– Чой-то вы меня так? – сделав крайне удивленное лицо, спросил зам, подходя к столу.
– Ну-ка, заместитель директора, кого это вы, в отсутствие этого самого директора, поселили в школе?
В тон ей, делано-сокрушенно, он ответил.
– Госпожа директор, прибился к нам странник в ливневую ночь. Ну не выгонять же его на ночь глядя, да еще в ливень! Меня бы совесть замучила, да и вы, уважаемая, меня бы повесили, и вообще, нечего на меня нападать, я поступил по вашему примеру! – Уже смеясь, закончил.
– Все, сдаюсь, сдаюсь! – подняла руки Соколова, – припер меня к самой стенке обеими лопатками, – теперь уже смеялись все.
– Благодарю, что оправдали доверие. Ваш подопечный уже полноправный ученик школы на факультете Алиева. Надеюсь, до каникул никуда не влезет.
– Благодарю за доверие и за подарок.
– Вы снова чем-то недовольны? Тогда пеняйте на себя – зачем оставили?
– Да не мог я его выгнать! – Вскричал Толкин. – И сейчас шел за него просить!
Алиев, слушая перепалку зама с директором, похохатывал, Бойко сначала все принял всерьез, теперь тоже посмеивался.
– Я-то думаю, в кого это наши стервецы такие, у кого научились разводить, а это, оказывается, у нашего директора, – заметил Бойко, и снова все рассмеялись.
– Ладно, посмеялись, и будет. Давайте чаю попьем, да наших новеньких надо пригласить, и вообще, всех.
– Я их разыщу! – вызвался Алиев.
– Хорошо, только Косову не забудьте лично от меня пригласить.
– Да, наша Анна Денисовна – дама с характером! А как она держит своих – они у нее по струнке ходят! – восхитился Бойко.
– Я чай заварю, а вы, голуби сизокрылые, отдохните пока.
Появился Алиев, ведя за руку Горова, следом шли все остальные.
– Вот, всех привел. Павел Дмитриевич сдался только на ваш чай. Вообще-то, мисс Бинс надо выговор сделать – она дала Паше какую-то травку, и он вовсе ошалел, после уроков в лаборатории, и поесть забывает. – балагурил Алиев.
– Так это, Александр Ибрагимович, нужно выговор за нарушение режима труда и отдыха не мисс Бинс, а мистеру Горову вкатить! – улыбнулась Соколова, – и вот ему наказание – большая кружка чая!
– Ну, вот! Ему больная чашка, а мне что? Я же его волоком тащил, – не унимался Алиев.
– А вам за труд душистый пирожок, – протянула директор угощение. – Прошу, друзья, не стесняйтесь, угощайтесь. Чай у меня фирменный, не покупной, вода у нас особая, целебная, пирожки, конфеты – кому что нравится.
Горов вдохнул душистый аромат, и восхитился:
– Такой чай – мечта смертных!
Чаепития у директора бывали не столь уж часто, их ценили. Тем более, что директорский чай – это, как правило, решение каких-либо вопросов.
После памятной ночи, водворившей Долидзе в школу, наступили теплые, почти по-летнему, дни. Стояла сухая и даже жаркая погода. Однажды после завтрака к Толкину подошел Крош.
– Господин профессор, пойдемте со мной в лес!
– Это еще зачем? – изумился тот.
– Это очень важно и нужно. В лесу нужна помощь, а я не могу. Это могут сделать только люди.
– И мне идти обязательно, или можно и другим?
– Если разрешите, пусть идут мальчики.
– Крош, в чем, все-таки, дело?
– У нас в лесу поселилась Мавка.
– У нас в лесу поселилась Мавка?– еще более изумился Толкин, – Ну, а я-то причем тут?
– Ей нужно хорошее дупло для зимнего сна, а в лесу нет таких деревьев. Надо ей как-то помочь – сделать дупло, что ли. Мавки не умеют строить.
– Та-ак! Ну, это по части Алиева. Ты подожди немного, я его сейчас отыщу.
Толкин разыскал Алиева, рассказал новость. Тот, ясное дело, очень обрадовался такой новости.
– Я возьму вашу троицу, и после уроков сходим в лес, Игнатьич.
Игнатов, Волков и Демидов получили письменные приглашения от декана Арлеона. Крайне заинтригованные, явились к нему в кабинет, и застали там, к своему удивлению, Кроша.
– Прилетели, орлы? Хорошо. Сейчас мы с вами пойдем в лес, а поведет нас вот этот молодой человек.
Все так же, удивляясь, ребята отправились в лес. Там было небольшое озерцо, когда-то в нем поили коров. Туда всех и привел Крош. Над озерцом росла старая ива, склоняясь почти до воды. Крош постучал по стволу.
– Гербера, это я, Крош, я привел друзей.
Из дупла показалась прелестная девичья головка, в венке из цветов. Миг, и на земле стояла девочка, ростом с Кроша, с длинными вьющимися волосами, в платье из листьев и цветов, очень грациозная, изящная и милая.
– Здравствуйте, Я Гербера, Мавка или Лесная Нимфа.
– Здравствуйте, Гербера. Я профессор Алиев, а это мои ученики Роман, Александр, Андрей. Крош сказал, вам нужна помощь. Мы слушаем.
– Профессор Алиев, я недавно попала к вам в лес. Здесь хорошо, меня не обижают, нет людей. Но мне негде жить. У вас в лесу нет таких старых дуплистых деревьев. Это дупло мне сейчас маловато, а мы во сне растем зимой. Помогите мне сделать дупло побольше.
– Гербера, дупло можно расширить, это не трудно. Но, может, вы перезимуете у нас, в школе? Мы устроим вас в школе, сделаем, чтобы вам было удобно.
– Но ведь мне летом все равно нужно жить в лесу!
– Гербера, мы тебе к лету сделаем домик, и спрячем его на самом ветвистом и раскидистом дереве. – заговорил Саша, – Идет? А зиму будешь спать в тепле и уюте у нас в школе. И тепло, и сухо, и никто не обидит, спроси вон, у Кроша.
– А вы меня не будете будить зимой?
– Гербера, честное волшебное слово, что мы о тебе никому не скажем, кроме наших подружек, очень хороших девочек. Они тебе помогут. Если позволишь, мы приведем их завтра.
Она посмотрела на Кроша. Он утвердительно закивал головой.
– Ты чего-то боишься, Гербера. Не волнуйся, мы никому не позволим тебя обидеть. Соглашайся.
– Я боюсь вас, людей. Мой лес вырубили, мне пришлось долго бродить, пока сюда попала. Прошлую зиму я очень страдала в маленьком холодном дупле. Мы не умираем от мороза, но плохо растем и мучаемся. И это дупло тоже маленькое. Я сидела и очень горевала, что и эта зима предстоит такая же мучительная, когда сюда пришел Крош. Он долго уговаривал меня не бояться вас, обещал, что вы мне поможете. Мы, Мавки, Берегини леса.
– А Кикиморы откуда берутся? – полюбопытствовал Андрей.
– Кикиморы – это старые Мавки. В таком маленьком лесу не может быть двух Мавок, так что я долго буду одна, – рассмеялась Гербера. Ее смех рассыпался, как звонкий колокольчик.
– А хочешь сейчас пойти с нами в школу? – предложил Роман.
– Нет, еще тепло, я побуду в лесу.
К Гербере ребята смогли прийти только через три дня.
– Дюймовочка! – ахнула Катя, увидев Мавку, – настоящая Дюймовочка.
– Кто такая Дюймовочка? – поинтересовалась Гербера.
– Есть такая сказка о девочке ростом с дюйм, живущей в цветке. Ты такая же нежная и красивая.
– Это красивое имя. Если хотите, зовите меня Дюймовочкой.
В этот раз Гербера пошла с ребятами в школу. Ей показали несколько комнат, она выбрала маленький чуланчик. В лесу шел листопад. Ребята после уроков наладили переброску листьев из леса для постели Герберы. От кровати она отказалась.
– Я никогда так не спала, боюсь
Мавка по утрам уходила в лес, а вечером, попозже, приходила в свой чуланчик. Становилось все холоднее. Алиев соорудил коновязь, где можно было привязать слонов, настолько все было мощно и крепко.
Гербера пригласила в лес девочек.
– Я скоро засну, а вам хочу кое-что показать.
Во дворе их встретили ребята.
– Вы это куда намылились?
– Нас Дюймовочка на прогулку зовет.
– Самих не пустим!– заявил Андрей. После памятных событий ребята девочек одних никуда не отпускали, а особенно в лес.
– Идите, мальчики, – согласилась Мавка, – я вам покажу Чудо.
Она привела их к своему дереву.
– Посмотрите вон там, у корней.
– Там, кроме коряг, ничего нет, – удивленно ответил Роман.
– Смотрите внимательно!
– Боже, какая красота! – ахнула Хана, – Что это?
– Это цветок Лесных Мавок. Его видят только те, и только тогда, когда Мавка сама покажет.
Под корягой красовался изумительной красоты цветок. Крепкий стебель гордо нес великолепный цветок, размером крупнее махрового пиона, с волнистыми лепестками.
Цвет его неуловимо переходил от сиреневого по краям, к алому в середине, черно-коричневый пестик высовывался на волю, окруженный желтыми тычинками, свисающими наружу, как волосы, вьющиеся на ветру.
Растение испускало тонкий и нежный аромат. Ажурные, точеные листики, матово-зеленые, и все растение, словно восковое, только тычинки колеблются от ветра. Стройное и изящное, оно приковывало взгляд.
– Да это же Каменный Цветок! – тоже ахнула Катя, – какая невероятная красота!
– Этот цветок всегда растет в том лесу, где живет Мавка. Его никто не видит, но могут учуять запах те, кому он нужен. Теперь, почуяв этот запах, будете знать, что в лесу живет Мавка, и можете позвать ее на помощь, если понадобится. Я этот цветок дарю вам. Посадите его в горшок, пусть растет на окошке. Одному из ваших преподавателей он очень нужен. Он сам вам об этом скажет.
Хана взмахнула палочкой, поймала вместительный цветочный горшок, осторожно пересадила Каменный цветок. Он снова стал невидим.
– Если вам нужна будет веточка для лекарства, подойдите, мысленно скажите: «Огонек, цветок лесной, дай мне веточку с собой», или что вам нужно: листик, цветок. Но помните, в Новолуние он ничего не даст. Может и в другой день отказать, значит, нельзя. Подойдите позже. А если согласен, в открытой ладони будет лежать то, что просили.
– Я подсажу сюда что-нибудь попроще, а то будут удивляться, – пояснила Хана.
– Ребята, я уже скоро засну. Разбудите меня 15 марта.
– А если весна будет ранняя?
– Нет, будет, как я говорю.
Арсен водворился в школе, но с Ириной по-прежнему, пикировался. Когда Ирина начала тренировки на вратаря, он спросил:
– Тебе что, делать больше нечего?
– Арсен, иди к нам, нападающим будешь! – ответила она.
– Еще чего! Я пока еще жить хочу.
Это были странные друзья. Всегда готовые помочь друг другу, тем не менее, не могли при встрече не «порычать» друг на друга. В школе их прозвали «рычащей парочкой», однако желающих пройтись на их счет оставалось все меньше.
Гербера легла спать, а в школу прибыли гости. В то утро директор вызвала к себе 10 старшекурсников, среди них были и Неразлучные.
– У нас сегодня будут гости. Ваша задача принять их.
В 11 часов вся школа собралась во дворе. Вот в небе появилась точка. Она все росла и росла, и превратилась в огромную карету, запряженную крылатыми конями. Так вот для кого приготовлена исполинская коновязь!
Ученики стояли, онемев от удивления. Они ожидали чего угодно, но не такого. Преподаватели вели себя сдержаннее. Карета приземлилась на свободном пространстве, кони сложили крылья. Возница открыл дверцу кареты и подал руку.
Из кареты вышла высокая женщина, с огненно-рыжими волосами, распущенными по плечам. Следом вышла еще одна, моложе, лет 25-28, черноволосая, белокожая, чисто русская красавица. Возница направился к лошадям, Алиев и Роман – ему на подмогу.
А из кареты выходили остальные. Вообще-то, группа Магов представляла из себя колоритное зрелище. Один из мужчин – маленький, круглый, как колобок, с венчиком седых волос, и второй, крупный, высокий и кряжистый.
