Любви, весёлой радости полна,
Тревожась в то же время от чего-то.
А вскоре королева с королём
Узнали правду, что была сокрыта.
И догадались при дворе о том,
Кто победитель сэра Паломида.
И больше прежнего Трамтрист любим.
Все дамы в замке восхищались им,
А рыцари смотрели с уваженьем.
И в королевстве стали почитать.
Пошла не жизнь, а Божья благодать –
Всеобщее к нему расположенье.
Прекрасная Изольда больше всех
Его любила. Боевой успех
Был для неё предметом восхищенья.
Однажды в полдень королева мать
С Прекрасною Изольдою решили
В придворной бане гостя искупать.
По их приказу баню затопили.
С Тристрамом были Эб и Говернал.
Кто спину тёр, кто мыться помогал.
Там много было смеха и веселья.
А королева, дочь с собою взяв,
И бесу любопытства волю дав,
В покоях у Тристрама без стесненья
Смотрела всё и всюду, где он жил
Где латы и оружие сложил,
Не ведая тревоги и сомненья.
И видит королева в ножнах меч,
Который положил Тристрам на ложе.
И не смогла моментом пренебречь –
Достала меч, его увидеть хочет.
Любуется прекрасным тем мечом,
Отточенным на редкость хорошо,
Но что там? В нём кусочек выбит стали!
И вспомнился тот день ей роковой,
Когда Мархальта привезли домой,
Кусок меча из черепа достали.
«Увы! – Сказала дочери она,–
В убийцу дяди, дочь, ты влюблена!
Убийцу брата здесь мы обласкали»!
Прекрасная Изольда на ногах
От слов таких едва не устояла.
Такая речь у матери в устах
Немедленную гибель означала
Возлюбленного рыцаря её!
Ведь ненависть пылает в ней огнём!
А королева тотчас удалилась.
Меча осколок роковой взяла,
Что у себя в шкатулке берегла,
И вновь к мечу Тристрамову явилась.
Примерила к щербине на мече,
И меч сверкнул под солнцем, как ручей,
В который дождевая капля вбилась.
И яростно в руке сжимая меч,
Она бегом направилась к Трамтристу
С одним желаньем – голову отсечь
И отмстить за брата зло и быстро!
Влетает в баню – плеск воды и пар.
На сердце мести ширится пожар.
Трамтрист. И королева меч вздымает!
Тотчас его изрубит и пронзит.
Тотчас убийцу брата поразит.
Но в этот миг сэр Эб её хватает,
Меч отнимает. Словно во хмелю,
Она бежит к супругу королю.
В бессильной злобе, что её терзает,
Упала на колени перед ним:
«Ах, господин мой! Здесь коварный рыцарь,
Что оскорбил присутствием своим,
Которое второй уж месяц длится,
И честь и память брата моего.
Ведь это он тогда убил его!
Им сэр Мархальт зарублен благородный,
Слуга ваш верный, мой любимый брат»!
«Но кто в его убийстве виноват? –
Спросил король Ангвисанс, – Мне угодно
Знать имя, где найти его сейчас»?
«Ах, сэр! Убийца брата среди нас!
И дружит с вашей дочерью свободно!
Прекрасною Изольдой исцелён,
Он победил недавно на турнире.
Почтеньем в королевстве окружён,
Он в замке здесь живёт в любви и мире»!
«Увы, весьма печальна эта весть, –
Сказал король,– Страдает наша честь,
Но сэр Трамтрист прекрасный юный рыцарь.
Я на турнирах лучших не встречал.
Выходит, лишь обрёл, как потерял?
Теперь придётся нам его лишиться…
Но предоставьте это дело мне.
А вам велю остаться в стороне.
Сегодня это дело разрешится».
Тристрам был у себя. Король вошёл.
Застал его при полном облаченье.
Тогда король печально речь повёл
С великой грустью, твёрдо, без сомненья:
«Мне чести нет убить тебя сейчас.
Но прежде, чем с моих исчезнешь глаз,
Откроешь мне родителей и имя.
