Марси сидит на столешнице и грызет яблоко, Оливер, проснувшийся в семь утра после всей вчерашней суматохи, глядит в окно и караулит Лесли. Декс, нарезая фрукт Марселе, водит глазами из стороны в сторону в такт моим шагам.
– Прекрати, у Марси скоро голова закружится, – ворчит Декстер.
Услышав свое имя, дочка смотрит то на своего любимого няня, то на меня. На свою маму она глядит дольше, откладывает яблоко и говорит:
– Пальчик, мама.
Смотрю на свою руку и понимаю, что забыла надеть свой протез. Бегу в комнату за фалангой, и именно в этот момент раздается радостный визг Оливера. Слышу хлопок двери и легкие торопливые шаги. Ладошки потеют, словно я снова маленькая девочка, которая переживает из-за первой вечеринки с друзьями, словно я не пережила сложную беременность, смерть мамы и побег.
Декс с Марселой на руках заходит в мою спальню. Дочка упрямо извивается, желая побыстрее увидеть гостью.
– Piccolina, тебя ждут, – говорит он, и я вижу в его глазах теплоту и поддержку.
Кивнув, нерешительно иду к выходу. На крыльце стоит моя Лесли, моя защитница, та, кто была мне матерью в те моменты, когда моя не справлялась. Оливер обнимает ее за талию и тараторит, рассказывая ей все накопившиеся новости. Лесли гладит его каштановые волосы, пока по ее щекам струятся слезы. Она не накрашена, но выглядит безупречно в простых расклешенных джинсах и дутой зеленой куртке. Я успела забыть, какая она красивая, теплая и яркая, словно лучик солнца.
Лесли поднимает глаза и видит меня. Эмоции, которые я пыталась сдерживать в себе в ожидании нашей встречи, взрываются и наполняют меня. Я так боялась, что все сорвется, и не позволяла себе мечтать о долгожданной встрече с близким человеком.
Но Лесли здесь, это не видение и не сон.
Всхлипнув, бегу к ней и заключаю в крепкие объятия. Моя дорогая подруга начинает плакать навзрыд, стискиваю меня в кольце своих рук. Оли бормочет, что мы его душим и выбирается, а я лишь крепче обнимаю Лесли, боясь шевелиться и отпускать ее.
– Боже мой, куколка, почему ты такая худая? – женщина беспардонно ощупывает мой зад, убеждаясь в правдивости своих слов, а затем доходит и до волос. Хриплый вздох вырывается из ее рта. – А волосы где?
Лесли продолжает щупать меня, бормоча ругательства и причитая о моих выпирающих костях. Не знаю, как долго мы стоим так. Каждая секунда в объятиях Лесли склеивает мое разбитое сердце. Уехать из Нью-Йорка было тяжело, но сложнее было попрощаться с людьми, которые годами были рядом и поддерживали.
Когда восторг утихает, я вспоминаю, что должна познакомить Лесли кое с кем. Подхватив ее за руку, веду внутрь. Декс ободряюще подмигивает мне, и я широко улыбаюсь. Впервые за многие месяцы мне кажется, что я твердо стою на ногах. Мое прошлое и настоящее в одном месте – последний кусочек пазла для шага в будущее.
Декстер опускает Марселу на ноги, и малышка топает к нам с Лесли. Подруга удивленно выдыхает, быстро смахивает слезы и опускается на корточки. Марси заинтересованно, но немного неуверенно подходит к нам. Вижу искреннее благоговение на лице Лесли, когда она рассматривает Марселу. Темно-синее платьишко с кружевными оборками и ободок в тон делают из Марси настоящую куколку.
– Пливет, – тихо-тихо здоровается Марсела, теребя маленький хвостик, и протягивает руку. – Я Масела.
Лесли аккуратно жмет ее ладошку и представляется.
– Можно ли мне тебя обнять, солнышко? – спрашивает она, и Марси, посмотрев на меня, кивает.
Лесли подхватывает мою дочку на руки, и это, после всего, через что я прошла, кажется таким нереальным, слишком идеальным, чтобы быть правдой. Та, кто заботилась обо мне, как о собственном ребенке, обнимает мою дочь.
Боже, как бы я хотела, чтобы и моя мама смогла обнять свою внучку. Эти мысли всегда будут ранить даже в такие счастливые моменты.
– Я Декстер, – кивает мой друг. – Вроде как арендатор, но по совместительству няня.
Вижу, как в мозгу Лесли появляются вопросы, которыми она явно засыпает меня, когда мы останемся наедине, а сейчас она лишь вежливо здоровается с членом моей новой семьи.
Да, нам будет о чем поговорить. Жаль, что она приехала всего лишь на день.
– Я привезла подарки… Джуд, я не забыла о твоем дне рождения, – подмигивает Лесли.
Видимо мой смышленый братишка успел предупредить ее о том, что Декстер не знает наши реальные имена. Подпрыгнув, Оли ведет Декса к машине Лесли, чтобы забрать подарки, а я показываю подруге не только новый дом, но и свою новую жизнь.
***
Как бы мне ни хотелось, но день подходит к концу, и скоро Лесли вновь уедет. Каждый лишний час, проведенный вместе, – риск. В первую очередь для Марселы. К тому же, теперь под моей крышей живет Диекстер, не знающий ничего о нашем прошлом, и мне не хочется втягивать его в неприятности.
– У него что-то случилось? – спрашивает Лесли, глядя на моего друга.
Декс и правда вел себя… странно. Его редко можно заткнуть, а сегодня он весь день молчит. Он едва ли слушал нас, только следил за Марси, как и обычно. Если бы он не наблюдал за ней, то я бы уже повела его к доктору.
– Может быть, он устал, – с сомнением в голосе предполагаю я. – Вчера наш дом разносила орава мальчишек.
Лесли поворачивается ко мне и сканирует мое лицо, как делала прежде. Она что-то ищет. Мы успели поплакать несколько раз, пока я рассказывала ей о моем побеге, протекании беременности и терапии. Мне хотелось бы, чтобы после моей «смерти» моя жизнь сразу стала нормальной, но этого не произошло, и я честно призналась ей во всем, что случилось.
– Вы точно не трахаетесь? То есть… посмотри на него, черт возьми! – Лесли тихонько присвистывает, бросив взгляд на зад Декса. – Он чертовски горяч. Было бы мне лет на пятнадцать меньше…
– Фу! – кривлюсь я и делаю глоток чая. – Нет, он мне как брат. Я люблю его. Декстер буквально вытащил меня из того дна, на котором я барахталась. То, как он обращается с Марселлой, просто волшебно. Он завел видеодневник для нее и пошел со мной на роды. Декс… не знаю, как объяснить. Мы оба нашли друг друга в нужный момент, и романтика или секс все испортили бы. Не то чтобы хотя бы один из нас когда-то задумывался об этом.
Лесли тепло улыбается и накрывает мою руку своей мягкой ладонью.
– Я счастлива, что ты пошла на поправку, куколка, – она нагибается и целует меня в щеку. – Но сделай мне одолжение и начни есть больше. Ты практически прозрачная.
– Обещаю, что в нашу следующую встречу я буду выглядеть лучше, – мягко улыбаюсь я, ничуть не обижаясь на Лесли. Мне и самой хочется набрать вес.
Не знаю, что случится в будущем. Возможно, мы с Дексом – фригидные людишки – в итоге не будем никого искать и проведем всю жизнь в этом доме вместе. Марси и Оли уедут сначала в колледж, потом создадут свои семьи, а мы состаримся и будем играть в покер на заднем дворе, пока один из нас не умрет во время партии.
Как бы то ни было, загадывать пока рано.
К сожалению, настает время прощаться с Лесли. Мы долго стоим, обнимая друг друга, и клянемся не теряться и продолжать поддерживать связь. Без слез не обходится. Ненавижу прощания.
Надеюсь, скоро в скрытности не будет нужды, и я смогу видеться с ней и Чарли без страха за свою семью. День с Лесли был чудесным и напомнил, что в старой жизни тоже было что-то хорошее. Мало, но все-таки что-то.
Росс (скучали, ангелочки?)
Нью-Йорк, штат Нью-Йорк, США
Комната давно пропахла кровью насквозь. Эти два года были пропитаны смертью. Я давно сбился со счета своих убийств. Я перестал запоминать их крики и мольбы. Мне нужна была информация. И месть.
Четыре дня назад я нашел его. Того, кто видел, как ее били, отрезали палец, кто и послал мне его как сообщение о моем поражении.
Я не помнил его слов. Пах он дерьмом, как и все предыдущие. Мои люди крепко приковали его и ушли, оставив меня во тьме, в которой я жил с тех пор, как она покинула меня. Я знал, что он будет бесполезен и просто наслаждался, сдирая с него кожу и лишая кусков тела, особенно тех, которые физически делали из него мужчину. Он вздохнул последний раз три минуты назад. Я отомстил, но легче не стало.
Без нее я перестал жить. Я стал оболочкой, пытающейся делать то, что должен. Я ненавидел всех, кто причастен к ее уходу, и себя. Наверное, это я должен сейчас висеть на месте этого мудака.
Дверь в подвал открывается, и слабый луч света проникает в помещение, забрызганное кровью. Какое сегодня число? Уже наступило утро?
Бен, запыхавшийся, словно бежал марафон, сбегает по ступеням и, не обращая никакого внимания на труп, говорит:
– Босс, я должен кое-что вам показать.
Без особого энтузиазма поворачиваюсь к нему и вижу, что он тычет мне в лицо телефон. Глаза не сразу привыкают к свету, а когда я различаю детали фотографии, замерший и потускневший мир вдруг вздрагивает.
– Она жива, босс, – говорит Бен. – Мы нашли Селену.
Кажется, я смог вздохнуть.
Селена, живая, стоит на ступеньках какого-то дома и обнимает свою подругу. Фотография сделана издалека, но это она. Мир не просто дрожит. Он обретает краски и движется.
Мой Ангел жив.
Только вот где тогда он?
Селена
Широкая ладонь накрывает мой рот, и я начинаю кричать раньше, чем успеваю проснуться. Темнота и сильная рука, стремящаяся заставить меня молчать или сделать больно, вызывают в памяти не самые приятные воспоминания.
Обхватываю запястье мужчины, скидываю одеяло, готовясь бежать и дать отпор, но замираю, почувствовав гладкий ожог на коже незваного гостя.
– Селена, тише, это я, – от звука знакомого голоса я расслабляюсь и открываю глаза.
Прищурившись, вижу Декса, одетого в ту же одежду, что и днем. Он сидит на краю моей постели и выглядит по-настоящему встревоженным. Его глаза широко распахнуты, а волосы в полном беспорядке, словно он тянул их. Декстер делает так, когда не может решить проблему.
Он опускает руку и шепчет:
– Нам надо поговорить.
Мне требуется добрая минута, чтобы понять и вспомнить имя, которым меня не называли довольно долго. Декстер назвал меня не Келли, девушкой, с которой жил уже почти два года под одной крышей, а Селеной.
Он знает, кто я.
Глава 5
Доминик (не ожидали?)
Год и десять месяцев назад, Спрингфилд, штат Миссури, США
Я не знаю, зачем согласился на встречу с ним. В последний раз, когда я видел своего самого старшего брата, я чуть не убил его и, честно говоря, не уверен, что не попытаюсь сделать это снова. Я обещал, что прикончу его при нашей следующей встрече.
Я порвал со своей «королевской» семейкой навсегда и скрылся. Мне нравилось жить в тени, подальше от фамилии и влияния семьи. Но несколько недель назад Гидеон пустил по всем каналам информацию о том, что ищет меня. Мне стало любопытно, что ему от меня нужно. Говнюк слишком умный, знал, что до меня дойдет слушок. Связавшись с ним, я узнал, что меня ищет не он, а Росс. Новый глава семейства Кинг не давал мне спокойно жить, даже не зная, где я нахожусь. Каждый аэропорт в стране снабжен моими фотографиями, и я не могу незаметно покинуть Штаты. Попытавшись улететь так далеко, как мне бы хотелось, я окажусь схваченным и связанным в родовом поместье.
Хочу просто исчезнуть, чтобы ни братья, ни СМИ не пытались выследить меня.
«Куда же пропал младший принц?»
Спросите Росса и его прихвостня, сукины дети.
Пусть Нику и не досталось, но он тоже находится в моем списке людей, которых я ненавижу. Только сумасшедший Гидеон пока не попал туда.
Окидываю взглядом парковку кафе с крыши соседнего здания, в котором Росс назначил встречу. Трое стоят у заднего выхода, парочка телохранителей пытаются незаметно нести пост внутри, а последняя группа охраняет главные ворота. Не понимаю, к чему такое столпотворение. Росс и сам может зарезать больше врагов, чем эта команда. Видимо за последние годы ситуация окончательно вышла из-под контроля.
Но мне плевать, уже давно. Мне будет плевать, даже если я останусь последним Кингом. Я вышел из игры, когда собственный брат показал, на что он готов ради победы.
Спускаюсь с чердака и иду на встречу с Дьяволом. Во рту как-то непривычно сухо, а по спине ползут капельки пота, хотя мне и не жарко. В последний раз я чувствовал себя так, когда шел к отцу в кабинет после наказания, гадая, простит ли он меня или нет.
Не знаю, чего хочет Росс, но знаю, что он готов предложить. Свободу. Каким бы способным хакером я ни был, его могущество простиралось далеко.
Узнав меня, телохранители отступают. Технически я тоже их босс, но если понадобится, они убьют меня без раздумий. Странно, что здесь нет Джона Би. Я помню, что он почти единственный, кому мой брат более или менее доверял. Он хороший человек, и я не понимаю, как он мог служить Россу.
Кафе пустует, и только за дальним столиком в отдельной кабинке сидит он. Обычно он внимателен, как чертов хищник, но меня он словно не замечает. Росс, опустив голову, что-то бормочет себе под нос. Кажется, он окончательно сошел с ума.
Когда звук моих шагов все-таки долетает до его ушей, Росс выпрямляется. Мои губы расплываются в злорадной и чертовски широкой улыбке. Мне очень нравится то, что вижу. Измученная, сломленная и слабая оболочка человека. Его дерьмовый внешний вид греет душу не меньше, чем воспоминания с кладбища, где похоронены наши родители и где я чуть не убил его.
– Здравствуй, брат, – голос Росса стал хриплее, чем я помнил.
Плюхаюсь на стул напротив него и цокаю.
– Не забывайся, ты мне не брат, Росс, – холодно отвечаю я. Мне не до семейных драм. Я здесь лишь для того, чтобы узнать, что должен сделать для освобождения от своего вечного поводка, называемого фамилией Кинг. – Я не убиваю тебя лишь потому, что хочу узнать детали сделки, так что выкладывай.
Росс поджимает губы, борясь с самим собой. В кафе довольно светло, и его синяки под глазами выглядят действительно чудовищно. Похоже, он вообще не спит.
Росс кидает на стол папку, и я беру ее. В ней несколько досье: симпатичная женщина лет тридцати, маленький мальчик и очень красивая девушка. Сразу замечаю идентичные голубые глаза всей троицы – они точно родственники. У всех стоят даты смерти. Судя по данным, женщина умерла на месяц раньше, чем блондинка и мальчик.
И что это должно значить?
– Ты должен найти двоих из этого списка: девушку и мальчика, – объясняет Росс.
Непонимающе хмурюсь. Я, конечно, лучший для такого задания, но и мои силы небезграничны. Поиск трупов не входит в круг моих способностей.
– Ты окончательно спятил? Где я найду их? В аду? Они мертвы, – рычу я. – Это ловушка? Проклятье, я убью тебя, если ты притащил меня сюда, чтобы схватить.
Росс часто качает головой, словно не хочет слышать меня. Его взгляд стеклянный, а тело напряжено. Если бы я переживал за него, то отвел бы к врачу. В нашей семье Николас отвечал за игры со всякой дрянью, но я не удивлюсь, если и Росс на что-то подсел. Он действительно плохо выглядит.
– Точно умерла только она, – Росс указывает на миловидную брюнетку. – Она мать остальных. Я делал эксгумацию, и ДНК не сошлись. Селена… может быть еще жива. Она должна быть жива.
Селена. То, как он произнес ее имя… В точности, как наш отец, когда говорил про маму. Сейчас Росс был его копией. Они с Ником всегда были очень на него похожи, в отличие от нас с Гидом. Возможно, поэтому отец не так много проводил время с нами. Не мог смотреть на сыновей, пошедших в мать, в его жену, которую он не уберег.
– Кто она? – спрашиваю я, глядя на фотографию.
Наверное, она одна из самых красивых девушек, которых я видел. Бесспорно, она могла привлечь Росса, но, черт, она младше меня, не говоря уже о нем. Но и слишком взрослая, чтобы быть его дочерью, хотя и ее мать не выглядит на фотографии достаточно зрелой.
Нет, здесь дело в другом.
– Это неважно, – Росс пытается звучать отстраненно, но эмоции берут верх, что несвойственно для него. – Ты должен найти ее, и я отпущу тебя навсегда. Не буду пытаться наладить связь и вымаливать прощение. Ничего, только найди ее и приведи ко мне.
Мои глаза невольно расширяются от осознания. Проклятье! Да Росс любит ее! Не могу поверить своим мыслям, но я вижу, что это правда. Росс точно любит эту девушку. Он готов от всех бессмысленных попыток вернуть меня в семью, и это прямое доказательство моему предположению.
– Ты ее любишь, – решаюсь произнести странные слова вслух, и мой брат тут же поднимает настороженный взгляд на меня. Ядовитый привкус старого предательства разливается на языке. – Может быть, мне лучше найти ее и сделать то же самое, что случилось с Лорой, а? Око за око, как говорят. Или девушку за девушку.
Лицо Росса наливается пылающей яростью, и глаза темнеют. Он на грани того, чтобы вцепиться в меня. В прошлый раз он не сопротивлялся, но и легкая победа – скучная победа.
– Ты не посмеешь, черт возьми, – рычит Росс.
