Читать «Моё инферно. За гранью реальности» — Брюс Прайдер онлайн
Страница 7 из 29
Она шла быстро, но не бежала. Джессика вообще никогда не бежала к человеку, если рядом могли оказаться свидетели. Даже когда волновалась, каждое движение оставалось выверенным: короткий взгляд на периметр, на бойцов, на уничтоженные платформы, на след выстрела в корпусе моей машины.
Потом — на меня.
Когда-то всё происходило почти так же.
Только вместо транспортной полосы был вокзал, вместо дыма — пар от дешёвого кофе, а вместо бронебойной пули с моим именем я держал в руках букет, купленный у женщины возле метро.
Я всегда приезжал раньше.
Садился напротив табло, покупал пирожки, которые выглядели так, будто сами пережили несколько пересадок, и ждал. Когда двери вагона открывались, Джессика сначала проверяла платформу — привычка, которую она приобрела раньше, чем научилась доверять людям, — а потом находила меня.
И улыбалась.
Я долго считал эту улыбку доказательством того, что у нас всё получится.
Люди любят принимать хорошие моменты за гарантии.
* * *
Теперь она нашла меня среди дыма и синей крови.
Взгляд задержался на разбитой губе, фиксирующей ленте вокруг рёбер и пятне на рубашке. На секунду в её лице появилось облегчение, но почти сразу уступило место ярости.
Старая знакомая последовательность.
— Не начинай, — сказал я, когда между нами оставалось метров двадцать.
Она продолжила идти.
— Я серьёзно.
Никакой реакции.
Джессика остановилась у первой платформы. Техники уже закрыли вскрытый головной блок защитным экраном, но пустое гнездо сигнального модуля оставалось видно.
— Кто изъял блок? — спросила она у старшего техника.
— Неизвестное лицо. По словам Фишера, мужчина в синей броне.
Она посмотрела на меня.
— Камеры его не зафиксировали, — добавил техник.
— Они вообще сегодня много чего не зафиксировали, — сказал я.
Джессика присела у корпуса, провела сканером вдоль внутренней пластины и остановилась на белой метке «Спектра».
— Это точно их маркировка?
— Внутренняя, — ответил техник. — Не серийная. Платформа собрана на основе S/P-4, но часть узлов новее. Внешнего контура не обнаружено.
— Память?
— У первой модуль изъят. У второй уничтожен дальним выстрелом в момент активации.
Она поднялась и подошла к изолирующей раме. На ней лежал второй искин с разрушенной головой. Синяя кровь медленно стекала по прозрачному покрытию и собиралась в дренажной канавке.
— Кто отдал команду на включение?
— Никто, — ответил техник.
Джессика замерла.
— Повтори.
— Питание не подавалось. Платформа активировалась самостоятельно на остаточном заряде. Успела произнести одно слово.
— Какое?
— «Объект».
Теперь она смотрела только на меня.
— Очень содержательно, — сказал я.
— Ты мог быть этим объектом?
— Я вообще сегодня центр внимания.
Она ничего не ответила, но я заметил, как напряглась её челюсть. Этот жест сохранился с тех времён, когда мы ещё жили вместе. Так Джессика реагировала на страх, который не собиралась показывать.
* * *
Наш брак не развалился в один день.
Никакой одной измены, после которой можно красиво хлопнуть дверью. Никакой тарелки, разбитой о стену в финальной сцене. Никакого удобного виноватого, которого разрешалось ненавидеть до конца жизни.
Мы просто постепенно перестали слышать друг друга.
Она хотела, чтобы я возвращался домой не только физически. Я хотел, чтобы дома от меня ничего не требовали. Она говорила о проблемах, а я слышал претензии. Я молчал, она принимала молчание за безразличие, потом мы менялись местами и повторяли всё сначала.
К тому моменту, когда любовь превратилась в протокол разногласий, оба уже слишком хорошо знали, куда ударить.
Я называл её контролирующей.
Она называла меня эмоционально недоступным.
Оба были правы, и это раздражало сильнее всего.
После развода Джессика стала моим непосредственным начальником. Если существует административный отдел ада, кадровые решения там принимают примерно так.
Она и сейчас стояла передо мной одновременно как бывшая жена и руководитель ОБР. Первая хотела убедиться, что я жив. Вторая — понять, сколько правил я успел нарушить до её прибытия.
Побеждала вторая.
Пока.
* * *
— Пулю, — сказала Джессика.
Техник протянул ей прозрачный контейнер.
Она поднесла его к свету. Лазерная гравировка была почти незаметна, пока система не увеличила изображение на внутренней поверхности.
ХОРОШЕГО ОТПУСКА, МАКС.
Джессика прочитала молча.
Потом ещё раз.
— Кто знал твой маршрут?
— Транспортная система. Отдел. Ты. Возможно, половина города, если у неё нормальная защита.
— Я не меняла маршрут.
— А сообщение пришло сразу после того, как ты ушла.
— Какое сообщение?
Я достал коммуникатор и открыл журнал. Как и ночью, записи там не было.
— «Отпуск подтверждён. Маршрут изменён».
— Ты сделал снимок?
— Я собирался в отпуск, а не на работу.
— Ты никогда не собираешься в отпуск.
— И всё равно оказался прав.
Она вернула контейнер технику.
— Поднять транспортные логи от управления до Меднотауна. Отдельно проверить, кто получил доступ к служебному маршруту Фишера после полуночи. Камеры, диспетчерские запросы, резервные узлы, всё.
— Уже делаем, — ответил командир группы.
— Делайте быстрее.
Джессика снова посмотрела на меня.
— А теперь рассказывай с самого начала.
— С какого именно? С пива в кабинете или с того места, где искин предъявил мне несуществующее предписание на задержание?
— С синей брони.
— Я знал, что тебе понравится.
— Макс.
— Мужчина без идентификатора. Прибыл раньше ОБР, вывел из строя вторую платформу, изъял сигнальный блок и ушёл через технический проход, которого нет на плане.
— Проход открывался вручную?
— Устройством. Камеры одновременно отвернулись, а стена решила, что в ней всё это время была дверь.
— Ты ударился головой.
— Медик тоже так думает.
— Кто-нибудь ещё его видел?
— Нет.
— Дрон?
— Нет.
— Запись с флаера?
Я посмотрел на дымящийся корпус.
— Оптимистично.
Она выдохнула через нос. Когда-то этот звук означал, что разговор дома только начинается. Теперь — что мне придётся писать объяснительную, если мы оба переживём расследование.
— Что он сказал?
— Что пришёл из-за сигнала, которого не должно существовать. Что «Спектр» использует платформы без внешнего контура. И что за мной уже идут.
— Кто?
— Он не уточнил. Загадочные мудаки редко заботятся о деталях.
Джессика отвернулась к первой платформе. Несколько секунд изучала пустое гнездо, будто надеялась увидеть там ответ.