«Угадал)) Сериал. Но тебе он не понравится, это дорама».
«Ты же знаешь, что мне нравится всё, что любишь ты! Даже тупые дорамы».
«Не приезжай! У меня дома нет еды)))»
«Еду я беру на себя!»
«Не надо, Паш».
Паша вздохнул: Лика ещё ни разу не согласилась на свидание. Он поделился своим горем с другом:
– Твоя систер опять меня динамит, проведи с ней воспитательную беседу.
– Хорошо, – хмыкнул Тим. – Я и так каждый раз только и занимаюсь, что рекламой Паштетов.
А после пар Паша потащил Тима в зал – заснять новые связки для ТикТока, пока образы свежих идей не выветрились из головы. Аня увязалась за ними:
– Не обращайте на меня внимание, я буду тише воды, ниже травы.
Но её компания явно напрягла Тимоху, он сдвинул брови, но сделал всё быстро и чётко, отказался переснимать из-за «хмурой морды».
– На морду там никто смотреть не будет, – натягивал он футболку поверх майки-безрукавки.
– Хоть бы улыбнулся, – Паша пересмотрел ролик ещё раз. – Ладно, под какой-нибудь дум сойдёшь и с такой сосредоточенной рожей. Я подпишу: «Когда Тим очень хочет в туалет!»
Паша расхохотался от собственной шутки. Тим хмыкнул и отвесил ему подзатыльник. Аня стояла у выхода из зала, заулыбалась, когда они поравнялись:
– Так классно! А вы куда теперь?
– Домой, потом на тренировку, – буркнул Тим и поспешил вперёд.
– Кстати, когда у нас там мало пар? На улице крутая площадка, можно там как-нибудь побольше снять, – оживился Паша.
– А можно я приду посмотреть? Не буду смущать? – поравнялась с Пашей Аня, Тим шёл чуть впереди.
– Приходи, конечно! Хотя тут один чел очень нервный стал, – Паша перевёл взгляд на спину Тима.
– Тогда не надо, наверное, – поджала она губы.
– Переживёт, – Паша чуть наклонился к Ане. – Пусть привыкает к поклонницам! – И повысил голос, обращаясь к другу: – Кстати, Тимоха, нам ещё в библиотеку за учебниками.
Тим замер, Паша с Аней чуть не врезались в него, обернулся:
– Блин, я ж утром обещал Яну встретить, помочь ей дотащить учебники! Я свои завтра заберу. Пока! – махнул рукой он и помчался по лестнице так быстро, перескакивая через три-четыре ступеньки, будто спешил на пожар.
Паша с Аней переглянулись и потащились в библиотеку.
А после вечерней тренировки Паша всё думал сорваться к Лике, но подозревал, что скорее всего она его выставит за дверь, поэтому он поехал с Тимохой домой.
Глава 3. Лика
До поступления они все жили в небольшом городке Подмосковья в часе езды на электричке от Москвы, но ТимьЯн в одной части города, а Паша – в другой.
– На выхах домой помчите? – поинтересовался вечером Паша у ТимьЯна.
– Да, а то у меня из вещей только футболки, надо уже осенние перевозить, – хмыкнула Яна. – А ты, Паш, возьми уже из дома, пожалуйста, гель для душа, а то от тебя вечно пахнет, как от Тима.
Паша расхохотался. Если Яна узнает, что он иногда пользуется её расческой, она его точно убьёт. У Паши, кажется, из своего были только зубная щётка, кружка и полотенце, и он постоянно забывал купить себе средства гигиены. Гель для душа, шампунь, расческу, даже бритву – всегда хватал Тимохины, но тот был против только пользования бритвой, остальным делился.
– Боишься перепутаешь нас по запаху и накинешься с поцелуями на меня?
Тимоха хмыкнул и показал Паше кулак.
– Даже если я ослепну, уж по росту смогу определить, – усмехнулась Яна. – Я не хочу, чтобы кто-то пах так же, как Тим.
– Дожили, уже и к запаху ревнуешь. А дышать одним с Тимохой воздухом можно?
– Ну хочешь я сама тебе куплю гель для душа? Какие тебе нравятся?
– Тимохины, – рассмеялся Паша.
– Тогда я куплю себе ещё один, белый, чтобы ты не путался, – добавил Тим.
– Кстати, а Лика поедет? – этот вопрос волновал Пашу больше всего, он до зуда соскучился.
– Собиралась, надо у неё спросить, – Тим открыл смартфон. – Думаю, она нас даже довезёт.
– Я с Ингой тогда на электричке, не брошу же её одну, – вздохнула Яна.
– Все влезем к Лике, – отозвался Тим, прочитал сообщение: – Да, она поедет в субботу утром, нас всех заберёт с собой.
– Супер! – заулыбался Паша, и сердце радостно затрепетало от предвкушения встречи.
Паша не сразу понял, что влюбился в Лику, но когда накрыло осознание, долго не мог прийти в себя и понять, как такое вообще могло произойти: полюбить старшую сестру лучшего друга. Долго не признавался в этом не то что ей, даже себе.
Пашу с Тимом сдружила гимнастика – они занимались в одной секции, и из всех Паша больше других тянулся к Тиму, а может они просто чаще других хулиганили, и общие наказания их сплотили.
После того, как родители Паши развелись, он остался жить с отцом, который упивался своими страданиями и водкой, и на время вообще забыл про четырнадцатилетнего сына. Отец работал дальнобойщиком, уезжал на несколько недель в рейсы, а потом ещё на столько же уходил в запой. В то непростое время Паша чуть ли не поселился у Тима, а отец Тима настоял, чтобы Паша не бросал гимнастику, и оплачивал ему всё – от тренировок до соревнований, сборов и лагерей, отвозил и забирал мальчишек. Лика была на семь лет старше их и училась в то время в университете, и тогда она казалась Паше такой взрослой, но очень красивой. Когда она окончила учёбу, устроилась на работу в ночной клуб, организовывала развлекательные программы, приглашала выступить звёзд разной величины, и сама ушла в какой-то бесконечный отрыв: клубы, рейвы, концерты. Её это так утянуло, что жизнь стала вечной тусовкой, а компанию ей периодически с удовольствием составляли Паша и Тим – что ещё нужно двоим пятнадцатилетним мальчишкам, у которых немерено энергии.
Через год вечного движа Лика начала встречаться с мужчиной и резко пропала со всех радаров, даже к родителям приезжала редко. Тим и Паша по привычке пытались её куда-то вытянуть, но почти всегда она писала: «Мы будем с Вадимом вдвоём». Она быстро выскочила замуж, а после свадьбы совсем закрылась от всех, даже когда Тим заваливался к сестре домой, напрягалась и старалась его побыстрее спровадить.
Тимоха бесился: с Вадимом у них была взаимная неприязнь, но на день рождения Лики в прошлом году они устроили ей сюрприз, приехали среди ночи. Тим ей написал предварительно:
«Лика, сегодня в два ночи будет похищение! Поедем отмечать твою днюху! Церберу ничего не говори. Выходи во двор, утром вернём в целости и сохранности».
Она сначала сомневалась, но в итоге вышла во двор, и взяв такси, они поехали в клуб.
Все крайне удивились, когда вскоре появился злющий Вадим. Лика сказала, что когда уходила, он крепко спал. Муж схватил её за руку, так резко дёрнул, что Лика чуть не упала, потянул к выходу:
– Поехали домой!
– Вадим, у Лики сегодня днюха! Пусть она хоть один день оторвётся! – подскочил к нему Тим.
– Пошёл на хрен, щенок! – Вадим так сжал челюсти, казалось, что скажи Тим хоть слово, тот бы его точно ударил.
Паша стоял рядом с другом, ситуация накалялась, и, чтобы не допустить драки, он замер между Тимом и Вадимом. Всё-таки муж у Лики взрослый крепкий мужик, а Тим, хоть и спортсмен, но низкого роста.
– Ладно, ладно, не злись! – Тим примирительно поднял руки. – Прости. Это была моя идея, Лика ни при чём!
– Мы идём домой! – процедил Вадим Лике, и снова потянул её, как маленькую непослушную девочку с детской площадки.
Она глянула на Тима, виновато дёрнула плечом и поджала губы.
– Лик, да как же так?! У тебя сегодня праздник или нет?! – теперь Тим схватил Лику за другую руку и нахмурился. – Останься! Одну ночь в честь дня рождения можно и тусануть! Тебе же хочется остаться.
– Вадим, правда, давай останемся ещё хотя бы на полчасика, – посмотрела она на мужа.
– А не ли охренела ты, дорогая моя?! – взревел он. И Лика вздрогнула.
– Успокойся! Ты! – встрял Тим.
И Вадим его ударил в лицо. Молниеносно. Затем отпустил Лику. Шагнул к Тиму, замахнулся врезать снова, но Тим, прижав ладонь к щеке, увернулся. Между ними вклинилась Лика, упёрлась руками в грудь мужа:
– Вадим! Ты что творишь?!
Но глаза Вадима уже налились кровью, он даже замахнулся на неё. Паша не успел защитить Тима от первого удара, но замах на Лику перехватил. Загородил её собой от мужа. С силой сжал запястье Вадима. За это получил левой рукой в нос. И Паша, который ещё со средней школы избегал драк, тоже ударил Вадима с какой-то внезапно нахлынувшей яростью.
Вадим лупил со злостью. По уху, по скуле, в челюсть – быстрые и точные удары отдавались звоном в голове. Хоть Паша и пропускал удары, чувствовал привкус крови во рту, но тоже успел съездить по перекошенной от гнева роже. Подлетел Тим и заблокировал руку Вадима. Со всех сторон подскочили люди, и их растащили в разные стороны. Вадим вырывался и матерился, и охрана вывела его из клуба.
Лика плакала, приложив ладони ко рту. У Паши шла из носа кровь, но ему почему-то тогда не было больно, видимо, адреналин притупил боль. Тимоха притащил из бара льда и салфеток. Паша прикладывал лёд к скуле и к переносице. Тим сидел между Пашей и Ликой, обнимал сестру, гладил по голове:
– Прости нас, это я виноват. Не думал, что он так психанёт.
– Он вообще никогда себя так не вёл раньше. Он… он даже не матерился никогда при мне, не грубил ни разу. Тимош, тебе больно?! Паша, ты как, сильно болит?
– Мне ваще норм, – отозвался гундосым голосом Паша.
– Господи, Вадим просто озверел! Как он вообще нас нашёл? – Лика трясущимися руками взяла очередную салфетку.
– Он всегда таким и был, но с тобой изображал мягкого и пушистого, – сухо добавил Тим.
Лика уронила лицо в ладони, опять заплакала.
Они развелись. Тим говорил, что Вадим извинялся потом, пытался оправдаться, но Лика от него ушла. Переживала расставание очень тяжело: жила какое-то время у родителей, ходила печальная, тему развода избегала, но причиной разрыва назвала: «Он избил ребёнка».
Примерно в то время Паша и начал замечать, что постоянно о ней думает, его до одури тянуло к Лике. Он жалел её, но всегда веселил и дурачился, готов был на ушах ходить, жонглируя картошкой, лишь бы увидеть её улыбку. И только после Нового года вдруг осознал, что влюбился. Тогда же и рассказал Тиму. А потом, когда они остались с Ликой наедине, признался в своих чувствах, но всерьёз она его слов не восприняла, горько усмехнулась:
«Паш, ты же ещё ребёнок, тебе всего семнадцать!»
Лика плохо скрывала, как страдает, она словно закрылась эмоционально, перестала ходить на концерты, и Паша все выходные проводил с ней. Изо всех сил старался её рассмешить, куда-то вытащить: они смотрели фильмы, которые любит Лика, слушали вместе её музыку, иногда гуляли. И Паша считал своей маленькой победой, когда она улыбалась или смеялась, но о своих чувствах больше ни разу не заговаривал.
Он даже высветлил волосы после того как они посмотрели фильм «Вечная любовь», и Лика, может в шутку, сказала, что обожает Лакки Блу Смита. А Паша на следующий день пошёл в парикмахерскую и покрасился, чтобы стать похожим на этого актёра, в надежде понравиться Лике.
Глава 4. Детство кончилось
Паша каждый день писал Лике. Отправлял любой смешной мем, часто скидывал тиктоки с их канала, рассказывал, как сильно соскучился. Лика держала границы, вежливо присылала смеющиеся эмодзи, отшучивалась и ставила лайки. Паша чувствовал себя повзрослевшим: он же теперь студент и прошло уже почти полгода, как он признался Лике в чувствах. Подумал, что пора предпринять ещё попытки покорить её, но все его предложения куда-нибудь сходить вдвоём в Москве встречали отказ.
Когда в выходные они выдвинулись вместе домой, Лика рассмеялась:
– Я волнуюсь, у меня полная машина детей!
Лика только два месяца назад приобрела машину, и, видимо, ещё боялась кого-то возить. Паша сидел рядом с Ликой, а ТимьЯн и Инга расположились сзади – они раньше все учились в одной гимназии, и тут же принялись обсуждать новости об общих знакомых, кто куда поступил.
А Паша поплыл: смотрел на сосредоточенную Лику и внутри растекалось нежное тепло, ему становилось хорошо, даже когда она была просто рядом, а от её смеха и улыбок таял изнутри, и сердце заходилось в неровном ритме.
– Какие же мы тебе дети, а, тётя Лика?!
– Па-а-а-аша! – рассмеялась она.
Лику обычно задевало, когда он упоминал её возраст, но сейчас Паша не удержался пройтись по этой теме: она первая назвала их детьми. Выразительно изогнул бровь и официальным тоном произнёс:
– Или лучше к тебе обращаться, Анжелика Дмитриевна?!
– Паш, сейчас пешком пойдёшь!
– Выбросишь ребёнка на трассе?! – захохотал Паша. – Нет у тебя сердца, Анжелика Дмитриевна!
– Всё, перестань! Не отвлекай.
– А у кого скоро день рождения?
– Ничего не скоро, до него ещё три недели.
– Ты же понимаешь, что я не просто так напоминаю? Даже если ты не будешь его отмечать, мы всё равно тусанем за тебя. Но ты же у нас эксперт по злачным местам. Тимох, – Паша обернулся. – Мы же пойдём отмечать Ликину днюху?
– Конечно! – отозвался Тим.
– Почему бы и нет, – подёрнула плечом Лика. – Есть одно место классное, отведу вас туда. Я тогда забронирую столик на вечер пятницы, идёт? Сможете? Приглашаю всех! Инга, присоединяйся!
– Спасибо за приглашение, – отозвалась Инга. – Я, наверное, не смогу.
– Почему? Пошли с нами! Там бронь столика минимум на шесть человек, а мне кроме Тима, Паши и Яны и позвать особо некого, подружки мои не любят клубы. Музыка там что надо, оторвёмся.
– Я боюсь, мой парень меня не отпустит, – хмыкнула Инга.
– Бери его с собой. Как раз будет шестым.
– Ой, нет, он такой душнила!
