Софи аккуратно сложила пиджак, и они с псом зашли в парадную дома.
На личной полке в холодильнике не оказалось еды. Пришлось заказывать. Можно захватить немного у Лимоны, но она рядом, поэтому не стоит. Соседка как раз носила коробки из коридора к себе в комнату.
– Новая коллекция прибыла! Раньше срока на неделю! Замечательный день, подруга!
Переодеваясь в своей комнате, Софи заметила синяки на боку и ноге.
– Не перед кем красоваться, заживёт.
А доставка задерживалась. Её выбор поместили под конец рейтинговой очереди.
Не концентрируясь на плохом, девушка собрала грязные вещи и отправила их в стирку.
Решив помыться, обнаружила в ванной отсутствие горячей воды.
– Забыла предупредить, подруга, – у них внезапные работы до утра. Ну и бледный вид! Что с тобой случилось? Помочь чем? Могу заказать лекарств или ещё чего нужного. Голодная, наверное, осталась вермишель с подливой, бери, не стесняйся.
Не желая показаться слабачкой и неженкой, Софи отказалась. Прошла в свою комнату и повалилась на кровать без сил.
Следующая неприятность пришла из мира электронных трансляций. Видеообращение актёра давно состоялось, но осталась запись. В комментариях к ней несколько людей радовались выигранным билетам на новый фильм актёра.
С грустью закрыв видео, Софья выдохнула и без эмоций нажала на официальное сообщение от О. З. Компания уведомляла об автоматическом списании штрафа с месячной зарплаты.
– Зачем же я остановила трамвай?
Чтобы скоротать ожидание заказа, безрассудная девушка занялась починкой пиджака. Дырки удалось красиво заштопать. Но от этого он стал выглядеть ещё более старым и поношенным.
После звонка из службы доставки Софья вышла на лестничную площадку к ящикам хранения. На квартиру предназначался один, и они с Лимоной делили его пополам. На нижней секции в шуршащем пакете стояла еда. Верхняя секция была чисто вымыта. В соседнем блоке находился ящик хранения от квартиры Богданы и Всеволода. Опустить пиджак туда – дело минутное.
Мимо прошли девушки с громкой музыкой из гаджета. А на верхнем этаже смеялись молодые парочки. Софья почувствовала дискомфорт и отстранённость. Поспешив, вернулась домой.
Ужиная на кухне, Софья размышляла о прошедшем дне.
– Удалось заработать на поход к Францу, подруга? – Лимона забежала погреметь створками и облить кипятком заварник, чай, несколько пальцев и стол.
– В процессе, стараюсь.
– Молодец! Не сдавайся. А где у нас салфетки? Нашла. Ай, горячо как!
Софья вновь оказалась наедине со своими непростыми мыслями.
Вернувшись в комнату, Софья швырнула гаджет на кровать, прыгнула сверху и вдавила кулаки в подушку.
Глава 3.
Испытания для достойных людей
– Косматик, я не проспала?
Ответа не последовало.
Уткнувшийся в живот гаджет ничего не показывал. Экран не включался: батарея разряжена полностью.
Подключив устройство к сети, Софи забегала по квартире, пытаясь успеть сделать несколько дел одновременно. Холодный душ, обжигающий кофе, мятые вещи, которые развесила Лимона, едва высушенные волосы, чуть хлебнувший электричества гаджет в руках – и Софья уже на выходе из парадной.
Времени до трамвая около 10 минут.
«Необходимо ли вызвать такси?»
Выскочив на дорогу, Софи рассчитывала время и средства: как выгоднее и быстрее попасть на работу. И два транспортных средства оказались на противоположных гранях. Решение сэкономить деньги, а по пути выдумать невероятную историю с опозданием, показалось оптимальным.
– Соня! Прогулка! Ура, счастье!
В этот самый момент к её ногам подлетел железный конь.
– Подвезти, красавица? – раздался приветливый голос из жёлтого такси.
Забыв о плане, девушка распахнула заднюю дверь и головой вперёд нырнула в мягкий салон. От боли в боку взвыла. Розмариновая аура скрасила негативные эмоции.
– Не ревите только, примчим за самую низкую плату. Вам к штаб-квартире корпорации надзора и развалу вкусных печенюшек на день города? О подобной сладкой щедрости много где хвастают.
– Езжай, а то передумаю и пересяду к настоящему красавчику с более широким задним сидением.
Её гаджет подключился к системе такси.
– Без вопросов, мадмуазель. Уже в пути.
Эдуард Храпко знакомым маршрутом отправился к стенам высоченного центра, где происходили главные управленческие и творческие процессы. Буквы «О.З.» на крыше видны были чуть ли не с каждой точки города.
– Как ты относишься к таксистам-маньякам, поджидающим свою жертву?
– Извините, но вечно опаздывающие костяшки меня не привлекают, – удар по подголовнику, и машина резко виляет. – Что? А, вы о другом! Это технологии… камеры… я здесь, как в рыцаре спесь. Умные слова отца.
– Жаль, не все дети в отцов. А про камеры знаю. На углах домов их вывесило О.З. для безопасности. Поэтому и преступность в Изумрудном низкая.
– Узнаю деревенский мотив. Ещё скажите, будто самостоятельно выбираете, что будете кушать завтра и под какую песню выйдете на прогулку. Без контроля не выстроить единый курс.
Теперь мужчина в кожаной куртке показался Софье отнюдь не глупым человеком.
– Так что там с камерами?
– За небольшую плату возможно зайти в сектора и отсматривать клиентов ещё до того, как придёт заказ. Система прислала мне оповещение, будто вы не уехали сегодня на привычном рейсе, и я тут же отправился на помощь.
– Как мило следить за одинокой беззащитной девушкой.
– А вы слышали о вчерашнем случае с трамваем? Маленькая девушка, застрявшая в дверях, опустила стоп-кран, едва не попав под колёса!
– Чего только не бывает в городе.
– А нарушила правила ради больного дедушки, опаздывающего в аптеку.
– Журналисты любят приукрасить истории.
– А необычный шрам на шее храбрячки очень запомнился разговорчивому смуглому пареньку, который тоже непосредственно принимал участие в сем действе. Какие порой тяжёлые испытания преподносит судьба.
– Умение держать язык в нужной полости – это редкий дар. Очень не люблю, когда невозможно заткнуть собеседника.
– Кажется, начал вас понимать. У каждого имеются шрамы: у кого на теле, у кого на – душе.
– Именно, Эдуард. А почему мы едем в объезд?
– Инженерный мост закрыт для проезда транспорта. У вас по реке ходят большие корабли?
– Никогда не задумывалась об этом. Останемся здесь и подождём: не хочу толкаться с другими машинами рядом с парком. И Небесный мост, скорее всего, тоже разведён.
– У нас осталось десять минут, верно?
– Слишком ты заботливый для маньяка.
– Меня отец учил: «Заботься о тех, кому нужна помощь».
– Твой отец – мудрый человек.
– Жаль, что он покинул этот мир, когда мне исполнилось десять лет.
Софья задумалась: большая часть и её жизни прошла без ощущения полноты любви. Изменить ничего невозможно ни тогда, ни сейчас.
– А что сказал бы твой отец, если бы ему предложили отдать все сбережения ради встречи с его кумиром?
– Не сотвори себе кумира.
С минуту они просидели в тишине, которую развеял таксист.
– А я прочитал про Чёрную Ольху. По легенде, два брата посадили семечко в каменистый берег и захотели взрастить дерево небывалого размера. И закрепили своё желание кровавой клятвой, порезав ладони. «Дерево будет жить до тех пор, пока крепка дружба», – сказал один из них. Красивая история, правда?
– А с виду ты кажешься более взрослым. Очевидно, и мудрость по наследству не передаётся. Подожди. Когда я читала, никакие братья не упоминались.
– В Изумрудном стараются не вспоминать про сэра Себастьяна. Какие-то очень давние обиды, видимо.
– Себастьян… А каким он был?
– Как говорят некоторые группы людей, это великий изобретатель и новатор, яркая и запоминающаяся личность.
– Звучит неубедительно. Возможно, кто-то завидует успехам Виллиена.
Мост опустился, и движение возобновилось.
– Осталось четыре минуты, красавица.
Мотор гнал железную флягу к ярким буквам. В животе у девушки похолодело от скорости.
Резкая остановка и звуковое оповещение гаджета синхронизировались.
– Приятного дня, мадмуазель. И больше никуда не опаздывайте.
Девушка вбежала в холл с загорающимися на огромном циферблате тройкой и нулём в минутах. Группа охранников-мужчин встала между ней и дверными турникетами. Словно пушечным ядром, Софья прошила собой вражеское заграждение, при этом громко и часто ругаясь. Ключевое движение рукой свершилось за несколько мгновений до преображения овала в прямую.
Общий вздох. Колючая дева взбодрила утро присутствующих.
Софи спокойно проследовала к кабине лифта и расслабилась, ощутив движение вверх.
Выходя из лифта, остановилась, пропуская задумчивого Штокса.
Заметив подчинённую, начальник будто бы вернулся в реальность из далёкого путешествия в глубины сознания.
– Доброго утра, мисс Заславски. Приятно видеть вас в здравии и хорошем настроении. Зайдите ко мне в кабинет в течение часа. И ещё, – Штокс сощурил глаза и поправил часы на руке, – оставайтесь собой.
Не дожидаясь ответа, начальник отправился в кабинет своего начальника.
– Как неожиданно, Салем, что же ты задумал?
Плакат с информацией о предстоящем маскараде будто бы стал ярче, эпичнее и соблазнительнее. Ответственный день приближался, а самый крутой наряд за приемлемую цену не находился. Необходимо обязательно поговорить с Лимоной. Сегодня.
Трисси и Джесси совместно обсуждали тайные желания. Пухленькими ручками Джесси вырисовывала панорамные окна в широту своих возможностей, пытаясь выразить крутизну новых высоток в эколог-районе.
Софи вздохнула от мысли о том, что она никогда не накопит на собственное жильё.
– Ещё лет десять придётся тебе, Джесси, собирать деньги и рейтинг с глупых мужчин, которые поведутся на желейные губки, чтобы купить элитную квартиру.
В разгорячённую беседу вклинилось предложение от сторонней наблюдательницы, гладящей Косматика.
Тем не менее Трисси отговаривала подругу от приобретения жилья в Изумрудном, чем заслужила кучу виртуальных бонусов от удивлённой Софьи.
Занявшись разбором накопившихся дел, младший программист через некоторое время уткнулась в эксклюзивное задание от Штокса и вспомнила о рабочем «свидании».
Маленький кабинетик захламляли десятки рамок с фотографиями. Улыбчивые мальчуганы бегали в парке, играли дома, плавали в бассейне, обнимались с папой. Среди рамок-напоминаний, уткнувшись в монитор, сидел начальник.
– Не знала, что у тебя большая семья.
– Не заметил, как вы вошли. Извините. Присаживайтесь. Они самые лучшие. Один старше другого на три минуты, представляете?
– Я же не из-за детей здесь, так?
– София Заславски, руководство настояло, чтобы я сделал вам устный выговор за «непрекращающиеся опоздания», – Салем изменил голос на последних двух словах, пародируя грубое серьёзное наставление.
