Конец 2 главы
Глава 3
Цена жизни
10 флоринов – разве такова цена моей жизни? Томас меньше чем за неделю потерял всё, что было ему дорого: друзей, родных и веру в жизнь.
Ворота в город были открыты и запускали они всех – купцов, бедняков, не так уж и важно. В городе Томаса ждала уже другая картина: грязь, насилие, драки и крики, видимо, были в норме у этого города. На крысу никто не обращал внимания, разве что один Венх спросил у Ависа, когда торги за Томаса.
– За сколько крысу продашь? – спросил подбежавший Венх.
– Торги завтра, выставлю за 10, – ответил Авис.
– За 8 сегодня же куплю.
– Завтра за 8, может, и купишь.
Это лишь напугало Томаса – неужели завтра он станет игрушкой в руках омерзительного Венха?
Придя к дому, где жили военные Ависы, Томаса оставили возле двери всё в той же клетке, а на охрану оставили одного из Ависов. Ночной Ревикато не утихал – все те же крики вперемешку со смехом не давали уснуть, казалось, что они вокруг Томаса. Обессиленная крыса, прижавшись к клетке, закрыл уши, глаза, пытается уснуть, в то время как охранник, уже выпивший две кружки, видит девятый сон.
Во сне Томас видит мёртвого отца и Милию, они вместе просят Томаса о помощи. Появляется и Браг, в его руках та самая шапочка, которую он хотел подарить своему отцу, оглядываясь по сторонам, он ищет папу. Но отец так и не пришёл. Марк и Милия уже подошли к Томасу и будто бы синхронно просят его бежать.
Просыпается Том не от страха, а от того, что Венх облизывает его пятку, что была высунута из-под решётки. Венх, хихикая, говорит:
– Я много за тебя отдам, и ты будешь моим.
Томас взял руку Венха и со всей силы потянул к себе, да так, чтобы он ударился об решётку, от чего он и заорал. Проснувшийся охранник успел лишь пнуть Венха перед тем, как он успел убежать.
– Всё нормально, не ранил он тебя? – спросил охранник.
– Ногу облизнул, – ответил уставшим голосом Томас.
– Чего?
– Он облизнул ногу.
– Зачем?
– Ну, догони, спроси.
– Ладно, ложись спать, если что, буди, – Авис, допивая свой эль, усевшись на свой стул, снова задремал.
На следующий день повезли Томаса на продажу. Рядом с ним стояли другие крысы и один Тамантис. Томас пытался их всех рассмотреть в надежде увидеть знакомое лицо, но несильный удар от Ависа заставил его смотреть прямо, а там – почти все Венхи, желающие купить себе раба.
Торги начались.
Первым решили продать северянина, и заломили за него сразу 30 флоринов. Почти сразу же начались крики, и чуть ли не каждый хотел его себе забрать. Несмотря на то, что он самый большой среди тех, кого продают, на его лице сильнее всех был виден страх.
В итоге его продали за 44 флорина, а купил его необычайно толстый Венх, позади него были два охранника в виде Тамов, а при себе – 4 мешка с флоринами и кнут.
Остальных не продавали с таким же ажиотажем: кого-то купили за 5, более сильных крыс купили за 13, и вот очередь дошла и до Томаса. После заявленной цены в 10 флоринов Венх, что облизывал ногу Томаса, тут же закричал «11!». Все были удивлены, ведь думали купить его максимум за 7 флоринов из-за его молодости.
Томас смирился со своей судьбой и посмотрел на солнце в ожидании чего-то. На его глаза появились слёзы, его тело дрожало то ли от страха, то ли от холода. «Может, было бы лучше, если бы я умер ещё в деревне рядом с папой», – подумал Томас.
Выйдя из тени, сильный и украшенный в золотом одеянии Авис крикнул: «12!» Все в округе тут же преклонились, все кроме Томаса – он всё так же смотрел на солнце, не понимая, кто перед ним. Удар в живот заставил его преклониться, но вот Король не оценил этот удар, схватившись за меч, он отрубил голову Авису, что его ударил. Этим Ависом был сын Главаря отряда.
На удивление Томаса, отец уже мертвого сына ничего не сделал, и разве он мог что-то сделать? В этом городе Короли приравнивались к богам. Вытирая кровь и посмотрев на уже мертвого Ависа, Король сказал:
– Как ты смеешь трогать моего раба?
Вокруг воцарилась тишина. Венхи, Тамы, крысы – абсолютно все знали главное правило этого города: гнев короля хуже медленной смерти.
Томаса понесли к замку. Обернувшись, он увидел плачущего Венха. Впервые за столько времени Томас снова улыбнулся. Улыбка довольно быстро пропала с его лица, ведь он не понимал, почему и зачем его купил Король. Но тут он вспомнил, что про него говорили по дороге в город.
Не думаю, что Томас в тот момент чувствовал страх. Он безумно устал, его ноги неуверенно несли его вперед, а глаза закрывались на ходу.
– Отнесите его врачам, пусть осмотрят его, – приказал король.
Томас уже и не помнит, как попал в кровать, но в полудрёме он чувствовал, как его осматривали и что-то говорили королю.
– Он здоров, зубы чисты, и хорошего телосложения, глаза видят, а уши слышат даже шорохи, но сейчас он бессилен, – сказал осмотревший Томаса лекарь.
– Хорошо, пусть перед тем как он познакомится с Филиппом, его подготовит Десница.
– Сам Карл? Ваша десница? Мой король, эту работу можно дать менее высокопоставленному подчиненному.
– Пусть он с ним поговорит, я устал уже покупать Филиппу рабов.
– Как скажете, мой король, – приклонившись, ответил лекарь.
Томас проспал весь день и всю ночь. Проснувшись утром, он чувствовал себя достаточно хорошо. Кровать была гораздо мягче, чем клетка, в которой он спал последнее время, его тело не дрожало от холода, а вокруг пахло благовоньями.
Комната, в которой он спал, была даже лучше, чем его комната в Солве: рядом с кроватью стоял деревянный стол и стул, размером они были совсем не для Ависов, скорее всего, до Томаса тут жили и другие крысы. Осознав, в каком он сейчас положении, решился сделать всё возможное, чтобы выжить.
На столе он заметил книгу, на обложке которой написано «Мальчик для битья». Прочитав это, Томас обомлел: неужели меня будут бить и пытать… Хотя чего я ожидал, я же в плену, пора привыкнуть. Взяв книгу, на первых же страницах были сводки правил, как себя вести в тех или иных ситуациях.
Не успел Томас прочесть и первые страницы, как в комнату заходит десница короля. К удивлению Томаса, десницей была такая же крыса, как и он, только старше и намного ухоженнее. Одет в дорогом одеянии, а на пальцах рук сверкали кольца.
– Читать умеешь? – удивленно спросил Карл.
– Умею, меня отец научил.
– А кто твой отец?
– Священник.
– Это облегчает задачу. Можешь не бояться названию книги, сейчас я объясню, что тебе предстоит делать.
– Бить тебя могут и будут, в том числе и я, иногда за твои проступки, но зачастую тебя будут бить за проступки нашего принца Филиппа. Вот как всё будет: тебе дадут время, чтобы с ним сдружиться, после если он прочувствует к тебе хоть какую-то жалость, тебя будут бить, но не так больно и долго. Если же он к тебе не будет чувствовать ничего, тебя будут бить на его глазах, пока ты не умрешь. Скажу сразу, шансов у тебя маловато, ведь и Авис, что рос вместе с ним, был убит.
Брали и Тамов, и Дарека, думали, может, сдружиться с Венхом из-за схожести в скверности характера, но, к сожалению, и они были убиты.
– Значит, на очереди я? – огорченно спросил Томас.
– Вполне возможно, но тебе куда больше повезло, ведь с тобой я, – все так же хладнокровно ответил Карл.
Томас не совсем понимал, в чем такая же крыса, как и он, может ему помочь.
– Лет 20 назад и я был Мальчиком для битья, для нынешнего короля, как видишь, теперь я его правая рука. Тебя ждет такой же путь, если сможешь найти к Филиппу подход. Периодически я буду подсказывать тебе, что и как делать, но большую часть времени ты будешь с ним один на один.
– Писать умеешь? – спросил Карл.
– Умею.
– Сядь и пиши.
Правила, за которые тебя сразу же убьют:
Покушение на священный род Аберфрид, то есть на принца, короля, тетушек, дядюшек и так далее.
Воровство (если что-то нужно будет, попроси у меня).
Бегство.
Правила, за которые тебя изобьют:
Проступки Филиппа.
Несоблюдение распорядка дня.
Порча имущества.
Правила, за которые тебя могут поощрить:
Беспрекословное повиновение.
Дружеские отношения с Филиппом.
Ценные сведения для меня.
Помимо этих правил, будут дополнительные задания от меня. Сделаешь все правильно – получишь куда больше, чем дополнительную порцию еды.
– Понял, а как вам удалось подружиться с Королем?
– Не показывал ему слабость перед ним. Ависы могут дружить только с равными себе, мы, конечно, не равны, но с помощью хитростей ты можешь повысить себе шансы.
– Первый мой совет: как можно лучше узнай замок и Филиппа, не задавая вопросов. Твои уши слышат куда больше других в этом замке. Услышишь что-то интересное – расскажешь мне, и я тебе помогу.
– Если готов, можем идти к Филиппу.
Посмотрев на свои дрожащие руки, Томас ответил:
– Готов.
Конец 3 главы
Начало 4 главы
Дружба с врагом
Проходя вдоль длинных, украшенных коридоров, Томас все меньше и меньше верил в свой успех. В его жизни не было много друзей, а те, что были, уже мертвы. От страха его глаза метались по сторонам, а вокруг лишь картины королевского рода. В одной из картин он увидел Карла, гордо стоявшего в самом углу картины. Его признали, хоть он и не Авис. Это придало уверенности Томасу, но он все еще не знал, что сказать Филиппу.
Прийдя в покои Филиппа, он стоял возле окна и смотрел вдаль. В комнате образовалась полнейшая тишина. Томас думал, что от него все ждут каких-то слов, но он не знал, что говорить. Наконец Карл представил Томаса.
Карл: – Мой принц, это ваш новый друг Томас.
Филипп: – Скажи мне, Карл, вы действительно считаете, что из всех, кого вы мне приводили, мне будет не жаль крысу?
Карл: – Это решение вашего отца.
Филипп: – Я понимаю, что меня может наказывать лишь отец, и в его отсутствие я могу насладиться свободой, и, конечно же, это ему не нравится. Можете сразу убить крысу, мне не нужен друг.
Карл: – Вы можете наслаждаться свободой в пределах этого замка, король не хочет лишь того, чтобы вы гуляли по городу, среди простолюдинов. Прошу вас, мой принц, не убивайте юношу, поговорите лучше с отцом, найдите компромисс.
Филипп: – Значит, это не простая крыса? Это ваш сын? Я не помню, чтобы ты за кого-то переживал.
Карл: – Нет, мой принц, это не мой сын и не мой родственник, этот юноша хорошо образован и послушен. Нет смысла снова убивать.
Филипп: – Мне все равно, пусть мой отец…
Прервав Филиппа, Томас выкрикнул: – Твой отец глупец, не сумевший воспитать своего сына. Лишь в пределах этого замка ты чего-то стоишь, в моих краях ты обычная пернатая тварь, возомнившая себя богом. Тебе бы пришлось трудиться за кусок хлеба, который у тебя в замке в достатке, поэтому отец тебя и не выпускает, потому что ты слаб.
Филипп, все так же гордо стоявший, не проронил ни слова, а лишь смотрел огненными глазами на Томаса.
Карл уводит Томаса обратно в свою комнату.
Томас: – Спасибо, что пытались меня спасти, но, видимо, моя смерть неизбежна.
Карл: – Я пытался тебя спасти только по приказу Короля, не думай, что ты мне интересен. Смотри, что будет дальше: если Филипп оценил твой выкрик последней надежды, то я ничего не говорю королю, и то, что было в твоей комнате, останется между тобой и принцем. Если же он не пригласит тебя на ужин, мне придется сказать обо всем королю, и тебя убьют. В любом случае это было смело. Тебе действительно приходилось работать за кусок хлеба?
Томас: – Неделю назад я думал, что я сын богини Марны, мне так отец сказал. Он был священником, за свою еду я толком и не работал, лишь выполнял мелкие поручения.
Карл: – Забавно.
Подходя к двери комнаты, Карл сказал: – Что ж, эта комната твоя еще на некоторое время, потом все в руках Филиппа. Еще один совет тебе: самое глупое, что ты сейчас можешь сделать, – это сбежать. У меня уши по всему городу, и я найду тебя еще до ужина, но в таком случае ты и до ужина не доживешь.
Карл, закрывший дверь на ключ, оставил Томаса одного, ожидая свою судьбу. Время тянулось значительно медленнее, он ходил кругами по комнате, размышлял, что же сказать, и нужно ли будет что-то говорить. Может ли он что-то предложить взамен, и нужен ли Филипу друг.
