И тускло светлячки мерцают на тропинках.
Из трещины в скале сочится ручеёк,
Огни болотные мерцают на могилках.
古悠悠行
白景归西山，
碧华上迢迢。
今古何处尽，
千岁随风飘。
海沙变成石，
鱼沫吹秦桥。
空光远流浪，
铜柱从年消。
Песнь о том, что не прерывается от века
Сходит Да́жьбог на запад за склон,
Разливается яшмовый свет.
Исстари до каких же времён
Будут плыть эти тысячи лет?
Каменеют песчаные дюны,
Цинев мост[24] стал лишь рыбкам забавой.
Ток лучей вековечен подлунных,
Столп из бронзы[25] – исчезнет бесславно.
咏怀二首其一
其一
长卿怀茂陵，
绿草垂石井。
弹琴看文君，
春风吹鬓影。
梁王与武帝，
弃之如断梗。
惟留一简书，
金泥泰山顶。
Пою о наболевшем (№ 1)
1
Чжанцину[26] славно в Маолин,
Где в травах буйных у колодца
Вэньцзюнь внимает струнам цинь
И в вешнем ветре прядка вьётся.
Отвергли У-ди и Лян-ван[27]
Его, как чашу, что разбита.
Остался лишь настенный свиток,
Взнесённый позже на Тайшань[28].
堂堂
堂堂复堂堂，
红脱梅灰香。
十年粉蠹生画梁，
饥虫不食摧碎黄。
蕙花已老桃叶长，
禁院悬帘隔御光。
华清源中礜石汤，
徘徊白凤随君王。
Старый дворец
За залой – зала, зала, зала…
Что там с красой былою стало?
В стропилах зародился древоед
И скрыл всё мусором за десять лет,
Дряхлеет персик, весь цветник поник,
Сорвался на пол государев лик.
Но не остыл источник Хуацин[29],
Где с белой павой грелся властелин.
溪晚凉
白狐向月号山风，
秋寒扫云留碧空。
玉烟青湿白如幢，
银湾晓转流天东。
溪汀眠鹭梦征鸿，
轻涟不语细游溶。
层岫回岑复叠龙，
苦篁对客吟歌筒。
Вечерняя прохлада ручейка
Воет в ветре под луною белый лис,
Хлад осенний гонит с неба облака,
Клок тумана над тесниною повис,
На восток плывёт Сребристая река.
Цапля дремлет, гусь заснул у бережка,
Ручеёк журчит, катясь со склона вниз,
Цепи гор вдали драконом поднялись,
Шелестит бамбук, и песнь его горька.
塞下曲
胡角引北风，
蓟门白于水。
天含青海道，
城头月千里。
露下旗濛濛，
寒金鸣夜刻。
蕃甲锁蛇鳞，
马嘶青冢白。
秋静见旄头，
沙远席羁愁。
帐北天应尽，
河声出塞流。
Приграничная мелодия
Нордическим вихрем дикарский рожок
В Цзимэньской степи[30] поднимает песок,
Под небо уходит Цинхайская трасса[31],
Все тысячи ли открываются глазу.
Легли на штандарты холодные росы,
Сигналы тревожные медноголосы,
В доспехах чешуйчатых воины в ряд,
На лысом кургане коняги кричат.
В тиши бунчуком виснут звёзды Плеяд[32],
И воины наши предчувствуют схват.
На север равнина бежит, далека,
Волнуясь, шумит за кордоном река.
大堤曲
妾家住横塘，
红纱满桂香。
青云教绾头上髻，
明月与作耳边珰。
莲风起，
江畔春；
大堤上，
留北人。
郎食鲤鱼尾，
妾食猩猩唇。
莫指襄阳道，
绿浦归帆少。
今日菖蒲花，
明朝枫树老。
Песенка о высокой дамбе[33]
У дамбы дом ютится глухо,
Пропитанный коричным духом.
Власы в пучке, что клубы туч, черны,
В ушах посверкивают две луны.
Весенний вечер,
Нежный ветер,
Останься, любый,
У этих глубей,
Отведай карпика, голуба,
Оставь мне обезьяньи губы[34].
Сянъян не вздумай покидати,
Возвратных нет ветрил на глади,
Ведь я пока росток зелёный,
А завтра стану старым клёном.
天上谣
天河夜转漂回星，
银浦流云学水声。
玉宫桂树花未落，
仙妾采香垂佩缨。
秦妃卷帘北窗晓，
窗前植桐青凤小。
王子吹笙鹅管长，
呼龙耕烟种瑶草。
粉霞红绶藕丝裙，
青洲步拾兰苕春。
东指羲和能走马，
海尘新生石山下。
Стихи о Занебесье
Мерцая, Звёздная река плывёт сквозь ночь,
Журчат сребристы облачка, что ручейки.
Нетленны на луне коричные цветки,
И феи ими прифрантить себя не прочь.
Лун-юй, свернувши шторку к заревым лучам,
Узрила птицу синюю[35] в ветвях платана.
Святой Ван-цзы взял в руки шэна-великана[36],
Драконий рык летит к божественным полям.
Все в ризах-лотосах и с лентами денницы
За орхидеями идут святым простором,
Сихэ[37] с востока запрягает колесницу,
И в брызгах волн встают святые горы.
官街鼓
晓声隆隆催转日，
暮声隆隆呼月出。
汉城黄柳映新帘，
柏陵飞燕埋香骨。
磓碎千年日长白，
孝武秦皇听不得。
从君翠发芦花色，
独共南山守中国。
