– Идите домой.
Та отвлеклась на меня и удивлённо приподняла брови.
– А ты?
– Дождусь Луку.
– Хорошо.
Но вот так сразу никто никуда не пошёл – все стояли и глазели на летающий остров, пока тот не проплыл над Заречной стороной и не скрылся в кучевом облаке.
– Вот бы облачко на вкус попробовать! – мечтательно произнесла Мелкая.
– Всё б тебе жрать! – рассмеялся Хрип и ойкнул, когда девчонка пнула его под колено. – Ах ты!..
Но церковный двор точно был не самым подходящим местом для драки, Рыжуля мигом всех построила и повела в Гнилой дом. А я остался. Сначала просто сидел и бездумно пялился в небо, а когда странная отстранённость отпустила, столковался с церковным служкой и купил у него свечных огарков. Заплатил за увесистый свёрток грош с деньгой, сделкой остались довольны оба.
Лука с пацанами появился уже в сумерках, когда пошёл на убыль поток прихожан.
– Ну где вас черти носят? – возмутился я. – Все отметились давно!
Старший, мрачный как туча, только глянул зло и ушёл в церковь. Гнёт, Сивый и Хват поспешили следом. У этих вид был очень уж пришибленный.
– Случилось чего? – спросил я, когда они появились обратно.
– Случилось! – подтвердил Лука и рявкнул на парней: – Идите!
Дважды тех просить не возникло нужды, босяки шустро потопали прочь. Мы тоже покинули церковный двор, и уже только тогда Лука толкнул меня в плечо.
– Ну ты что творишь?!
– Я творю? – опешил я и потребовал объяснений: – А что я творю?
– Серый, ты ещё спрашиваешь?! А кто с тупичковыми драку затеял?
От недавнего умиротворения не осталось и следа, словно и не было никакого небесного омовения, вскипел я в один миг.
– Я драку затеял?! А ничего, что это они к Рыжуле прицепились?
– Ничего! – рыкнул в ответ Лука. – В шутку всё перевести не мог?
– Ты охренел?! – опешил я. – Да меня сразу с ног сбили, я даже слова сказать не успел! – И указал на припухшие губы. – Ещё и по зубам получил! Этих гадов вообще запинать надо!
Лука разом осунулся.
– Запинали уже! – скривился он. – Расстарались! В сточной канаве выкупали!
Я расплылся в довольной улыбке.
– Так хорошо же!
– С дуба рухнул? – хмуро глянул на меня Лука. – Тупичковые под Истомой ходят, а они с Баженом только-только замирились! – Он выругался и начал загибать пальцы. – Одного спицей ткнули. Второй из-за тебя чуть не окривел. Третий ботинка лишился. А на выходе с рынка наши их ещё в помоях искупали!
– Сами виноваты! – упрямо заявил я.
– Кто виноват, теперь старшие на толковище решать станут! Бажен сказал, завтра вечером встречаемся.
Я недоумённо уставился на приятеля.
– И что с того? Они первые в бочку полезли!
– Это твоё слово против их!
– Рыжуля подтвердит.
Лука аж зубами скрежетнул.
– Серый, ты совсем дурак? – прорычал он, нервно облизнув рубец на верхней губе. – Я с Рыжулей у Бажена давно в печёнках сижу! А тут такое! Вот как ты докажешь, что это не она им глазки строить начала, а? А если Бажен передумает или цену за покровительство взвинтит?
– Куда уж больше?
– Да есть куда, Серый! Есть! Он и так уже говорит, будто от нас слишком много проблем и оброк не стоит того, чтобы с Гнилым домом возиться!
– И что делать будем?
– Это ты мне скажи! – потребовал Лука, вздохнул и заявил, как отрезал: – Рыжулю в это дело впутывать не станем!
– А как тогда? – опешил я. – Ты меня крайним выставить хочешь?!
– Нельзя! Тогда долг повесят! Если зайдёт разговор, говори Бажену, что с тобой Мелкая была – он её не знает и на толковище не потащит. А там говори, что с ног сбили, с этого всё и началось. На этом упор делай и стой на своём. Понял?
Я кивнул – мол, понял.
А ещё понял, что могу и не выкрутиться, тогда точно крайним останусь. Ради кого другого так бы рисковать сроду не стал, но сейчас не тот случай. Тут даже думать не о чем. Рыжулю подставлять нельзя.
Никак нельзя!
– Когда? – спросил я, сглотнув ставшую вязкой слюну.
– Толковище? – уточнил Лука. – Завтра вечером. Сегодня – никак. Сегодня – небесный прилив!
3-3
К болоту мы подошли уже в густых сумерках. Прежде мысли другим заняты были, а как под ногами захлюпало, я опомнился и сказал:
– Да! Пыжика легавый искал! Вроде клички не знал, но описал один в один. Явно навели.
Лука вздрогнул.
– Что за легавый? Когда?!
– Незнакомый какой-то на церковном дворе прицепился.
– Чего хотел?
– Говорю же – о Пыжике выспрашивал! – пояснил я.
– Да понятно, что о Пыжике! А на кой он ему сдался?
– Не сказал. Но ты ведь Пыжика из нашего списка вычеркнул? Вычеркнул ведь?
Я посмотрел на Луку, и пятка немедленно соскользнула с кочки, нога почти по колено погрузилась в болотную грязь.
Чёрт!
– Вычеркнул! – буркнул Лука. – Но всё равно надо было узнать, чего ему шьют!
– Вот и узнай! – огрызнулся я, пытаясь отряхнуть штанину.
Тщетно! И чего только сразу не закатал?
Я беззвучно выругался и поспешил вслед за старшим. В доме сильно пахло луковой похлёбкой и дымом, Гнёт и Сивый закрывали окна ставнями, Хват разжигал лучины, Мелкая что-то тихонько напевала себе под нос и вязала соломенные птички-обереги, как делала это в преддверии каждого небесного прилива, случавшегося то дважды в год, а то и чаще. Поделки эти девчонка на следующий день неизменно сжигала в печи, и для меня оставалось загадкой, где она всякий раз умудрялась находить для них нити всех пяти цветов радуги.
Рыжуля накрывала на главный стол, и за ним уже восседал на притащенном невесть откуда шатком табурете Яр. Настроения мне эдакая наглость приблудыша отнюдь не улучшила, а оно и без того было ни к чёрту. Проходя мимо, я пинком вышиб одну из ножек, а когда паренёк с грохотом рухнул на пол, резко бросил:
– Сгинь!
Задерживаться не стал, вручил свёрток со свечными огарками Хрипу и поднялся на чердак. Только переодел штаны, и следом забралась Рыжуля.
– Серый, ну ты чего такой бешеный? – спросила она, потрепав меня по волосам.
Ответить я не успел, к нам присоединился Лука.
– Ты на кой чёрт этого дурачка привечаешь?! – возмутился я, не дав ему и слова сказать.
Лука в долгу не остался.
– А что не так?! – рыкнул он в ответ. – Яр наколку на верное дельце дал, мы сегодня червонец срубили! А сколько ты в общак денег заносишь?
– Да уж не меньше! – презрительно фыркнул я и только лишь этим не ограничился, поднял доску и кинул Луке узелок с монетами.
Тот распустил его и округлил глаза.
– Откуда?!
Рыжуля заглянула ему через плечо и тихонько охнула, явно припомнив наш давешний разговор. Но упоминать о нём не стала и пихнула Луку кулаком под рёбра.
– Вечно ты на Серого наговариваешь!
Старший на неё даже не взглянул, наскоро пересчитал монеты и повторил свой вопрос:
– Так откуда?
– Да всё оттуда! – криво ухмыльнулся я.
Лука повернулся к девчонке.
– Рыжуля, у тебя там ничего не пригорит? – А когда та ойкнула и спустилась с чердака, уставился на меня. – Серый, я ж тебя как облупленного знаю! Ты ведь их не украл, так?
– Свое забрал! – отрезал я.
– Это как?
– А вот так! Когда пожар тушить помогал, на дохлых ухарей наткнулся. Раз мы дело сделали, а денег только половину получили, обчистил кошели. Даже чуть меньше вышло.
– Чего сразу не сказал?
Я пожал плечами.
– Это моя доля, нет? Я же всю работу сделал!
Лука кивнул и зашевелил губами, явно производя в уме какие-то подсчёты.
– Уже легче! – объявил он, заметно повеселев, но тут же вновь помрачнел. – Если б ещё с тупичковыми краями разойтись… Ладно, идём! – И сразу придержал меня. – Ты на Яра не дави, хорошо?
Пришлось наступить на горло собственной гордости и пообещать:
– Не буду.
Не знаю, кому и где удалось спереть ящик лука, но помимо похлёбки каждому досталось по запечённой луковице. А как поужинали, так мелкие принялись подплавлять над лучиной свечные огарки и расставлять их по тарелкам и мискам.
– Хрип! – окликнул Лука пацана. – Наловите завтра пять дюжин пиявок, только покрупнее. Аптекарь возьмёт.
– Сделаю! – пообещал тот и убежал к мелким, которые расселись вокруг Яра. Приблудыш взялся рассказывать страшную историю, а я отошёл к выходившему на северо-запад окну и, приоткрыв ставень, выглянул наружу.
– Серый, не надо! – ёжась, попросила Мелкая. – Плохая примета!
Я только отмахнулся.
Никто заранее не знал, в котором часу докатится до нас небесный прилив, но приходила призрачная волна неизменно с одной и той же стороны. Говорят, именно в том направлении находился Тенезвёзд – крупнейший и богатейший город всего Поднебесья, с башен которого проще простого дотянуться до неба рукой.
Не требовалось обладать колдовскими способностями, чтобы разглядеть призрачный вал: пусть это и полагалось дурной приметой, но каждый босяк хотя бы раз дожидался небесного прилива на улице или у открытого окна. Я и сам делал так прежде, да только это прежде. Теперь-то всё иначе.
Или ничего не изменилось? Или я просто нафантазировал, будто пробудился талант?
Невесть с чего сделалось не по себе, в груди заныло, волосы встали дыбом. Я даже вздрогнул, когда сзади подступила Рыжуля. Она уперлась подбородком в моё плечо и спросила:
– Серый, что с тобой?
