Морана "Островное расследование. Разлучница"

– Эл, ты же не собираешься опять работать здесь по пятнадцать часов? – голос Луки звучал встревоженно. – Вы же условия не обсудили? Он точно не заметил, что у тебя живот появился.

Справедливости ради тот не сильно выпирал. Только начал расти. Я погладила пузожителя с довольными мыслями: «Папаня твой беспокоится».

– Ты принесешь лед? – уточнила я у Луки, проигнорировав вопрос.

Я протянула веснушчатому телефон. Парень сжал мою ладонь:

– Оставь себе, вдруг что-то случится. Или лучше давай я схожу за твоим начальником, и мы ему скажем, что ты передумала?

Я свела брови, пихая Луке мобильник:

– Не передумала. И зачем мне твой телефон.

– Затем, что своего у тебя нет. Дома я договорился с соседкой, чтобы она присматривала за тобой. И реагировала на любой шорох, – выдавал Лука новую информацию. – Но здесь ты одна. Мало ли что случится. Или лучше я перенесу дела? Да. Точно. Останусь.

Лука, наконец, забрал мобильник. Я хмурилась, наблюдая за тем, как парень начал что-то быстро печатать, стоя на месте.

– Уходи давай. Я сама справлюсь.

– Вдруг тебе что-то понадобится, – возразил набирающий текст. – Или тяжелое придется поднимать? Я останусь. – Лука убрал телефон в карман и задумчиво обвел глазами магазин. – О, идея. Я схожу за ноутбуком и проработаю тут. Ты подожди, без меня ничего не делай.

Я поймала убегающего за локоть. Парень почти успел покинуть магазин. Я пошатнулась, не завалилась, потому что Лука придержал. Я сразу высказал ему:

– Не нужна мне здесь твоя помощь. Иди занимайся своими тайными делишками.

Парень усмехнулся:

– Если тебе любопытно, просто спроси, куда я иду.

Я поморщилась. Лука говорил, что придется выйти замуж, если хочу послушать про его жизнь.

– Мне ни капельки неинтересно. Иди куда хочешь. Ты свободный человек. – Я задрала подбородок и прошествовала за стойку.

Я вздохнула, рассматривая пустой магазин. От кондиционера холодно. Поежилась. Лука положил свой телефон у кассы:

– Пароль тот же. Скорая и полиция на быстром вызове.

– Не нужно…

– И чем ты без интернета заниматься будешь? – спросил Лука, склонив голову.

– Работать.

Парень покрутился и развел руками:

– Не знаю, как справишься с этими толпами. От скуки умрешь раньше.

– Иди уже, – проворчала я.

– Ладно. – Лука попятился. Мобильник остался на стойке. – Скорая на быстром вызове. Полиция следующая.

Я недовольно сложила руки на груди, глядя на почти не отдаляющегося и слишком волнующегося человека.

– Эта ужасная футболка просто великолепно на тебе смотрится. – Лука улыбнулся и сбежал на улицу.

Я старалась не улыбаться, а то сделавший комплимент поймет, что мне приятно. Он не обернулся, быстро скрылся из виду. Я вздохнула. Душа разрывалась. Без Луки мгновенно стало скучно. Но я надеялась, что раз токсикоз отступил, то я вновь обрету самостоятельность. Странно, что мы с Лукой не встречались, но жили вместе.

Деться я беременная никуда не могла. О ребенке стало известно слишком поздно. Аборт не сделаешь. Получалось, что я оказалась в весьма странном положении. Но не морить же пузожителя голодом при живом отце, помогающем по доброй воле.

«При отце, который сомневается в отцовстве», – напомнил внутренний голос, пока я разблокировала, оставленный у кассы, мобильник. Разбираться в вариантах, крутящихся в голове, о том, как я оказалась в подобной ситуации, не хотелось. Я планировала дождаться видений и узнать наверняка, а не загоняться просто так.

День без привычной компании тянулся медленно. Из плюсов, старички-посетители магазина меня узнали и обрадовались встрече. В отличие от владельца магазина те замечали, что я беременна. От одной пожилой бабули я узнала, что на острове есть модные курсы для пузатых.

– В наше время все просто рожали, без всяких заморочек, – бормотала старушка, пока дрожащими руками доставала из бумажника наличку. – Зачем учиться-то этому? Будто есть шанс, что он в животе останется.

Вообще, такой шанс был, но говорить об этом бабуле я побоялась. Нет желания скорую вызывать, если у посетительницы случится сердечный приступ. Мы обменялись: она мне деньги, я ей пакет, куда сложила продукты.

Оставшись вновь одна, я поспешила погуглить, о каких встречах беременных шла речь. Нужно успеть все разузнать до вечернего наплыва посетителей. Я добралась до соцсети блогерши, пропагандирующей вроде как здоровый образ жизни. Она писала посты о том, как узнала о беременности и решила приехать на Гавайи под палящее солнце.

– Она сделала это добровольно? – вырвалось у меня недоуменно. До конца я не понимала, говорю про беременность или про переезд на остров. Я листала ленту дальше. – Хотя я тоже покинула материк по собственной воле.

Высветившееся уведомление застало меня врасплох. Я вздрогнула. От неожиданности чуть не выронила мобильник. Челюсть чуть не отвалилась. Я ее прикрыла и свела брови. Глаза пробежались по тексту.

«Тебя ждать или нет? Я запуталась».

Я ткнула на сообщение, попала по иконке. Сразу перекинуло в профиль. Закрытый. На маленькой аватарке брюнетка в солнцезащитных очках и огромной шляпе. На фоне пальма. Ник «Конфетка».

– Какая безвкусица, – прошептала я.

В груди полыхал пожар ревности. Я щурилась на брюнетку. Фото не приблизить, но выглядела девушка красивой. «Интересно, симпатичней, чем я?» – крутилось в голове, пока я пыталась разглядеть написавшую.

– Ты разговариваешь сама с собой?

Я отпрыгнула, от внезапного раздавшегося, голоса. Мы с Лукой смотрели друг на друга. Веснушчатое лицо помрачнело. Парень опустил глаза на стойку, где остался мобильник. Лука положил телефон в карман, а затем протянул мне разноцветный лед.

Я с трудом держала язык за зубами. Хотелось спросить, что это за Конфетка спрашивала о встрече.

Глава 7. Клуб

Лука протягивал мне цветной лед.

– Чем занималась?

В его голосе слышалась усмешка.

– Встречалась с подругами, – сообщила я про старушек. – Чем еще можно заниматься на работе в продуктовом?!

С трудом прогнала смущение, что влезла в чужую переписку. Чувство вины по-прежнему мешало думать разумно, я приняла ненастоящее мороженое. Лука, видимо, ждал вопроса. Я ничего не спрашивала.

Он оперся на стойку. Я упорно молчала.

– Чтобы есть, нужно открыть рот. – Лука вздохнул. Я демонстративно стала есть. Вкуса почти не чувствовала. Только холод. Парень сощурился: – Все успела прочитать?

– Не понимаю о чем ты. Ничего не видела, – пробормотала я.

«Значит, у Луки выключены уведомления. Они не приходят, пока не зайдешь в приложение. Ясненько, – грустно летело в голове. – Это не мое дело. Пусть хоть двадцать Конфеток себе заведет. – Злость сменялась обидой и обратно. – Гадство! Нужно было для начала прочитать переписку, а потом уже фотографию рассматривать».

– Если тебе интересно…

– Нет, – перебила я.

– Пришли деньги, – продолжил Лука, проигнорировав мой отказ.

Парень вновь брал заказы на фрилансе.

– А, ты об этом. – Я тыкала ложкой в тающий лед. – Через месяц и у меня будет зарплата. Так что нечего тут хвастаться.

Шутка вышла невеселой, но Лука посмеялся.

– Устала? – поинтересовался парень, опирающийся на стойку.

– Нет, – соврала я.

Пока не спрашивали, я не чувствовала, что ноги гудят. Остаток смены Лука провел в магазине. Я приговаривала, что он мешает работать. По правде же хотелось его выгнать только потому, что при взгляде на веснушчатое лицо, я вспоминала Конфетку. И то, как я влепила Луке пощечину. С того момента прошло два месяца, а до сих пор казалось, что моя ладонь горит.

Иногда я засматривалась на Луку, думая извиниться. Но потом появлялась мысль, что с теми, кто распускает руки, жить нельзя. Становилось страшно напугать Луку воспоминанием о происшествии, и я молчала.

«И чего я беспокоюсь по поводу Луки, если столько причин, почему мы не можем быть вместе? Нужно решать другие вопросы, – думала я по дороге домой. Ощущение, что я совершенно не готова к материнству. – Компания других пузатых женщин точно поможет мне».

– Хочу в клуб беременных, – сообщила я Луке, идущему рядом.

На темной улице вдалеке показались фары. Веснушчатый сдвинул меня с асфальта. Машина ехала медленно. Я мысленно ее торопила. Слишком приятно чувствовать ладонь Луки на талии.

– Что за клуб? – уточил парень.

– Что за Конфетка? – вырвались у меня переживания дня.

Автомобиль, наконец, проехал мимо. Лука встал передо мной. Пришлось остановиться.

– Могу поцеловать?

На мою талию легла вторая рука.

– Конфетку? – язвила я.

Лука едва заметно улыбался. Темные глаза блестели.

– Если бы не прочитала уведомление, то сколько бы еще делала вид, что тебе все равно?

– А сам-то, – пробормотала я. – Два месяца не обнимал меня.

– Страшно, что убежишь, если перегну палку. – Лука убирал прядки с моего лица. – Хочешь про Конфетку узнать?

– Изменяешь все-таки? – выпалила я пятясь.

Лука придержал:

– Глупышка, ты.

– Ну все, – прошипела я. – Тогда не буду извиняться за пощечину.

Парень задумался.

– Извини. Я никогда так больше не буду, – выпалила я тут же. Ткнулась лбом в грудь Луки. Собиралась плакать. – Ты, конечно, не верь в это. Мне Оскар раньше так же говорил, а потом заново лупил.

Под конец речи я уже всхлипывала.

– Эл, не говори, что ты из-за пощечины меня так долго игнорировала, – раздалось над макушкой. – Ты в тот день сильно расстроилась.

– Это не повод, – настаивала я рыдая.

– Ну ты же больше так не будешь? – Лука отлепил меня от себя и посмотрел в глаза.

– А вдруг буду? – испуганно спросила я.

– Тогда при разводе я отсужу у тебя детей, – весело выдал парень. Я стукнула его по груди. Он картинно ойкнул: – Ну вот, теперь не рожденный младенец мой.

Я его веселья не разделяла. Убрала руки парня с себя и потопала к дому. За спиной раздался громкий усталый вздох. «А чей еще ребенок?!» – злилась я.

Добралась до барака первой. Пришлось ждать Луку. Он открывал дверь с видом обреченной беспомощности:

– Хотя бы объясни, что не так сказал.

– Сам думай, ты же у нас умный, – буркнула я.

Остаток вечера Лука ворчал, что надо было поцеловаться, а потом шутить. Потом он умоляюще смотрел на меня. Я посылала парню испепеляющие взгляды, значащие, что ни поцелуев, ни объятий не будет.

Перед сном Лука сообщил, что так-то однажды пять лет ждал поцелуя с любимой, так что он тренированный боец. Мой ответ не слышал, сразу снял процессор. Я наклонилась к уху Луки:

– У тебя была девушка. И сейчас есть, да?

Про Конфетку он так ничего и не рассказал. Лука, видимо, почувствовал мое дыхание и обернулся. Пару секунд он всматривался в мое лицо. Я надеялась, что он поймет вопрос по выражению. Невозможно уже ждать ответ. Я угрожающе подалась вперед и процедила сквозь зубы:

– Что за Конфетка?