Небо медленно заполняли темные тучи, грозя пролиться скорым дождем, но пока еще проглядывались солнце и две луны — одна из них занимала четверть небесного простора. И Агата уже успела привыкнуть к этому зрелищу, хотя поначалу, попав в другой мир, это ее немало поразило. Теперь прошлая жизнь осталась где-то далеко позади.
Серо-голубыми, как льдинки, глазами Агата смотрела на город, опоясывающий Драконью гору и тянущийся вниз, к долине, где протекала река и расположился пригород с темными крышами. С каждым витком улиц здания становились менее помпезными и зажиточными по мере удаления от замка. Сейчас торговые площади заполнили горожане, а лавки мастеров ломились от изделий и клиентов. В Великограде нашлось место и для раскидистых парков с монументальными фонтанами.
За крепостной стеной тянулись островки домов со своими огородами. Вдали длинными лоскутами лежали пашни. От рассвета и до заката в мастерских и на полях трудились люди, жившие у подножья.
Столица уцелевшей части мира выглядела величественным каменным гигантом с высокими стенами и сторожевыми башнями, на которых развевались знамена и ходили стражники. И повсюду преобладал пурпур с серебряной вышивкой — цвета драконьего дома Судьбоносных и бабушки Агаты Лучезары.
Все это было неприступной тюрьмой для драконьего детеныша.
Кожа под браслетом снова начала жечь.
Так происходило с завидной регулярностью, стоило только Агате подумать о побеге или о трансформации в огромную огнедышащую рептилию, способную вырваться на свободу и улететь.
Ненавистный браслет, расписанный серебряными древними символами и усыпанный гематитами, не позволял принцессе обратиться в дракона.
В этом вопросе предусмотрительность дядюшки взяла вверх над самоуверенностью. И ему было абсолютно плевать, что тайна ее второй природы открылась сравнительно недавно. Про драконов Гордей не давал Агате абсолютно никакой информации, оправдываясь тем, что трансформация в ее возрасте смертельно опасна.
Очередная отговорка.
Агата перевела взгляд на лес, темнеющий вдалеке, и слушала, как тихонько потрескивают поленья в камине. Огонь служил ей напоминанием о демоне, который защитит Велену даже ценой собственной жизни.
После выходки сестры с ее трансформацией в Волшграде повсюду всколыхнулись волнения и перешептывания. Власть со времен предотвращения ядерного уничтожения всегда находилась в руках драконов. До этого момента все думали, что Гордей — последний оставшийся властитель. Но это оказалось не так. Теперь над всем королевством воздух сгустился в преддверии бури, которую с собой принесет Велимира.
Каждый раз, возвращаясь к себе после очередного ужина с Гордеем, Агата злилась на непрерывные монологи дяди, состоящие в основном из поливания грязью Велены, ее и Агаты родителей, их деда и даже самой Лучезары. В такие моменты принцесса сжимала столовые приборы так сильно, что белели костяшки. Но, понимая, насколько бесполезными будут ее попытки заткнуть родственнику рот, она натягивала улыбку, больше похожую на оскал, и продолжала трапезу, мысленно желая Гордею подавиться.
Неожиданно дверь в гостиную распахнулась, и в комнату прошествовал король.
Следом за ним тихо, как мыши, вошли служанки, которые несли ворох платьев, множество обуви и шкатулки с украшениями. Все это они начали аккуратно раскладывать на широком подковообразном диване и кофейном столике.
Не понимая, зачем ей притащили столько всего, Агата с непониманием уставилась на родственника.
На седеющей голове дяди сияла корона, а пурпурный брючный костюм с небесного цвета рубашкой идеально сидел по долговязой фигуре. Гордей частенько предпочитал подобную одежду, наплевав на всякие камзолы и местную моду. Неудивительно, ведь он дракон, который мог путешествовать между мирами и выбирать стиль одежды себе по вкусу. Кто осмелится что-либо сказать королю, даже если он явится на бал в одних панталонах и тулупе?
— Какой-то особый повод? — с подозрением спросила Агата, глядя на разложенные платья всех оттенков фиолетового, синего и голубого.
— Да, повод есть. Я планирую представить тебя официально. Как свою племянницу.
Служанки делали все отточенными движениями, раскладывая по цветам и оттенкам, при этом даже головы ни разу не подняли.
— Зачем?
Столик с молниеносной скоростью превращался в ювелирную полку. С восхищением Агата смотрела на натуральные камни, лежащие на бархатных подстилках. Глаза перебегали от сверкающих бриллиантов, играющих световыми бликами, до более скромных цитринов, яшмы, бирюзы, розового кварца и горного хрусталя. С недавних пор любовь к камням у принцессы явно обострилась. Агата еле заставила себя отвести взгляд от украшений.
«Вот, значит, какой его следующий шаг и ответ на заявление Велимиры. Хочет представить меня официально. Что ж, отлично. Сыграем».
— Ты же все-таки моя племянница, — приторно улыбаясь, сказал король. — Дочь моей любимой сестры. Я должен о тебе позаботиться.
— И какие у нас будут гости?
— Элита. Перед ними ты и предстанешь в новом статусе.
«А это уже похоже на шанс».
— Ты так испугался, что они поддержат Велимиру, а не тебя?
Как бы Агата ни старалась казаться милой и послушной, но не удержалась от шпильки в адрес короля.
Она ни на секунду не забывала, что он — тиран и деспот, который жаждал поймать и казнить Велену. А его правление, мягко говоря, было далеко от заботы о народе. Обычные люди в этом мире к власти не допускались. Пусть им платили за работу, но права голоса они не имели вовсе. Обычная рабочая сила и не более того. Из-за этого и появилось Сопротивление. Но Гордей сидел как кость в горле не только у людей. Он вводил суровые законы и налоги, от которых страдали и остальные сословия: ведьмы, лесные жители, оборотни, вампиры, демоны, некроманты. Это еще не говоря о подводном народе, ставшим практически рабами коронованного самодура.
Если раньше власти короля ничего не угрожало — закон есть закон, на троне должен сидеть дракон — то теперь чаши весов пошатнулись.
Гордей нуждался в укреплении позиций. Так почему бы не явить миру свою "любимую" племянницу?
— Деточка, — терпеливо ответил дядя, игнорируя насмешку драконьего детеныша. — Я в десять раз сильнее, чем твои братья и сестра вместе взятые. Так что мне не нужно ничего, чтобы поддерживать свою власть.
«И поэтому нацепил мне на руку драконий браслет? Ну, конечно. Не боится он. Вот погоди, найду твое слабое место, тогда взвоешь».
— Кстати, познакомься, — продолжил он. — Это Милен. Твоя личная служанка, которая будет с тобой повсюду.
Только сейчас Агата обратила внимание на миниатюрную девушку в льняном платье и коричневом переднике. Ее светлые волосы были заплетены в простенькую косу. Милен стояла, потупив взор. Кроткая, послушная и запуганная. Принцесса поймала себя на мысли, что когда попала в этот мир, тоже была забита и боялась каждого шороха. Теперь у нее не имелось такой привилегии, как возможность побыть слабой. Агата должна стать сильной, храброй, беспощадной и сообразительной, как сестра.
— Она тоже на кровной магии? — скучающим тоном спросила принцесса.
— А нужно?
Ухмылка короля не предвещала ничего хорошего. Кровная магия делала из подданных Гордея марионеток. Из-за этого их предал Чернобур, и Агата превратилась в разряженную пленницу. Это означало бы, что ослушаться его Милен не сможет.
— Мне и так не сбежать, ты сам это знаешь. Но я рада, что у нас начались хоть какие-то продвижения с доверием, дядя. Всю жизнь я воспитывалась в приемной семье и хотела найти биологическую, так что… Нет, в кровной магии потребности нет.
Ей нелегко давалась ее новая роль в этом королевском спектакле.
Но так было нужно.
В первые дни Агата огрызалась на Гордея, стоило ему только заикнуться про Велену, за что она получила несколько сильных пощечин и оказалась в тюремной камере. Принцесса до сих пор вспоминала вонь и лютый холод маленького помещения в подвалах замка. Посидев несколько дней в темноте и голоде, она пришла к выводу, что истериками и вспышками характера ничего не добьется. Из камеры уже вышла с прямой спиной и холодным расчетом. А Гордей был уверен, что просто сломил племянницу.
— Ты права, дорогая. Если бы я с каждого требовал кровную клятву, то когда бы правил? — Гордей картинно развел руками и расплылся в широкой улыбке. — Девочка и без этого очень верная. Правда же, Милен?
Та кивнула, не поднимая глаз. Служанка ассоциировалась у Агаты с забитым мышонком.
— Милен, а кто ты из сословий? — спросила принцесса.
— Ну, что молчишь? Тебя спрашивают, бестолочь! — рыкнул Гордей.
— Человек, — голос Милен звучал очень тихо.
Агата пару раз хлопнула ресницами, в голове переваривая услышанное.
— Ты приставил ко мне человека?
— Могу подобрать кого угодно. Только скажи, Мирослава.
Это непривычное имя резануло слух. Но оно было истинным, данным ей при рождении.
— Нет. Человек сойдет. — Агата безразлично махнула рукой. — Так будет даже привычнее.
— Вот и отлично. Теперь у тебя будет послабление в виде прогулок по замку и в саду. А теперь выбирай наряд. Наши гости прибудут уже скоро. Ты должна блистать, моя милая.
Агата одарила короля самой сладкой улыбкой, на которую только была способна.
— Непременно.
С Гордеем это лучшая тактика. Покорность и лесть. Все нутро драконихи протестующе рычало, желая взбрыкнуть и возразить. Но нельзя.
Она проводила спину дяди взглядом, пока тот не скрылся за дверью, а потом взглянула на небо за окном. Там стремительно собирались свинцовые тучи. Погода на Гардарике порой была непредсказуема, но в последнее время стала еще более капризной, словно и природа ждала чего-то.
***
Одежда охотника уже давно стала сырой из-за дождя, несколько медных прядей прилипли ко лбу.
Благо около года назад Велена снабдила всю сталь Радегаста драконьими защитными символами, и вода была нипочем его метательным ножам, которые с глухим стуком входили в дерево. Сейчас противная погода совсем не волновала Рея — под таким именем его знали в Сопротивлении. Накинув на голову глубокий капюшон, он раз за разом метал излюбленные узкие ножи.
Очередной вошел четко в середину импровизированной мишени, вырезанной на коре.
— Другого места, естественно, не нашел?
Из густых зарослей вынырнул Мечеслав, чаще именуемый в рядах Сопротивления Кречетом. Увидев, чем занимается его друг в одиночестве под дождем, оборотень нахмурил брови.
Охотник же даже не собирался прерывать свое занятие — еще один нож с глухим стуком вошел в ствол почти по рукоять.
Мечеслав подошел ближе, оценивая степень попадания. На его коротких волосах блестели капельки воды.
— Хотелось освежиться, — буркнул Рей, понимая, что друг детства не отстанет, и надо сказать хоть что-то. — И побыть одному.
— Хоть в замок Гордея не скачешь. — Мечеслав засунул руки в карманы своих темно-зеленых плотных штанов. — И на том спасибо.
— Если честно, хотел. Но на ваше счастье, я еще не растерял последние крохи разума.
Еще один нож вошел в ствол, чуть не чиркнув по плечу оборотня, мужчина даже не дернулся.
Метательные снаряды охотника наконец-то закончились.
Весь напряженный, как тетива натянутого лука, Рей пошел вытаскивать ножи из бедного дерева, на котором решил сорвать злость и отвлечься от невеселых мыслей.
— Мы вытащим ее, — ободряюще сказал оборотень.
— Знаю. Я ее в замке не оставлю.
— Приятно слышать, что ты не расклеился.
— Если расклеюсь, чем это поможет? Поэтому коплю злость. Она еще пригодится.
— Не боишься взорваться?
— Плевать, — голос охотника звучал как никогда твердо и зло, глаза сузились, охотник помимо воли покрутил в пальцах один из ножей. — У меня ее отняли! Похитили прямо из-под носа.
Рей стиснул челюсть.
Этого Мечеслав и боялся, что названый брат взорвется, ведь охотник крепко влюбился. Сейчас его девушка находилась далеко, предположительно у психопата Гордея. Они ждали подтверждений из Великограда — им нужна была более точная информация о ее местонахождении и условиях плена. И пока они этими сведениями не располагали, это сводило Рея с ума.
В последнее время он практически не выпускал из рук свои ножи.
А ведь как раз перед похищением они с Агатой решили быть вместе. Даже суток не прошло после этого, а охотник ее потерял.
— Пойдем в Цитадель. А то заболеешь и спасать нашу занозу не пойдешь. Скади тебя не выпустит, пока не вылечит до конца. Под замок посадит и цепями свяжет.
— Она может попробовать. Только ей меня не удержать. Ни замком, ни стенами.
— Радегаст…
— Знаю! И, как видишь, держу себя в руках. Как минимум стараюсь.
— Скоро мы узнаем наверняка… — тихо сказал Мечеслав и повернулся в сторону Цитадели, чернеющей на утесе. — А когда мы ее вернем, тебе еще предстоит не очень приятный разговор с Владом. Ведь он оказался старшим братом не только Велены, но и Агаты. Теперь вы с Кано в одной лодке.
— Пусть катится в пекло! Где этот старший брат, когда он так нужен?!
Глава 3.Тени прошлого.
13 лет назад, сектор оборотней…
— Ты жульничаешь! Может, бракованные подсунул?
В очередной раз Мечеслав метнул нож в мишень. Как назло, уже битый час ничего не выходило. Еще и Радегаст, попутно подтрунивая над другом, не давал поблажек, даже несмотря на то, что оборотень впервые решил попрактиковаться в этом занятии.
Мечеславу давалось легко владение практически любым оружием, кроме этих треклятых ножей. А у мага метать получалось так же естественно, как дышать. Но на этом таланты Радегаста не ограничивались. Благодаря предрасположенности к магии земли, он мог совершенно бесшумно подкрадываться, что частенько использовал в хулиганских целях. Отсюда пошло его прозвище "охотник".
— Все, сдаюсь. Как у тебя это получается?
— Играючи, — усмехнулся маг и одним резким движением отправил нож в полет, вогнав его в центр мишени и не забыв при этом победно улыбнуться.
Когда он пошел собирать их метательные снаряды, то взгляд зацепился за стайку девушек, стоящих рядом с хозяйственными постройками. Они о чем-то весело болтали и хихикали, периодически поглядывая в сторону парней.
— Ты и внимание привлекаешь играючи, — весело сказал Мечеслав.
— Кто бы говорил. Ты же кровный брат следующего Альфы. Завидный жених. Куда мне до тебя.
— Не нужен мне никто.
Оборотень потупил взор.
