–
Я свои… м… всякому не показываю, – подмигнул Горан.
–
Иди ты в карьер, тоже мне технадзор… – буркнула рыжая и сложила руки на груди.
–
Да не гуди, Горан я, техник второго разряда, из седьмого сектора еду. – Горан достал жетоны и показал барышне.
–
Я, Таша, – ответила она, – далеко же тебя занесло…
–
Говорю же, должника ищу.
Рыжая свистнула, из пролеска выкатился квадрик с рамой под крышу. На раме были прикручены какие-то тюки и пластиковый ящик размером как раз под колобка.
–
Так что отдашь мне курьера
?
– безнадежно спросила техничка.
–
Банда твоя… – помолчав ответил Горан, – пять охотников
?
Один гном, кажется, и один эльф остроухий, так?
–
А ты откуда знаешь
?
– снова удивилась лиса.
–
Сто двадцать верст на юг застава есть… была. Там слесаря нашли дохлый скаватор, а тут эти твои налетели… Короче не свезло им, какой-то колдун всех на холодец пустил.
–
Ты сам видел
?
–
Нет… – задумчиво сказал Горан. – Начальник заставы рассказал. Он всё видел, еле колеса унес.
–
Ясный фугасный… Ну тогда поехали к Ахмеду, сам ему и расскажешь.
Горан встал с курьера, шлепнул его и тот сразу припустил по колее к мосту, поднимая клубы пыли.
–
Не могу мадам, техничка, – хмыкнул Горан, – мне в Петровское надо, меня Барон Заруба ждет.
–
То должника ищешь, то барон ждет..? – недоверчиво посмотрела на него Таша.
–
Прямо-таки изождался весь. Ахмеду железный привет. Бывай техничка… – улыбнулся на прощание Горан, и пошел под мост завтракать. Рыжая осталась стоять в недоумении
.
Спустившись к ручью, Горан услышал, как Таша с кем-то говорила по радио, потом квадрик завелся и уехал. Горан умылся в ручье под мостом и вернулся к Уралу. Вдруг техник заметил какое-то шевеление под спальником. Он присел и осторожно откинул затертую брезентуху, под ней тихо сидел тот самый курьер. Горан проверил медальон с солнцем, тот был выключен. Техник погладил шар, курьер еле слышно зажужжал и открыл отсек с посылкой. Горан достал из отсека футляр с кристаллом памяти и отпустил курьера. Пошарив в сумках, техник извлёк старинный коммуникатор с пристегнутой внешней батареей и обмотанный проводами. Такие лет сто назад уже были устаревшими, но техник любил винтаж и даже из старого тостера мог пользу извлечь. Горан открыл липкую резиновую заглушку и вставил в порт коммуникатора кристалл. Над небольшим экраном появилась заставка откушенного яблока. Девайс загрузился, и техник ткнул пальцем в иконку с кристаллом. Открылось трёхмерное видео, на нём с высоты птичьего полёта была заснята обыденная сцена: погрузчик в поле наталкивал в КамАЗ палеты с зерном, а пара работяг ему помогали. Вроде ничего необычного. Внезапно погрузчик задрожал, дёрнулся, будто что-то в нём сломалось, развернулся и покатил на мужиков. Сначала он раскидал их по сторонам, как военная техника делает, а потом одного проткнул вилами, другого саданул мачтой и переехал несколько раз, пока у бедняги башка не лопнула с брызгами. Следующее видео было с какого-то склада. Там восьмиколёсный разрушитель, кажется, «Либхер», тот, что с огромной клешней, среди ночи проснулся, стал вертеться на месте, снёс крышу и стал биться в опоры, как дурной. Потом разогнался, задел дозер, перевернулся и захлопал клешней об землю, как раненая птица крылом. В забытьи он покончил со стенами, от чего здание и рухнуло, похоронив его под собой. Третье видео было снято камерой наблюдения у водозабора. Молодой дозер спокойно ровнял гравий у цистерн, как вдруг, аналогично с первым видео, задрожал, развернулся и поехал к дамбе. Набрав скорость, дозер снёс ограждение и вонзился ковшом в стену дамбы. Однако этого ему показалось мало, он стал ездить взад-вперёд, пока не пробил в дамбе брешь. Судя по тому, что видео было ускорено, дозер плющило пару часов. Вода хлынула из бреши с такой силой, что унесла корчащийся от судорог дозер куда-то за экран. Горан нажал на стоп и вернулся к первому фрагменту, с погрузчиком. Он пальцами приблизил часть изображения, где была видна кабина животинки, и заскринил кадр. Техник пересмотрел остальные случаи ещё пару раз, и его подозрения подтвердились. У всей взбесившейся техники были признаки заражения зелёным колдунством. Зелёные габариты у дозера, зелёное свечение фар погрузчика, зелёные отсветы от разрушителя на складе. «М-да, тут уже система проглядывается…» – подумал Горан.
Горан полистал каталоги в кристалле. Оказалось, что там подобных видео, снятых в разных местах, ещё несколько штук. Один эпизод Горана особо удивил: квадрокоптер атаковал патруль на границе территории Барона Зарубы и Князя Терпкого. Служивые проверяли торговца на запрещёнку, как вдруг на них спикировал коптер-надзиратель. Он как-то умудрился сбить защиту винтов и нашинковал погранцов, купца и весь скарб в мелкую кровавую соломку. Видео было снято внутренней камерой коптера, так там тоже что-то зеленое поблескивало. Судя по всему, коптер тоже самоубился под конец.
Техник почесал репу и задумался. Кто мог прислать кристалл? Кто собрал все эти видео? Почему кристалл прислали именно ему? Горан посмотрел свойства видео, проверил электронную подпись, логи, никакой информации о владельце, вообще ничего, будто подчистил кто. Техник выключил коммуникатор, вынул кристалл и сунул в сумку. Мутная история, но одно можно было сказать точно: кто-то осознанно травит технику, причём не разбирая границ. Логично предположить, что есть какой-то странствующий колдун, тот, например, что в коричневой рясе. Ездит он по городам и весям, заражает зеленью технику, а та кромсает людей и всё вокруг, а потом самовыпиливается. Но зачем кому-то такое творить? Если колдун хотел убить слесарей с заставы или самого Горана, мог бы своим энергетическим оружием воспользоваться сразу. А если цель не слесаря и не Горан, тогда какого стропореза это было?
4. Петровское барокко
При въезде в Петровское очереди почти не было. На воротах стояло с пяток полусонных вояк, которые лениво лопатили приезжих. Горан показал им свои техничьи жетоны, бойцы сверили номера в своем коммуникаторе и дали разрешение на въезд. Правда, предупредили техника, чтобы он не лез в драки, а не то сраканами выпрут за стену. Горан поблагодарил охрану за гостеприимство и въехал в город.
Петровское – город небольшой, но колоритный. Говорят, до «конца света» тут был и речной вокзал, и ж/д станция. А когда накрыло, народ попрятался. Но свято место, как говорят, лысым не бывает, и жизнь постепенно вернулась. Из трупов старых поездов торговые ряды сделали, а сам вокзал превратили в резиденцию местного барона. Сейчас сей трон занимал барон Заруба.
Что можно сказать о местном устройстве? Петровское – городок в большей степени купеческий, однако есть в нем и развлечения. Небольшой цирк шапито с железными конями, дрессированные коптеры под куполом и машина предсказаний. Циркачи, по слухам, ее у жрецов Великого Рандома отжали. Другие же говорят, что жрецы сами машину отдали для привлечения новых адептов. Храм Великого Рандома находится на центральной площади, напротив резиденции Зарубы. Такой себе маяк, выкрашенный красными и синими полосами, с лампой в тридцать киловатт на крыше. В окнах храма пестреют витражи, на которых Рандом вселяет души в мертвую технику, лечит людей и ходит по небу аки по суху. Самого Рандома никто и никогда не видел, хотя жрецы утверждают, что их первый епископ по имени Кажись был с ним знаком лично и даже говорил с ним. Жрецов люди зовут фонарщиками, потому как у них, кроме амулета с маяком на груди, на посохах, гнутых буквой «Г», висит фонарь, как символ немеркнущего света Рандома. Жрецы носят по свету благую весть о скором пришествии Великого. Тогда, мол, люди и техника объединяться и станут одним видом. Главное – помнить, что по вере их люди, славящие имя Рандома, в следующей жизни станут вертокрылами. Тех же, кто отрицал Его, ждет перерождение в говновозы. Херота, конечно, но звонкой монетой полнится.
Прихожан рандомно благословляют за три монеты, отпускают грехи за пятьдесят, а если технику освятить, ребенка и заодно дом, то в пару сотен монет вполне можно уложиться. Однако есть нюансы. Деньги платят вперед, а благословляют лишь тех, рядом с кем загорелся фонарь служителя культа. Ведь «по воле великого Рандома» фонарь зажигается лишь в присутствии «чистых», коими чаще всего являются чиновники, воеводы, ну и сам барон Заруба, бесспорно.
Есть у Рандома и конкуренты. Культ демона Лапласа. Он не так суров. Жрецы Лапласовы скорее верят во всяческие пророчества, видения и тайные знания. Знак у них – уроборос (змея, жующая свой хвост). Символ того, что демон вечен и ему всё известно. Храм у Лапласа – квадратное здание с четырьмя входами, говорят, переделан из бывшей общественной бани. В центре храма стоит постамент со всякими ручками, а над постаментом висит диаметром в сажень зеркало двухстороннее, обрамленное тем же уроборосом. Во время молебнов там белый шум показывают, в котором жрецы видят всякое. Жрецы Лапласа не ждут его пришествия, ибо он вечен и вездесущ. Ну и от рандомных далеко не ушли. Все пугают, что, мол, кто против демона вякнет, тех он покарает огнем и говном. Лапласовы не любят рандомовских, а те никого не любят. Так что всё как у древних людей.
Сам же Горан никогда не был религиозным, как и все техники. И тут было две основные причины. Первая: ты не можешь ясно мыслить, если нужно помочь представителю конкурирующей «веры». И вторая, как говаривал технадзор Радич на втором курсе: «Любая религия – это инструмент управления массами, опиум для народа», а техник должен быть свободным и беспристрастным. Так что перед техником все были равны, хоть лапласовы, хоть рандомовские, а хоть староверы какие. Впрочем, ничто человеческое Горану было не чуждо, и в нем жила вера. Маленькая, карманная, ни на что не претендующая надежда, что всё в мире не просто так, и за жизнью, и за смертью кто-то или что-то стоит. Так сказать, у любого следствия должна быть причина, если что-то движется, значит, кто-то его сдвинул, и если у одной жизни разум больше, чем у другой, значит, есть и верхний разум. Так как-то незатейливо однажды родилось у Горана в голове, да так и осталось.
Но вернемся к в Петровское. В городе есть гарнизон в пятьсот штыков со своим техником и парой эльфов-обслуги, а колдуна у них своего нет. В разных землях классификация разная, но чаще оно так: колдуны изобретают разные концепты, а эльфы из концептов делают технологии. Среди эльфов не встретишь колдунов, а среди колдунов всякие встречаются. Разница меж ними как между техниками и слесарями. Слесаря они про гайки крутить обычно, а техник про понимание устройства. Техников с детства растят и генетически меняют, чтобы выживаемость повысить. А слесаря в основном по манускриптам учатся «почини-продай». Горан не очень любит колдунов, ибо, как говаривал старший технадзор, «от колдунов все проблемы в мире». Они часто нарушают законы мироздания и естественности. В общем, болт резьбу сломит, если влезать в эти дебри.
В Петровском есть где кости бросить. Пара пабов да бордель «Жаровня» с техническими бабами. Барон натуральных держать запретил. Бордель, конечно, на любителя, но у кого бабки есть, балуются. Принцип работы, как и везде: заполняешь форму, платишь залог, и тебе подгоняют бабу дефолтную, а если хочешь чего эдакого, нули добавляются только в путь. По фотке и лицо могут слепить. Ну и «отростков» у бабы может быть сколько скажешь, в любых местах.
Горану всегда нравились живые бабы, но первым делом он отправился в «Жаровню». Не ради праздной любви к дешевым развлекухам, а по делу. Тут был вопрос в информации. Каждая баба была как бы библиотекой слухов и новостей. Нет, можно было и к местной сетке подключиться, полистать новостные ленты, но то официал, а Горана интересовала реальность. Клиентские разговоры в борделе не записывались, по крайней мере официально. А вот неофициально даже Заруба имел доступ. Горан понятно был не лыком шит и умел получить доступ к чему надо и даже журналы посещений себе порой качал со всеми подробностями. Что часто помогало при общении с местными чиновниками. Всегда хорошо знать, чего и как тут устроено, да пару тузов в рукав затолкать. Горан оставил Урал у кормушки с килоджоулями на главной площади, подальше от «Жаровни», и кинул пару монет местному слесарю, чтобы моцикл почистили.
– С добрым, – крикнул Горан, входя в двери борделя.
– Светлого дня тебе техник, – пробурчал Цоколь, он тут смотрителем подсиживал. Цоколь любил техников, ибо монета счет любит, а тем полагалась солидная скидка.
– И тебе не хворать, брат Цоколь. Астрая в доступе? – поинтересовался техник.
– А чего ей будет? Тебе по профилю? – лениво спросил смотритель.
– Дык, ясен дрон! – бодро ответил Горан.
– 257-ой.., – промямлил Цоколь, – оплата по факту.
– А что цена? Полтос за час?
–
Налетай,
подешевело… —
недовольно процедил Цоколь и пошел открывать хранилище.
Горан сбросил в ящик смотрителя подсумок с железяками, кобуру с пистолетом, но оставил себе яблочный коммуникатор, да еще кое-что. Налегке техник поднялся по затертой ногами лестнице на второй этаж. Охранник-огр проводил его взглядом и продолжил ковырять щепкой в зубах. Здоровенный детина был одет в бушлат и сандалии на босу ногу. Башка бритая, а руки лохматые.
Огры, эльфы остроухие и гномы – результат «конца света». После тех событий много народу повымерло, а техника ожила. Разные зоны на Земле стали рожать всякую дичь. Раньше все люди были плюс-минус одинаковые, чуть отличались цветом и размером, а так один болт. А теперь эльфа или огра каждый отличит, как будто так всегда было. Эльфы остроухие, скажем, стали жить дольше и в основном идут в науки, ибо из них солдаты, как из выхлопной ружьё. Разве только снайпером. Огры – другое дело, раза в два сильнее людей, а может и в три, не мерил никто, кости толстые, лоб узкий, низкие брови, выдающаяся вперед челюсть с торчащими из нее клыками, одно слово – неандерталец по древней классификации. Многие думают, что они тупые. Но это брехня. Эльфы говорят, что мозг у огров больше человечьего, и они тоже могли бы в науки пойти, только не хотят, ибо ленивы. И на стройке огра редко увидишь, вот охранником или в гарнизон – самое оно. Жрет пол бараньей ноги в день и в штуцер не дует. А надо, так раз в сто лет сходит натолкать соседям по рыльцам и назад к бараньей ноге. Не работа, а топленый жир.
Горан зашел в 257-й, прикрыл дверь, выложил на тумбочку яблочный девайс и включил на нем режим глушилки, на всякий. Пока Астрая не пришла, техник решил отправиться в душ. Вода была прохладной и отдавала тиной. Ну чего уж пенять, чай не дворец барона.
Пока Горан отмокал под струей, к его спине, изрезанной шрамами и украшенной синими татухами солнца, шестерней, огня и черепов, прикоснулись знакомые «манипуляторы». Астрая вошла в душевую кабинку и стала слегка выминать технику спину. Горан даже замлел слегка. Сама Астрая была механической бабой высшей категории, кожа как у настоящей, только бледная, глаза черные, волосы густые до крестца, тело упругое, и слегка пухлое. Это «профиль» Горана. Костлявых он терпеть не мог.
Вода смыла усталость с тела, и техник занялся тем, ради чего пришел. Часок покувыркался с Астраей всякими способами, потом отвалился на кровать и закурил, плотняком забив трубку травами. От этого в комнате запахло ванилью, яблоками и земляникой. Астрая лежала нагая рядом с ним красивая, как богиня, расслаблена после «техники техника», как это называл Горан.
– Ко двору не ходи сегодня. Там у них разборки с воеводой Балычем. – начала Астра, догадываясь, чего ждет техник.
– Чего так? Опять награбленное не поделили? – не открывая глаз, поинтересовался Горан.
– Да нет. Балыч денег взял на корм для танков, а вчера кто-то Зарубе стукнул, что килоджоулей на два дня осталось, а Балыч давеча себе новый щит колдунский прикупил.
– Колдунский – это какой?
– Может, эльфийский, из Новодела привезли, говорят. Вроде на ремень вешаешь коробку с твой портсигар, а при активации всё тело покрывается невидимой синеватой энергией толщиной в два пальца. И ни калашом, ни гранатой ее пробить нельзя. Старый образец можно было клинком прорезать, но только если медленно вводить. Сейчас этот баг убрали.
– И где, ты говоришь, такой купить можно? – спросил Горан, затягиваясь и поглаживая спину Астраи.
– Я-то почем знаю?! В Новоделе их то ли паяют, то ли выращивают. Хрен этих колдунов разберет.
Астра пристально посмотрела на Горана, будто чего-то ждала. Горан протянул руку, взял яблочный девайс и положил его рядом с Астрой. Астра открыла заглушку на сгибе локтя и вставила провод в вену. Можно было и беспроводным способом, но так меньше шансов, что кто-то прознает, да и скорость больше. Горан ткнул в экран девайса, глаза Астры закатились и стали молочно-белые. Ее тело пронзил короткий импульс, а под кожей стало просвечивать синее оптоволокно.
– Астрая? – позвал Горан.
– Подключаюсь… Введите заклинание.
– Cnbdty__jrbyu_08011942, – посимвольно произнес Горан.
– Рут-доступ установлен…
– Сирин, главный техник заставы у д. Орехово… – дал запрос Горан.
– Сирин-техник не найден. Найден Сирин – помощник воеводы, откомандирован на заставу у д. Орехово вместо пропавшего техника Новика. 19 месяцев назад…
– От сука, а мне плел, что техник, и жетоны, мож это он Новика… – прорычал Горан, вздохнул и добавил: – Местонахождение?
– Сирин три дня как прибыл в расположение части, Петровское. Находится на довольствии в доходном доме купца Резника. Улица Главная, 6-й разъезд, дом…
Горан стал одеваться, о чем-то задумавшись. Чуть раздраженно прервал Астраю:
– Ладно, хватит из себя робота корчить. Астра, расскажи мне последние новости и кого мне подмаслить, чтобы к Зарубе попасть, есть к нему дело.
– Горан, ну чего ты? Я же шучу, – Астрая изобразила обиду, даже нижнюю губку оттопырила, но Горан не обратил внимания. После недолгой паузы Астра продолжила: – А новости такие: у Зарубы через неделю прием в честь рождения его дочки Маленки. Приедут смотреть 13-летнюю жопку соседские денежные мешки. Можешь попробовать к барону подкатить после праздника.
– Что еще?
– Еще три дня назад с фермы два погрузчика пропали, а на стройке стены над рекой кто-то увел разрушителя.
– А что на стройке разрушитель делал? Или одни строят, другие тут же ломают? Бизнес по принципу тяни-толкай?
– Да нет. Там стена уперлась в старый причал, после засухи новый состряпали, а старый так и гнил. Теперь барон решил стену строить от соседей, ну и…
Горан сидел уже одетый. В его глазах промелькнула нотка нежности.
– Спасибо, родная. Тебе налить? – техник поплескал жидкостью во фляжке.
– Налей…
Глаза Астраи снова стали черными. Она вытащила штекер из предплечья, вернула на место заглушку, отдала девайс Горану и стала одеваться.
– Слушай, Астра, а с тобой наружу можно? Ну, в принципе? – спросил техник, открутил крышку и налил в рюмку, стоявшую на прикроватном столике, той самой зеленой жижи, что вытекла из скаватора.
– Нет, Цоколь не отпустит. Разве что с задорого, – ответила Астрая, обернулась и замерла, открыв рот и выпучив глаза.
– Что? – спросил Горан, изображая недоумение.
– Это… Это же… – Астрая села, потрясла головой, как бы пытаясь взболтать мозги в черепе. Вдруг ее голос стал металлическим и жестким: – Класс угрозы 3А, радиационная опасность. Опасность! Опасность! Опасность! – в ее стеклянных глазах замигали красные огоньки. Горан с перепугу вылил содержимое рюмки обратно во флягу, подскочил к Астрае и с размаху дал ей пощечину. Астрая будто очнулась от транса. Огоньки в глазах погасли, но испуг не прошел.
