– Слыш, тут че-то звенит справа, проверь подвеску!
Паша достал набор торцевых ключей из сетки на двери и положил в карман.
– Паштет! Ты говорить-то будешь?
– Да поготь ты! Мешаешь! – тот пролистал показатели компьютера ровно до середины заезда. – Тяга пропала, не заметил?
– Да как-то не особо. Грунт в букс все время срывался…
– Фазы отключились. Я смотрел с дрона, и первую половину заезда ты шел очень уверенно. А потом че?
Старцев вдруг задумался. На электрокарах все было так линейно, так понятно. Тяга всегда была стабильной в одинаковый момент времени, а эти бензиновые движки… черт их поймет.
К машине подкрался и Сеня. – Нашел?
– Да. Фазы.
– Электроника?
– Нет. Раз мониторятся компьютером, то нет.
– Давай быстрее! Время на ремонт начало идти. Ему через пол часа надо выезжать на следующую стоянку. Там ночуем.
– Да, да… – отмахнулся Паша и выдернул разъем.
Павлик, в отличие от пилота, практически не отдыхал. Он то загружал, то выгружал оборудование в сервисный фургон. А потом трясся по проселочной дороге, следя, чтобы ничего не выпало. И каждый вечер он ставил тент, разводил костер, и практически не успевал заходить в сеть. Телефон спустя неделю разрядился и куда-то пропал.
Когда наступал вечер, и все было подготовлено, то Павлик под чутким руководством шеф-механика принимался за диагностику и восстановление сорок девятой. Димон ковырял пятидесятку, а Паша возился с ее сестренкой. И работы у него было много.
Старцев не щадил ни покрышки, ни подвеску, даже не думая о том, чтобы ехать аккуратнее. На третьем спецучастке сорок девятая пришла со сбитым развалом, да так, что аж начала хромать. Ступицу загнуло, колесо заклинило, а пару рычагов завязало узлом. Пацан зарекся, что будет собирать в ящик все сломанные детали, чтобы потом отправить их по почте Старцеву. Пусть положит дома, где-нибудь между кубками. Пусть там лежат, пока пилот не поймет, что нужно быть аккуратнее. И думать чаще.
Вот Павлик и был обижен на Сашу. А Саша этого даже не понял. Он радовался как ребенок, проносясь по разным извилистым трассам.
Капот открылся, и Павел уставился на двигатель, что, лишенный всякой электроники и лишнего хлама, одиноко болтался в подкапотном пространстве. В голове мелькали кадры, снятые дроном, что еле успевал за сорок девятой машиной. Паша насчитал столько мест, которые пилот мог и должен был пройти аккуратнее, что аж злоба брала. Но кто он такой, чтобы учить пилота…
Подумалось, что и смысла чинить машину нет. Спецучасток и без фаз пройти можно. На кой они Старцеву, если тот их даже не почувствовал? Паша стоял и думал, а время ремонта на табло неумолимо двигалось к нулю. Осталось двадцать минут.
Крышка ГРМ была сырой от масла. Павел открыл смотровое окно и печально выдохнул.
– Шульман, че делать будем?
Седой доходяга посмотрел внимательно, посветил фонариком, потряс похмелными руками. – Разбирай и промывай. Там ремень даже заляпан.
– С фазами че?
– Прокладки в синем ящике. Обвязаны черной изолентой, не промахнешься.
– Принесешь?
– Я принесу, – вылез Старцев из машины.
Паша звонко свистнул гайковертом, и начал откручивать навесное оборудование, чтобы добраться до корпуса ремня ГРМ.
Старцев висел в первой пятерке, то поднимаясь на третье, то опускаясь на пятое место. Всю неделю. И только поэтому Паша молчал. Терпел издевательства над собой и машиной. Коен тоже был в первой половине списка, и из шестнадцати гонщиков, десяти разных команд, оказывался на седьмом месте. А ведь он даже не гонит как обезумевший, стабильно занимая одну и ту же позицию. Машина цела, сам мужик не устает, выглядит бодрым. Зато его напарник, коллега, будто перегнать самого себя пытается. Пыхтит, сражается с машиной, с дорогой. В мыслях Павлика начала зарождаться концепция. Мысль, которую он пока никак не мог правильно сформулировать.
Дело в возрасте?
В опыте?
Почему два пилота на одинаковых машинах показывают настолько разные результаты?
Впереди – дерганый и нестабильный Шурик, что пытается урвать лишние баллы.
А где-то в низу, показывает стабильные результаты старина Коен, сохраняя силы себе и команде. Бережет машину и людей для рывка?
Тактика?
Или это и есть его предел?
Растворитель малой концентрации слился в таз, вместе с маслом, что поглотило весь кожух ГРМ, залив и ролики, и ремень, и даже шестерни. Обе муфты фазовращателя отщелкнулись и упали в тазик. Пусть промоются.
Паша сковырнул хитрый сальник и бросил его в коробку с мусором, который он трепетно собирает уже неделю.
– Оно? – покрасневший от напряжения Шурик положил перемотанные колечки на клапанную крышку.
– Да. Подай маленький молоток, – Паша протянул руку и тут же получил желаемое.
Сальник отлепился от своего собрата и был уложен в паз ловкими Пашиными пальцами. Парень сориентировал тугую резинку и аккуратно забил ее в корпус головки блока цилиндров. А теперь все в обратном порядке. Старцев смотрел, как трепетно его механик собирает все. И даже там, где в спешке можно не докручивать лишние детали, Паша проявляет скрупулёзность. Розовый маркер пометил болты корпуса ГРМ и улегся в карман.
– Успели?
Старцев в ужасе посмотрел на часы. Паша провозился на три минуты больше положенного, отнимая драгоценные баллы у пилота. В общий зачет после этого спецучастка Саша попал на шестую позицию, вывалившись из пятерки лучших.
– Да ты издеваешься! Ты че, не мог позвать подмогу? – вспылил пилот, что все силы расходовал, лишь бы добыть баллы, которые Паша тратил без угрызения совести. – Мы просрем всю гонку!
Паша сдержался. И сдержался еще раз, когда разозленный пилот толкнул его в плечо. Павлик тоже начал догадываться, что все они лишь эксперимент. Что вся эта команда, как саперная бригада, что идет по минному полю. Бригада из дезертиров и заключенных. Которых не жалко. В голову закралась мысль, что Энерготех мог бы позволить себе пилота с куда более высокой квалификацией. И механика, кстати, тоже.
Паша сдержался даже тогда, когда Старцев со всей злобой хлопнул дверью и не задумываясь запустил вновь собранный мотор.
– Устал? – подал бутылку воды менеджер, не выпуская из рук планшет с телеметрией заездов.
– Очень.
– Можешь отдохнуть. Сегодня запряжем Шульмана. Кажись похмелье начало проходить и трясунчику стало скучно.
– Можно даже сходить куда-нибудь?
– Ну да, вечер весь твой. Это тебе за то, что заметил отсутствие тяги на прямой. Отдыхай. Ты заслужил.
Паша сделал пару шагов назад и раскинул в стороны руки. – Охрененное, блядь, предложение!
Пацан стоял посреди поля, единственным отголоском современного общества в котором был диджей, явно перебравший сутра горячительного и запрещенного.
Мои поздравления
Глава 13
– Ладно, парни, – говорил Арсений, открывая очередную банку пива в шатре команды. – Я знаю, что завтрашние спецучастки особо ничего не поменяют. Мы в первой десятке, а это уже хорошо. В прошлый раз мы даже отборочные не прошли.
Мужчина сделал глоток и поморщился. На севере страны было уже довольно прохладно и ночью температура воздуха опускалась чуть ниже нуля. Дул ветер со снегом.
Внутри шатра было довольно тепло, и ребята решили разложить спальные мешки прямо тут, чтобы не гонять лишний раз технику до ближайшего города. Сентябрь кончался. И был именно таким хмурым и мрачным, как его все и представляли. Музыка и шум в закрытом автомобильном городке стихли, и остался лишь гул дикой природы. Рядом море. Холодное, и большую часть года замерзшее.
Напряженное молчание висело в воздухе, гоняемым тепловыми пушками. До каждого в команде дошло осознание, что они лишь жалкая попытка в рекламу. И даже спустя две с половиной тысячи километров, это не менялось.
– Ладно, я, как менеджер, должен, наверное, вас всех подбодрить, да?
– Угу, – устало хмыкнул Шульман. Он устал больше всех. Две недели без бухла сделали его раздражительным и резким.
– Так… – Сеня помял в голове какую-то ерунду. – Давайте как в фильмах. Мы щас побратаемся, нормально познакомимся, и победим!
– Коен на седьмом, а я на шестом. Как мы должны победить, по-твоему? – фыркнул Шурик. – Или ты че, реально веришь в силу дружбы? Этот вон, Паштет ваш, все две недели с рожей кислой, ни посрать, ни поссать в комфорте не может, обиженный ходит!
– Да, блядь, не в этом дело, олень ты тупорогий! – сорвался под конец маршрута Павлик. – Ты, придурок, постоянно удрачиваешь машину! И в штрафняках за ремонты виноват тоже ты!
– Да пошел ты! Руки у тебя из задницы!
– Да?
– Да!
– Хер тебе, а не обслуживание! Я ровно до этого момента терпел. Все!
– Что все-то? А?! В рожу мне дашь?! Поготь, шлем надену!
– А ну заткнулись оба! – прокричал раздраженный Эдик. – То-то молчите все две недели? Щас проораться решили? Заткнитесь! Все, тишина! Ты – слушаешь менеджера, а ты – меня!
– И че слушать то, старый?
– Сеня прав. Надо все обсудить. Остальные команды вон какие радостные ходят. Она получают удовольствие, а вы только шкуру друг другу трете. Давайте. Все по порядку! Это интервью будет, мать вашу. Каждый про каждого скажет. Тока коротко, блядь, а то раздеремся! Сеня, начинай.
– Пффффф… – протер лысую потную голову менеджер. – А че я скажу-то?
– Ну началось… – закатил глаза Павлик. – Тебе пример подать?
– Да, будь добр.
– Коен – не реализовывает потенциал машины. Я думал, что он силы бережет, но уже пора бы было начать выкладываться, Старцев – не думает башкой, когда едет, это я как сторонний наблюдатель говорю. И рискует, зазря. Шульман, ты затрахал уже! У тебя в башке одно бухло, ты почти не помогаешь с ремонтом, нас с Димоном не хватает! Димон, я про тебя почти ничего не знаю, но ты молодец, хорошо справляешься. Сеня… ты дерьмовый менеджер. Я не понимаю, что должен делать менеджер, но ты тут как кобыле пятая нога. Мы в финале, а все, что ты можешь сказать, так это: «завтрашние спецучастки ничего не поменяют». Все! Коротко. Без обид, парни.
Каждый из команды готов был накинуться на Пашу, но почему-то остался молчать. И так балаган, а тут еще и ссоры из-за субъективно-конструктивной критики.
– Ты прав, – склонил голову Сеня. – Я, быть может, и хороший менеджер, тока я совсем не понимаю, чем тут занят. Организовать доставку, машины, заказать вам микроволновку – пожалуйста. А менеджер раллийной команды… Я управлял офисниками. Они как скот, а вы… Вам, бляха, палец в рот не положишь. Садо-мазо оргии и те нежнее выходят.
– Можно я? – Старцев посмотрел на своего механика. Нашел че сказать.
– Можно.
– Коен – вяло едешь, аккуратничаешь. Дорогу ты чувствуешь, но боишься ее. Шульман, я согласен с Пашей. Ты только советом и помогаешь. Берись за работу. Димон, мое уважение, вопросов нет. Сеня, рекомендую прочитать пару книжек по истории мирового ралли. Раз уж оно снова становится популярным, то принципы будут похожи. Можешь фильм посмотреть, их много. Паша, говна ты кусок, руки у тебя из задницы. Ты делаешь элементарные вещи слишком долго, да еще и залипаешь, когда не знаешь че делать. Стоишь, бляха, и тупишь. Но с одним согласен, я не думаю, что мы ничего не исправим этими заездами. Пусть бабки и платят, а проигрывать стремно. Хоть и осталось уже девять команд.
Павел поморщился, хотел вклиниться, начать ругаться, но стало так лень. Он сполз с походного стула и лег на спальник.
– Мы что-то упускаем, – пробормотал седой. – Что-то простое и неуловимое.
– Да то, что это проверка наших сил, старина, – подал голос Дима, который практически ничего не говорил все две недели. – Раньше как было – что-то идет плохо, значит нужно улучшать. Вот мы сейчас проговорили все, и я согласен. Со всем согласен. А значит, что нам с этим работать. Сеня – не менеджер, Шульман – не шеф, Паша – не механик, а пилоты… Ну вы, парни, не в своей стихии. Нравится – да. Но вы не профи. Оттолкнитесь от этого.
Паша щелкнул Пальцами. – Во! Я это хотел сказать. Типа, вы думаете, что хороши, раз кубков до хрена. А кубков по ралли до хрена?
– Тупо сказал, но да ладно, – улыбнулся Старцев.
– Ну я и так не шибко умный, – подхватил Павлик. – Кстати, Димон, а ты…
– А я? Я был барменом, до того, как оказался тут. Окончил средне-специальное, колледж, потом вуз. На программирование и анализ данных. Только работы нет.
– А сюда как попал? – удивился молодой механик.
Шульман рассмеялся. – Он проиграл Игоревне! Проспорил, что нынешнему поколению не найти достойную работу!
– Нашел, получается?
– Фух, – проглотил комок в горле Димон. – Если скажу, что да, то по условиям спора останусь тут навсегда. А если скажу, что нет, то меня отсюда уволят.
– Хера тебя Ивлеевна подловила…. Ладно, менеджер. Командуй. Вроде все обговорили.
– Хех… Тогда слушай мою команду, ребята! Шульман – консультативная работа не отменяется, если ручонки трясутся – будешь подавать инструмент. Визуальный осмотр и проверка систем на тебе. Механики – подчиняетесь шефу! И никакого больше личного авто! Если Паше нужна помощь, то все наваливаемся, не в ущерб пятидесятке. А вы…
– Сень, я думаю уйти, – подал голос Джек. – Все уже подметили, что я…
В голове у Павлика что-то щелкнуло. Мысль, которую он поймал еще в середине этапа наконец обросла скелетом. Парень поднял ладони и начал водить ей по воздуху. – Рыбка плывет вот так…
– Все, приплыли… – взялся за голову Шульман. – Размазало парня…
– Не-не-не! Стой! Смари – смысл! – Паша поднял левую руку и начал подражать правой. – Типа, один читает течение и не напрягается, а второй – идет напрямик. И тот в пролете, и этот.
– Че? – хором спросила команда.
