. Лэйд выглядел мрачнее тучи, но, к счастью, тьма скрывала от остальных его истинное состояние. Впрочем, поворачивать назад он все равно не собирался.
– Идем дальше, – твердо решил капрал, – Чуть что – применяйте оружие.
В руке каждого воина появился короткий острый меч. Обращаться с ними люди Лэйда умели весьма искусно, и в глубине души командир даже посочувствовал тому врагу, что осмелится напасть следующим.
Между тем коридор кончился, превратившись в огромный трюм, дальний конец которого терялся в уже привычной тьме. Лэйд приказал отряду остановиться и вышел вперед, предпочтя взять инициативу на себя. В дальнем углу что-то шелохнулось. Капрал почувствовал это вопреки всем законам природы. Там, в холодном мраке, скрывался не человек.
– Выходи! – грозно прохрипел Лэйд. – Довольно дурацких игр!
Тень в углу замерла. Может быть, она просто соображала, как поступить в ситуации, когда ее загнали в тупик, а может быть, готовилась нанести удар. В любом случае отряд встал полукольцом и начал приближаться к врагу. И тут… за своей спиной капрал уловил очередное дуновение ветра. Вздрогнув, он обернулся. Десятки невесть откуда взявшихся теней окружали его отряд. Воины, мгновенно оценив ситуацию, бросились в атаку. Однако сталь прошла сквозь противников, не причинив им вреда. А вот от одного только прикосновения тени Мольт завизжал как резаный и рухнул на пол с неестественно свернутой шеей. Такая же участь постигла еще одного воина. Лэйд не мог поверить своим глазам. Его людей убивали привидения!
Костлявая с виду рука потянулась к самому капралу. Лэйд бросил взгляд на тень. Туда, где должна была находиться голова. И увидел две черных точки. А еще почувствовал странный холод. Это была сама смерть.
Обезумев, он кинулся на противника и, проскочив сквозь него, со всех ног пустился прочь. С одной лишь надеждой, что тени не организуют погоню. В какой-то степени его расчет оправдался. Отряд, брошенный своим командиром, погиб в неравной схватке с врагом, но у обитателей таинственного корабля были совсем другие цели…
Сам не помня как, Лэйд вывалился на палубу и пополз к борту. Вцепился в колья и быстро спустился вниз, где уже заждались гребцы. Хватило лишь взгляда капрала, чтобы лодка сорвалась с места и, поднимая в воздух снопы брызг, буквально полетела к берегу, неся с собой весть об ужасе, прибывшем в Эндуйю в трюмах неизвестного судна.
Глава пятая
Император с мрачным видом сидел у себя в покоях, выгнав и Ашвернота, и гонца из Паофена, принесшего неутешительные новости из Дебшура. Его лучший отряд, на который он поставил все, безнадежно провалил свою миссию. Уцелел лишь капрал, который невнятным голосом доложил верховному магу о каких-то тенях, бродящих в пустынных трюмах и беспощадно убивающих людей.
И вот теперь Бел Мунар страдал на краю огромной кровати, лихорадочно соображая, что делать дальше. Пока еще в империи царило спокойствие, но опасность уже готова была вырваться наружу и погрузить весь мир в пучину жестокой войны. Или он слишком преувеличивал?
Кто-то робко постучал в дверь. Бел Мунар на мгновенье поднял голову и уставшим голосом пригласил:
– Войдите.
Скрипнули петли, и в апартаменты проскользнул Бэйд. Наследник трона сильно отличался от своего отца. Статная фигура, светлые короткие волосы и ясные голубые глаза – все это досталось ему от матери. Глубоко вздохнув, Император кивнул на стоявшее в углу кресло и предложил:
– Присаживайся, сын мой.
– Я пришел потому, что посчитал, что ты захочешь поговорить со мной, – Бэйд тоже выглядел не лучшим образом, но держался намного увереннее отца. – Может быть, я смогу чем-то помочь?
– Тебе всего двадцать, – усмехнулся Император. – Сомневаюсь, что этот случай. Мы даже не знаем, кто сейчас наш враг. А коли так, что тут можно поделать? Только ждать…
– Я бы стянул армию к Торбергу. Пусть мы потеряем провинциальные города, но столица должна выстоять, – спокойно заметил Бэйд.
– Тебя научили этому на занятиях по военному делу? – улыбка расплылась по лицу Бела Мунара.
– Тебе смешно, отец?
– Прости, но твои слова звучат забавно. Как можно познать войну в теории? Мы ведь не в курсе, каким оружием располагает противник. Да и вообще я не думаю, что нам стоит чем-то жертвовать. Нужно цепляться за каждый клочок земли, удерживать каждую деревню и помнить, что никто, кроме нас самих, не спасет Эндуйю.
Бэйд призадумался. Никогда прежде он не говорил с отцом на такие серьезные темы. Его воспитанием, как и воспитанием Вейлы, занимались в основном приближенные к Императору люди и военачальники. Но сегодня все это осталось в прошлом. Пришло время объединиться семьей.
– Не переживай слишком сильно, – Бел Мунар снова помрачнел.– Что бы там ни случилось, мы будем бороться до конца. У нас есть свои козыри. Знать бы только те карты, которые нам надо покрыть.
Бэйд сглотнул подступивший к горлу ком.
– Отец, скажи, ты действительно собираешься воевать? Но как тогда поведут себя гномы, эльфы и прочие?
– Полагаю, попробуют воспользоваться ситуацией. Если, конечно, наш новый враг не позарится и на их земли.
– Наш новый враг, – печально повторил Бэйд. – Кто бы ответил, что у него в голове.
– Не горячись раньше времени. Пока опасность не обрушилась на тебя, есть надежда, что она пройдет стороной.
Принц только сжал кулаки. То ли от злости, то ли в попытке сосредоточиться. Увы, но это почти не помогло. Император поднялся с кровати и, подойдя к сыну, потрепал его по голове.
– Не изводи себя лишними мыслями. Время все равно всех рассудит. И если Эндуйе суждено выжить, она выживет.
Он немного подумал и добавил:
– Так что займись пока своими делами. А я должен встретиться с волшебниками. Хотелось бы узнать их мнение по поводу сложившейся ситуации. Не думаю, что они будут сидеть в Паофене и просто наблюдать за происходящим. Вот только что имеется у них в арсенале?
Озадачив этим вопросом сам себя, Бел Мунар вышел в коридор и почти сразу наткнулся на своего советника. У Ашвернота при всех его мелких недостатках было одно немаловажное достоинство – он всегда оказывался рядом в нужный момент. Император уже даже не удивлялся этому, а просто принимал как должное. Вот и сейчас он сразу перешел к сути.
– Отправь кого-нибудь в Паофен с просьбой, чтобы верховные маги прибыли ко мне в семь вечера. Их мнение будет очень кстати.
Ашвернот кивнул и поспешил выполнять полученное указание. В такие моменты он предпочитал не говорить лишнего.
Распорядившись, чтобы прислуга подготовила тронный зал к приему почетных гостей, Бел Мунар поднялся на балкон нижнего этажа. Здесь, как обычно, не было ни души. Вот только вид на Торберг открывался не такой впечатляющий, как сверху. Полюбовавшись некоторое время на пейзажи прилегающих ко дворцу улиц, Император поймал себя на мысли, что не знает, как избавиться от навязчивых идей, буквально заполонивших сознание. Необходимо было срочно предпринимать какие-то меры. Может быть, даже обратиться к лекарю…
Как только он подумал об этом, на балкон ворвался встревоженный Ашвернот и на одном дыхании выпалил:
– Пришли очередные новости. Полагаю, вы пожелаете выслушать их немедленно?
– Говори, – подняв глаза к небу, обреченно произнес Бел Мунар.
– Это с Кряжа безличья, – уже спокойнее сообщил советник. – Вчера патрульный отряд наткнулся там на туварков. Примерно на сорок взрослых особей. И… все они были мертвы. Их как будто разрезали на кусочки. Подробности, разумеется, выяснять никто не осмелился…
Ашвернот резко замолчал. Император косо посмотрел на него, словно ожидая еще каких-нибудь пояснений. Но сразу понял, что больше не добьется ни слова.
– И как я должен реагировать на такие новости? Признаться, сейчас мне не хочется забивать голову туварками…
– Дело не в туварках, – похоже, Ашвернот был слегка удивлен такой реакцией. – Дело в тех, кто смог раскромсать их на кусочки.
Только тогда Бел Мунар начал соображать, что к чему. Ну конечно! Сорок взрослых туварков могли за считанные часы превратить в руины несколько деревень, а заодно истребить их жителей. И вдруг находится сила, играючи победившая монстров. Совпадение? Собравшись с мыслями, Император произнес вслух:
– Восточная граница – туварки, южная – чужой корабль, северная – отряд всадников. И везде – попытка нагнать страх и ужас. Так что же тогда готовит нам граница западная?
– На западе пока что спокойно, – не стал отмалчиваться Ашвернот. – Впрочем, не удивлюсь, если в ближайшие часы и оттуда прилетят новости. Империя трещит по швам. Так что не исключены «сюрпризы».
Бел Мунар недовольно хмыкнул и сдержанно возразил:
– С трещит ты преувеличил. Хотя… – он вновь повернулся лицом к узким улочкам столицы, – с другим соглашусь. Боюсь, что до встречи с волшебниками гром грянет еще не раз и не два.
Удивительно, но интуиция обманула правителя. Диск солнца медленно скрылся за башнями дворца, а никаких новостей так и не поступило. Опасность словно затаилась, ожидая подходящего момента для решающего удара, и в воздухе даже не чувствовалось ее дыхания. Все было тихо и спокойно. Как всегда…
– Верховные маги Паофена прибыли, мой Император, – внезапно возникший за спиной охранник настолько торопился, что опустил положенные в такие случаях формальности. Впрочем, Бел Мунар этого даже не заметил. Он сделал знак Ашверноту и приказал:
– Проводите их в тронный зал. Я сейчас приду.
И снова перед глазами Императора замелькали коридоры его дворца. Казалось, вся жизнь прошла в этих угрюмых мрачных лабиринтах, но сегодня они выглядели еще более безжизненными и отрешенными от всего мира.
Когда правитель Эндуйи и его правая рука вошли в тронный зал, маги уже были там. Восемь крепко сложенных мужчин среднего и пожилого возраста и две женщины: одна просто молодая, а другая – на вид ровесница Вейлы. Бел Мунар обвел их суровым взглядом. Он с детства не доверял волшебникам. Уважал и ценил их умения и силу, но не более того. Так что неудивительно, что прежде Император даже не встречался ни с одним из них. Однако сегодня все перевернулось.
Правитель знаком предложил прибывшим сесть, и те молча приняли этот жест гостеприимства. В зале повисла гнетущая тишина, которую до поры до времени не рисковал нарушать ни один из присутствовавших. Поняв, что начинать все равно придется ему, Бел Мунар обратился к советнику:
– Ашвернот, я бы попросил тебя еще раз обрисовать ситуацию в Империи. Возможно, это наведет нас на какие-то мысли.
Старец нахмурился и нехотя подчинился. Удивительно, но волшебники внимательно слушали каждое его слово, будто надеялись получить какое-то откровение. Вот только едва советник замолк, воцарилась все та же тишина.
– Думаю, вы прекрасно понимаете, перед лицом какой опасности стоит сейчас наша империя, – Бел Мунар вновь взял инициативу на себя. – Враг во много раз могущественнее всех, с кем мы имели дело раньше. Вот почему я и собрал вас здесь. Мне бы хотелось знать, что думают по поводу происходящего в цитадели волшебников.
По залу прошелся тихий шепот. Это не походило на совещание, скорее – на простой обмен мнениями. Заминка закончилась, когда со своего места поднялся высокий седовласый мужчина, который, будь он человеком, наверняка давно бы превратился в старца. Но маги умели продлевать срок своей жизни и этим, пожалуй, часто выделялись среди людей.
– Аул Бил, – для начала представился он. – Думаю, я смогу выразить наше общее отношение к ситуации. Но для начала мне придется признать, что над нами нависла угроза полного уничтожения. И я бы не стал утверждать, что в опасности только люди. Гномы, эльфы, и вулдры, впрочем, как и другие, – точно такие же мишени для неприятеля. Он не будет делить нас на расы и сметет всех, кто встанет на его пути. Остается лишь выяснить, какова цель этого вторжения. К сожалению, ответа пока нет. Но полученные с границ сведения заставили задуматься: что могли бы мы противопоставить врагу, если бы столкнулась с ним уже сейчас. Я не буду утаивать от вас правду. Предварительный вердикт таков: Паофен практически бессилен перед лицом врага. То, что годно для противостояния с эльфами, гномами или вулдрами, не сработает против чужеродной магии.
Он замолчал, намеренно сделав паузу и рассчитывая хоть на какую-то реакцию Императора. Тот помрачнел, но все-таки ответил:
– Да, я предполагал услышать подобное. Получается, иного выбора, кроме как надеяться на чудо, у нас нет?
– Можно сказать и так, – Аул Бил выглядел невозмутимым. – В любом случае Паофен не оставит империю. В свою очередь мы рассчитываем, что и вы не отвернетесь от нас. Настало время, когда сила и магия должны объединиться, чтобы попытаться спасти этот мир.
Он сел, а со своего места поднялся еще один мужчина. Пониже ростом, покрепче телосложением, с темными короткими волосами.
– Зот Кан, – представился он. – Есть соображение, что гипотетическое объединение с вечными врагами-соседями укрепило бы мощь империи и дало нам хоть какие-то шансы. Понимаю, что это сложно, но… ситуация требует невозможного.
– Именно невозможного, – мрачно заметил Бел Мунар. – Скорее они сами нападут на нас, чем их воины встанут под наши знамена. Так что на это я бы точно не рассчитывал.
Тяжело выдохнув, он снова уступил право слова волшебникам. Место Зота Кана занял самый молодой из магов. Короткие рыжие волосы и слегка неряшливый вид делали его похожим на ребенка, хотя при более внимательном рассмотрении становилось ясно, что ему уже давно за тридцать.
– Лир Зод, – представился очередной спикер. – Я бы хотел высказаться от себя самого. Наверно, вы знаете о законе магического равновесия, который гласит, что в природе существует определенный баланс сил. И раз нашлась сила, способная сокрушить Эндуйю, то почему бы не найтись силе, которая сможет остановить ее? Нужно лишь поискать…
