– Все. Закрыли тему.
– А парни геи или би?
– Абсолютно точно нет, стопроцентные гетеросексуалы.
– Тогда не пойму, что тебя смущает?
– А тебя не смущает? Два парня, одна девушка и горячий секс.
– Да, детка!! Представь новое прочтение «Унесенных ветром», где Ред, Скарлет и Эшли пускаются во все тяжкие. Да, о таком можно только мечтать!
– Ужас! – отшатнулась я.
– О, еще круче! Берем «Грозовой перевал», сыплем перца из «Пятьдесят оттенков серого», смешиваем в шейкере и вуаля – горячий беспринципный троячок Хитклифа, Кэтрин и Эдгара.
– Убийца! За что ты так с мировой классикой?!
– Ты же любишь книжки. – искренне удивилась подруга. – Хорошо, если не хочешь осквернять классику, Белла, Джейкоб и Эдвард – сгодятся? Знаешь, сколько фанфиков на эту тему? Любовные треугольники – одна из самых жарких тем.
Вместо ответа я простонала и откинулась на сиденье.
– Представь себя главной героиней романа восемнадцать плюс. Миа, это может стать самым незабываемым приключением в твоей скучной, правильной жизни!
– Нормальная у меня жизнь, – недовольно буркнула я.
И вообще… Трое – это противоестественно. За редким исключением, большинство людей на планете придерживались двойной системы координат в отношениях. Каждой твари по паре. А тут трое в любовной лодке, выдержит ли? Нет, перебор, слишком экзотично, слишком рискованно, не для меня.
Но все же разговор с подругой посеял в душе сомнения. Исключительно из любопытства я вновь полезла в договор, и мне наконец-то удалось вникнуть в суть написанного. Удивительно, там отыскались весьма привлекательные пункты. Так, например «помощница» получала впечатляющее ежемесячное жалованье. Кроме того, договор может быть расторгнут в одностороннем порядке любой из сторон в любое время. Разумеется, с полным сохранением конфиденциальности. Бесплатная медицинская страховка и доступ на все матчи игроков – тоже выглядели весомым бонусом. Но было и такое, что смущало меня до чертиков. А именно:
– быть всегда в доступе;
– сопровождать на сборах, соревнованиях;
– выполнять все пожелания игроков (за исключением тех, что способны нанести тяжкий вред здоровью или угрожать жизни);
– следить за своим здоровьем и неукоснительно соблюдать меры предохранения от беременности и заболеваний, передающихся половым путем;
– оказывать всевозможную посильную помощь в поддержании физического и эмоционального здоровья игроков;
– запрещается иметь половые отношения с третьими лицами, не указанными в данном договоре, пока договор имеет силу;
– ни с кем и ни при каких обстоятельствах не обсуждать условия данного договора и взаимоотношения сторон.
От сомнений и желаний гудела голова. Меня то кидало в эйфорию от эротических фантазий, то накрывало безотчетной паникой. Я была уверена, мне нельзя попадаться на этот крючок! Но, черт, как же хорошо с ними было! Стоило только вспомнить последнюю встречу, как тело отзывалось мучительным возбуждением, настоятельно требуя повторения.
Все это очень походило на истерику. Интуиция подсказывала: в таком состоянии принимать решение нельзя. Время. Мне нужно еще немного времени. Уверена, когда интоксикация от прикосновений и поцелуев парней пройдет, я смогу трезво мыслить. А пока нужно освоиться на новом месте, познакомиться с сокурсниками, войти в новый режим.
Артур.
– Ну и духотища, – проворчал шагавший рядом Элиот и стянул кепку, чтобы вытереть лоб.
Сезон муссонов был в самом разгаре. Дневная жара иногда прерывалась кратковременными скупыми дождями, после которых в воздухе начинало парить с удвоенной силой. Как уроженец одного из северных штатов, Кинг никак не мог смириться с таким положением дел и периодически проклинал засушливый климат, блейдвингс и судьбу, что занесла нас во Флориду. Затыкался напарник только под прохладными струями кондиционера.
Мы только что вышли из административного корпуса, куда занесли документы для зачисления на третий курс факультета Спортивного менеджмента, и направились к стадиону.
Территория университета напоминала город, выстроенный вокруг огромного игрового поля. Справа от нас виднелся трехэтажный спортивный комплекс, включающий зал с тренажерами, бассейн и баскетбольный зал. В северной части располагался медицинский корпус и столовая. Жилые корпуса занимали восточную и южную часть территории. По периметру западной части высилось основное здание университета, где проходили лекции.
Надо признать, масштабы и условия сильно отличались от тех, в которых мы жили в Литвудсе. Сразу видно: и финансирования, и покровителей у Олдриджа явно на порядок больше.
Помимо блейдвингеров и обычных студентов, здесь базировалась студенческая лига баскетболистов и женская команда по волейболу. Но пересекались мы разве что на лекциях. Расписание тренировок было четко регламентировано и работало как часы.
Новая команда, город, новый университет, и только игра оставалась неизменной. А значит, все прочее преодолимо. После знакомства с командой, мы выяснили, что «Огненные львы» действительно оказались львами, а вот огненными только половина игроков. Как и прежде, мы с Элиотом держали ухо востро. Никто не спешил распахивать перед нами объятия и заводить дружбу. Но это как раз ожидаемо. Сюрпризом стал уровень игры. Он был на порядок виртуознее и профессиональнее, чем у нашей прошлой команды. Помимо сложных ситуаций, в которых каждый из нас оказывался ни раз, ребята отрабатывали сценарии и ситуации, где объединялись две, даже три сцепки. А вот это было в диковинку. По классическим канонам каждая сцепка, будь то блейд-штурмовик или вингер-сателлит – сами за себя. Да, в рамках общей стратегии и победы, но без оглядки на прочих игроков команды. В «Огненных львах» вся команда представляла собой сработавшийся механизм с четко определенными задачами. Потому первое время мы с Кингом тупили и лажали.
Но мы знали, во что вписываемся. А потому условились наблюдать, продолжать ежевечерние тренировки и подстраиваться.
Тренер оказался амбициозным и заносчивым мужиком, но в целом понятливым. И первое, что он сделал – кинул нас, как щенков, на игровое поле. Смотрел, наблюдал, о чем-то хмуро размышлял. А после вызвал в тренерскую и разделал, как отбивные, обозвав ослами.
– Вы нихрена не командные игроки. Просто удивительно, как вы вообще образовали сцепку. Ваша задача – забыть, как вы играли до этого и перестроиться. Даю вам три недели на раскачку. Чтобы к новому сезону уяснили нашу манеру игры и влились в команду.
Мы кивали и хмурились, но не перечили. И тому было несколько причин. Первая, Майкл Хьюз был крепким и довольно высоким, сразу видно – бывший блейдвингер. Это вызывало уважение. Вторая, говорил он вполне разумные, пусть и неприятные вещи. Третья, в скрытом рейтинге тренеров, о котором знали лишь посвященные, Хьюз слыл гением и полным психом. Гением, потому что благодаря его хитрым стратегиям команда одержала несколько громких побед и уверенно заявила о себе в Национальном Рейтинге Блейдвингс (НРБ). Психом, поскольку с другими тренерами, а также судьями он не ладил от слова совсем, а за любую провокацию или несправедливость готов был грызть глотки. И за свою команду стоял горой. А это дорогого стоило.
В общем, нам предстояло пахать, не покладая рук, ног и головы.
Напоследок Хьюз попросил:
– Я хочу поговорить с вашей помощницей. Отправьте ее ко мне.
Мы с Элиотом переглянулись. После секундной заминки, я все признался.
– Э-э-э…с этим есть небольшая сложность, сэр. Она прибудет только через неделю.
Собеседник припечатал грозным взглядом и чертыхнулся.
– Реши это в самое ближайшее время, и мне плевать, как ты это сделаешь.
Попрощавшись, мы вышли на улицу. Пахло океаном и водорослями. Но ни того, ни другого мы еще не видели. Сразу, как приехали, вместо лазурных волн, с головой занырнули в пучину тренировок.
– Что будем делать?
– Добивать, – невозмутимо ответил я.
Девчонка молчала. Интересно, какую игру она затеяла? Ведь ясно же, ей понравилась наша первая встреча. А продолжение сулило еще больше ощущений, так чего медлить? Недолго думая, отправил ей сообщение:
«Сегодня в 17.00 жду с подписанным договором. Комната 34, 3 этаж».
И пусть только попробует проигнорировать. Найду и силком утащу на второй сеанс переговоров.
Миа.
Джесингтон, штат Флорида – рай на Земле. Официально! Чего только стоят опаленные солнцем пальмы! Растрепанные, опьяненные разлитой в воздухе беззаботностью, они напоминали улыбчивых дружелюбных хиппи. Не хватало только музыки в стиле Боба Марли. Райскую картину дополнял солоноватый прибрежный воздух, океанский прибой и парящие чайки. Нет, серьезно, живущие здесь люди, должны каждое утро благодарить небеса за такую удачу! С самого первого дня улыбка не сходила с моего лица. Это был потрясающий город – ухоженный, зеленый, гостеприимный, даже воздух тут пах счастьем.
Первая неделя пролетела, как один миг. Занятия еще не начались, никаких лекций, домашки, так что мы с Зои с энтузиазмом изучили кампус, затем сделали несколько вылазок в центр города, но первое – посетили океанское побережье. Оно было потрясающим! Голубая лазурь разливалась до самого горизонта. Ступая босыми ступнями по белесому песку, мы млели от восторга и пьянящей свободы. Нашему настроению вторило небо такого насыщенного голубого оттенка, что казалось нереальным. По нему стремительными мазками плыли белоснежные шапки облаков, такие же растрёпанные, как и наши волосы. А ведь по меркам штата сейчас была зима!
Джесингтон разительно отличался от Литвудса. В неописуемый восторг привели и раскидистые столетние дубы, и яркие цветущие деревья, названия которым я не знала. Они живописно нависали над головой, превращая обычные улочки в сказочные туннели. Вообще, обилие растительности поражало ничуть не меньше, чем высоченные, сверкающие небоскребы в центре города и роскошные дома на его окраинах. Кроме прочего, в Джесингтоне проживало гораздо больше людей, чем в Литвудсе. Гуляющие по центру толпы немного смущали. И первое время мы с подругой чувствовали себя слегка не в своей тарелке. Казалось, все смотрят исключительно на нас. Но комплекс провинциалок быстро прошел. И вскоре мы влились в ритм города и пеструю толпу его жителей.
Накануне первого учебного мы с Зои получили свои расписания. Как выяснилось, у наших курсов были общие лекции по средам и пятницам, на которых мы будем пересекаться! Эта новость несказанно нас обрадовала.
Учебная неделя выдалась суетной: привыкнуть к режиму, преподавателям, новой соседке, разобраться в расположении аудиторий – оказалось не так-то просто. Но я справилась. Более того, пока мне мне удавалось избегать встреч с блейдвингерами. Ради этого я завтракала, обедала и ужинала раньше всех, при этом забиваясь в самый дальний угол столовой. А местный стадион обходила стороной. В отличие от Зои, которая не пропускала ни одной тренировки, после чего радостно докладывала мне все подробности.
С началом учебы дни потекли незаметно. Преподаватели не скупились, щедро грузили нас новой информацией и домашкой. Входить в учебный режим оказалось нелегко, но я справлялась. Ведь у меня был четкий план, и я собиралась следовать ему неукоснительно:
Хорошо учиться.
Зарекомендовать себя перед преподавателями.
Найти работу и выплатить долг.
Чего точно в моих планах не было, так это двух горячих парней. При одной мысли от которых меня до сих пор бросало в дрожь. Шли дни, а внутренний тремор не унимался. Я была уверена, совсем скоро Артур напомнит о себе, долге и договоре. Но я уже знала, что ему ответить.
Мне наконец-то удалось трезво оценить ситуацию и понять: я ни за что не стану подписывать контракт и обрекать себя на сексуальное рабство. Почему-то завуалированная роль «помощницы» представлялась мне именно так. После изматывающих размышлений мне все же удалось прийти к взвешенному решению – честно выплатить долг. Я работала с четырнадцати лет и знала не понаслышке, как тяжело совмещать учебу и работу. Однако внутри крепла уверенность, что я поступаю правильно.
Вот только этим двоим было плевать на мои планы, ведь у них наверняка был свой собственный, где отдельным пунктом прописана я. Знать бы еще, почему именно я?
В четверг ничего не предвещало беды. После занятий я планировала сходить в библиотеку, как вдруг пришло сообщение:
«Сегодня в 17.00 жду с подписанным договором. Комната 34, 3 этаж».
Едва прочитав, я с минуту чертыхалась, поливая отправителя последними словами. Бескомпромиссная формулировка не подразумевала отказ. Но вместо паники я почувствовала привычный гнев. Подумав ровно минуту, я направилась по адресу, указанному в объявлении о работе, послав Скиннера и его напарника ко всем чертям.
Элиот.
О да! За вид разъяренного блейда, мечущегося по комнате, я готов был аплодировать девчонке. Она не явилась в наши аппарты ни в пять, ни в шесть, более того, все звонки Артура остались без ответа. Вот это смелость!
– Куколка еще не поняла, с кем связалась, – раненым быком ревел блейд.
Вены на его шее вздулись, а по коже расползались багровые пятна гнева. Все это подсказывало, напарник пребывает в крайней степени негодования.
– Так я не понял, ты переживаешь за деньги или тебе не терпится затащить ее в постель? – уточнил я.
– Да, к черту деньги! Никто не смеет мне отказывать. Любая описалась бы от счастья, предложи я ей такой контракт.
– Поздравляю, ты выбрал именно ту, кто не описался и не подписался, – все же не сдержал иронии я.
На следующий день Скиннер проснулся ни свет, ни заря и решительно направился в столовую. Похоже, догадался, как именно девчонка умудрялась избегать нас все это время. Ведь в столовку мы приходили одними из последних.
И хотя спать хотелось невероятно, я не мог пропустить такое зрелище. Поэтому быстро встал, умылся и поспешил следом.
В этот ранний час столовая почти пустовала. Кроме пары ботанов с книжками, в самом дальнем углу обнаружилась малышка Паркер! Надо же, какая встреча!
При виде нас девчонка изменилась в лице и, судя по напрягшемуся телу, готова была в любую секунду задать стрекача. Окинула Артура гневным взглядом, на меня же глянула с настороженностью. Оно и понятно, я для нее пока темная лошадка.
Как ни в чем не бывало, Скиннер подошел и присел рядом, лениво развалившись на стуле. Затем нагло умыкнул с ее тарелки тост и принялся жевать.
– Там полно еды, – Миа указала на раздаточные столы с блюдами и отодвинула тарелку подальше от блейда.
Я занял противоположный стул и принялся молча разглядывать ее. Первое, что бросалось в глаза – яркие забавные сережки в форме мармеладных мишек. Уверен, ей плевать, что об этом думают окружающие, главное – они нравились ей. Светлые пряди обрамляли кукольное личико с большими голубыми глазами. Они были такого редкого насыщенного оттенка, словно она носила линзы. Но присмотревшись, убедился, это естественный цвет от природы. Никакой фальши. Ни во внешности, ни в поведении. Перед нами – редкий вымирающий экземпляр. Она не билась в восторге, услышав наше предложение, не выпрыгивала из трусиков при виде блейдвингеров, как это делали многие. Она вообще плевать на нас хотела.
И не скрывала этого.
– Ты не пришла, – с укором сказал Артур.
Собеседница пожала плечами и вновь вернулась к своему завтраку. Хм… а выдержки ей не занимать.
– У меня были другие планы.
– Персик, какую игру ты затеяла?
– Здоровяк, ты ошибся. В игры играешь ты.
– Да неужели? – Скиннер попытался стащить с тарелки кусок сыра, но тут же получил по рукам. Однако это только сильнее раззадорило его. Закинув руку на спинку ее стула, напарник развернулся и максимально приблизился к девушке. – Хорошо, сама напросилась. С этого момента каждую свободную минуту я буду рядом. Посмотрим, сколько ты продержишься.
Девушка испуганно моргнула, о чем-то соображая. Но быстро взяла себя в руки.
– Зря переживаешь. Я выплачу чертов долг в самые короткие сроки.
В голубых глазах сверкнул вызов. Не знаю, на что она рассчитывала, дразня Скиннера. Лично мне было ясно, ей конец. Если Артур что-то втемяшивал себе в голову – дело дрянь, он своего добьется.
– Деньги ни причем, теперь ставка – это ты, – с дьявольской ухмылочкой сообщил он и ухватил прядь светлых волос.
Синеглазка возмущённо вырвалась и резко вскочила на ноги. В белой рубашке, завязанной на талии, и шортиках, она выглядела чертовски соблазнительно. А чего стоили длинные стройные ножки! Вот и Артур не удержался и провел ладонью по нежному бедру.
Миа мгновенно вспыхнула и, схватив сумку, вихрем покинула столовую, оставив после себя дразнящий аромат и двух возбужденных блейдвингеров. Артур как-то упоминал, что чувствует запах персиков. Тогда я не стал спорить, но сегодня отчетливо понял: для меня девчонка пахла вереском. Тонкий, свежий, чистый аромат. Такой, который хочется вдыхать вновь и вновь.
– Умираю от голода, – сообщил напарник и направился к раздаточной стойке. Судя по довольному лицу, он считал, что разговор прошел удачно.
После завтрака мы пошли на занятия. Едва дождавшись большого перерыва, Скиннер скрылся в неизвестном направлении. Хотя почему неизвестном. Надеюсь, строптивая девчонка сдастся быстро. Иначе ей же хуже.
Глава 4. Токсичные флюиды.
Миа.
Матерь Божья! Блейд не шутил. После первой пары он поджидал меня возле аудитории, где только что закончилась лекция по основам психологии. Надо было видеть вытаращенные лица сокурсников при виде Атланта, непринужденно подпирающего стену. Высокий, широкоплечий, брутальный, он точно знал, какое впечатление производит на окружающих, и явно получал от этого удовольствие. Даже одежда на нем сидела идеально. Спортивные джоггеры обтягивали мощные бедра, на ногах красовались черно-белые Найки, а через V-образный вырез светлой футболки виднелся край тату. Именно туда и заглядывали с любопытством все проходившие мимо девчонки. Готова поспорить, каждая умирала от желания рассмотреть рисунок целиком.
Сделав вид, что не замечаю здоровяка, я спокойно прошла мимо. Однако мое равнодушие его нисколько не смутило. Парень просто шел следом до самого парка и сел на скамейку рядом. Стоило сильному телу оказаться в преступной близости от меня, и без того жаркий, полуденный воздух раскалился до предела. Шумно выдохнув и, по-прежнему игнорируя его присутствие, я нацепила солнцезащитные очки, вставила наушники и сделала громкость на максимум. Уши терзал рок, разум – откровенные фантазии, сердце – негодование, а кожу – взгляд Скиннера. Вот такой небанальный расклад. Интересно, какой бы диагноз мне поставил психотерапевт. Психоз? Расщепление личности? Состояние аффекта? А ему? Из самого логичного – одержимость, шизофрения, невротические расстройства…
Огромная ладонь опустилась на коленку и нагло погладила. Не придумав ничего лучше, я скинула лапищу и отодвинулась. Но меня тут же придвинули обратно и крепко прижали к каменному торсу. Все тело мгновенно напряглось, точно струна. Дразнящий запах защекотал ноздри, и мне наконец-то удалось распознать в нем древесные, цитрусовые и сандаловые нотки, убойное и невероятно притягательное сочетание. Безумие! Я никогда не теряла голову от парней. НИКОГДА. Что не так с этим блейдом? Может, всему виной токсичные флюиды, захватившие мой мозг и устроившие там настоящий балаган? А как иначе объяснить тот факт, что в этот момент я смотрела на маячащие перед глазами губы, как на кислородную маску.
– Расслабься, – выдернув наушник из моего уха, произнес парень. – И привыкай.
