Гаффиниода

Руины мы нашли неподалеку от деревушки, но я решил, что этим можно заняться завтра, а пока совершенно необходимо устроить себе небольшой отдых. Жизнь давно уже научила ценить редкие минуты покоя и всегда находить для них время. Желательно, как можно больше времени. Ценить тоже надо уметь со вкусом.

Мне казалось, что с этим согласны все.

Но мои друзья были иного мнения.

В тот вечер я подготовился обстоятельно: растянул гамак на уютной лужайке милого садика позади одного из домов, найдя там два подходящих для моих целей дерева, набросал подушек и даже соорудил антикомариный полог. Решил устроиться со всем доступным комфортом на свежем воздухе. И некоторое время все шло просто замечательно, и я уже видел какой-то хороший сон, когда оказался в буквальном смысле вытряхнут из гамака самым бесцеремонным образом.

– Что вы творите? – завопил я, лежа на земле и еще не совсем очнувшись. – Убирайтесь к черту!

– Что? – услышал я. – Это что за?

– Неуважительный тон?

Я узнал наших своенравных близняшек – Веру Кубизма и Любу Харизма. Превосходные, как всегда, сейчас они, по виду, были чем-то встревожены. Сам я тоже был встревожен – любой бы на моем месте встревожился от такого пробуждения, – поэтому я закричал:

– Пошли прочь! Вы совсем охренели?

– Не поняла! – подбоченилась Вера. – Ты вообще?

– Страх потерял? – подбоченилась Люба. – Чепуха!

– Ты сутулая!

Их взгляды угрожающе сверкали даже в сумерках, а зализанные назад волосы в их одинаковых прическах и поднятые воротники их плащей делали их образы весьма воинственными. Похоже, они еще не совсем отошли от недавнего столкновения, в котором сыграли не последнюю роль.

– Ладно, успокойтесь, – сказал я немного растерявшись. – Что вообще случилось? Почему нельзя было просто?..

– Разбудить тебя нежно? Но ты бы.

– Не проснулся.

– Откуда вы знаете? – проворчал я.

– Но ты же.

– Не проснулся.

– А вы, значит, пытались? – спросил я, слегка сожалея, что, вероятно, пропустил это самое «нежно».

– Не пытались. Ты бы.

– Не проснулся.

Я скрипнул зубами.

– Оставим этот спор! Другой мой вопрос: что случилось?

Я с кряхтением утвердился на ногах, проверил не идет ли из носа кровь, не сильно ли разбиты губы, не лишился ли ненароком зубов, потому что приземлиться мне довелось на лицо, и в этом крылась еще одна причина моей внезапной тревоги.

– Ах! – воскликнула Вера. – Наш непутевый эльф опять!

– Попал в беду! – воскликнула Люба.

– Да ладно?

Сестры хихикнули.

– Иди.

– Выручай, – сказали они.

Тут уже я подбоченился.

– Какого черта? Вместе пошли.

– Нет-нет. Мы здесь.

– Подождем. Сегодня так.

– Набегались. А какой у тебя гамак.

– Хороший. Уютненький. Как раз нам двоим.

– Места хватит.

Я покачал головой, понимая, что мои эмоции ничего не решат.

– А где он вообще?

– На.

– Руинах.

– А вы как узнали, что он там?

– А мы.

– С ним были. А потом он.

– Куда-то провалился.

– И вы, вместо того, чтобы вызволить его самим, – нахмурился я, – притащились за мной?

– Да! – отвечали сестры в один голос, при этом широко улыбаясь – очень мило и очень невинно.

– Да нафига вы вообще туда поперлись на ночь глядя? Я же сказал, отдыхаем!

– Элифалиэль захотел.

– Погеройствовать. Ты же.

– Его знаешь.

Мне оставалось только еще раз покачать головой.

– Люблю вас, – сказал я.

Близняшки заулыбались еще шире.

– И мы!

– Тебя! Целукаем!

Стало быть, убийственный заряд моего сарказма пропал впустую. С близняшками всегда было непросто. Я вздохнул, набросил куртку и пошел прочь.

Сестры крикнули мне вдогонку:

– Спасибо, что обошлось без!

– Очередного приступа! Если честно.

– Мы этого немножечко опасались.

– Да о чем вы вообще? – обернулся я.

– Забыл, как мы деревню освобождали? Вот это ты!

– Устроил зрелище!

По правде сказать, я и в самом деле вспоминал некоторые детали прошедшего дня довольно смутно. Но так бывает в горячке боя, и нечему тут удивляться. И вообще, достали меня уже такими приколами! Я, конечно, подозревал, что причина кроется в кое-каких моих прошлых поступках, но до сих пор так и не понял, в чем суть такого нелепого и бессмысленного пранка. Потому в большинстве случаев я попросту игнорил все эти подленькие поддевки и выпады в свой адрес. Но иногда поражает, насколько некоторые люди бывают злопамятны.

Оставив сестер позади, а вскоре и всю опустевшую деревеньку, такую тихую и мирную по такому случаю, я углубился в темнеющий лес. Впрочем, это немного громко сказано. Искомые руины находились практически сразу за последним в деревне домом, который и сам мог сойти за некие живописные развалины, но, к счастью, мы тут были совершенно не причем. Деревня и до нашего прихода была наполовину разрушена. Выходит, не зря мы все-таки ее освободили. Потому что, с таким отношением, лучше так, чем вот так.

Сами же интересующие нас руины не выглядели хоть сколько-нибудь живописно: всего лишь несколько разбросанных по округе камней и какая-то дыра в земле. Этот провал я был намерен обследовать завтра, но неугомонный, абсолютно отбившийся от рук эльф, видимо, посчитал иначе. Об этом мне еще предстояло с ним серьезно поговорить. Дисциплина – это самое главное.

По сведениям, ранее добытым для нас незабвенной Охрой, здесь когда-то находилось нечто вроде дорожного святилища. Нас интересовала потолочная фреска работы одного известного, но забытого мастера. От фрески в свободном доступе осталось только краткое упоминание и название – «Непонятная диковина исполняет желание Валеры». Валера нас не интересовал, но на «непонятную диковину» взглянуть хотелось. Даже понимая, что изображение может быть весьма условным, мы все равно надеялись, что это хоть как-нибудь поможет нам в поисках, на которые мы положили наши лучшие годы. До сих пор-то у нас вообще никаких изображений не было, по большому счету, мы даже толком не знали, что вообще ищем, что делало нашу и без того трудную задачу, многократно сложней. Поскольку, если искомое мы все же найдем, надо же будет как-то понять, что это наконец произошло, и что произошло именно это, а не что-то другое.

А тут еще этот дурацкий эльф!

Подобравшись к почти неприметному провалу, я опустился на четвереньки и заглянул внутрь. Пожалел, что опять не взял фонарик. Справедливости ради, у меня его вообще не было.

– Элифалиэль! – крикнул я. – Ты там?

Вопрос был, скорее, риторическим. Где, блин, еще ему быть? Что и подтвердилось в следующую секунду:

– Нету там!

Голос эльфа был предельно взволнован, и это заставило меня слегка позлорадствовать. А потому что приказы должны исполняться четко!

– Ну понятно, – сказал я, не скрывая усмешки. – Какого хрена ты вообще туда полез?

– Убирайся! – услышал я в ответ.

– Чего? – переспросил я, возмущенный до глубины души.

– Убирайся меня скорее от сих!

– А-а. Так подожди.

Я огляделся в поисках чего-нибудь – сам не зная, чего.

– Послушай, – сказал я, начиная слегка раздражаться от всех этих незапланированных переживаний. – Раз уж ты все равно там, давай-ка поработай немного!

– За что? – с готовностью отозвался эльф.

И то ведь верно: он же за этим туда и сунулся? Доказать свою значимость, срубить лавры первооткрывателя, «погеройствовать», как заметили близняшки. Впрочем, не похрен ли на его мотивы? Пусть работает, раз уж вызвался!

– Посмотри вокруг. Только внимательно! Что видишь? Есть какие-нибудь рисунки?

– А как я завидуй? – простонал бедняга Элифалиэль.

– Хм, – нахмурился я. – Почему-то думал, что эльфы в темноте хорошо должны видеть.

– Чем?

– Хм. – Я призадумался. – Даже не знаю, почему так думал. А может, ты один не видишь, потому что веган, и тебе чего-то важного не хватает?

– Очень легко как! – обиделся наш здорово нетипичный эльф.

– Эй! – воскликнул я. – Мне-то как раз всего хватает! Правда, я тоже не вижу, значит, это здесь не причем. Ладно! Похоже, действительно нужен фонарик. У тебя, случайно, нет? Нет? Я просто подумал, может, ты не поэтому сидишь в темноте. А веревки у тебя, случайно, нет? Нет? Ладно, тогда я сам схожу. Или ты сходишь? Ладно, шучу.

Вдоволь поиздевавшись над другом, – а вот как тут было не поиздеваться в такой ситуации? – я вознамерился уходить.

– Не выпускай! – закричал эльф из темноты.

– Не переживай, я скоро вернусь, – усмехнулся я. – Ну как скоро… однажды.

– Все меня остановили!

– Не волнуйся, с сестрами я еще очень серьезно поговорю, – сказал я. – Могли бы и подсказать, что нужна веревка. Может, еще лебедка какая-нибудь? Но ты, вроде, не тяжелый. Так-то ты вообще на грани истощения. Как сам думаешь? А, и фонарик! Фонарик бы тоже пригодился! Жаль, что у нас его нет. А ты в курсе, кстати, что Мак… В смысле Гаффин именно такие мрачные подземелья и предпочитает? Есть у нас такая догадка, ага, да ты и сам знаешь.

В ответ мне из темных глубин донесся душераздирающий вопль.

– Ты там плачешь или смеешься? Ладно, держись, братишка, я скоро.

С этими словами я ушел.

Хочу сразу прояснить: я действительно собирался вернуться как можно скорей. Но иногда бывает так, что наши желания и уже выстроенные в голове планы весьма основательно корректируются суровой реальностью. Говоря по-простому, об эльфе я благополучно забыл. На самом деле, не только о нем. Я вообще не запомнил, как и почему оказался возле перевернутого почтового ящика во дворе незнакомого дома. Из одежды на мне не было ничего, но в руке я держал конверт. Если честно, это меня не слишком озадачило. Я же говорил, что иногда в горячке боя забываешься – это нормально. А зачастую «отходняки» настигают тебя уже после боя, по прошествии некоторого времени, и с этим остается только смириться.