– Да, оставь. Включи режим фонаря.
Из коммуникатора вырвался луч света. Я подробно осмотрел отсек. Все: космопылесос, пустые, и уже заряженный магазины со сферами зарядов, даже ключ-активатор АИГРЫ находились на своих местах. Тогда чем же нас с капитаном приложило? Тут на стене я увидел место удара тушки капитана. Получается все-таки, что это мы приложились. И если принять тот факт, что я стоял перед трубой, заполненной анти-инерционным гелем, то или корабль во что-то влетел, но тогда все незакрепленное должно было улететь по инерции, а корабль бы от такого удара точно бы разлетелся на части, или что-то толкнуло нас с капитаном, не затронув всего остального. А учитывая, что я пролетел несколько десятков метров геля, это как же нас швырнуло? Штурмовикам во всем облачении при падении с нескольких километров хватает 1.5 метра геля, при этом их выстреливают вниз. Я осветил то, что осталось от капитана, и меня передернуло. Мда-а-а, как под мгновенный пресс попал, сначала сжало, а потом отпустило. Надо посмотреть, что на палубе, и найти техников. Переборки и гермодвери ожидаемо не хотели работать в автоматическом режиме. Слава богу, Трак показал мне, как пользоваться ручным режимом. Из-за экономии нашего капитана на рабском этаже часто отключалась автоматика дверей. Вот и от жадности Джага есть польза, а то бы стоял и смотрел на двери, как баран на новые ворота.
На палубе меня ожидала еще более странная и жуткая картина. Живых тут не было. Были много похожих блинов, парящих в окружении крови. Нарезанные частями ошметки тел, после ударов об стенки корабля и борта, ставшие блинами поменьше. Обычно прозрачный видовой иллюминатор шаттла был покрыт изнутри чем-то красно-коричневым. Я почувствовал, что тут заметно холоднее. Еще не холод, но и не нормальная температура. В принципе логично. Корабль остывает, а палуба – это крайний отсек, имеющий открывающуюся аппарель. Хорошего в этом мало. Я, конечно, не знаток космических кораблей, но то, что за 15 минут такого не должно было произойти – это факт. По всей видимости, я был в отключке довольно долго. И раз никто еще не появился, то по всей видимости, размазало всех, и только я умудрился уцелеть. Надо двигать к реактору, и смотреть, что можно сделать самому. В противном случае я буду завидовать тем, кто уже мертв. Все-таки они умерли мгновенно, а мне, если я не запущу реактор, придется замерзать. Хотя и при работающем реакторе – я не понимаю, что буду делать, но, как говорится, «Слона надо есть по частям».
Вход в реакторную поддался намного тяжелее, толщина двери придала ей массы, и хоть на корабле и была невесомость, масса от этого никуда не делась. Это стало еще одной не самой хорошей новостью. Я по своей наивности думал, что в невесомости смогу передвигать все, что угодно, ан нет, не раздвинуть мне боты руками, и не передвинуть шаттл. Ну и хрен с ними. До того момента, как я решусь покинуть корабль, еще надо дожить, и понять, куда лететь, и долетит ли шаттл. Может, мы вообще еще в гипере! Табло управления реактором было активно и показывало, что реактор остановлен. Батареи запуска были частично разряжены. Пока я разбирался, что к чему, уровень заряда батарей просел еще на 1%. Что за ЕПРСТ! Мне еще утечки энергии не хватало! Нажал на массивную кнопку ручного запуска. Засветилась планка с надписью:
«Штатный запуск не возможен»
???? И что делать? Штатный невозможен, значит, надо понять, как запустить не штатно, или как тут у Оморо это называется? Через минуту поисков нашел переключатель «штатный/аварийный». Похоже – то, что надо. Перевел на аварийный. Панель потускнела, уровень батарей упал в два раза, но еще не дошел до красной зоны.
– Ну, господи, помоги! – Сказал я, и нажал кнопку ручного запуска.
Что-то прошелестело, потом еще раз, и ура-а-а! Панель засветилась нормально и появился свет в помещении, правда притушенный, но на то он и аварийный запуск. Панель несколько раз моргнула, и на ней пошли строчки:
«Произведен аварийный запуск.»
«Реактор находится в режиме ручного управления.»
«Обнаружен искин управления реакторной установки.»
«Контроль стабильности реакторной установки передан искину реакторной установки.»
«Обнаружено нештатное отключение ректора, произведенное 4 стака 2683 тика назад. Причина остановки не определена.»
«Реактор готов к переходу в штатный режим.»
«Для перехода в штатный режим необходимо подключить корабельный искин.»
«Подать питание к корабельному искину.»
«да / нет»
Так так так, штатный режим – это хорошо, но тогда корабельный искин возьмет управление доступа на себя, и я ни куда выше этажа рабов не поднимусь, мне будет заблокирован доступ почти везде, а этого мне сейчас не надо. Я сложил руки на груди, и свет из наручного коммуникатора полоснул по глазам. Блин… Я совсем забыл, что у меня не просто фонарик, а полноценный блок управления со своим искином. Привык, что самое технологическое, доступное мне – это швабра.
– Искин, выключи фонарь. У тебя есть данные об установленном на корабле реакторе?
– В доступе базовая информация, какой раздел интересует?
– Ммм, не знаю по поводу разделов, меня интересует – чем отличаются режимы работы реактора, или правильнее сказать реакторной установки.
– Режимы работы реактора: запуск, разгон, номинал, форсаж, отключение, самоликвидация. Режимы работы реакторной установки: штатный, аварийный. Аварийный возможен в двух режимах: ручной и управляемый.
– Так, тогда интересует только реакторная установка. Штатный режим доступен без корабельного искина?
– Нет. Без использования корабельного искина доступен только аварийный – ручной.
– Чем отличаются режимы? Что я смогу сделать в ручном?
– В ручном режиме не используется корабельный искин, нет доступа к питанию двигателей корабля, к системам вооружения, все системы корабля подключаются и отключаются по выбору оператора системы управления. Аварийный – управляемый – применяется при нестабильной работе реактора и угрозе взрыва. Для осуществления полета и или ведения боя необходим штатный режим.
– То есть в ручном режиме я смогу активировать все системы корабля, кроме двигателей и оружия?
– Да, если не установлены дополнительные ограничения.
– Так. Хорошо. А теперь по искину корабля. Я могу управлять корабельным искином?
– Корабельным искином может управлять капитан корабля, его заместитель, производитель корабельного искина.
– Нет, не то. Меня интересует – смогу ли я управлять кораблем в случае активации корабельного искина?
– Какой статус присвоен пользователю?
– Хм. До аварии был раб. Сейчас, скорее всего, – единственный выживший.
Искин немного подзавис, но выдал:
– С вероятностью 99,999% корабельный искин заблокирует доступ пользователя полностью. Отключит системы жизнеобеспечения. Переведет все в режим консервации, и до введения «ключа кода доступа» будет находится в режиме гибернации.
Совсем не весело.
– Где можно взять этот «ключ код доступа»? И как он вообще выглядит?
– «Ключ код» – это последовательность символов, которую надо передать корабельному искину. Это можно сделать, передав ключевой пакет через любое устройство связи, подключив «ключ код» к терминалу корабельного искина. Обычно ключевой пакет хранится в личном коммуникаторе капитана. А «ключ код» должен храниться в его каюте.
Ага, а доступ к файлам капитана – в тебе, я могу получить с его же – искина – разрешения. Ну, будем надеяться, что найдем сам ключ.
Нажимаю на терминале:
«нет»
«Выбран режим аварийный/ручной.»
«Определите подключаемые к питанию системы корабля.»
И началось. На то, чтобы разобраться с этим, потратил пару часов, в итоге: восстановил защитный шит, включил систему жизнеобеспечения, в которой, как оказалось, отдельно устанавливаются параметры каждого отсека. Подключил питание на палубу и разрешил зарядку ботов, подключил все технические дройды, и дроны обслуживания. Запитал синтезаторы и переработчик. Включать питание дверей и гравитацию на корабле пока не стал. Двери пока буду открывать ручками, по-нашему, по земному. И блины из тел и жидкостей пока попарят в воздухе, если включить гравитацию – придется все собирать, почти как в медбоксе за пленниками. Вспомнил про молодую девушку, которую сегодня перенес в клетку для интернированных, и посмурнел. Пленники, скорее всего, тоже все погибли. Чертовы пираты. Пора обследовать корабль, а то, может, я все-таки не единственный выживший. Естественно, хотелось проверить рабов, но решил сначала проверить оружейную. Раз пошла такая пьянка – надо не упустить свой шанс. Если встречу пиратов – буду с удовольствием поздравлять их порциями зарядов. Проскочив дверь в тех отдел, открыл оружейную. «Вот оно – счастье.» Рядами стояли штурмовые комплексы, винтовки, ручные станеры-парализаторы, дробовики, пистолеты. В ящиках лежали различные гранаты. Вдоль левой стены на фиксаторах висели боевые скафы, предназначенные не столько для сражений в открытом космосе, сколько для планетарных операций и абордажных сражений. Нежно погладил боевой скаф и хищно улыбнулся. Теперь повоюем. Я совершенно не подумал о том, что мое тело не совсем совпадает с телами Оморо. Помучавшись 15 минут, расстроенным уселся напротив скафа. Повоевал блин…
– Искин! На корабле есть боевое обмундирование для моего тела?
– Мне не понятен вопрос? У меня нет параметров оператора Федора. Оператор Федор отличается от расы Оморо?
– Естественно, я человек, human, как нас называли Оморо.
– Оморо тоже относятся к виду human. Но расы human могут существенно отличаться физически.
– И как тебе их предоставить? В смысле мои параметры?
– Оператор Федор может разрешить использовать режим сканирования. Кроме получения данных оператора Федор, этот режим существенно ускорит накопление данных об аварии, и даст возможность быстрее и больше помогать оператору Федор.
– Так. Называй меня Федор или на крайний случай оператор. Ты же не обращался к капитану оператор Джага?
– Хорошо, Федор. Настройки предыдущего оператора в данный момент не доступны. Я не знаю, какое обращение было выбрано предыдущим оператором.
– Хорошо, хорошо. Включай режим сканирования.
На коммуникаторе засветился значок, похожий на знак земного радара, только с тремя плоскостями, уменьшился и убрался вверх экрана, где его было еле видно.
– Федор, у тебя довольно распространенные параметры тела. Все технологичное обмундирование может адаптироваться под тебя. Но тут есть проблема. У тебя нет нейросети. Скафандр просто не получает данных – к какому типу human он должен адаптироваться. И кроме того, из-за отсутствия у тебя нейросети, и, соответственно, базы знаний «Боевые скафандры», представленные здесь скафандры почти бесполезны для тебя. Ты не сможешь активировать сервоприводы. Не сможешь включить интеграцию костюма с нейросетью. Тебе придется преодолевать сопротивление механизмов скафандра.
– О ЕПРСТ! Что еще за база знаний?
– Для управления почти любыми технологичными устройствами, механизмами, оборудованием необходимы соответствующие базы знаний, и маркер их успешного освоения. Этот маркер передает нейросеть при подключении к устройствам.
– И что я могу использовать?
– В этом отсеке для тебя доступно оружие, за исключением штурмовых комплексов. Я бы рекомендовал использовать Буд и Энергопистолет, – дробовик и пистолет подсветились слегка зеленым цветом.
– Буд – это орудие для ближнего боя, его можно зарядить минизарядом станера.
Один из рядов коробок с патронами засветился сине-фиолетовым.
– Энергопистолет Di 05 – использовать в качестве летального оружия. Еще можно использовать Игольник, но при встрече с защищенными целями он неэффективен.
– А какие еще есть патроны для этого Буда?
– Есть разрывные, подсветка красным. Зажигательные – алым, плазменные – ярко голубым, и расширенного поражения, – черными точками окрасило последний вид коробок с патронами, расположенными возле Буда, – Но использование этих патронов на корабле не рекомендуется.
Ого, не слабая игрушка, даже плазмой может стрелять.
– Согласен, – сказал я, и, взяв дробовик – понял, что он не на мою руку.
– Положи на стол рядом со стойкой, нажми и удерживай кнопку на торце приклада 10 тиков, -подсказал искин.
Стоило положить Буд на стол – он засветился белым. На прикладе подсветилась зеленым кнопка. Нажал ее – и оружие раскрасилось. Пистолетная рукоять и цевье горели красным, скоба с курком – синим, складной приклад – желтым.
– Красным горят те элементы, которые необходимо заменить. Синий цвет – элементы надо переместить, желтым – замена по желанию. Прикоснись к красным элементам.
Я нажал на выделенное красным, и они словно выплыли из Буда. С правой стороны от оружия открылся ящик – в нем лежало цевье и пистолетная рукоятка. Явно под мои руки. Поменял местами, и части стали единым. Прикоснулся к курку со скобой, и она плавно поменяла место. Нажал на приклад. Ящик справа поменялся, и мне предложили приклад меньшего размера. Снова поменял местами, и все стало идеально для меня.
– Теперь адаптируй энергопистолет Di 05. После чего под новый размер необходимо подобрать энергоячейки.
Я адаптировал под себя энегопистолет. Поменял на меньший размер энергоячейки.
– Круто, а так со всем можно?
– На корабле установлены адаптивные комплексы вооружения. Все, кроме штурмового комплекса, можно адаптировать к разным расам. Для штурмового оружия на корабле нет адаптивного комплекса. Но на станциях и планетах это можно сделать и с ним.
– Ладно, а что с броней?
– В отсеке технической мастерской должны быть скафандры техников. Это не полноценная замена боевого скафандра, но для их использования, без специального оборудования, не требуется нейросеть и соответствующая база знаний.
Повесил на плечо дробовик, зарядив его предварительно. Пистолет за пояс. Взял в охапку патроны и энергоячейки, двинулся в тех отдел. Там, слава богу, летающих блинов не было, и действительно были скафы техников. Не такие грозные, но все равно это скаф! С простенькой – но броней. И в случае, если где-то разгерметизация – он защитит от вакуума. С адаптацией тут помог наручный искин, передав стойке, к которой были присоединены скафы, мои параметры. Скафы ужались и по ширине, и по высоте, рукава подтянулись.
– Итоговая настройка будет проведена после облачения, – сказал искин.
Я полез в скафандр. После мучений с боевыми скафами, тут оказалось все просто. Низ одевался как штаны, потом натягивались рукава. Затем надо лечь на раскрытую, как ракушка, кирасу, к которой после закрытия автоматически притягиваются и низ, и рукава. Кираса становится эластичной. Шлем, чем-то похожий на мотоциклетный, просто одевается сверху, после чего все это слово ощупывает тебя, подстраиваясь под индивидуальные особенности тела. Минута, и вуаля! Было немого непривычно. Все-таки чувствовалось, что ты не в комбезе. Это как будто ты в пуховике, который твое тело облегает со всех сторон, даже ноги, стопы, кисти.
Пистолет в технологическую кобуру на бедре. В нее же вставляются 6 энергоячеек. Чтобы взять пистолет – просто прикладываешь к кобуре открытую ладонь, и пистолет словно вплывает в руку. Обратным движением пистолет возвращается. Каждый раз кобура проверяет заряд, и, если надо, перезаряжает пистолет. Технологии – ёпт!
– Все, я готов.
– Активировать магниты на подошве? Так ты сможешь ходить по кораблю, а не перелетать с места на место.
– Конечно, – и меня тут же примагничивает к полу. Немного походив, привык к магнитам, – Выдвигаюсь.
Поднимаюсь на рабский этаж. Сначала мед бокс. Там пусто. Трака тут не было во время аварии. Иду в отсек для интернированных. Вот тут все как ожидалось, и даже хуже. Трак, судя по кускам костюма, оказался тут. Но его хоть и разрезало напополам, все-таки тело в большей части оказалось внутри комбеза. А вот девушку и мужика от удара разбило на мелкие куски, которые неравномерно плавали по всему отсеку. Что же творится в отсеке с пленниками, их там еще 13 душ оставалось? Проверил блины Трака. Снял коммуникатор, его ключ доступа. На всякий случай прихватил с собой его нагрудный знак. Здесь все. Пошел в отсек рабов. Вот тут я увидел то, что пытаются показать наши киношники в жутких ужастиках. Весь отсек был заполнен маленькими кровяными дисками, в воздушной смеси парили частицы крови, кала, мяса, чего-то сине-зелёного. Кусков, больше размера ячейки клетки не было видно. Скорее всего, людей накромсало через ряд из 30 клеток, а потом то, что получилось, размазало об стену. Несмотря на то, что я не ел уже очень давно, желудок не выдержал, и искин вовремя открыл бронесферу. Меня вывернуло по полной. Я закрыл дверь. Тут пусть убираются роботы-уборщики, после того как включу гравитацию. ЭТО – я точно не смогу убрать.
Переход в жилую зону. Каюты закрыты. Где-то в конце коридора, возле кабинета капитана, плавает кровавый блин. Начинаю проверять каюты справа и слева, продвигаясь к кабинету. Почти во всех каютах пусто и чисто. Только в двух был полный комплект, по два кровавых сплюснутых цилиндра. Этих приложило плашмя. Вижу лестницу в низ. Оказалось, что рабский этаж – это только небольшая часть этажа. Остальное занимает зона отдыха и гигиены команды. Туда буду спускаться после того, как проверю все на этом. Добрался до кабинета капитана, и вот тут меня ждал сюрприз. Дверь не открывалась. Механизм ручного открытия не реагировал, от слова «вообще». Помучавшись с гермодверью в капитанский кабинет не менее получаса, решил проверить последнюю дверь, которая была по центру коридора, и по идее должна вести в рубку. И «снова здорова» – эта дверь также была словно заблокирована.
– Искин, ты знаешь, почему эти двери не открываются?
– Рубка корабля скорее всего стоит на блокировке. Это стандартная практика на военных кораблях. Причина блокировки двери капитанской каюты мне неизвестна. Для снятия блокировки рубки предусмотрен форм ключ, который вставляется в отверстие над гермодверью. Он должен быть у капитана, и все время, пока капитан на борту, ключ должен находится при нем.
– А ключ большого размера? Я не помню, что бы в капитано-блине что-то еще было.
– Данный ключ – это цилиндр, 2 на 20 диров.
– А дир это сколько?
С правого плеча включился голопректор, и передо мной повис цилиндр 1 на 10 в сантиметрах.
Ну что же, надо проверить зону отдыха и гигиены, и можно возвращаться к капитану, искать в нем ключ. Пока возвращался по коридору до лестницы, спросил искина:
– Почему ты назвал кабинет капитана его каютой? Я был там и видел там только стол и шкафы.
– Ты видел деловую часть каюты. Там есть вход в жилую часть каюты, скорее всего он был выполнен в виде декоративного элемента.
– Круто же жил капитан.
Я спустился на этаж и открыл дверь явно в кают-компанию. Это был большой зал с эргономичной под тела Оморо мебелью, включенным почему-то головизором, который показывал выступление Оморского артиста, двумя кровавыми геометрическими фигурами, и комками какой-то грязи в вперемешку с зеленой субстанцией.
– Федор! Тут стояло одно из двух растений на корабле. Второе стоит в каюте капитана, в кабинете, как ты его назвал, – сказал искин, и голопроектор нарисовал контуры цветочного горшка и растения на том месте, где сейчас ничего не было.
– Скорее в его вот та грязь с зелеными кусочками и есть некогда стоящее тут.
– Исходя из собранных данных по аварии вся органическая (живая) материя подверглась сильнейшему кинетическому воздействию в результате удара об элементы корабля. Уровень воздействия запределен. Как ты смог выжить?
– Ну в момент аварии я стоял прямо перед заполненной АИГРой.
