– Это не просто чип, а совершенно новый подход к лечению болезней мозга. Вы слышали те звуки, что произносил Борис Александрович?
– Да. – Антон закатил глаза. – И что-то непохоже, что ваша железка чем-то ему помогла!
– Вы не правы, – отрезала Анна. – Когда я задала ему вопрос: «Слышит ли он меня?», он попытался ответить. Это значит, что ваш отец нас понимает, и, соответственно, его афазия из тотальной перешла в моторную. Не буду грузить вас научными описаниями, просто скажу, что ему стало гораздо лучше. И это за пару часов с внедренными электродами.
– Если ему стало лучше, почему тогда он говорил как младенец?
– Это называется «эмболофразия». Сейчас Борис Александрович может общаться только с помощью повторения части слова. Но, если судить по результатам работы чипа, это ненадолго. Сегодня ему нужно будет отдохнуть, а завтра я проведу необходимые тесты, и можно будет начать занятия по восстановлению речи.
– Так вы логопед?
– Вообще, я руководитель отдела нанотехнологий. Но в последнее время меня все чаще заменяют, так как я с головой погрузилась в этот проект. Я присоединилась к разработке инвазивного нейроинтерфейса около полугода назад. Я не только инженер, но еще и нейрофизиолог, поэтому Борису Александровичу и Олегу понадобились мои знания о функционировании мозга.
– Расскажите мне побольше об этом чипе, – через пару секунд попросил Антон. – Олег вроде говорил про какие-то электроды?
– Смотрите, – с готовностью начала Анна. – Чип – это инвазивный нейроинтерфейс с электродами, которые расположены на концах ультратонких проводов…
– Анна, погодите. Я ни разу не ученый, и для меня, если честно, все это звучит как белый шум. Может, объясните попроще?
– Ох, ну да, – рассмеялась она. – Конечно, извините. Хорошо… Тогда представьте себе медузу.
– Медузу? – ухмыльнулся Антон.
– Но вы же просили попроще. – Анна пожала плечами. – Так вот, представим, что тело медузы – это чип, а щупальца – это те самые провода или нити, только на конце каждого щупальца есть электрод.
– Пока все понятно.
– Отлично, а теперь мысленно нарисуйте, что все эти щупальца находятся внутри медузы, и она выпускает то их количество, какое ей нужно в тот или иной момент. Иначе говоря, все нити заранее заложены внутри чипа, и он как бы встраивает электроды только в ту часть мозга, которая поражена.
– А как он выглядит?
– Это небольшая шестиугольная микросхема в полимерной оболочке, которая вживляются под кожу. Она почти не ощущается, и сама операция длится всего пару минут. Потом дело за самим чипом. Он сам знает, что делать.
– Что значит сам? – Антон вздрогнул.
– Несмотря на небольшой размер микросхемы, в ней заложен огромный набор функций, как в настоящем компьютере, и в этот компьютер мы поместили искусственный интеллект Stolz-2. Чип сканирует головной мозг, затем, как я уже сказала, его электроды проникают в пораженные болезнью части мозга, создавая новую нейронную сеть и заменяя погибшие нейроны.
Антон молчал пару минут, стараясь переварить то, что он услышал.
– Послушайте. – Анна понизила голос. – Я уверена в том, что Борис Александрович был готов стать первым добровольцем, но я хочу, чтобы вы поняли… нам пока не одобрили клинические исследования. Я хочу попросить вас не распространяться об этом.
– И что будет, если я расскажу кому-то? – Антон скрестил руки и прищурился.
Анна чуть побледнела.
– Это… подсудное дело. Но я надеюсь, вы поймете, что чип действительно поможет вашему отцу, он уже помогает. Разве это не самое главное?
На это Антону нечего было ответить. Он ни на минуту не доверился бы Олегу, и новость, что отец сам хотел оказаться на операционном столе, звучала очень сомнительно. Но Анна показалась ему искренней, и Антон решил пока придержать обвинения и посмотреть, станет ли отцу лучше через несколько дней.
Глава 7
Олег медленно выбрался из постели, стараясь не разбудить спящую на животе девушку. Пока душевая кабина наполнялась бодрящим горячим паром, он взглянул на себя в зеркало, невольно пытаясь отыскать на лице признаки того, что он изменился. Но из отражения на него смотрел все тот же человек, может лишь чуть более помятый, чем всегда.
Довольно хмыкнув, Олег встал под душ, смывая с себя сон и угрызения совести.
Обернув бедра полотенцем, он взглянул на смарт-часы. Ему с минуты на минуту нужно было выезжать на работу. Пока его не было, девушка перевернулась на спину, и одеяло съехало немного вниз. Ее полная дерзкая грудь словно потребовала его внимания, и Олег почти уговорил себя опоздать сегодня на работу. Вдруг, словно почувствовав его голодный взгляд, Милана чуть приоткрыла один глаз.
– Ты уже встал? – хрипло проговорила она. – Сколько времени?
– Почти восемь, – пробормотал Олег. – Мне пора на работу.
– А у меня уроки во вторую смену. – Милана с удовольствием потянулась, ничуть не стесняясь наготы. – Я, наверное, еще поваляюсь.
Она игриво подняла бровь, словно случайно выгнувшись чуть больше, но Олег уже взял под контроль свои чувства.
– Я напишу тебе чуть позже. – Он задержался в дверях, однако потом вернулся и на секунду прижался губами к ее плечу.
– Хорошо, – тихо вздохнула Милана, отчего Олег снова почувствовал раскаленное возбуждение.
Быстро шагая к подземной парковке гостиницы, он думал о том, что Милана всего за пару встреч успела понять, что нравится ему больше всего. Она будто интуитивно знала, что сказать и как посмотреть на него, чтобы он мгновенно завелся. Тогда в лифте Милана показалась ему скромницей, но уже в их первую ночь она сбросила маску, отдаваясь ему страстно и открыто.
Эта ее двойственность заставляла Олега рваться к ней, и его тяга уже напоминала зависимость, которую он не мог себе позволить. Но отказаться от связи с Миланой он также пока не был готов. Оставалось только пресекать ее игры, ведь Олег не терпел, когда им манипулировали. С наслаждением он представил, как преподаст ей урок в следующий раз.
Стильный черный «Порше» уже ждал его, готовый сорваться с места, и Олег, резко вырулив с парковки, направился к «Новултус медика».
***
На утро была назначена ежемесячная встреча с поставщиком полимерного сырья. Обычно их проводил Борис, но его отсутствие не означало, что Олег допустил бы и намека на слабость компании. Марк Амантов, представитель «Кемфабрик», пришел, как всегда, минута в минуту. Худощавый и подвижный, как богомол, он был таким же хитрым и подмечал каждую деталь. Если его и удивило, что Олег проводит встречу в кабинете директора, он не подал и виду.
– Я слышал о Борисе Александровиче, как он? – неискренне-сочувствующим тоном спросил Марк.
– Пока на больничном, но скоро вернется, – отрезал Олег. – Я хотел бы обсудить последнюю поставку…
– Честно говоря, я удивился, когда вы не отменили встречу, – как ни в чем не бывало продолжил Амантов. – Возможно, нам стоит дождаться директора «Новултус», прежде чем что-то обсуждать?
Этот намек на несостоятельность попал в цель, и представитель это прекрасно понимал. Его бледно-зеленые глаза уставились на Олега, ожидая неминуемой вспышки, но он ошибался.
– Пока Бориса нет, я принял все его полномочия, – спокойно ответил Олег, чуть откинувшись в кресле. – В том числе полномочия по заключению и расторжению контрактов с поставщиками.
– Вас что-то не устраивает в нашей работе? – осторожно уточнил Марк.
– В первую очередь цена. Она сильно завышена по сравнению с другими производителями.
– Мы обсуждали это на последней встрече с Борисом. Затраты на добычу материалов выросли, поэтому мы подняли цену.
Это все Олег уже слышал. Вот только он совершенно не доверял Амантову. Борис всегда был слишком консервативен, не видел необходимости в изменениях и ради стабильности даже был готов закрыть глаза на недобросовестность поставщика. Однако Бориса здесь не было.
– Многие поставщики предлагают «Новултусу» сотрудничество, так почему мы должны работать с вами?
– «Кемфабрик» ведет с вами дела уже пятнадцать лет. И раньше вас все устраивало…
– Больше нет. Я даю вам время подумать. Если вы будете готовы снизить цену, мы продолжим сотрудничество.
Пару секунд Марк молчал, наверное, старался прикрутить поток недовольства, который рвался из него. Правильное решение, ведь он, наконец, понял, что с Олегом не стоит разговаривать как со второсортным сотрудником.
– Хорошо, – выдавил Марк. – Я обговорю ваши условия с директором и дам ответ.
Эта небольшая победа подняла Олегу настроение. Он и раньше почти не сомневался в том, что без проблем сможет управлять компанией, и, похоже, эта возможность выпала ему не просто так. Он многому научился у Бориса, но тот словно застыл в прошлом, а «Новултусу» были необходимы изменения.
«Кстати, о Борисе, надо бы зайти, проведать его, – подумал Олег. – Но сначала…»
– Stolz-2, напиши мне код для анализа результатов реабилитации Испытумого-1.
Экран молча запестрил четкими строками символов. Олег предпочитал одностороннюю голосовую связь, болтать с искусственным интеллектом было тратой времени. Использование Stolz-2 весомо облегчало простейшую работу, и уже через пару минут Олег смог оценить прогресс восстановления Бориса. Stolz-2, ведомый командой, мгновенно открыл закодированный файл, и Олег начал запись:
– Протокол клинического исследования. Постинсультная реабилитация Испытуемого-1.
***
Алина резко захлопнула ноутбук и с досадой выдохнула. Она подходила к кульминации своего фанфика, но сейчас перед ней стояла задача – описать то, что выворачивало ее наизнанку.
Многие на форумах, где она выставляла свои рассказы, посчитали бы бредом, что ее персонажи «живут собственной жизнью». Однако часто сюжет и правда уводил дальше, чем ей хотелось. Остановиться сейчас означало бы полностью перекроить историю, а Алина слишком срослась с ней сердцем, чтобы поступить так.
Решив сделать перерыв, она громко спросила:
– Кай, который час?
– Сейчас восемнадцать часов двадцать две минуты, – мягко проговорил помощник. – Может, поставить чайник?
– Да, поставь. – А затем почему-то добавила: – Я сейчас вернусь.
Алина пошла в спальню и опустилась на колени перед невысоким резным комодом, нащупав рукой старую косметичку. Внутри, надежно спрятанная, лежала пачка тонких ментоловых сигарет и зажигалка. На балконе Алина опустилась в мягкое ротанговое кресло, слегка щурясь от солнца. Апрель наконец вырвал из рук зимы свое время, и сейчас Новосибирск наслаждался теплыми деньками. Вязаный кардиган мягко обхватил ее плечи, и Алина с наслаждением вдохнула яд одной из немногих ее слабостей.
Она начала курить после выкидыша, когда боль опутывала ее со всех сторон, не давая дышать. Только едкий дым прогонял жгучие мысли, раздирающие на части, притупляя чувства. Спустя пару месяцев Олег заставил ее бросить, или, вернее, он так думал. Конечно, сейчас, когда прошло уже больше пяти лет Алина предавалась своему «лекарству» гораздо реже. Только когда печаль вдруг накатывала сильнее обычного, она позволяла себе расслабиться.
Прятаться от Олега не составляло особого труда, ведь мужа не было дома до позднего вечера. Но если бы он узнал… Алина вполне могла представить его реакцию. И, даже несмотря на обиду, что все еще тлела внутри нее, она решила тщательно прополоскать рот и побрызгаться его любимыми приторными духами, которые терпеть не могла.
Она вновь подумала о сюжете своего рассказа и вздохнула. Рука невольно опустилась на живот, прикрывая в защитном жесте неожиданность, которой там давно уже не было. И виновата была в этом лишь она сама. Алина старалась обходить стороной тему материнства в своих рассказах и сейчас малодушно подумала: «Уж не бросить ли фанфик, раз ей так тяжело?»
Но как отпустить прошлое, если боишься даже взглянуть в него? Алина решительно встала и, совсем забыв про чай, начала печатать.
***
Пронзительный скрежет отвлек Алину от блуждания по своему воображению. Олег повесил плащ на металлическую штангу, и она поняла, что даже не слышала, как открылась дверь. Часы на ноутбуке показывали девять вечера.
Олег прошел в гостиную, и Алина поднялась ему навстречу, стараясь не замечать его недовольства по поводу ее внешнего вида. Она совсем забыла снять бесформенный старый кардиган, а волосы были завязаны в неопрятный пучок.
– Как дела на работе? – улыбнулась Алина, соблюдая тот хрупкий мир, что был между ними в последнее время.
– Устал, – выдохнул Олег, наливая себе стакан воды. – Пока Борис не вернется, мне придется и дальше тянуть все одному.
– Как он себя чувствует? – спросила Алина, стараясь контролировать голос.
Олег не ночевал дома прошлую ночь, оставшись в одной из пустующих палат «Новултуса». Он хотел поддержать начальника, ведь ему было скучно коротать вечера в окружении младших сотрудников. Алина не понимала, зачем Штольца перевезли из обычной больницы. Олег лишь мельком упомянул, что в «Новултус» оборудование получше, и больше к этой теме они не возвращались. Алина искренне старалась найти в себе жалость к Борису Штольцу, но ничего не могла поделать с инстинктивной неприязнью, которая разъедала ее каждый раз при упоминании его имени.
– Пока еще не очень, – ответил Олег. – Хотя Борис уже начинает потихоньку говорить. Бесится, что нужно заниматься с логопедом, – усмехнулся он. – Впрочем, я не удивлен, Борис терпением не отличается. Но он тормозит свое восстановление, так что завтра поговорю с ним.
– А разве за тот вечер, что вы провели вчера вместе, ты не мог с ним это обсудить? – удивилась Алина.
Олег сделал секундную паузу, опустив взгляд на стакан.
– Вчера он очень устал. Все эти занятия, да еще и гимнастика, которую Анна заставляет его делать, выматывает. Я решил не наседать. Но так больше не может продолжаться.
Не успела Алина еще что-то спросить, Олег сменил тему:
– А ты чем занималась?
– Занятия были до четырех, – осторожно сообщила Алина, невольно обхватив запястья. – А потом… писала.
– Писала? Программу уроков?
– Нет, я… знаешь, в последнее время я пишу короткие рассказы.
– Зачем? – Олег нахмурился.
– Просто у меня сейчас много времени, а фанфики…
– Фанфики? – выплюнул он, как ругательство. – Это не та дрянь, которой занимаются школьницы? Когда коверкают знаменитое произведение?
Алина не ожидала поддержки, но презрение, с которым Олег говорил об ее отдушине, сильно ранило.
– Да это так, ничего серьезного. – Она проглотила возмущение. – Скорее заметки.
– Слушай, если тебе нечем заняться, можем купить тебе абонемент в какую-нибудь тренажерку. Что скажешь? Хотя бы потратишь время с пользой.
– Да, почему бы и нет, – улыбнулась Алина, но улыбка ее погасла, едва Олег скрылся в спальне.
Глава 8
Борис устроился на неудобном сером диванчике, стараясь не показывать своего нетерпения. Кому, как не ему, было знать, что диагностика мозговой активности занимает много времени, но сидеть без дела он не любил. Роль подопытного его изводила, ведь обычно он находился по другую сторону, принимая все решения. Сейчас исследования взяла на себя Аня, и, хотя Борис полностью ей доверял, мысль, что не он сейчас сидит за монитором, анализируя данные, заставила его сжать кулаки.
– Борис Александрович, все в порядке? – Аня повернулась к нему. – Сердечный ритм сбился.
– Да… все нормально, – медленного проговорил он, заставляя себя расслабиться. – Продолжай.
Запретив себе волноваться, Борис мысленно перенесся на пару лет назад, когда они с Олегом только начали разрабатывать чип.
В то время он немало разочаровался в результатах своей работы. Борис слишком идеализировал общество и надеялся, что новые нанороботы, которых не нужно извлекать, вызовут большой отклик. Совсем крохотные роботы, предупреждающие о болезни еще до того, как она разовьется, разве это не чудо? Но люди, как всегда, показали свою косность. Как будто ему больше ничего в жизни не надо, только следить за тем, как они принимают душ или платят за кофе. Смешно!
