Страница 2 из 5
«Все-таки подкатывает. Не удержался. Впрочем, человек вроде бы нормальный. Можно и познакомиться», – подумала Марина, а вслух, беря инициативу в свои руки и ломая молодому человеку все его планы обольщения, сказала: «Давайте познакомимся, а потом вы мне расскажете про ваше ранение, ну и вообще про себя».
Они шли по узкой, протоптанной в снегу тропинке. Длинная вереница людей суетливо двигалась к автобусной остановке и стоянке такси.
– Меня зовут Игорь.
– А меня Марина, – чуть не поперхнувшись от имени Игорь, представилась Марина. Игорь не заметил ее смущения.
– Вы в Зарубино живете? Почему мы раньше не встречались? Вы с какой стороны от железки? – он продолжил спрашивать, с неподдельным интересом глядя на свою новую знакомую.
– Я там, где универсам. А вы?
– Ну а я с противоположной стороны. Поэтому и не встречались.
Игорь подал руку Марине, помогая ей преодолеть кучу снежного крошева, отделяющую тропинку от остановки.
– С ногой случилась беда уже под конец службы и буквально перед выводом войск. Расслабился. Мой взвод послали зачистить кишлак. Зачистили. А когда возвращались в расположение, из-за невнимательности наступил на пэпээмку. Ступню раздробило. В госпитале колдовали, колдовали, да и отрезали совсем. Смешно, что мне за тот кишлак «Красную звезду» дали. Получилось, как бы в обмен на ногу.
– На что вы наступили?
– На ППМ – противопехотную мину. Маленькая такая. Спрячут в траву и не заметишь. Расслабился. Типа войне конец, службе конец. Под ноги смотреть перестал. Духи и наказали. Ну вот, а потом работал везде понемногу. И в магазине грузчиком, и помощником электрика, и даже с бандитами ездил «по вызовам». Еле развязался потом с ними. Одно время от безденежья хотел даже продать свой орден нумизматам. Но они, во-первых, зажрались, а во-вторых, я подумал, что менять ногу на пару бутылок водки как-то неправильно. Сохранил для внуков. А год назад устроился в аэропорт. Чисто, спокойно, сидишь, а не стоишь. Да и зарплата вполне достойная.
– Шеф! До аэропорта!
Такси оказалась замученной жигулишкой. Водитель не в масть своей маленькой машинке сидел большой, черноусый, в меховой куртке и шапке, завязками задевавшей потолок.
– Марина, вы садитесь назад, располагайтесь с комфортом, а я впереди поеду, – предложил Игорь.
Водитель, взглянув на молодых людей, снисходительно предложил свой вариант рассадки: «Вы, юноша, садитесь назад к девушке. Пока едем, разговаривайте. Можете даже целоваться. У меня правый глаз не видит, а правое ухо не слышит. Так что, будьте в моей машине как дома».
Игорь взглянул на Марину, она пожала плечами, улыбнулась и жестом пригласила Игоря садиться рядом на задний диван. Машина тронулась. Пришла Маринина очередь откровенничать.
– А я отучилась в Зарубинской школе, получила пятёрочный аттестат и поехала поступать в Москву. Не поступила. Прямо как в анекдоте. Чтобы не сидеть у мамы на шее, тут же поступила в техникум… – «Глухой на правое ухо водитель» кивнул и одобрительно сказал: «Молодец, девочка!» Марина продолжила, – После техникума стала работать модельером на швейной фабрике. Интересно, но поначалу платили совсем немного. Только едва-едва на жизнь хватало. Да и теперь не сильно больше. Вот подруга и посоветовала попытать счастья в аэропорту.
– Здесь, на остановке остановите. Нам вон к тому зданию. – Игорь рассчитался с водителем и помог Марине выбраться из тесного нутра Жигулей. – Пойдемте. Нам к тому торцу дома.
Они шли рядом. Игорь едва заметно прихрамывал, но совсем этим недостатком не тяготился, а весь путь рассказывал анекдоты, шутил про лётчиков и стюардесс. Говорил, что в аэропорту его можно легко найти, если просто спросить любого работника службы безопасности, где тут найти «одноногого Игоря»?
– Вот и ваш отдел кадров, – показал Игорь на дверь с временной табличкой, гласившей – «Набор персонала» и что-то ниже по-английски. – Пока! – помахал он, – Надеюсь, еще встретимся!
Марина посмотрела вслед удалявшемуся неожиданному попутчику и помощнику, отметила, что про хромоту Игорь сильно преувеличил. И вообще он замечательный человек. Вот только имя… Оно портило все впечатление.
За дверью с табличкой оказалась комната с несколькими дверями и со стульями, расставленными вдоль стен, на которых сидели девушки соискательницы шанса кормить пассажиров в полете. Они негромко переговаривались, обсуждая что можно, а что лучше не говорить на собеседовании. По сравнению с Мариной девушки выглядели весьма субтильными и производили впечатление старшеклассниц, готовящихся к сдаче выпускного экзамена. Марина присела на свободный стул. Девушки по очереди заходили в одну из дверей, проводили за таинственной дверью минут по десять и довольные выходили обратно.
– Ну как?
– Вроде, берут.
– Что спрашивали?
– Не боюсь ли летать на самолете и нет ли в родне клаустрофобии.
– И что?
– Сказали позвонят. Скажут, что делать дальше.
Менее чем через час дошла очередь до Марины. Она постучалась и вошла в маленький кабинетик, едва вмещавший письменный стол с компьютером, шкаф и пару стульев.
– Проходите, садитесь, – пригласила хозяйка кабинета. – Меня зовут Голда. Я начальник рекрутингового отдела авиакомпании. Мне надо посмотреть ваши документы и задать вам пару вопросов.
«Про клаустрофобию?» – про себя улыбнулась Марина.
Начальница оказалась маленькой и тоненькой совсем молодой женщиной, конституцией похожей на мальчика-подростка. Одета она была не по-офисному. Вместо костюма на ней красовался яркий большого размера полосатый свитер с накладными карманами из джинсовой ткани. Прическа тоже напоминала мальчишескую. Короткий курносый нос несколько диссонировал с карими, чуть навыкате глазами и с именем Голда, которое отсылало к пальмам и Средиземному морю, а вовсе не в Рязанскую губернию.
Голда стала сосредоточенно изучать Маринину автобиографию и диплом об образовании. Она делала какие-то пометки у себя в блокноте. Закончив чтение, подняла глаза и спросила: «Марина Владимировна, а вы серьезно готовы стать бортпроводницей? У вас среди родни или знакомых есть кто-нибудь, кто бы работал в этой области?»
– Ни в родне, ни среди знакомых. Я у мамы первая, кто собрался летать.
– Вы знаете, я немного приоткрою перед вами завесу тайны. Нам очень нужен персонал в службу бортпроводников. Но, помимо этого, мы ищем подходящие кандидатуры на занятие куда более интересных вакансий. Например, нам требуется заполнить профессионалами создающийся департамент обеспечения личного состава формой, спецодеждой, аксессуарами. Судя по вашему прекрасному диплому и профильному опыту работы, вы как раз специализируетесь в этой области. Может подумаете над моим предложением?
– Я готова подумать. Многое будет зависеть от условий работы, обязанностей, должности, уровня оплаты.
– Вы не торопитесь. Я попрошу вас посидеть в соседней комнате. А я пока сделаю несколько звонков, уточню все эти детали, а потом приглашу вас, и мы все обсудим.
– Хорошо, я подумаю, – Марина вышла в соседнюю опустевшую комнату, села на тот же стул, на котором ждала аудиенции, поглазела на развешанные по стенам рекламные плакаты, убеждающие потенциальных пассажиров оценить непревзойденный сервис в полете на борту самолетов авиакомпании «Русские крылья». Ничего по вопросу формы и спецодежды на плакатах не было.
Марина выдохнула и задумалась. – «Шило на мыло. На фабрике хоть практика какая-то, общение, а тут снабженцем в кабинет. Пыльные бумажки да лысые завсклады. Вся-то и разница, что мужчин здесь больше, а не только швеи да раскройщицы-матершинницы. Впрочем, пока решать рано. Надо послушать про зарплату. В проводницкой работе хотя бы романтика присутствует. А тут…»
Дверь открылась и в комнату вышла Голда – «Марина Владимировна, сейчас сюда зайдет замдиректора филиала по персоналу. Он посмотрит на вас, посмотрит ваши документы, задаст пару вопросов и потом уже будем решать, в каком направлении нам двигаться дальше. Кофе хотите?»
– С удовольствием!
– Пройдемте ко мне в кабинет. У меня там все для приема дорогих гостей.
– Я уже прямо-таки и дорогая?
– Надеюсь, что да. Присаживайтесь. Берите печенье, не стесняйтесь.
В комнату стремительно вошел длинный худой человек в синем офисном костюме с ярким желтым галстуком. Ноги в узких брючках были обуты в отполированные коричневые кожаные туфли. Белесые короткие волосы плотно уложены по бокам головы. На тонком и длинном носу блестели узкие модные очки. – «Экий франт офисный!» – оценила человека Марина.
– Знакомьтесь, – сказала Голда, – Это Антон Павлович Краснолицый, заместитель директора по работе с персоналом. Это – Марина Владимировна Хомякова, подавала заявление на бортпроводника, но может быть передумает и согласится работать в нашей управленческой команде.
– Вы правы, Голда. Такие специалисты на дороге не валяются и их по объявлению на заборе не принимают, – замдиректора говорил уверенно, словно лично изучил Маринины документы, – Марина Владимировна, я со своей стороны готов поддержать рекомендации нашего главного менеджера по персоналу. Голда видит насквозь, кому что именно подходит. Вас, Голда в Нативе или в Цахале этому обучили? Шучу, шучу! Давайте так договоримся: если вы решите что-то определенно, – он снова повернулся к Марине, – то приходите с необходимыми документами, скажем, в пятницу. Тогда и поговорим предметно.
Антон Павлович вышел. Голда вздохнула: – Он всегда такой. Хотя, в своем деле понимает.
– А что он говорил про какие-то учебные заведения, где вы учились? – спросила Марина.
– Это у него шутки такие. Для меня у него такие шутки. Для вас придумает другие. Я в Израиле выросла. Там же университет по международным отношениям закончила. В армии отслужила. Но сложилось так, что оказалась здесь менеджером. Вот он и шутит на эту тему. Забудьте. Пойдемте, покурим на крыльцо.
– Я, вообще-то, не курю.
– И правильно. А я покурю и под это дело немного введу вас в курс.
Голда накинула какую-то необъятную куртку, Марина – свое пальто, и они вышли на свежий воздух.
– Давайте сначала я обрисую вам работу, которую вам сватаю. В сравнении, так сказать. – выпустив клуб дыма и пара, Голда начала «вводную лекцию». – Полеты бортпроводником – это, конечно здорово. Романтика, зарплата чуть выше водителя троллейбуса, форма красивая, внимание мужчин. Но очень скоро оказывается, что романтики в кормлении пассажиров едой с касалеток особой нет. Зарплата хороша для школьницы, начинающей жизнь, мужчины в основном видят в вас доступную девку, ну а форма – это прекрасно, но женщина одетая индивидуально, дорого и со вкусом, смотрится круче, чем одетая как все ее коллеги, вплоть до последней складочки на шейном платочке. Добавьте сюда неизбежные стрессы, ненормированный день, разорванный график, неправильное питание и вы поймете, что сухая кожа и варикоз – не самые лучшие спутники романтики.
В отличие от этих прелестей я предлагаю вам работу в чистом офисе, нормальное питание, спокойный график, отсутствие большого количества коллег бабьего пола, внимание мужчин, целью которых не является ущипнуть вас за попу. Ну и зарплата, что, конечно, еще будет обсуждаться, но всяко выше того, на что вы могли бы претендовать, работая бортпроводником.
Ну и наконец, есть пикантные вещи, но я вам скажу. Девочки-проводнички хороши тогда, когда они высоки, чтобы достать пассажиру чемодан с багажной полки и стройны, чтобы проскальзывать в узком проходе между тележкой с питанием и пассажирскими креслами. А у вас рост – средний, и ваши великолепные бедра много куда вас не пустят. Это не в обиду. У вас прекрасная женская, я бы даже сказала, женственная фигура. Но с ней вам будет не совсем удобно в самолете. Согласитесь?
Марина не знала, что сказать. Она согласно кивнула и удержала себя от желания тоже что-то высказать, уточнить, поправить, поспорить. «Это тот самый момент, когда жевать – лучше, чем говорить», – решила она.
– Теперь я поведаю вам несколько практических вещей, на которые стоит обратить внимание при вашем устройстве на работу, да и в процессе работы тоже, хотя и в меньшей степени. Краснолицый будет предлагать вам самое низовое звено в департаменте матобеспечения. Я его уже изучила и знаю, что он не может смотреть равнодушно на красивых женщин. Когда он увидел вас, глазки у него замаслились. В ваших силах не согласиться с его предложением и претендовать на роль начальника департамента. Это звучит необычно. Но это так. Мы просто уже которую неделю ищем подходящего кандидата, но всё никак не попадаются те, кто в этом деле как рыба в воде. Вы, я думаю – как рыба. Об этом говорит и лист оценок, и ваш опыт работы, и загранкомандировка, и даже должность, на которой вы оказались сразу по окончании техникума. Вас там правильно оценили.
Поэтому, попробуйте уговорить Краснолицего и ни на что ниже начальника не соглашайтесь. Я почти уверена, что у вас получится.
– Я, конечно, попробую произвести нужное впечатление на Антона Павловича…
– Думаю, не стоит даже напрягаться. Он уже под впечатлением. Уж поверьте «агенту Натива». Его осталось только легко дожать. С вашими данными это будет несложно.
– Все возможно так, но почему вы так открыто мне это говорите? Я ведь только с улицы, и вы меня совсем не знаете?
– Рискую. Но у меня два мотива. Первый – мне не хватает людей, кому я могла бы доверять. В вас я вижу будущую подругу и единомышленницу. Второе – простая женская солидарность. Мужчины, и Краснолицый в их числе, смотрят на нас как на объект использования. Типа, непринужденно поматросить, а с делами они сами разберутся. Я предпочитаю, как в айкидо, мужские преимущества использовать против них же и добиваться своих целей их силой.
Но учтите. Ничего этого вы сейчас не слышали. И в качестве совета на будущее: не беседуйте на конфиденциальные или просто чувствительные темы в помещениях. И не доверяйте ничьим обещаниям, пока они не скреплены юридически обязывающим документом.
– Тяжело тут у вас! – округлила глаза Марина, – в цеху на фабрике как-то попроще.
– Тяжело, не спорю. Зато куда интереснее. – Голда метко выбросила окурок в урну, – Пойдемте, я дам вам список необходимых документов и буду ждать вас в пятницу.
К концу недели распогодилось. В пятницу было солнечно и безоблачно. Снег, лежавший в стороне от дорог и тротуаров, сверкал белизной. Да и сами дороги немного почистили. Машинам уже не приходилось преодолевать глубокую слякоть. Пешеходы радовались чистому асфальту.
Разумеется, вся эта городская благодать не распространялась за пределы мегаполиса. В подмосковных селах все также патриархально лежали сугробы, машины осторожно пробирались по глубоким замерзшим колеям, а пешеходы жались к обочинам и вязли там в глубоком снегу. Но, когда с неба светит солнце и в воздухе звёздной пылью сверкает сдуваемый с веток легкий снежок, хочется думать, что грязи конец. И не только на дорогах, но и в жизни.
Марина успела на Зарубинскую электричку и теперь ехала в тепле и комфорте, сидя у окна и наблюдая зимнюю пастораль городков, отблески солнца на золотых куполах церквей, белые поля и пересекающие их черные дороги с суетливо спешащими машинами.
Сегодня она решила не связываться с автобусами, а пересесть в Домодедово на аэропортовскую электричку. Как бы та ни оказалась заполненной, ехать было бы все равно намного свободнее, чем в душном утреннем автобусе. А по времени?… Так ведь спешить сегодня некуда. Встреча назначена на утро «около десяти», а «около» – понятие растяжимое, в разумных пределах, конечно.
На встречу Марина надела другое свое пальто. Зеленое и более делового стиля, чем-то – широкополое легкомысленное красное, которым она побеждала серость и тусклость ненастных дней. В солнечный денёк можно одеться и посерьезнее.
Ровно в 10.00, (ну надо же, какая пунктуальность самопроизвольно получилась!) Марина постучала в дверь кабинета Голды.
– Здравствуйте Голда. Вот и я с пачкой справок. Ничего, что на справке с места работы стоит пометка «Для получения пособия»? Иначе не давали. Пришлось соврать.
– Здравствуйте Марина. Ничего. Бумага все стерпит. Можно без отчества?
– Да, конечно!
– Давайте, я заведу ваше дело. Но! Это все бумажки. Вы не забыли, на что вы претендуете? Учтите, должность менее начальника департамента я в своей будущей подруге не потерплю, – рассмеялась Голда. – Я сейчас же звоню нашему «чехову», кстати, можете его так называть, его за глаза все у нас так называют. Сразу понимают о ком речь. Потом пройдете через улицу к главному входу. Он вас там встретит. У нас тут пропускная система. Как начнем оформление, в первую очередь выпишем вам временный пропуск, а потом будет постоянная карточка с фотографией. Кстати, вы принесли две фотки, как в списке?
– Конечно, они там, в конверте.
– Вот и чудесно! Звоню патрону. – Голда сняла трубку. – Антон Павлович? Пришла Марина Владимировна. Она будет вас ждать в главном входе через пять минут. Хорошо. Обязательно.
– Марина идите, он уже там. Сгорает от нетерпения похвастаться перед вами офисом и расписать вам радужные перспективы. Потом не забудьте зайти ко мне и проинформировать о результатах рандеву. Я здесь до пяти. Кстати, вот моя карточка. Звоните по любому вопросу. – Голда протянула визитку с золотым тиснением по голубому.
Марина спустилась с крыльца, обошла угол дома и направилась к стеклянному «аквариуму» главного портала.
– Здравствуйте Марина Владимировна, – раскинул руки Антон Павлович, – какое красивое пальто! Из Милана, осенне-зимняя коллекция этого года?
– Вы ему льстите, Антон Павлович. Это отечественное. Скажу более – самошитое, вот этими ручками. – Марина с иронией посмотрела на раскинувшего павлиний хвост работодателя.
– О! У вас золотые руки! Уверен, вы реализуете свои самые смелые амбиции у нас. Пройдемте.
Краснолицый и Марина прошли к лифту и поднялись на третий этаж. В коридоре чувствовался недавний капитальный ремонт. Еще пахло свежей краской и новыми дорогими дверями. На полу кое-где валялись обрывки упаковочного картона и мелкий мусор, который немедленно исчезает, как только кабинеты наполняют работники, а коридоры по утрам начинают мыть уборщицы.
– Клининговая компания еще не приступала, – непонятно объяснил Антон Павлович разбросанные бумажки. – Пройдемте. Ваш департамент будет занимать вон те кабинеты направо. Кабинеты слева по коридору – с видом на лес и встающее по утрам солнце. Они для романтиков. Там будет располагаться служба бортпроводников. А ваши окна выходят на аэропорт и взлетающие самолеты. Это для практиков. Но! Шума в кабинетах слышно не будет. Окна хорошие, а для лета сделана центральная подача кондиционированного воздуха. Вам понравится.
Он открыл ключом одну из безликих дверей, – Проходите. Справа вешалка. Давайте я повешу ваше замечательное пальто. – Краснолицый галантно принял пальто у Марины с плеч и аккуратно повесил его на затейливый крюк вешалки. – Проходите в кабинет. Присаживайтесь. – Антон Павлович, как бы между прочим, закрыл входную дверь на ключ и пошел следом за Мариной.
– Не могу не спросить, а ваше платье тоже самошитое, как вы называете?
– Увы. Это мои сувениры из Милана. Сапоги и платье. Ездила туда за новыми идеями для развития ассортимента фабрики. Вот и не удержалась. Спустила все командировочные.
– О! Бон джёрно бэлля мия! Говорите по-итальянски?
– Нет конечно. Хотя, не прочь выучить при условии регулярных поездок в Италию.
– Обещать не могу, но начинайте учить. Компания планирует маршрутную сеть по всей Европе. Ну и Италия там будет непременно!
– Вы меня обнадеживаете!
– Пойдемте, осмотрим помещения, – Антон Павлович галантно подал Марине руку, – Вот смотрите – это кабинет начальника департамента. Практически все уже готово к началу работы. Вся мебель и оргтехника на месте и подключена. Даже кресла для приглашенных гостей предусмотрены. Кстати, имеется отдельная комната отдыха. Там диван, кофемашина, небольшой холодильник. Разве что душа и туалета не предусмотрено. Но пока там диван не распакован и в целом не прибрано. Ждем клинеров со дня на день.
Пройдемте теперь в другой кабинет. Это для заместителя. Тоже все есть. Разве что отсутствуют кресла для гостей и диван для отдыха.
Ну и наконец, большая комната для четырех сотрудников департамента. Обратите внимание на удобные кресла, большие столы, шкафы для бумаг, компьютеры и мощный лазерный принтер. Все компьютеры соединены в локальную сеть и имеется выход в интернет. Все защищено. В общем – офисный рай! Только садись и работай. И из этой же комнаты выход в отдельное помещение, планируемое для использования в качестве склада для образцов и примерочной. Там же гладильная доска с утюгом и швейная машина со всеми необходимыми приспособлениями. Для устранения мелких недочетов и внесения поправок в фасоны, так сказать.
– Да, я впечатлена! Вы действительно постарались и учли все мыслимые потребности будущих работников. А где же вы предполагаете предоставить место мне?
– Мариночка, – Антон Павлович мягко взял Марину за плечи и подвел ее к одному из столов, предназначенных для рядовых сотрудников департамента. Я думаю, это лучший стол. Во-первых, у окна – никто мимо не ходит и свет всегда естественный, во-вторых, он дальше всех от принтера, а это значит не придется слушать его постоянное жужжание…
– Милый Антон Павлович, у меня несколько другое видение моей роли в вашей, а лучше сказать – в нашей авиакомпании. – Марина почувствовала веселый кураж, повернулась лицом к Краснолицему, положила ему руки на плечи и пристально с нежностью посмотрела на него снизу вверх, – Мои знания, опыт, кругозор и вкус позволяют мне рассчитывать, что я буду гораздо полезнее компании, если буду определять не адреса на накладных, а стратегию развития системы обеспечения персонала спецодеждой. Согласитесь, дорогой Антон Павлович, не стоит микроскопом забивать гвозди. – говоря всё это уверенными интонациями и при этом с изрядной долей патоки в голосе, Марина опустила одну руку с плеча Краснолицего и положила ее на гульфик его узких брючек. В душе Антона Павловича поднялась буря. Он глубоко задышал, как ныряльщик перед погружением. Его глаза с изумлением и восторгом смотрели в Маринины полуприкрытые глаза. Антон Павлович стал мелко перетаптываться, не решаясь на что-то активное.
– То есть, вы планируете занять пост выше? – сдавленно произнес Антон Павлович.
– Планирую. Я просто уверена, что на Генерального мне еще очень рано, но вот начальник департамента будет именно то, где я смогу проявить себя во благо всем. – Марина немного надавила на гульфик и слегка поиграла пальчиками.
