– Вы можете поехать с нами, – неуверенно предложил Джеймс и перевел взгляд на Гарри, сверяясь, думал ли он о том же. Тот подтвердил его предложение уверенным кивком. – И правда, мы ведь совсем близко. Завтра днем прибудем на встречу с тем самым ученым. Все схвачено.
– После сегодняшнего утра у меня немного другие ожидания, – Макс нервно улыбнулся и провел рукой по пепельным волосам.
– Уверен, то была случайность, – успокоил его Гарри. – В конце концов, что может с вами случиться в мире, где о вас никто ничего даже не знает?
Алекс едва заметно вздрогнул от чувства, напоминающего ледяные осколки под кожей, колюче разгоняющиеся вместе с кровью. Услышанное слегка вывело его из равновесия и оборвало полусонное состояние.
– Вы хотите узнать, что произошло с вами? – следом спросил Эдвард. – Тем более, когда появился шанс выяснить причину.
– Да, наверное, вы правы, – подумав, ответил Макс. Повернулся к Эмме со слабой улыбкой: – Согласна?
– Вы возьмете нас с собой? – она взглянула в глаза Джеймсу, чтобы убедиться в его решимости по поводу объединения.
Тот вложил в ответ весь свой ораторский потенциал:
– Не вижу причин бросать вас. Вы оказались в той же ситуации, что и мы. У вас нет средств, и первое время будет тяжело. Мы можем вам помочь, ничего не потеряв кроме горстки наличных. Возможно, в будущем расквитаемся.
– Нам все равно в один пункт назначения, – произнес задумчиво Стивен, смотря в потолок последние несколько минут без отрыва. – И я сейчас имею в виду ад…
– Немного тесновато, но и дорога не так уж и длинна, – попробовал найти больше положительных сторон Эдвард. – Долго терпеть друг друга не придется.
– Но не бросать ведь своих собратьев и сестер по несчастью? – Стивен перевел вполне осмысленный взгляд на Макса. – Можете отказаться, и попробовать пойти своим самостоятельным путем. Можете согласиться, и воспользоваться этаким легким стартом. У нас большие ожидания на встречу с тем ученым, ведь за весь год мы не нашли больше никакой информации. Вы ничего не потеряете, наоборот: обретете возможность найти.
Макс не без удивления выслушал ставшего серьезным Стивена, произнесшего неожиданно разумные вещи. Перевел взгляд на Алекса.
Друг пожал плечом, поймав его взгляд, и ответил:
– Не верю, что говорю это: но он прав. Почему бы не съездить к этому ученому.
Макс выглядел убежденным. Эмма тоже согласилась. Виктории нечего было добавить, и она присоединилась ко всем.
Джеймс с поднятой рукой обратился к официанту и попросил счет. После того, как он расплатился и оставил чаевые, ожидающая его компания в полном составе вышла на улицу.
– Нам так повезло, что мы встретили вас, – улыбаясь от уха до уха, Макс прикрывал ладонью глаза от лучей яркого солнца. – Эта случайность просто до странности удивляет.
Эдвард протянул руку к открытой дверце, чтобы сесть в минивэн, как мимо него, разбежавшись, промчался Стивен и влетел в салон, с поразительной ловкостью не ударившись, и, оказавшись внутри, с ухмылкой обернулся. Мягко захлопнув дверцу перед его лицом, Эдвард обернулся к Максу с ответом:
– Можете вычеркнуть слово «странно» из своего словарного запаса, потому что оно станет самым частым в употреблении.
– Что есть, то есть, – Макс встряхнул головой. – Пора начать привыкать ко всему этому.
Эдвард пожал плечами.
– Могу попросить вас об услуге? – обратился он к Максу и Алексу. Оба прониклись вниманием. – Составить компанию Стивену. Мне кажется, вам будет интересно познакомиться с ним поближе. Узнать друг друга, так скажем.
– К черту, – Алекс закатил глаза, всем своим видом показывая, что просьба буквально отнимет последние крохи его сил.
Макс схватил друга, предплечьем удержав его за шею. Алекс едва не потерял равновесие и краем глаза воззрился на лучшего друга за своей спиной.
– Конечно, я не возражаю. У меня иммунитет на придурков, – при последних словах Макс усмехнулся на попытки друга выбраться из захвата без усилий. Все же Макс превосходил несколько его в росте и весовой категории. Алекс посмотрел на него снисходительно, и он сразу отпустил его. – Никому не в обиду.
Эдвард понимающе кивнул. Оба друга сели к Стивену, который рассыпался в вежливых речах, в основном о том, как ему приятно их общество, и предложил спеть им. Эдвард с неким облегчением сел к девушкам, предвкушая спокойную поездку. Очень редко ему и Стивену доводилось сидеть рядом. И каждый раз, сходя с ума от скуки, тот то складывал на него свои руки, то мог заснуть на его плече. Подобное выводило из себя обычно находящегося в нейтральном состоянии духа Эдварда, как ничто иное.
«Я хуже других в том, что мне дается лучше всего, за этот дар я чувствую себя благословенным. Наша маленькая группа всегда была и будет до конца» – «Smells Like Teen Spirit» Nirvana.
*Высота принятия решения (ВПР) – минимальная высота, с которой летательный аппарат может безопасно прервать процедуру посадки и принять решение об уходе на второй круг.
*BMW M5 F10 – спортивная версия представительского седана BMW 5-й серии, производства в 2011—2017 годах.
♡ Глава 5. Shapeshifter
You’ll remember me, for the rest of your life
It’s the first day of the rest of your life
Когда все были в сборе, Джеймс Стейси повернул ключ зажигания, вставил в проигрыватель кассету со сборником песен времен расцвета рока. Гарри достал записную книгу с картой, на которой уже обозначен маршрут до конечной цели. Кроме того, на страницах были некоторые расчеты: к примеру, предполагаемый расход топлива, сколько денег они потратят в среднем за день дороги и ночь в мотеле. Лето одно из лучших времен года потому, что в особо теплые дни можно разбить лагерь и переночевать на открытом воздухе, выбрав место в лесу поживописнее. Все вещи, необходимые в путешествии, хранились под сидениями минивэна.
Погода продолжала радовать ясным солнцем, свежим ветерком, чистым горизонтом. Новые знакомые старались подбадривать друзей, высказывая надежды на лучшее будущее. Делились байками, чтобы скоротать время в пути, под аккомпанемент неизвестных нынешнему поколению молодых людей композиций, звучащих, мягко говоря, как из-под металлического ведра. Аудиосистема в машине не радовала ни своим качеством, ни тем, что была вообще способна воспроизводить эти кассеты.
Джеймс Стейси привык к шумному бренчанию фоном. А больше никто не высказывал предпочтений касательно музыки, поэтому это осталось за его единоличным выбором. Гарри развернул карту, чтобы посмотреть, где застанет их закат, и предложил остановиться на стоянке для водителей, где удобно расположился еще и мотель.
Без приключений они прибыли туда, как и предполагалось, в момент, когда солнце окатило алыми лучами линию горизонта. Розовый закат, призрачный месяц на бледно-голубом небе, цвета на котором постепенно уходят в лиловый, пушистые облака, окрашенные в самые нежные цвета. Красивейший заход солнца во всем великолепии рассматривался на достаточно большой территории. Для удобства тех, кто вел огромные фуры тысячи километров в пути, на стоянке была ремонтная мастерская, несколько заведений, супермаркет с товарами первой необходимости. Нашлось местечко и для кабинета, где дежурили медики.
Джеймс припарковал минивэн напротив стеклянных дверей двухэтажного здания, выкрашенного в бледно-розовый цвет. Украшающие мелочи и ненавязчивые рекламные вывески так и манили внутрь, обещая теплый уют. Покинув минивэн, всей компанией они направились внутрь.
Джеймс подошел к стойке и разговорился с молодой девушкой администратором, узнавая новости. Администратор смущенно смеялась, когда он между слов успевал заигрывать с ней. Она улыбнулась и протянула ему четыре ключа от номеров с пластмассовыми брелками вишневого оттенка.
– Приятного вечера, – пожелала администратор, провожая взглядом спины высоких мужчин.
Далее они последовали по длинному коридору вдоль стен с обоями в красно-белую полоску, ступая по ковру мимо дверей номеров.
Еле волоча ноги, Виктория шла следом за всеми, в край устав за долгую дорогу. Однако день пролетел стремительно за новыми впечатлениями и волнительным ожиданием. Мотель выглядел на первый взгляд чистым и вполне оправдывал свои деньги.
Они пришли в бар и сели за овальный обшарпанный стол из темного дерева, продолжая вести разговор обо всем сразу – как это бывает в первые часы знакомства с людьми, о которых хочется узнать как можно больше, при этом не раскрывая ничего личного о себе. В основном говорил Макс, Эдвард отвечал на его любопытство и одаривал не меньшим вниманием. Реже подключались остальные. Джеймс Стейси попытал удачу разговорить Алекса, который выглядел молчаливее остальных, на что тот легко поддался, особо не распространяясь на слова, но на долгое время его не хватило, и он снова ушел в себя.
К столу подошла официантка в короткой юбке красного цвета и с черной, как смола, челкой, завитой вбок. Она осмотрела всех парней выразительным взглядом и улыбнулась ярко накрашенными губами такого же алого цвета, как ее униформа.
– Что закажете? – она приготовила блокнот из кармашка фартука.
– Что-нибудь на ваш выбор, – Джеймс протянул официантке меню. Он решил не затягивать время, чтобы подкрепиться и отправить всех на продолжительный отдых.
– Сегодня наш шеф радует гостей только рыбой. Надеюсь, никто не возражает? Можете курить в зале, – сказала с улыбкой официантка.
Вскоре она принесла на всех жареную речную форель с дольками лимона и картофелем в растительном масле. Виктория проглотила в себе капризного ребенка, который в домашней обстановке никогда не питался ничем подобным. Все же в сравнении с тем, что могли предложить на выбор заведения общественного питания, ее мама готовила просто несравнимо вкусно.
Внутри дала о себе знать заживающая рана, в горле комом встали слезы. Стараясь отвлечься от того, как ей хотелось бы вновь оказаться дома рядом с семьей, Виктория, не ощущая вкуса пряного картофеля, представила мягкую постель, в которую с радостью после двух дней в пути окунется и обомлеет от тепла. Но перед этим сходит в прохладный, освежающий каждую клеточку тела душ. А затем долгий исцеляющий сон… На этом ее хорошие ожидания заканчивались, и начиналось полное неизвестности будущее, где ее благополучие зависело от компании малознакомых людей и, наверное, удачи.
Когда с едой было покончено, Джеймс оставил чаевые официантке, внимательно обслуживавшей их стол, и предложил всем разойтись спать. Изучив цифры на брелках, они направились в ту часть мотеля, где были расположены их номера.
Мимо них по коридору прошла группа высоких и опасно выглядящих мужчин в кожаных куртках, их сопровождал малоприятный аромат перегара, звон цепей на одежде и громкий вульгарный смех.
Эмма боязливо спряталась за Макса и потупила взгляд. Гарри и Джеймс заметили беспокойство девушки, остановились, сложив руки на груди, и подождали, пока вся компания не скроется за углом, провожая тех убийственными взглядами.
– Мы здесь всего на одну ночь, – Джеймс почувствовал свою ответственность за чувство безопасности юных знакомых. О дружбе было говорить пока рано, однако отношения необходимо было наладить для того, чтобы всем, если не доверять друг другу, то хотя бы поддерживать и стараться находить понимание, особенно в стрессовых ситуациях. Он протянул ладонь с двумя брелками: – Сами решайте, кто и где.
– Спасибо, – Алекс принял оба ключа.
– У меня такое чувство, будто те неприятные люди натворят этой ночью дел, – Эмма обхватила себя руками за плечи, большими круглыми глазами смотря в пустоту. Она поджала губы и тихо произнесла: – Боже, я ведь спать теперь не смогу…
– Милая, хоть сделай вид, что веришь в то, что я смогу тебя защитить, – Макс заботливо приобнял возлюбленную за плечи, слегка встряхнув напряженную девушку.
Эмма подняла голову к его лицу и нахмурилась. Она полагала, что разделит один номер с другой девушкой, ведь им вдвоем ночевать было бы спокойнее и удобнее всего.
– Приятного отдыха, – пожелал Джеймс на прощание.
Джеймс, Гарри и Эдвард направились к своим номерам, Стивен задержался и обернулся:
– Зато не на улице, – ухмыльнулся он и скрылся в номере, в который зашел Эдвард.
– Нужно будет отблагодарить парней как-нибудь, – вздохнул Макс, когда они остались вчетвером.
Алекс кивнул. Ключом открыл один из номеров, раскрыл дверь, позволяя заглянуть внутрь. Комната была покрыта полумраком от задернутых бордовых штор, выделялись очертания двуспальной кровати, кресло и угол от большого шкафа. На столике напротив кровати стоял телевизор двадцатилетней давности, рядом еще более древнее радио.
Эмма осмотрела номер, который по стилю ей даже немного понравился. Было что-то в его старине элегантное и строгое. Затем ее внимание привлекла одна деталь.
– Интересно, у парней тоже двуспальные кровати? – удивилась она.
– Не думаю, – произнес Макс, не представляя как взрослые и на вид серьезные парни лягут в одну постель.
– Похоже, нам придется спать в вместе, – Эмма перевела взгляд на Викторию.
– Да, – Алекс протянул Максу ключ.
Тот всего на мгновение бросил взгляд на Викторию, которая тоже не ожидала такого поворота событий. Она посмотрела на Алекса, задаваясь вопросом, однако так ничего и не возразила. Макс решил тактично промолчать.
– Вот как, – нарушила затянувшееся молчание Эмма. Она подозревала, что Виктория питает симпатию к ее другу, но у нее даже мысли не возникало, что Алекс испытывает нечто подобное. Эмма прямо сейчас смотрела на своего друга и не видела в нем ни намека на то, что его сердце не на месте. В данный момент она бы даже сказала, что это последнее, что можно подумать об уставшем от всего на свете Алексе.
– Спокойной ночи вам, – немного рассеянно проговорил Макс. Затем знаком головы предложил своей девушке пройти в их номер.
♡ ♡ ♡
Эмма включила светильник в номере, явивший светом все недостатки. Но девушка настолько устала и была благодарна, что будет ночевать под крышей над головой, что не нашла в себе желания придираться даже мысленно. На самом деле, в подобных условиях она будет ночевать впервые в жизни. Возможно, она была слишком избалована судьбой, что всегда спала в чистой постели из натурального хлопка, а не на синтетике сомнительного производства и качества. Окинув оценивающим взглядом номер, убрала покрывало с кровати, которое при контакте с волосами стало их электризовать. Провела ладонью по постели и сочла ее вполне приемлемой.
Lagom.
Эмма сделала глубокий вдох, вспоминая свою маму и то, чему та учила ее последние три года, пока она жила в Стокгольме, проходя обучение в университете. После того, как девушка закончила школу, ее родители окончательно разошлись. Мать забрала дочь на скандинавскую родину и стала пытаться привить ей философию каждого уважающего себя шведа. Как будто, пока они жили в Америке, мать не вспоминала свою принадлежность к шведским корням и не знала слова «умеренность». Но, видимо, развод изменил ее и заставил пересмотреть свои взгляды на жизнь. Хотела ли она вернуть своего супруга? Вряд ли. Скорее желала иного будущего для своей единственной дочери.
Сняв через голову толстовку, она повесила ее в пустой шкаф, в котором не нашлось даже пары халатов, и осталась в кроссовках на платформе, светлых джинсах с высокой талией и в белом топе, открывающим плоский живот. В ванной обнаружилась пара маленьких наборов из зубной щетки, шампуня и геля для душа. Количество шампуня несколько огорчило, хватило только промыть корни волос. Стараясь не задумываться о том, какой состав у всех этих продуктов, Эмма приняла душ, растягивая время под струями чистой воды, ища в себе силы и терпение. Однако куда заманчивее казалось обсудить с кем-то все свои переживания, чем продолжать вести мысленные монологи наедине с собой.
Она искренне надеялась, что будет делить номер вместе с Викторией. Ей хотелось познакомиться с ней, узнать поближе. Им было бы о чем поговорить. Ее удивило решение Алекса разделиться. Что в тот вечер, что сейчас: он как будто не хотел подпускать своих друзей к ней. Только какой в этом смысл, она пока не понимала. Возможно, в этом была замешаны его работа и гражданство другой страны, что в будущем могло повлиять на их отношения, и раньше времени Алекс не собирался расстраивать девушку тем, что он не вечен. Эмма слишком хорошо знала своего друга, чтобы рассматривать такую вероятность. Он не всегда поступает честно и старается держаться определенной грани, чтобы больше не пятнать свою совесть. Однако никто в этом мире не вечен. И она понимала, что ей придется рассказать Виктории всю правду об Алексе, если он не сделает это в ближайшее время сам. Все же хорошие и доверительные отношения не могут построиться на сокрытии темного прошлого. А Алекс так не любит поднимать это прошлое со дна. «Без своих друзей он бы совсем пропал», – вполне оправданно заключила Эмма, усыпив этим свою совесть, которая начала задаваться вопросами о том, почему она захотела влезть в чужие отношения.
Макс вышел из ванной и застал обнаженную девушку сидящей в расправленной постели, спрятавшей под пододеяльник ноги. Она руками распутывала мокрые локоны, так как расчески и спрея для расчесывания густых волос у нее при себе не было. У нее с собой вообще ничего не было. Макс захотел погладить по голове свою не теряющую духа принцессу, однако к волосам старался не прикасаться – подобное всегда ее заставляло нервничать. Макс поцеловал девушку в лоб, на что та подняла взгляд.
– Кажется, я начинаю осваивать уроки своей матери, – произнесла она с сарказмом, пальцами держа прядь перед своим лицом, отделяя каждый золотой волосок. – Может, это все наши родители затеяли, чтобы мы познали, что означает жизнь без подушки безопасности?
– Кто знает, – Макс достал из карманов одежды все содержимое: несколько купюр, пластиковую карту, мятные леденцы и севший телефон. Новый смартфон Эммы остался, к несчастью, на зарядке в салоне угнанной машины. Он выложил все свое имущество на прикроватный столик. – Но я такого никогда бы не ожидал. Я бы попробовал еще раз связаться с родными. Ненавязчиво так уточнить некоторые детали, которые известны только нам.
– Я бы тоже сейчас все испробовала. Мне эта неизвестность покоя не дает. А еще знаешь… Макс, тебя ведь, как и меня, тревожит поведение Алекса?
– После такого сумасшедшего дня предлагаешь мне перед сном поговорить об Алексе? – он со вздохом опустился на постель. Слегка растрепал потемневшие мокрые волосы ладонью. – Хорошо.
– А что не так? – на ее лице возникло недоумение. – С чего ты так злишься на него?
– Я не злюсь, просто Алекс слишком много на себя берет, – произнес он с плохо скрываемым раздражением.
Эмма взглянула на чересчур серьезное выражение лица возлюбленного и издала смех. Макс напоминал десятилетнего мальчишку, которому сказали, что у кого-то игрушка лучше, чем у него.
– Макс, это же наш Ал, – Эмма произнесла это как очевидность, которую он не мог не знать. – Почему я его не узнаю?
– Не знаю, как по мне: он такой же. Хотя нет – еще больше распушил свой хвост.
– Вспомни, с чего все началось. Когда Виктория чуть под машину не попала, Алекс запер нас. Зачем он это сделал?
– Он ведь потом, когда Виктория ушла, объяснил, что не хотел, чтобы мы увидели нечто шокирующее. И решил не вмешивать нас, сама прекрасно видела, как она была напугана случившимся.
– А куда он потом направился? – тревожно спросила Эмма. – Если он дома не ночевал.
– Спроси об этом у него, – Макс даже задумываться не хотел о том, где черти носили Алекса всю ночь.
– Макс, мне кажется… он совершил ошибку, что связался с Викторией, – поймав непонимающий взгляд, она вздохнула и пояснила: – Надеюсь, ей хотя бы шестнадцать есть. Я была бы только рада, если бы у них сложились хорошие отношения, тем более, когда мы остались совсем одни. Но Алекс как-то внезапно изменился. Я его едва ли узнаю. Не знаю, почему ты не замечаешь ничего в его поведении. Но Алекс до того вечера и после – словно два разных человека.
– Алекс уже взрослый мальчик, – напомнил Макс и сонно зевнул. – И люди имеют такую привычку: меняться со временем.
– Макс, мы уже упустили его однажды, – с грустным лицом Эмма обиженно посмотрела на возлюбленного, не торопившегося вникнуть ее переживаниям. – Я не хочу, чтобы он вновь оказался на самом дне, ненавидя свою жизнь. А судя по его поведению, по тому, как он стал скрываться от нас, к этому все и идет…
– Он нам обещал, помнишь? – Макс сел ближе к девушке, взял в свои ее руки, ставшие очень мягкими от воды. В этих теплых руках словно была вся его жизнь. – Что если его снова начнут привлекать темная сторона и печеньки, он маякнет нам об этом.
– Он уже вовсю нам сигналит! – она на эмоциях всплеснула руками, освободив ладони. И дрожащим голосом произнесла: – Просто не может выразить в словах.
– Я поговорю с ним, – успокаивающе заверил Макс, сдавшись.
Он как никто другой понимал, что для всеобщего благополучия лучше поступить так, как настаивала Эмма. Однако его не радовала перспектива откровенного разговора с Алексом. Он все еще чувствовал злость на друга несмотря на то, что их будущее стало неопределенным. Все это еще не означало, что его друг оставит свои одержимые планы. Макс ждал первого шага от него, какой бы абсурдной эта мысль ни была, но он не собирался напрасно пытаться влезть ему в душу, считая, что если Алексу действительно не все равно на происходящее, то он обязан первым пойти на контакт и объяснить, что его так беспокоит. Раз уж он Первый во всем.
– Хорошо, – Эмма счастливо улыбнулась, прижавшись к возлюбленному. – Мы вместе.
♡ ♡ ♡
В соседнем номере, только зайдя внутрь, окинув взглядом то, что предложил среднестатистический сервис, Алекс перевел взгляд на Викторию. Девушка стояла посреди комнаты как предмет мебели, в ожидании команды или слов, не проявляя инициативы и никак не показывая желания поскорее отдохнуть. Подобное поведение действовало на нервы.
