Страница 3 из 7
– Я тоже был окружён самыми верными, – Клай не смог скрыть горькой усмешки. – Но среди них затесались предатели. С тех пор я не верю никому.
Президент приложил руку к сердцу.
– Что ж, это условие будет соблюдено. Прошу, – гостеприимный хозяин жестом указал на стол. – Сначала трапеза, о делах поговорим потом. Сегодня я убил оленя в лесу. Повара обещали сделать царский ужин. Вы, видно, проголодались с дороги.
– Мы не голодны, но от оленины я не откажусь. И мои товарищи тоже. Позвольте представить, – Клай указал на свою свиту, стоявшую по обе стороны от него. – Генерал Викент и полковник Грег.
Дон унна-Физер вопросительно поднял бровь, как бы спрашивая, что простые офицеры делают вместе с императором. Верт ун-Столер скрыл улыбку – уж он-то знал, что ещё несколько часов назад эти люди имели куда более низкие чины.
Зная, что правители всех государств почитают героев, Клай продолжил:
– Это герои обороны Старога. Единственные выжившие в той заварухе. Втроём, без оружия, лишь благодаря мужеству и смекалке, уничтожили десант энхатов и вражеский крейсер, да ещё и имперский звездолёт увели из-под носа врага. Тот, что сейчас висит на орбите Дарии.
– Очень интересно, – во взгляде президента автономии читалось уважение, когда он осматривал свиту императора. – Я бы послушал вашу историю, если господин император не будет против.
Дон унна-Физер пригласил всех садиться за стол. Клая вместе с героями Старога разместил рядом с собой, сюда же подозвал Верта ун-Столера и министра Нидо унна-Рошо. Ещё пять человек уселись по другую сторону.
Слуги стали разносить блюда. На столе появились широкие тарелки с тушёной в овощах олениной. Аромат сочного мяса витал в воздухе.
– В своей столице, небось, такого не едали? – с улыбкой спросил президент. – Всюду химия?
– На вид очень даже хорошо, – ответил Клай. – И запах. Попробуем на вкус.
– У меня лучшие повара в автономии, – похвастался президент.
Император помрачнел и отодвинул тарелку.
– У меня тоже были лучшие… во всей империи. А теперь энхаты штурмуют Истир.
Президент наморщил лоб, затем стукнул по столу ладонью так, что подскочила вся сервировка.
– Нет, так дело не пойдёт! Ужинать в таком настроении нельзя. Трапеза должна быть праздником. А потом мы поговорим. И я подумаю, чем смогу помочь.
– Пока вы будете думать, энхаты придут к вам, – сказал император.
– О делах потом!
Дон унна-Физер потребовал напитков, и слуги принесли несколько графинов и бокалов и расставили на столе. Человек, стоявший за спиной, взялся налить вина, но президент велел ему удалиться.
– Позвольте, я сам налью вина моим гостям, – старик разлил красную ароматную жидкость в бокалы. – Выпьем за империю! Выпьем за Автономию! Выпьем, нальём и снова выпьем. Хорошо поедим, ещё раз выпьем. И лишь после обсудим причины вашего визита. Но уже на свежую голову. Завтра!
И Слойн, и Викент, чувствовали себя неловко – сидеть за одним столом с правителями двух миров обоим приходилось нечасто. Никогда, если быть точнее. Да ещё и пить вино, налитое рукой одного из них.
Выпили. Вино было сладким и крепким и после всего пережитого сразу дало в голову.
– А теперь поешьте, – сказал президент. – Это вино коварное, без закуски может и развезти. Проверено на собственном опыте. Верт не даст соврать.
Вер ун-Столер кисло улыбнулся, а президент громогласно расхохотался. Неизвестно, кто из них – президент или дипломат – испытывали на себе действие вина, но стало ясно, что Дон унна-Физер, хоть и представитель высшего сословия, человек компанейский.
Принялись за мясо. Слойн был не из бедной семьи, но таких блюд никогда не пробовал. Еда для него всегда оставалась лишь едой, а здесь – настоящий священный ритуал.
Президент разлил ещё по одному бокалу.
– А теперь с позволения императора расскажите мне о своём подвиге.
Викент переглянулся со Слойном, и, как старший по званию, начал рассказывать:
– Я бы не назвал это подвигом, господин президент. Всё случилось неожиданно. Боевая станция, на которой мы находились во время атаки энхатов, развалилась на куски. Транспорт покинул ангар в последний миг. Что случилось дальше, я не помню. Может быть, нас подбили энхаты при посадке или пилоты не справились с управлением. В живых остались три человека. Среди обломков мы нашли медицинский комплект, больше у нас ничего не было. Даже голод утолить нечем… Хотя о желудках мы и не думали – над нами летали вражеские атмосферники и добивали уцелевших. Я знал, что в горах есть огневая точка. Туда два пути – или в обход леса, или напрямик через чащобу. А там страшно и опасно, никогда никто не совался в эти дебри в здравом уме. И пока мы гадали, что делать, на планету начал высаживаться десант.
– И вы его уничтожили? – спросил президент, с интересом следивший за рассказом. – Каким образом?
Викент отрицательно покачал головой.
– Не мы. Энхатов сожрал лес Старога. Я слышал о том, что животные этой планеты обладают зачатками телепатии. Говорят, если оказался в лесу Старога – то думай о хорошем, и тогда звери тебя не тронут. Они мысли читают. Никто этого не проверял, кроме одного пилота, который потерпел кружение в самом сердце леса. Рассказывают, что он шёл через лес и повторял слова «Всё будет хорошо». Хищники его и не тронули. Парень повредился рассудком, но остался живым.
– А вы были в этом лесу? – президент отставил бокал, увлёкшись рассказом. – - И не сошли с ума, как я погляжу. Крепкие парни. Рассказывай дальше.
– С одной стороны к нам приближались штурмовики энхатов, с другой ждал лес, – продолжил Викент. – И мы бросились прямиком в лесную чащу. И в то, с чем мы там столкнулись, я в это до сих пор поверить не могу. Лес этой планеты – живой организм. Может быть, даже обладает разумом. Он нас пропустил – звери не тронули. Мы бежали и, как молитву, повторяли эти слова, что с нами всё будет хорошо. А энхатов лес разорвал на куски. Нам, повезло, что мы были без оружия. Иначе нас могла бы постичь та же участь.
– А что дальше? – требовательно спросил президент. – Как герои Старога уничтожили крейсер оккупантов?
Грив пожал плечами.
– Никакие мы не герои, господин президент. Обычное везение. Мы нашли огневую точку. Операционная система огнеточки рассчитала всё до последней секунды. Нам осталось лишь дать команду в нужное время. Что мы и сделали, когда на планету прилетел крейсер с командованием соединения, весь запас ракет в него засадили. И пока там царил переполох, успели удрать с планеты. Вот и всё наше геройство.
– Скромность красит героев. Клай из рода Свенти, – обратился президент к императору. – С такими бойцами невозможно не победить врага. Выпьем за героев!
Выпили ещё. Слуги принесли суп из оленины и ещё вина.
– Вы, верно, знатного рода? – Дон унна-Физер вперил взгляд в генерала. – Простолюдины не могут быть героями! Настоящие воины – обязаны быть дворянами!
Викент смутился.
– Извините, господин президент, боюсь, я вас огорчу. Я рос в небогатой семье. Как и мои товарищи. Мы простые солдаты, в нас нет ни капли дворянской крови.
– Как? – изумлённо воскликнул президент. – Император не жаловал вам дворянских титулов?
Клай покраснел.
– Я совсем забыл об этом!
– Я исправлю это недоразумение! – уверил его Дон унна-Физер. – Выпьем же за новоиспечённых дворян автономии!
Выпили по бокалу. Дон унна-Физер разлил ещё и поднялся, уперев руки в столешницу, все последовали его примеру.
– Напомните ваши имена!
– Слойн Грег и Дан Викент, господин президент, – ответил Викент.
Президент поднял бокал, держа его на уровне лица, и торжественно произнёс:
– Я дарую сенайцам Слойну Грегу и Дану Викенту право причислять себя к сословию «ун». Отныне вы будете называться Слойн ун-Грег и Дан ун-Викент! Выпьем!
– Господин президент, позвольте мне отказаться от вашего дара, – впервые за всё время подал голос Слойн.
Бокал в руке президента дрогнул, он насупился и недобро посмотрел на Слойна. Все напряглись, и в зале повисла тяжёлая тишина.
– Это почему же? – голос Дона унна-Физера прозвучал угрожающе. – Ты считаешь себя выше дворян автономии? Брезгуешь нами?
– Нет, господин президент, – сказал Слойн и поспешил объяснить: – Но нас там было трое. Ещё сержант… эхм… полковник Грив. Он сейчас находится на борту «Эммы». И что мы ему скажем, когда вернёмся? Мы теперь «ун», а ты остался простым смертным? С друзьями так не поступают.
Дон унна-Физер расхохотался, расплескав вино, придворные расслабились и заулыбались.
– Это ещё раз подтверждает, что вы настоящие герои. Конечно же, ты прав! Вы все трое станете «ун»! – почесав затылок, президент заметил. – А почему, собственно, я обошёл вашего императора? Клай из рода Свенти, а вы не откажетесь от титула дворянина автономии?
– Но я и так дворянин, – ответил Клай. – Я принадлежу старейшему роду Сеная.
– А будете дважды дворянином, Клай унна-Свенти. Выпьем!
Дон унна-Физер потребовал ещё вина, и пиршество продолжилось.
3
Пир продолжался почти всю ночь. Новоиспечённые дворяне не привыкли столько пить и уснули первыми. Президент приказал унести героев Старога в опочивальню для гостей.
Клай, несмотря на возраст, имел опыт пития, и завершали они трапезу вдвоём с Доном унна-Физером, все остальные – кто ушёл, кого вынесли слуги.
Когда уже светало, президент, налил по последнему бокалу, и сказал:
– А теперь выпьем – и спать. А после поговорим о делах.
Клаю, как высокому гостю, выделили отдельную комнату. Едва лёг на кровать – сразу уснул и проснулся уже ближе к вечеру.
– Доброе утро, господин император, – услышал он Миру.
Её голос эхом прокатился внутри головы, вызвав болезненную реакцию.
– Доброе… не утро, а вечер, – с трудом выговорил он.
– Голова не болит?
– Немного.
– Вы вчера немало выпили.
– А ты что же, следила за нами?
– Для того я и дала вам передатчики – голос упал почти до шёпота. – Я проанализировала голос Дона унна-Физера. Думаю, ему можно доверять, он говорил искренне. Но не знаю, как заговорит, когда коснётся дела.
Клай поднялся и сел в кровати, комната завертелась вокруг, как центрифуга – они действительно много выпили.
– Поздравь от нас полковника ун-Грива, теперь он дворянин, – сказал он, придерживая одной рукой голову.
– Грив счастлив! – Мира изобразила смех. – Интересовался, выделили ему имение в автономии или нет. Президент очень высоко оценил действия наших героев. Это шанс на положительное решение. Я на связи, действуйте дальше.
Шатающимися призраками вся вчерашняя компания дошла до трапезной и расселась за столом, заставленным источающими аромат блюдами. Однако аппетита ни у кого не было. Дон унна-Физер на этот раз был серьёзен.
– Выпьем немного вина, чтобы поправить пошатнувшееся здоровье, и приступим к делам, ради которых вы посетили автономию, господин император.
Клай отпил глоток вина из бокала и отметил, что голова кружиться перестала. Он стал говорить:
– Нам нужна помощь. Любая – дипломатическая, военная. Империя правила тысячи лет, и никогда нам не требовалась помощь. Это Сенай помогал всем мирам. Но сейчас мы на краю гибели. Я не знаю, как энхаты умудрились за пару сотен лет создать мощный флот, как научились воевать, но факт – они этому научились. А военная машина империи в последние годы заржавела, к тому же в окружении императора, моего отца, появились предатели. И всё рухнуло за короткое время.
Президент, конечно, знал с чем прибыл на Дарию император со своей свитой, и догадывался, какой помощи он попросит, и Клаю было известно об этом, но они продолжали играть в дипломатов.
– Чем я могу вам помочь? – спросил президент.
– У меня есть план, – Клай поднёс к губам бокал и посмотрел на президента поверх него. Время ходить вокруг да около прошло, надо начинать. – Если мы свяжемся с остатками нашего флота и вместе с силами автономии ударим по группировке врага у Истира, то освободим столицу.
–И подставить автономию под удар? Это исключено! – Дон унна-Физер со стуком поставил бокал на стол, расплескав вино. – Наш флот не станет воевать с энхатами. Надеюсь, объяснять не надо – почему?
Клай унна-Свенти понимал причину отказа в военной помощи. Но у него были свои аргументы. И к тому же пришло время торгов, и торговаться начинал не император, а президент автономии.
– Рано или поздно энхаты придут к границам автономии, – сказал император. – И наш флот помочь вам не сможет, потому что его уже не будет. А объединившись, мы можем победить.
– Весомый аргумент, но не факт, что энхаты придут к нам, они будут заняты Сенаем, – ответил президент. – И какой резон автономии влезать в чужую драку?
–Когда эта драка станет для вас не чужой, будет поздно. – Клай допил вино и держал пустой бокал в руке. – Уничтожив Сенай, энхаты возьмутся за вас. Не завтра и не послезавтра, но они сделают это. В их руках будут все ресурсы империи, и они просто сомнут вас, как эту салфетку, – император взял со стола салфетку и скомкал в кулаке.
К самим торгам они ещё не приступили, но уже были близки к этому, пока лишь была прелюдия. Президент потемневшим взглядом смотрел на императора и размышлял.
– И у вас есть план, как обезопасить мир от энхатов? – спросил он.
– Я его уже озвучил, – сказал Клай. – Объединить остатки имперского флота с кораблями автономии и одни ударом выбить энхатов с Истира.
Дон унна-Физер снова погрузился в раздумья. Ему предстояло сделать сложный выбор.
– Однако, – он поставил оба локтя на столешницу и взъерошил свою седую шевелюру. – Если план не удастся, то энхаты придут к нам значительно раньше. И флот автономии, погибший при попытке освобождения Истира, уже не защитит наших рубежей.
Клай всё же не оставлял попыток его убедить и ждал, когда Дон унна-Физер проявит заинтересованность и наконец уже скажет, что он хотел бы получить за свою услугу.
– У меня есть план, – начал объяснять император. – И у меня есть козырь. Сигналом к атаке будет моё появление. Я задействую Стрелу Азнура и нанесу удар по одной из планет звезды Кин. Объявлю, что я жив и продолжаю бороться. Это посеет панику среди энхатов, дезорганизует их. И после этого мы начнём штурм Истира.
– Это может сработать, – согласился Дон унна-Физер, задумчиво массируя кустистую бровь. – Когда вы планируете это сделать?
– Через один-два истирских месяца, – без тени колебания сказал император.
– Почему не раньше?
