Страница 6 из 11
– Придется купить ей комплект белья, – тихо произнес Серафим и отправил в свой рот оставшийся кусок пиццы.
– Кажется, она пошла в ванную? – сказал я, услышав, как дверь захлопнулась.
– Бежим отсюда, – произнес Серафим, поднимаясь с пола.
– Прямо как ребенок, – подумал я, наблюдая за тем, как он подбежал к шкафу и в спешке начал натягивать на себя первые попавшиеся вещи.
Но выбора не было, не мог же я оставаться в квартире вместе с его сестрой. Я схватил свой рюкзак и поспешил вслед за Серафимом в прихожую, где натянул на себя куртку. И как только он открыл входную дверь, из ванной вышла Флора.
– Ты куда? – раздраженно произнесла она.
– В магазин, – ответил Серафим, когда мы уже стояли за порогом.
Как только он это сказал, дверь захлопнулась, и мы почти одновременно выдохнули.
– В магазин? – спросил я у него.
– Да, за бельем, – подтвердил Серафим, спускаясь по лестнице.
– Может, ты себе еще и кровать купишь?
– Нет, лучше куплю еще пару холстов.
– Или гамак, – добавил я.
– Кстати, неплохая идея.
Мы преодолели еще один пролет, и мимо нас прошла знакомая мне персона, это была та самая владелица сна. Та самая девушка, которая избила во сне детей. Я сразу узнал ее по четвертому размеру груди, который облегала розовая футболка.
– Ты ее знаешь? – спросил я у Серафима, когда мы спустились на первый этаж.
– Да, она живет этажом ниже. А что? Понравилась? – сказал Серафим, обернувшись.
– Не знаю, я лица не заметил, – сказал я в шутку.
Серафим рассмеялся, и мы вышли наружу, где погода успела немного испортиться. Мы преодолели еще несколько десятков метров, и наши дороги разошлись. Мне надо было вернуться в общежитие, а Серафим отправился в ближайший магазин. А через две недели мы снова встретились. Прямо в тот день, когда у меня был последний экзамен, который я сдал без проблем, даже толком не подготовившись, и был очень рад тому, что все это закончилось.
– Какой ты счастливый, – заметил Серафим, когда мы шли по улице в сторону его дома.
– А у тебя как дела? – спросил я.
– Похудел.
– Это я заметил.
– Пришлось из-за сестры, она до сих пор злится.
– Из-за того, что ты в ее кровати спал?
– Да, – подтвердил Серафим. – И тот комплект, что я ей купил, ей не понравился.
– Что может не понравиться в наволочках и простыне? – удивился я.
– Ткань и цвет, а точнее рисунок.
– Ты над ней так пошутить решил? Купил нечто неординарное для скучного человека?
– Да, и не совсем. Я на распродаже наткнулся на детский комплект с ракетами и инопланетянами.
Я не мог над этим не посмеяться, представляя лицо его сестры, когда он вручил ей тот комплект.
– Да, он видимо идеально вписался бы в ее интерьер, – не мог я не сказать.
– Какая вообще разница? Его же под покрывалом не было бы видно, – продолжил Серафим, когда мы были уже у его дома.
– Это твоя картина? – удивился я, заметив холст, застрявший на дереве.
– Да, неделю уже вот так висит. Хорошо, что дождя нет.
– Зла же на тебя она была. Хорошо, что у меня нет старшей сестры.
– Это уже за другое, – признался Серафим.
– И за что же?
– Короче, мне пришлось ее поддержать и сесть на диету.
– Тогда все понятно, но почему разозлилась так? – перебил я.
– Потому что похудел, а она – нет.
И тут я не смог сдержать смех, уставившись на картину, которую раньше видел в его ванной.
– А ей было совсем не смешно, – продолжил Серафим, злобно улыбаясь.
– А весы у вас, случайно, не в ванной стоят? – спросил я.
– Да, а как ты это понял? – произнес Серафим, задумался и засмеялся. – Я понял. Мы как раз взвесились тем утром.
– Я больше не могу, у меня голова уже от смеха болит, – выдавил я из себя.
– Ладно, может, на днях еще увидимся, – сказал Серафим и отправился к подъезду.
– Ладно, пока, – произнес я и пошел в сторону ближайшей остановки.
Вот только до остановки я так и не добрался – ехать обратно в общежитие не было смысла, и я зашел в ближайшее кафе, где заказал тарелку грибного супа, спагетти и латте.
– Я в кафе. Жаль, что у меня камера разбита, – отправил я сообщение Серафиму, ожидая, когда принесут мой заказ.
– Изверг, – быстро пришло мне в ответ.
Первым мне принесли суп, порция которого показалась мне весьма небольшой. Но это был самый вкусный суп, который мне приходилось есть за последние три года. Спагетти тоже были неплохими – они были обильно посыпаны сыром, который расплавился и тянулся, наматываясь на вилку. А чашка латте оказалась больше тарелки супа, и я решил заказать себе еще и небольшой десерт, вместе с которым его выпил.
И когда оплатил счет, я понял, что давно не был так сыт. Мои ребра немного распирал наполненный желудок, чувствовалась небольшая тяжесть в животе. И с того момента я окончательно осознал, что был свободен. Что мне больше не надо было рано вставать, ехать почти через весь город, сидеть на занятиях и вообще учиться. Было около двух часов дня, и я решил погулять, решил добраться до общежития пешком.
И это оказалось прекрасной идеей, было тепло и немного облачно, людей было мало, а когда я оказался на мосту, увидел, что трамвай, который по нему ехал, сломался.
– А когда-то мне хотелось оказаться на их месте, – вспомнил я, глядя на озадаченных людей, которые сидели в вагоне.
Я посмотрел немного на воду, на дома и пошел дальше. Когда я преодолел мост, мне снова захотелось есть, и я зашел в первый попавшийся магазин. А еще через несколько минут я оказался в своей комнате с тяжелым пакетом, на дне которого лежало шесть банок пива.
Правда, тем вечером я ни одну из них не открыл, зная, что будет, когда я засну. Мы с дедом еще после моего первого экзамена договорились отметить окончание всего этого ужаса, и когда я отключился, меня на столе уже ждал небольшой запас алкоголя, пицца и еще какие-то закуски.
– Надеюсь, ты сдал, – произнес дед, который стоял у окна в тот момент, когда я оказался на кухне.
– Конечно.
– Ну, тогда поздравляю.
Мы, конечно, могли каждый мой сон проводить так, но все-таки нам нужен был повод, чтобы выпить. При жизни мой дед хранил алкоголь в подвале в ящике, который специально для этого туда поставил.
Все те бутылки все так же находились в доме и в каком-то смысле были частью моего наследства. А то, что стояло на столе, было только малой частью того, что было на самом деле. А передо мной стояло только то, что я пробовал, и чей вкус смог запомнить, а именно французский коньяк, розовое и красное вино и шампанское, что я не сразу заметил.
– Почему на некоторых этикетках нет текста? – заметил я.
– Наверное, потому что ты не помнишь даже названий, – предположил дед и взял бутылку шампанского, которая стояла ближе всего к нему.
– Да, не помню.
И внезапно я заметил, что на этикетке начал появляться текст, чему был очень удивлен.
– А вот я прекрасно помню, – сказал дед и начал открывать бутылку.
Он снял аккуратно фольгу, затем мюзле, потом крепко взялся за пробку и принялся вращать бутылку так, что пробка начала медленно выходить наружу. Меня всякий раз завораживало это зрелище, особенно мне нравился хлопок, который звучал, когда бутылка открывалась, и следом из нее начинал струиться белый дым. На этот раз его было много, неправдоподобно много.
– Это ты творишь? – спросил дед, наливая шампанское в бокал.
– Конечно.
– Хорошее же у тебя настроение.
– Ну, да, – произнес я, продолжая наблюдать за белой пеленой, что струилась из бутылки, обволакивая бокалы.
– За то, что ты это пережил, – сказал дед, подняв свой бокал.
– За то, что это кончилось, – сказал я.
Мы выпили до дна то, что было в наших бокалах, и сели за стол, не заметив кота, который сидел на одном из свободных стульев.
– Так тебе удалось найти какого-нибудь юриста? – спросил дед, снова наполняя бокалы.
– Нет, а Серафим умудрился еще раз поссориться с сестрой.
– Из-за чего же на этот раз?
– В общем, она продолжает худеть, и он решил ее поддержать, – начал я.
– Уже интересно, – произнес дед и отхлебнул немного из своего бокала.
– Он похудел, а она – нет. И одна из его картин улетела в окно. Мы как раз сегодня проходили вместе с ним мимо нее, висящей на дереве.
Дед засмеялся, я отхлебнул немного из своего бокала и тоже не смог сдержать смех.
– Представляю, как ей обидно, – сказал дед.
В моем мире сна алкоголь действовал на меня, как и в реальной жизни. И я ощутил это, выпив второй бокал и почувствовав приятную слабость, из-за которой мне почему-то хотелось запрокинуть голову назад или побегать. И это желание становилось все сильнее с третьим и четвертым бокалом, а бутылка тем временем все также была полна, словно дед ее только открыл.
– Твоя бабушка была бы в шоке, если бы видела нас сейчас, – сказал дед, в чьих руках как-то незаметно оказалась бутылка красного вина.
Чтобы открыть ее уже потребовался штопор, который вылетел из одного из ящиков и через пару мгновений оказался в его руке.
– Она же знала о том ящике? – спросил я, подвинув к себе тарелку с сыром.
– Да, знала и еще очень любила абрикосовый ликер.
– Он разве там был?
– Ты не помнишь, потому что он закончился, – произнес дед, вытащив пробку.
– А у меня в холодильнике есть пиво, – вспомнил я.
– Не думаю, что утром оно тебе пригодится, – сказал дед, наполняя свой бокал вином.
И он был прав. Когда я проснулся, у меня не было ни головной боли, ни похмелья, ни даже ужасной жажды, из-за которой я мог пить воду прямо из-под крана. Я чувствовал себя прекрасно, я выспался и собирался еще какое-то время провести в своей кровати.
– Все-таки надо решить проблему с домом, – подумал я, уставившись на люстру.
Пришлось вылезти из-под одеяла, чтобы найти телефон. Он оказался в джинсах, которые висели на стуле. Он полностью разрядился, и мне пришлось поставить его на зарядку, которая почти полностью была обмотана скотчем. И пока телефон заряжался, я залез в холодильник и достал из него небольшую упаковку йогурта и еще несколько вещей.
Из того, что я приобрел недавно, удалось сделать салат, который скорее был просто нарезанными овощами и сыром, разложенными по тарелке.
– Интересно, где здесь ближайшая пиццерия? – задумался я, глядя на то, что у меня получилось.
Я, конечно, понимал, что рано или поздно придется готовить для себя, но я и предположить не мог, что у меня не будет ни микроволновки, ни даже чайника. Я съел все, что у меня было в тарелке, и взял свой телефон, который успел совсем немного зарядиться.
– Можно ненадолго воспользоваться твоим компьютером? – написал я Серафиму, положил телефон обратно на стол и отправился в ванную, чтобы помыть тарелку.
Когда я включил воду, начал вспоминать то, что мне снилось ночью после наших посиделок с дедом. А приснилась школа, точнее, мои одноклассники. Мы все сидели в странном помещении, похожем на ангар или теплицу, за старыми партами. Учебников не было, на стене висела доска, но и учителя не было.
