Вроде бы ненавязчивый разговор, но как же сильно каждый вопрос задевал за живое. К чему это напускное сопереживание?
– Спасибо, вашими стараниями отдых оказался чудесным.
Я понимала, что мои слова звучат чересчур язвительно, поэтому прикусила кончик языка. Всё-таки он не изнасиловал меня – и на этом спасибо.
Присев рядом со мной, Фергас потянулся к моему лицу и заправил выбившуюся прядку за ухо, касаясь моей кожи. От его прикосновений меня бросило в жар – это, скорее, от страха, уж точно не из-за удовольствия, которое я попросту не могла испытывать от касаний убийцы. Он велел загрызть моего парня! Назвал живого человека проблемой.
Взяв меня за руку, лежащую на столешнице, Фергас стал покрывать пальцы поцелуями, но я выдернула ладонь, возмущённо хмыкнув. Меня будто окатило холодной водой. Я услышала скрежетание собственных зубов и передернула плечами, не зная, то ли от омерзения прикосновения, то ли от неприятного звука.
– Вам стоит побыть наедине и урегулировать всё между собой. Думаю, у нас с тобой ещё появится время, чтобы поболтать, – натянуто выдавила из себя Элис, подскочив со стула, словно ошпаренная. Девушка держала дежурную улыбку, стараясь казаться доброжелательной, но она явно знала, что сейчас я считала ее таким же врагом. Мне хотелось считать иначе, но итог оставался прежним: все здесь хотят одного… Моих страданий. Этот истинный знак связал меня с диким, безумным… зверем.
Фергас с благодарностью взглянул на девушку и кивнул, позволяя ей покинуть нас, после чего вернул взгляд, полный безудержной страсти, в мою сторону. Мне удалось выдержать его, не скорчившись.
– Не думаю, что тебе следует уходить. Ты ничуть не мешаешь. – Мне хотелось убедить Элис остаться.
По крайней мере, в её присутствии этот монстр ведь не станет принуждать меня к чему бы то ни было?..
Однако девушка виновато улыбнулась и поспешила ретироваться, словно кто-то звал её или подгонял. Наверное, не хотела раздражать того, кого называла вожаком.
Тьфу!..
Противно оказаться в зверинце.
Мне до сих пор слабо верилось, что люди способны обращаться в волков, – это ведь из грани фантастики, сказочных миров. Ну какие вожаки? Какие оборотни? Однако я видела одного из них собственными глазами. И тогда мне точно не могли успеть вколоть что-либо.
Отодвинув от себя тарелку с салатом, я проворчала себе под нос, что аппетита доедать нет, и раз Элис ушла, она точно не обидится, что я оставила часть её кулинарного шедевра.
Попытка встать со стула не увенчалась успехом. Фергас схватил меня за руку и хмуро посмотрел: ему не нравилось, что я сбегаю от близости с ним. Однако мужчина отлично контролировал свои эмоции, поэтому быстро смягчился. К счастью…
– Я не собирался портить твой обед. Прости, если мои действия показались тебе неуместными и смутили. Я просто посижу рядом с тобой.
Видно было, что Фергас держит себя из последних сил, хотя и не спешил отпускать мою руку. Мне не хотелось бы разбудить его внутренних демонов, вынудив напасть, поэтому пришлось оставить свои попытки сбежать от него. Может, в конце концов, ему самому надоест мое общество?..
– Дарина, посмотри мне в глаза.
Я медленно вскинула голову, утопая в небесно-синих глазах, взирающих на меня с обожанием. Пожалуй, на меня ещё никто и никогда так не смотрел раньше. Отношения со Славой у нас только-только начали развиваться, но даже он не казался настолько влюблённым. Или это одержимость?
Тяжело дыша, Фергас улыбался, а меня бросало одновременно в озноб и смущение. Рядом с ним я испытывала нечто странное. Порой казалось, что волнительная дрожь связана отнюдь не со страхами, и это пугало.
– Я не могу ничего поделать с собой, – приглушённым голосом, хрипящим на окончаниях, произнёс Фергас. – Ты дурманишь меня, как самый сильный наркотик, яд, быстро расползающийся по венам. У меня голова идёт кругом, когда я думаю о тебе. Хочу бесконечно прикасаться к тебе, часами валяться с тобой в одной постели и наплевать на весь мир. Пусть подождут, пока мы будем наслаждаться друг другом.
Я вздрогнула. Нет. Это не любовь. Это точно одержимость. Не может человек влюбиться вот так, ничего не зная о другом. Фергас не знал меня и цеплялся лишь за этот проклятый знак на моей груди. Как мне избавиться от него? Может, этот символ источал какой-то запах? Феромоны, сводящие это чудовище с ума?
– Никогда раньше я не испытывал такое сильное влечение к человеку, – приглушенно заявил Фергас.
Меня должны растрогать его слова?
Пришлось прикусить язык, чтобы не сказать, что я его чувства не разделяю и не испытываю к нему и малейшего интереса.
– Я сделаю всё ради тебя, Дарина! Весь мир положу к твоим ногам. Горы сверну, если потребуется. Я могу исполнить любое твоё желание и прошу лишь смягчиться, довериться чувствам, которые зародились в тебе.
– Моё единственное желание – вернуться домой, – выдавила я с раздражением. Мне ужасно захотелось запереться в комнате, чтобы не выслушивать лживые, тошнотворные дифирамбы одержимости зверя. Я хочу уйти отсюда и больше не вспоминать обо всем, что случилось. – И голос всё-таки предательски дрогнул.
Фергас ничего не ответил. Его лицо окаменело, а взгляд потемнел: глаза обрели насыщенный тёмно-синий оттенок.
– Если ты на самом деле настолько сильно боготворишь меня и обожаешь, ты ведь выполнишь любую мою просьбу? – спросила я теперь уже осторожно.
Во взгляде Фергаса вспыхнула ярость, и я испугалась, что он не сумеет сдержаться на этот раз.
Глава 3
Подскочив со стула, раздраженный Фергас запустил пятерню в волосы. Он злился и едва контролировал свой гнев. Я понимала, что сболтнула лишнее, и желала как-то смягчить ситуацию. Сердце, затарахтев в груди, било тревогу. Я прикусила губу, стараясь придумать, что могло бы заглушить безумие похитителя. А именно им этот мужчина и был на самом деле.
– Я хотела бы забрать свои вещи из отеля… – пробормотала я тихо, сдавленным из-за эмоций горлом. – И ещё: пусть никто из местных не приближается ко мне, держатся на расстоянии.
На лице Фергаса появился злой оскал.
Я снова сказала что-то не то?
Мне казалось, что он обрадуется, ведь желает, чтобы я стала его собственностью, игрушкой, которая будет принадлежать ему одному.
– Не понимаю, почему ты такая упёртая. Ты должна была ощутить то же влечение, что кипит во мне, сводит меня с ума!..
Фергас резко бросился ко мне, навис надо мной, заставляя вжаться в спинку стула. Одной рукой он опёрся на столешницу, а второй о стену. Его дыхание обжигало, и мужчина больше не пытался контролировать свои эмоции. От Фергаса исходили пугающие вибрации.
– Неужели ты совсем ничего не чувствуешь? – прорычал мужчина, касаясь своими губами моей шеи, оставляя на коже обжигающие отвратительные дорожки.
Было бы глупо подписывать себе смертный приговор, сказав, что всё так. Однако и проявить страсть к похитителю я не могла, поэтому промолчала. Зажмурившись и стиснув зубы от страха, что мужчина принудит меня к чему-либо, я со всей силы ухватилась за сидение.
– Ты хочешь держаться в стороне от моей семьи, от моего клана. Но почему? Ты должна боготворить меня, но вместо этого воротишь нос, словно я – самое мерзкое существо в этом грёбаном мире.
Выровнявшись, Фергас схватил меня за руку и потянул на себя, заставляя встать. Сердце готово было выскочить из груди в то же мгновение. Я испугалась. Физическая боль – ничто по сравнению с тем, что сейчас творилось на душе. Память подкидывала образы растерзанного любимого, и передо мной маячило оскалившееся, яростное лицо. Синие глаза неестественно сузились, зрачки почти исчезли. Брови сурово съехались на переносице. И я не могла отвести взгляд. Было в нем что-то дьявольское, чужеродное и… приковывающее.
– Сейчас я покажу тебе, от чего ты отказываешься. Я – вожак, а не какой-то рядовой волк, которого можно водить за нос! – рыча это, Фергас потянул меня на себя еще сильнее. Его рука по-хозяйски легла мне на талию, увлекая в объятия. От мужчины исходил жар. Странный жар, который вынуждал меня покрыться испариной из-за страха.
Фергас смотрел на меня долгим и сосредоточенным взглядом. Его лицо будто окаменело, не выражая никакие эмоции – только в глазах плясали синие огоньки, не позволяющие мне разорвать контакт.
– Я покажу тебе… ту силу, что создала связь между нами.
Губы Фергаса зашевелись, однако звучание голоса приглушенным отголоском ворвалось в сознание. Будто из-под воды, едва различимо. Я неосознанно нахмурилась, обратилась в слух. Взгляд зацепился за ехидную улыбку, сквозь которую ворвался следующий приказ:
«Обернись и проследуй в комнату».
Я лишь удивленно моргнула, а тело своевольно качнулось. Левая нога сделала шаг, корпус развернулся, и я в ужасе осознала, что больше не управляла собой. Со спины донесся самодовольный смешок, после чего послышалось шуршание одежды. Фергас тоже двинулся в сторону и поравнялся со мной. В следующий же миг тело ринулось вперед, словно позади подгонял жар языков пламени. Всё внутри заледенело от ужаса. Теперь даже собственное тело мне неподвластно!
Мужчина шагал быстро, а я едва успевала переставлять ноги, чтобы не растянуться на полу. Мои ощущения притуплялись, однако кровь спазмом бурлила в районе горла. Заметив вальяжное выражение на лице того ублюдка, что убил Славика, я стиснула зубы, но мы прошли мимо.
Буквально затолкнув меня в комнату, где я провела самую ужасную ночь в своей жизни, Фергас толкнул меня на кровать и стал расстёгивать пуговицы на своей рубашке. Мышцы на его груди соблазнительно перекатывались, и я бы обратила на это внимание в другой ситуации. Не сейчас, когда мой пленитель хочет… Изнасиловать меня? Стоило что-то очень быстро придумать, но все мысли потерялись. Вряд ли он поверит, что у меня эти дни, да и есть ли ему дело до такого? Многие мужики не брезгуют.
– Н-не надо… – пролепетала я сухими губами и облизнулась. Собственный голос показался мне незнакомым.
Фергас замер, зависнув надо мной угрожающей тучей. Его лицо приобрело выражение внутренней борьбы. Напряжение росло, но я не смела пытаться противостоять ему. Не сейчас, когда моя жизнь висела волоском над пропастью неизбежного. Провоцировать дьявола – слишком опасно.
– Что?.. Хочешь, чтобы я поскорее избавил тебя от бремени? Чтобы повлиял на тебя еще раз и помог расслабиться, как сделал вчера? И как сейчас твой мозг отдал команду телу привести в спальню? Моли меня, Дарина, и я сделаю это.
Как вчера… и сейчас…
Что он сделал со мной?
Явно одурманил какими-то травами. Я не ощутила укола – лишь властные прикосновения мужчины. А может, это магия? Да нет же! Ну какая магия?
Мысли спутались, но страх сейчас был превыше всего остального. Страх и желание выжить.
Мне отчаянно захотелось отползти к спинке кровати, чтобы увеличить расстояние между нами с Фергасом. Сильнейшая паника билась в жилах, ведь я понимала, что он влияет на меня каким-то странным образом. Это точно не действие загадочного препарата. Что-то другое… Но… Я тяжело дышала, дрожала и не могла справиться с собственными эмоциями. Взгляд мужчины и вибрации его голоса дурманили меня, а попытка заткнуть уши не помогала избавиться от морока.
Мною управляли. Или моими чувствами?
Отведя взгляд в надежде, что поволока дурмана спадёт, я с ужасом осознавала, что мужчина может поймать меня, схватить в охапку и применить силу, чтобы заставить сделать то, что выгодно ему. Мне с ним никак не справиться. Оглядев наспех интерьер, я заметила вазу с сухоцветами на тумбе, и на секунду мне стало спокойнее. С выдохом вырвался стон облегчения, а следом слух резануло недовольное причмокивание.
– Поверь мне, это не поможет, – засмеявшись, проворковал Фергас. Его голос звенел, отдавался в голове вибрацией, будто рябь по воде. – Однако стоит похвалить тебя за смекалку. Ты быстро соображаешь и нравишься мне всё сильнее.
Я сглотнула тугой ком, вставший в горле, и всё-таки подползла к спинке кровати, но одним рывком Фергас оказался надо мной. Я поразилась его скорости. Он двигался как самый настоящий хищник. В его взгляде кипели страсть, одержимость и что-то ещё – такое же безумное. Мужчина словно пытался доказать, что доминирует надо мной, что может заставить меня сдаться ему.
Он одним лишь взглядом требовал, чтобы я покорилась ему. И мы находились в опасной близости друг от друга.
– Пока ты не осознаешь, как хорошо нам будет вместе, но я сделаю всё, чтобы доказать тебе, что мы нуждаемся друг в друге.
Я не сразу заметила, как задержала дыхание. Опомнилась только тогда, когда Фергас стал покрывать мою шею поцелуями. В то же мгновение мое тело сковало, будто тисками, до ноющей боли в мышцах. Влажные дорожки, оставленные мягкими губами на коже, отчего-то пощипывали. Что странно – прикосновения не были такими уж неприятными. Лишь осознание, что совершенно чужой мне человек, – убийца и похититель, – пытается взять меня силой, вызывало отвращение. Однако тщетная попытка оттолкнуть ещё сильнее раззадорила Фергаса, его словно забавляла эта игра – подчинить непокорную.
Упираясь локтями в матрац, мужчина пытался ласкать меня, и – мерзко признавать – это возбуждало. Страх становился только сильнее с каждой секундой: теперь куда сильнее ужасала ответная реакция собственного тела. Почему оно предавало меня? Почему так сильно влекло к этому мужчине?
– Ещё вчера я должен был взять тебя, но не поступил так, чтобы ты привыкла к моему присутствию, – нашептывал Фергас на ухо, обдавая горячим дыханием. Я только зажмурилась и стиснула губы, побоявшись. – Я пожалел тебя. И вот твоя благодарность? Хочешь сбежать от меня? Заставить выстрелить себе в ногу, отпустив? Я слишком долго ждал, чтобы сейчас расстаться.
Вдруг матрац подо мной прогнулся сильнее. Я ощутила, как Фергас отстранился, отчего тотчас стало легче дышать. В воздухе будто резонировала энергия, жар, довлеющие над нами, затуманивающие разум.
Осторожно разлепив веки, я увидела, как Фергас пылал от страсти, буквально горел от желания обладать мной. Его синие, магнетические глаза приобрели темный оттенок. Под ними пролегли тени из-за ресниц, а скулы сковало из-за плотно стиснутых челюстей.
Мы оба находились в одинаковом состоянии. Взволнованные. Напряженные.
– Эта связь действует не только на меня, но и на тебя, Дарина, – сощурившись, с придыханием произнес Фергас. Его грудь сокращалась из-за частого дыхания. – Я желаю тебя до боли, но и ты жаждешь того же. Посмотри мне в глаза!
Неожиданно голос стал строгим, пронизывающим, и я испуганно подняла взгляд, посмотрев на мужчину, возвысившегося передо мной, будто скала. Широкие плечи скрывали от меня свет люстры, и отчего-то я ощутила себя в полумраке загнанной в ловушку.
– Расстегни рубашку, Дарина. До конца.
Каждое слово прозвучало, как приказ, и моё тело в ту же секунду подчинилось обладателю повелевающего голоса. Я не могла никак повлиять на себя и расстегнула рубашку, продолжая глядеть на мужчину, стоящего рядом на коленях. Даже не ощутила, как тело совершает движение. Словно разум вытеснило из сосуда, а я цеплялась за него, как за последнюю секунду утихающей жизни. Взгляд Фергаса загорелся, стоило мне высвободить последнюю пуговицу. Ткань своевольно повисла вдоль корпуса, следом, выполнив задание, раскрытые ладони коснулись бархатного покрывала.
– Теперь сними ее.
Я неосознанно вздрогнула, наблюдая, как рубашка соскальзывает с плеч. Нехотя я послушно выполнила следующий приказ, хотя и понимала, что творю недопустимое. Где-то внутри всё билось от страха, взывало остановить этот кошмар, но мне было неподвластно остановиться. Как, если воля больше не принадлежала мне?!
– Белье светло-голубого цвета… Мне нравится твой вкус, – облизнув кончиком языка верхнюю губу, Фергас с нахальной улыбкой рассматривал меня. Взгляд мужчины опустился ниже, с губ слетело томное рычание. – Сними джинсы.
Сев на край кровати, мужчина наблюдал, как послушно я выполняла всё, что он приказывал. Меня трясло от волнения, но заплакать не удавалось, потому что эмоции контролировала неведомая сила, нечто очень мощное. Руки дрожали, и я едва смогла расстегнуть пуговицу. Из горла рвалось хриплое, частое дыхание. Всё тело сотрясалось. Поведение Фергаса пугало, но и одновременно возбуждало. Мужчина спокойно сканировал взглядом мою фигуру. Его медленное дыхание опаляло даже на расстоянии. Он вёл себя так, словно ничуть не взволнован. А может, всё так и было? Он наслаждался игрой, которую устроил. Здесь всё происходило по его правилам. Мои желания не входили в расчет.
Оставшись в нижнем белье, я хотела прикрыться, спрятаться от столь пронзительного взора. Сознание говорило, что я должна схватить хотя бы одеяло, но тело не подчинялось мне, отказывалось двигаться. Сейчас я была марионеткой в руках Фергаса, а он умело управлял мной и сохранял спокойствие.
– Сядь поближе: мне не нравится то, что ты постоянно сбегаешь, – хрипящим голосом велел Фергас, и я двинулась к нему навстречу на четвереньках, пока не села на краю постели. Ступни утонули в длинном ворсе серого ковра, лежащего на полу.
Мужчина склонился к моей шее и, смяв волосы на затылке огромным платиновым коконом, втянул в себя мой запах. Затем освобожденные пряди рассыпались по плечам, щекоча кожу, а Фергас встал с кровати, продолжая пронзать меня пристальным взглядом, от которого одновременно бросало в жар и накатывало отвращение. Ни долго думая, мужчина направился к окну. Шаги пусть и были приглушёнными, но каждый отражался в ушах странным эхом. Фергас задвинул шторы, делая свет в комнате тусклым, будто желал огородиться от всего мира.
Ненадолго моё тело словно освободилось от оков, я затряслась и покосилась на одеяло, но знала, что сделать что-то точно не успею: чудовище не позволит. Он будто специально позволил мне мгновение слабости, чтобы показать, насколько сильна его власть.
– Что ты хочешь от меня? – спросила я дрожащим голосом.
– То, что принадлежит мне по праву истинной связи с тобой, детка, – выдал мужчина и медленно обернулся, с хрипотцой добавив: – То есть всё.
Мои глаза сразу же расширились, а губы своевольно открылись. В голове не укладывалось, как в одночасье жизнь перевернулась с ног на голову. Фергас точно не отпустит меня, что бы я ни предприняла. Он объявил на меня свои права и дал понять, что не примет непослушание.
Всё было не в мою пользу. Однозначно это поражение… Но я не желала капитулировать.
Теперь шаги Фергаса воспринимались грузными и мерными, словно секунды до неминуемой казни. Именно так унизительно я себя ощущала.
Вернувшись ко мне, мужчина снова устроился рядом, после чего неторопливо пропустил локон сквозь пальцы, с наслаждением наблюдая, как струилась в руках прядь волос. Секундой спустя, на щеку опустился жаркий поцелуй, вызвавший озноб вдоль позвоночника. Я лишь охнула в ответ, снова почувствовав себя запертой в скорлупе собственного тела. Не желая останавливаться, Фергас коснулся шеи, смахивая волосы, затем запечатлел поцелуй на коже и опустился к ключице, проводя по ней языком. Мне ужасно хотелось дернуться, отмахнуться, защититься хоть как-нибудь, но я могла только стиснуть зубы, терпеть и ждать любую возможность, чтобы вырваться из-под странного влияния.
Тем временем Фергас явно игнорировал мою реакцию, считая, что мы оба желаем одного и того же. Обжигая своими прикосновениями, он спустил одну из бретелек с плеча и медленно повел подушечками пальцев по коже, очерчивая границу чашечки и пробираясь под неё. Мужчина прикоснулся к соску, слегка зажав его и покрутив, пробуждая внутри меня самый настоящий пожар. Внизу живота всё стянуло от предвкушения, и я уже не осознавала, что было правдой, а что – иллюзией влияния. К своему отвращению, я возбуждалась. Тело предавало, желая слиться с мужчиной и стать одним целым. И я ненавидела себя за проявленную слабость.
– Мне бы хотелось совсем избавить тебя от одежды, но я оставлю интригу для первого раза, – произнёс приглушённо Фергас, продолжая теребить сосок, играть со мной, распаляя желание. – Ты вся разрумянилась. Нравится моя откровенная игра?..
Однако ответить на поставленный вопрос, Фергас не позволил жёстким взглядом. Меня будто пригвоздили. Я сидела на краю постели, но совсем не ощущала ни ворс ковра под ногами, ни бархат покрывала. Мои эмоции отключили – остались лишь роившиеся в голове мысли. Но, казалось, сознание тоже понемногу ускользало из-под моей власти.
– Безмолвный приказ в нашей паре тоже работает, – с удовлетворением выдал мужчина. – Ты должна беспрекословно подчиняться мне, и тогда я вознесу тебя на вершину блаженства. Ты ведь хочешь этого, детка? Я вижу, как ты сильно жаждешь ласки, пусть и пытаешься сопротивляться мне. Отпусти все барьеры и смирись уже с тем, что ты моя. Ты – женщина вожака самого крупного клана в Ирландии.
Взяв меня за руку, Фергас положил её себе на пах, прикладывая силу, давя, чтобы я прочувствовала его возбуждение сквозь плотную джинсовую ткань. С его губ сорвался похотливый стон. Мужчина даже прикрыл глаза от удовольствия. Его пальцы сильнее сжались поверх моих, заставляя обхватить член, оценить его размеры.
– Неужели ты не желаешь сейчас того же? – с придыханием спросил Фергас, пока я пыталась опомниться. – Расстегни мне джинсы, помоги выпустить его на волю. Ты хочешь увидеть его, я точно знаю.
Мне не удалось возразить из-за сдавленного эмоциями горла. В голове появился туман, и я почувствовала себя опустошенной, вялой и сломленной. Кровь пульсировала в висках, губы трепетали. Руки сами потянулись вперед.
Пока я выполняла приказ, Фергас наспех стянул футболку через голову и откинул в сторону. Его кожа была очень светлой, визуально казалась холодной, как лед, но я знала, что это обман восприятия. Мы оба сгорали в адском пламени, которому я не могла противиться. Мне не хотелось прикасаться к Фергасу, а уж тем более в столь интимных местах, но и поступить по-своему не выходило. Остатки разума противились происходящему, но я ловила себя на мысли, что этот мужчина сексуален и опасен. Он дурманил меня своей близостью, и я не знала, как остановить его влияние.
Встав напротив меня, мужчина приспустил джинсы и освободил член из облегающих трусов. С удовлетворённым вздохом, он провёл пальцами по всей длине и жадно облизнул свои губы.
Фергас запрокинул голову и хрипящим голосом приказал мне смотреть на него:
– Хочу, чтобы ты видела, как сильно я желаю тебя. Как я буду доставлять тебе удовольствие, когда окажусь в тебе, детка.
Обхватив член рукой, мужчина мастурбировал на моих глазах. Скользя кулаком вверх и вниз по стволу, Фергас то ускорялся, то замедлял темп, и меня заводило каждое движение. Я распалялась, понимая, что мужчина прав, и кто-то внутри меня кричит от желания отдаться ему прямо сейчас.
