Страница 6 из 6
Повышаю для острастки голос и направляюсь к кофейному аппарату. Если не волью в себя двойную дозу эспрессо, точно кого-нибудь прикопаю. Смотрю, как медленно жидкость стекает в кружку, Парфенов же начинает суетиться.
Выуживает из кармана модных узких джинсов телефон и кому-то звонит.
– Аллочка, солнце, привет. Устроишь мне встречу с парочкой известных блоггеров? Конечно, мы потом сходим с тобой в ресторан и возьмем шампанское с клубникой. И мидии в сливочном соусе тоже закажем. Все, целую, пока.
Отбив звонок, Леонид стирает с физиономии приторную улыбку и вслед за мной подходит к кофе-машине. Наливает себе порцию и медленно цедит ароматный напиток.
– Из хамоватого политика, пользующегося своим положением, в рыцаря, защитившего честь дамы, мы тебя превратим. Но это все равно недостаточно. Лебедев опережает тебя на несколько пунктов. Образцовый семьянин, отец двух сыновей, примерный муж. А за тобой до сих пор шлейф скандального развода тянется.
– И что предлагаешь?
– Организуем официальную помолвку вам с Юлькой. Родню соберем, журналистов пригласим.
– Кхм.
Закашливаюсь от пугающей перспективы. На горизонте и так маячит семейный ужин, от которого не знаешь, чего ждать. И если старшие братья Сладковой с трудом воспринимали меня в качестве ее друга, то теперь не уверен, что обрадуются увидеть меня в статусе счастливого жениха.
Сестру они очень любят и всячески опекают, поэтому, как рядом с ней оказался прогнивший Сеня – большой вопрос.
– Надо, Ларин. Надо.
Хлопает меня по плечу Парфенов, и мы выдвигаемся в сторону дома культуры, где дышит на ладан осветительная аппаратура, кое-где с потолка сыплется штукатурка, а пол на сцене давно нуждается в ремонте.
Впервые за несколько месяцев я чувствую себя спокойно и расслабленно. Не дергаюсь ежеминутно и не порываюсь позвонить Алисе. После уроков Захар отвез ее к Юле, где они будут учиться готовить какие-нибудь десерты. Сладкова уж точно десять раз проверит каждое блюдо и не накормит мою дочь миндалем, арахисом или кешью.
В храме искусства все проходит, на удивление, спокойно. Директриса принимает нас с Ленчиком, как родных. Поит чаем с конфетами в своем кабинете, показывает фотографии творческих коллективов и обещает позвать на премьеру «Щелкунчика» в конце месяца.
– Спасибо за приглашение, Елена Германовна.
Я думаю, что Алиске должен понравиться новогодний спектакль, поэтому с энтузиазмом цепляю со стола глянцевый буклет и прячу его в карман пиджака. Настроение максимально отдаляется от рабочего в свете всех этих елок, предпраздничных распродаж и грядущей помолвки.
Но расслабляться рано. На повестке дня еще визит в интернат для трудных подростков, который оставляет после себя тягостное впечатление. Курение, алкоголь, воровство – лишь часть проблем, с которыми сталкиваются воспитанники центра. Все то, от чего мы так стараемся оградить наших детей.
Не всем повезло родиться в благополучной семье.
После полного погружения в эту давящую атмосферу в автомобиль я сажусь выжатый, как лимон. Лишние мысли блокирую, потому что невозможно помочь каждому, и отрешенно рисую узоры на холодном стекле.
Всю дорогу молчим. Даже многословный и суетливый Парфенов ничего не говорит. Усиленно строчит что-то в своем телефоне и шумно вздыхает.
– Приехали, шеф.
Спустя какое-то время Захар вырывает меня из липкой паутины думок, и я встряхиваюсь. Планирую запить горьковатое послевкусие двумя большими кружками ванильного латте и собираюсь пораньше слинять домой, забывая о том, что сам назначил на пять часов собеседование новой няне.
– Привет, папочка!
Стоит мне только распахнуть дверь кабинета и перешагнуть через порог, как в барабанные перепонки врезается звонкий крик дочери. А спустя пару секунд она уже оказывается у меня на руках и доверчиво прижимается своей щекой к моей щеке.
От этого простого жеста у меня в груди разливается тепло, усталость исчезает, как по мановению волшебной палочки, и снова хочется жить и дышать полной грудью. Алиска – это главная причина, почему я никогда не жалел о достаточно раннем и опрометчивом браке.
И, если бы мне выпал шанс что-то поменять в своем прошлом, я бы все равно пошел по этому пути.
– Привет, солнышко.
Чмокнув дочь в макушку, я поднимаю голову и натыкаюсь взглядом на хозяйничающую возле моего стола Юлю. Сегодня на ней кремовый свитер крупной вязки, черные узкие джинсы, черные ботинки на шнуровке. Длинные светлые волосы собраны в плотный пучок, аккуратные сережки-дождики в ушах качаются в такт ее плавным движениям.
И я ловлю себя на мысли, что она очень красивая. Естественная такая. Натуральная. Не рисуется. Не притворяется. Не лицемерит.
– Здравствуй, Демьян, – кивает мне деловито и продолжает доставать из сумки контейнеры с едой. – Ты, наверное, не обедал, да?
– Ага.
– Здесь котлеты, здесь пюре, а здесь – десерт.
– Мы с Юлей приготовили для тебя пирог с земляникой, – обняв меня за шею, важно сообщает Алиска, и я направляюсь к столу вместе с ней. Опускаюсь в кресло, усаживаю дочку на колени и намереваюсь сполна насладиться домашней пищей, когда установившуюся гармонию нарушает претендентка на должность няни.
И все бы ничего, но длина юбки размалеванной брюнетки и глубина ее декольте заставляют задуматься о том, что девица ошиблась дверью.
Глава 8
Юля
– Папа никогда не обедает на работе.
Делится со мной Алиса по пути в кафе, отчего решение привезти Ларину в офис что-нибудь вкусненькое созревает мгновенно. Я методично раскладываю картошку с котлетами по лоточкам и привлекаю малышку к украшению песочного пирога ягодами.
– Как в школе, крошка? – интересуюсь у Алисы между делом и боковым зрением фиксирую, как она закусывает нижнюю губу и отводит в сторону глаза. – Что случилось?
– Яна сказала, что Дима со мной дружит только потому, что у меня папа – депутат.
Переживает, конечно. Смотрит на меня с плохо скрываемой грустью. Мне же хочется отвесить ее однокласснице подзатыльник, хоть бить детей неправильно, негуманно и дальше по списку.
– А кем работает папа у Димы?
Осторожно интересуюсь и попутно укладываю контейнеры с едой в сумку, получая вполне закономерное.
– Банкир.
Выдыхаю тихонько. Иногда дети бывают очень злыми. А подростки и вовсе славятся любовью друг друга потроллить. Помню об этом прекрасно, хоть с окончания школы прошло уже много лет, и не забываю, как часто спасал меня от травли Демьян.
– Скорее всего, Яне нравится Дима, и она тебе просто завидует.
– Правда?
Воспрянув духом от моих слов, доверчиво прижимается ко мне Алиса, и я крепко ее обнимаю и глажу по спине, роняя уверенное «правда».
К счастью, все эти тревоги быстро улетучиваются, стоит только Ларину очутиться в непосредственной близости от дочери. Мой фиктивный жених и по совместительству любящий родитель подхватывает кроху на руки и устало улыбается, я же в очередной раз поражаюсь их сходству.
И проявляется оно вовсе не во внешности – в жестах и мимике. Дочка с отцом абсолютно одинаково выгибают левую бровь, хмурят высокие лбы и улыбаются тоже одинаково. Искренне и широко, отчего свет мгновенно заполняет пространство в радиусе десятка метров.
– Спасибо, Юль! Очень вкусно.
Ларин благодарит меня с набитым ртом, а я отчего-то смущаюсь. Хоть наша помолвка не больше, чем фарс, мне нравится заботиться о Демьяне. Наверное, потому что он не воспринимает все как должное и, словно ребенок, радуется горячим котлетам и самому обыкновенному пюре.
Жалко, что умиротворение длится недолго. Спустя пару минут в дверь раздается нетерпеливый бойкий стук, и в кабинет просачивается вызывающе одетая девица. Шелковая обтягивающая блузка топорщится на ее груди внушительного размера, черная короткая юбка подозрительно смахивает на пояс для ревматизма, как любит говорить моя бабушка, а в ее туфлях на убийственных каблуках, я уверена, очень удобно… сидеть.
– Здравствуйте. Я на собеседование, – жеманно произносит она, только вот Демьян не разделяет переполняющего ее оптимизма.
– Девушка, а кто вам сказал, что мы ищем стрип… кхм… экзотическую танцовщицу? – жестко высекает Ларин и откладывает вилку в сторону.
Вдох. Выдох. Пауза.
Обычно я нормально воспринимаю окружающий мир и не ревную мужчин к представительницам противоположного пола. Но сейчас все скатывается с привычных рельс, и жгучая ревность окатывает кислотой грудь. Давно забытое чувство восстает из пепла, как феникс, и царапает когтями ребра.
Вызывает потребность положить ладони Демьяну на плечи и склониться к нему, проникновенно шепча.
– У тебя обед остывает, ешь.
Да, я не готова уйти из кафе и быть рядом с Алиской двадцать четыре часа на семь, но и терпеть рядом с ребенком эту пародию на нормальную няню я не хочу. Или дело все-таки в мужчине, чью невесту я вынуждена играть?
К счастью, малышка не дает мне долго копаться в себе. Она ерзает на коленях отца, изучает брюнетку из-под полуопущенных ресниц и категорично заявляет.
– Пап, она мне не нравится.
– Мне она тоже не нравится, Демьян, – произношу негромко и отстраняюсь от Ларина, опираясь бедром о стол. – Если тебя, конечно, интересует наше мнение.
Не знаю, чем именно я задеваю депутата, позой ли, словами, интонациями, но он отчего-то начинает рассматривать меня пристально. Ни одной детали не пропускает так, что мне хочется съежиться и спрятаться в стоящий у стены шкаф. Ларин тяжелым взглядом ощупывает меня всю, после чего возвращается к моему наверняка раскрасневшемуся лицу и довольно хмыкает.
– Интересует.
Выносит вердикт он и принимается доедать котлеты с пюрешкой. Внимания на мнущуюся в проходе соискательницу не обращает, зато умудряется что-то рассказывать дочери вполголоса, вызывая у Алиски широкую счастливую улыбку.
– А я? – спустя пару минут, брюнетка все-таки решает напомнить про свое существование. Откашливается, поправляет топорщащуюся блузку и пытается одернуть ультракороткую юбку вниз. Юбка наотрез отказывается сотрудничать.
– А. Что. Вы? Вы разворачиваетесь на сто восемьдесят градусов и идете туда, откуда пришли.
– Но…
– Вы не нравитесь моей дочери. Вы не нравитесь моей будущей супруге. И мне вы, кстати, тоже не нравитесь.
Достаточно жестко заканчивает собеседование Демьян, я же испытываю малодушное удовлетворение. Ревность отступает, становится гораздо легче дышать, и я ловлю себя на мысли, что откровенно любуюсь другом детства.
Его упрямыми скулами, сильными жилистыми руками, мощным подбородком. Хотя внешность – это сущая мелочь по сравнению с тем, как Демьян общается с дочерью. По-настоящему меня подкупает именно искренность, с которой он отвечает на Алискины вопросы, и забота, сквозящая в каждом его жесте.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
