Страница 3 из 8
– Польщён.
– Не стоит. Данная информация не более чем для расширения кругозора. Как котёнок?
– В отрубе.
– Усыпил?!?
– Окстись, я по-твоему, такой изверг? В ветеринарку возил, его там прививками накачали. Что-то с панкейками связанное.
– Панкейками?
– Типа того. Ща, ― Булат достаёт из кармана сложенный лист. ― Ринотрахеит, кальцивирус и пан…лей…копения. Тьфу, блин, хрен выговоришь. Говорю же, панкейки. И от хламидиоза жахнули для полного комплекта, ― закончив читать, бумажка безбожно комкается и убирается обратно в карман потёртых джинс. ― Так что, когда я уезжал, тот валялся на покрывале укуренной пушистой глистой. Сказали, нормальная реакция. Оклемается.
– А глаза?
– Просто гной. Промыли. И накалякали целый список того, что надо теперь делать. Глистов выводить, что-то там ещё. Ещё и накупил кучу всего: корм, игрушки, лежанку, ― кивок на пухлый рюкзак, валяющийся на лавке. ― Капец. Не было заботы.
– Тебе не повредит. Есть куда спустить энергию, а то её больно много.
– Я бы сказал, куда лучше спустить энергию, но тебе не понравится.
– Уверена, что не понравится. Так что оставь при себе.
– Но предложение-то, кстати, ещё в силе, ― вытаскивая стик из айкоса и бросая его в коробку, которая отлично заменяет урну по мнению уважаемого домоуправления, замечает Калинин.
– Какое?
– Свою киску познакомить с твоим пушистым хомячком. Они поладят.
– Каким хомячком? ― то ли я тупица, то ли он специально придаёт каждому слову пошлый подтекст.
– Который у тебя срок мотает в клетке.
Тьфу. Он об этом.
– Это вообще-то крыса.
– Как звать?
– Зевс.
Ехидным смешком едва ли не давятся.
– Да ты угарнуть решила.
– Сказал мне человек по имени Булат.
Вместо смешков теперь в мою сторону обращён строгий прищур. Жду наездов, но вместо этого получаю снисходительный кивок.
– Не скажу, что это лучшая шутка, которую я слышал, касаемо моего имени, но ничего. Годится.
Пристыженно поджимаю губы. Упрёк, что я уподобляюсь остальным? Что ж, задевает. А имя, между прочим, реально клёвое. Пусть и непривычное на слух.
– Короче, извинения приняты, ― подцепляю скейт мыском кеда и ловлю его. На ступеньках не погоняешь. ― Твоя совесть может быть чиста. Всего хорошего, ― сваливаю, оставляя его в гордом одиночестве. Пусть со своей "киской" сам развлекается. Я пас.
Хотя, в целом, моё удивление нескрываемо. Мне-то казалось, что он наглухо отмороженный, а теперь прям засомневалась. Проблески адекватности ведь присутствуют!
К сожалению, недолгие, потому что ближе к полуночи через кирпичную кладку опять начинает фигачить телек. Да ну твою ж налево…
Что-то взрывается, грохочет и стреляет ― боевик. Даже узнаю, какой. Тоже смотрела, и он мне тоже понравился, но это ж скотство. Сил никаких нет.
Не выдержав, отбрасываю подушку, под которую последние минут пятнадцать безнадёжно закапывала голову, и что есть силы лягаюсь в стену.
Ай, что-то хрустнуло. И это был не кирпич.
Аа-а… Мало мне синячища на бедре после падения в ванной, теперь ещё и щиколотка скулит. Класс.
– Слышь, имей совесть! Сделай потише! ― хнычу, нянча ногу.
Кричать в пустой квартире то ещё тупое ощущение. Чувствуешь себя последним дебилом, разговаривающим с самим собой. Но ещё хуже, когда получаешь ответ.
– Надо сделать тише ― приди и сделай сама, ― доносится до меня саркастическое.
Вот же сволочь. Убила бы.
***
Суббота, она прекрасна! Она божественна!
Суббота ― лучший день недели.
Знаете, почему?
Потому что в субботу можно ВЫСПАТЬСЯ. Продрыхнуть до обеда, с учётом того, что нормально уснула я только в начале четвёртого, а потом валяться дальше. Встать, сходить на кухню за йогуртом и снова плюхнуться.
И чилить, чилить, чилить [5].
Никуда не надо, нигде не горят срочные дела. На свидание тоже никто не звал. На улицу и ту нет необходимости выходить, от чего можно целый день шататься по дому в пижаме. Поставить чайник и включить на ноуте сериальчик.
Кайф. Просто ка-айф.
А самое балдёжное во всём этом ― тишина. Ночной дебошир сто пудов дрыхнет. Либо свалил, потому что с той стороны не слышно ни звука.
Зато отлично слышно, что происходит на улице ― рискнула открыть балкон, иначе дышать нечем. От одного окна толку ноль. Только что сеткой защищает от комаров.
На парковке кто-то заводит кряхтящий мотор. Долго, въедливо, то и дело хлопая дверцами и капотом. Там же, неподалёку, дети орут на детской площадке. Именно орут, почему-то гулять спокойно они не умеют. Горланят так, будто их пытают. А им в унисон подвывают играющие на стадионе в футбол пацаны.
"У него была позиция, где он мог сыграть один. Он дождался тебя и сыграл точно так же" ― возмущается какой-то парень, но такой белый шум приятный. Не даёт забыть, что жизнь насыщена всевозможными мелочами, которые порой мы банально не замечаем.
Вдобавок с нижних этажей вкусно тянет солянкой. Аж есть захотелось, потому что одним йогуртом сыт не будешь. Но так лень торчать у плиты, кто б только знал. И без того жарко.
Выход находится в лице доставки на дом. Бургеры подъедут где-то через полчасика, я же, довольная своей смекалкой, топаю с налитым в кружку чаем обратно в комнату.
Только вот снять сериал с паузы не успеваю, потому что вздрагиваю от шороха, обливаясь.
Да ну грёбаный йод!
Спасибо, не кипяток, развести холодной водой догадалась. Пока задуваю мокрую футболку, с запозданием вспоминаю о причине переполоха.
Вернее, мне о ней услужливо напоминают.
Булат, не утруждаясь манерами, падает на пригретую мной подушку, с ногами забираясь на кровать.
– Скука-а. Развлеки меня, а?
__________
[1] Отсылка, естественно, к “Сумеркам” :)
[2] Мистерия – вымышленная поп-певица, историю которой можно прочитать в моей книге “Умеешь хранить секреты”
[3] Так же вымышленный музыкальный дуэт, о котором можно узнать в моей книге “Я всё равно тебя добьюсь”
[4] Отсылка к “Звёздным Войнам”
[5] Чилить – расслабляться (сленг)
Глава третья. Лизон, как же ш ты не вовремя!
Гляжу на это чудо-юдо, мнущее мои простыни… и тихонько охреневаю.
– У тебя всё в порядке с головой? Сотряс нигде не ловил?! Ни с каких балконов не падал?
– А что не так-то?
Не, вы поглядите на него только. Сто процентная незамутненность сознания. Как-будто я у него в гостях, а не наоборот.
– ЧТО НЕ ТАК?! Нельзя вот так заявляться куда вздумается, только потому, что тебе "скучно"!!!
– Почему?
Поч… Что !?? Сорри, но я всё. Моя логика покинула чат.
– Я могла быть не одна.
– А с кем?
– Да с кем угодно. С парнем. Представь, какая неловкость вышла бы.
– Ага. Как хорошо, что у тебя нет парня.
– С чего ты взял?
– Иначе ночью я слышал бы тебя, а не ты меня. Ты, кстати, как: громко стонешь или из тихушниц?
– КАЛИНИН, ТЫ СОВСЕМ ОБАЛДЕЛ?!
– Ну вот. Опять орёшь, ― закидывая руки за голову, поудобнее укладывается Калинин. ― Нет. Не тихушница. Слишком горластая.
Я… я… Просто слов нет. За убийство в состоянии аффекта сколько дают, никто не знает? А если валить всё на самооборону? Поблажка светит?
– Ты клоун, ― стискиваю чашку, представляя, что это его шея. ― Просто шедевральный.
– А ты знаешь толк в комплиментах. Только не влюбляйся без оглядки, не хочу разбить твоё сердечко.
Вдох-выдох, Мира. Вдох-выдох. Вдох-вы…
Нет, не получается.
– Скучно, говоришь? Хочешь, наполню твою жизнь смыслом? ― заношу вытянутую руку над его головой и тоненькой струйкой медленно выливаю весь чай ему на лицо. Не горячее, я проверяла. На себе. Так что пусть попробует только вякнуть. ― Ну как, лучше?
Если честно, хоть и хорохорюсь, но стою на низком старте, готовая ломануться в другую часть комнаты. Мало ли, озвереет.
Но нет. Булат даже не пошевелился.
– Ммм, тепленькая пошла, ― облизывая губы, лишь цитирует он великих классиков. ― Ты подушку намочила.
– Я это переживу.
– Обещаешь?
– Очень постараюсь.
– Ну хорошо. Тогда я спокоен, ― вроде готовая, но не готовая. Пропускаю момент, вздрагивая, когда Калинин резко принимает сидячую позу. ― Не шугайся, бить не буду.
Не будет. Вместо этого он встаёт и идёт…
Стоп, а куда он идёт?!?
– Далеко собрался? ― растерянно провожаю его взглядом.
– В душ. Не провожай, дорогу помню. Полотенчико выдашь или твоим воспользоваться?
– К-какой душ? Стой! Не смей! ― срываюсь с места, но дверь насмешливо захлопывается прямо перед моим носом. Чиркает замок, заперся.
Злобно барабаню, да толку. Не ломать же.
– Присоединиться не предлагаю, но инициатива приветствуется, ― звонко смеются из глубины, включая кран.
