– А работа?
– Сегодня взяли человека.
– Ничего не хочешь мне рассказать?
– Мне требуется перезагрузка.
Он постоял секунд десять, глядя сквозь жену, потом развернулся и хлопнул калиткой.
Он тоже чертовски устал, но при этом не собирается сбегать от проблем. А может, ему просто некуда? Всё-таки стоит заглянуть на день рождения к Богдану. ребята собрались в гараже на стандартный шашлык с пивом. Венер как раз возвращался за Женей, её ведь тоже приглашали. Девчонки сейчас прицепятся, почему один. Но он точно не собирается говорить, что она решила разорвать отношения, пусть сама объясняется, как хочет. С одной стороны, хорошо, что он так и не сказал про права. С другой, он рассчитывал на неё с машиной в этот период. Сама с дыркой в голове, ещё его попрекает!
Посиделки с ребятами грозили превратиться в банальную пьянку, если бы не девчонки. Девчонки! Леське в будущем году стукнет полтинник, ему самому уже сорок пять. Женя в их компании самая молодая, ей в конце ноября исполнится сорок два. Только она…
– Странная какая-то, подумаешь, приболела! Мы бы её тут быстренько подлечили.
– Так, ребятки, двигаемся к столу, не задерживаемся!
– Прости, друг, я без подарка.
– Да, ну, что-ты, без обид! – заверил именинник.
Но Венер так не мог. Про подарок он просто забыл. Надеялся, что вместе заглянут в Центральный, и Женя что-нибудь выберет. А потом забыл. Венер достал новенькую красную купюру и сунул в карман изумлённого Богдана. У него осталась только пара помятых пятисоток, но это совершенно несерьёзно.
– Давай, у нас самообслуживание, наливай прямо из термокеги, оно всё ещё холодное. Классно, да?
– С опоздавшего тост!
– Желаю тебе, друг, всегда оставаться бодрым и жизнерадостным, и чтобы твои мечты превращались в планы, и чтобы всегда были на это средства и возможности!
– А про любовь? – протянула новая пассия именинника.
– Про любовь я не умею!
– И как только тебя Женька терпит!
Уже никак, хотел выдать Венер, но промолчал.
Хотя ещё посмотреть, кто кого терпит! Просто он её не любит. Нет у него к Женьке внутреннего отклика и душевной близости. Они точно не родственные души. Просто уже десять лет вместе, и он к ней привык. Пытался однажды сбежать. Пять лет назад, когда умерла бабушка и оставила ему в наследство крошечную избушку. Он посчитал это шансом. Продал машину, сел на велосипед и поехал с рюкзаком по тайге. Двести километров от Влада. В Партизанск, непонятно почему именуемый городом – несколько пятиэтажек и километры частного сектора. Но он сделал свой окончательный выбор, шокировав родителей. Они думали, что он продаст домик и вернётся. Венер остался.
Поработал месяц водителем на местном хлебозаводе, потом устроился инструктором в автошколу. На выходных бродил по тайге. Или ездил на велосипеде, изучая окрестности. Поднялся на все вершины в округе, познакомился с местными туристами. Однажды позвонили знакомые ребята и попросили провести на водопад. Они привезли из Владивостока целый автобус желающих слиться с природой. За сопровождение сбросились по сотке. В итоге, заработав за четыре часа как за полный рабочий день, Венер задумался об открытии собственного туристического бюро. Тогда-то он и познакомился с Богданом. У того в гараже стоял без дела старенький микроавтобус, сам он гонял на мотоцикле. Венер выкупил развалюшку, намереваясь со временем приобрести что-нибудь посвежее.
Дела туристические продвигались не столь бодро, как намечтал вначале Венер, не обладающий природной коммерческой хваткой. Во Владивостоке последние десять лет работал обычным логистом. Стабильная, хотя и не слишком высокая зарплата, законные выходные и оплачиваемый отпуск. Он даже квартиру не желал снимать, так и жил после развода вместе с родителями, пока не познакомился с Женей.
А потом его потянуло в тайгу.
Работа и налаживание туристических контактов занимали практически всё его время, на дом сил уже никаких не оставалось. За лето бабушкин участок зарос, в доме царил хаос. Тогда Венер прислал Жене смайлик. Она поинтересовалась, как он обустроился на новом месте. Он пригласил её в гости, понимая, что она и двух дней не выдержит с уличным туалетом. Но она осталась.
– Венер, проснись!
– Эй, брат, расходимся!
Он и не заметил, как пролетело время. Домой идти не хотелось.
– Может, ко мне? – кивнула Леся на соседний подъезд.
Венер серьёзно завис. Но вчерашний именинник, подгоняемый любовницей, решительно закрыл гараж. Предложенная Лесей чашечка кофе сыграла решающую роль. Дома его всё равно уже никто не ждёт.
Зато у Леси их ждала её дочка с внуком, выказавшие категорическое неудовольствие приходу ночного гостя. Венер посчитал разумным ретироваться.
Ещё большее удивление испытал, обнаружив во дворе машину, а Женю мирно спящую в кровати. Шатание мужа по дому в конечном итоге её разбудило, чего, собственно, он и добивался.
– Привет, я рад, что ты передумала.
– Не передумала. Но я же не сумасшедшая выезжать на ночь глядя! Обязательно было меня будить?
– Ну, в общем…
– Ты пил, что ли?
– Пару стаканчиков пива за здоровье Богдана.
– А, точно, ты же говорил!
– Я хотел вместе, но тут ты своим отъездом выбила меня из колеи.
– Скучно, Веня, всю жизнь по одной и той же колее!
– Поэтому ты решила со мной развестись?
– Ты точно пиво хлебал?
– Ну, бросить меня, какая разница!
– Я решила просто сгонять на Ольхон.
– Куда?! – для него это прозвучало, почти что как на Луну. – А мне рассказать о своих планах не судьба? Когда ты собиралась?
– Вчера вечером, когда ты пришёл и наехал на меня.
– Просто я растерялся, когда увидел, что ты грузишь в машину вещи.
– А то, что это туристическое снаряжение тебя не смутило?
– Я даже не обратил внимания.
– Почему-то я совершенно не удивлена.
– А я удивлён. И долго ты вынашивала Ольхонские планы?
– Со вчера. Ты сказал, если мне что-то не нравится, ты меня не держишь. А мне многое не нравится. Мне надо подумать, услышать, наконец, себя.
– Ольхон – это, если мне не изменяет память…
– Остров на Байкале.
– Так, а когда ты успела изучить маршрут, дорожную инфраструктуру? Забронировать номер? Зачем ты мне врёшь? – Венер уже почти кричал.
– Ничего я не изучала, – вздохнула Женя, вставая с кровати. —Чайку́ попьём, раз ты меня всё равно разбудил?
– Ты ненормальная.
– Спорный вопрос. Нет у меня денег на отели и гостиницы, я взяла палатку и газовую плитку. Всё равно с Яшей никуда не пустят.
Венер достал чашки и клубничное варенье для Жени, для себя – халву и сел за стол, наблюдая, как чаинки в прозрачном заварнике одна за другой медленно опускаются на дно.
– Я еду с вами! – он пытался уловить хоть какую-нибудь эмоцию. – Не слышу бурного восторга.
– Отлично, значит, с утра ты поведёшь!
– Э… ну, в общем… у меня забрали права.
Засыпая, Венер решил, что всё складывается как нельзя лучше. Не лишись он прав, Женя точно не дождалась бы, пока он уволится. А в тех краях, кажется, у него тоже намечается одно небольшое дельце.
– Проваливай к чертям собачьим! – бесновалась Женя.
Венер, не ожидая такого выпада, выскочил во двор в одних трусах. Яша недобро оскалился. В лицо прилетели джинсы, кроссовок пребольно стукнул по коленке.
– Убирайся, и чтобы духу твоего больше здесь не было!
Венер не понял, как оказался на рынке. Сидя на скользкой картонке, жадно ловил взгляды прохожих в надежде хотя бы на пару монет. Рыжая девочка сунула ему в кепку половину жирного пирожка с ливером. Денег никто не давал. Бездушные люди проходили мимо, как будто он пустое место, его просто нет. А когда он уже совсем отчаялся, в кепку упала целая горсть мелочи. Отлично, значит он сможет поужинать! Но когда увидел сморщенную физиономию, аппетит совершенно пропал. Это же та самая бабка, которая вечно ошивается около магазина на районе. Она живёт, наверное, на соседней улице и каждый день топает к магазину, как на работу. А потом подходит с протянутой рукой к выходящим покупателям и шамкает беззубым ртом. Венеру совесть не позволяет проходить мимо, он всегда ссыпает ей сдачу. Иногда даже добавляет немного из кошелька. И вот она отблагодарила.
Пока возился с кепкой, бабка исчезла. Он вскочил и… оказался на рыночной крыше.
– Граждане, проявите щедрость! Не позволяйте ближнему опуститься на самое дно.
Венер швырнул пригоршню монет в безучастных прохожих.
– От щедрот ваших…
Неожиданно почувствовал, как нечто подхватило его и понесло над рыночной площадью. Он пытался ухватить разлетающуюся по ветру гриву, но дракон резко дёрнулся, и Венер полетел…
– Веня, что с тобой? – озабоченная Женя склонилась над ним.
– А? Что? – от кошмара голос сипел.
– Ты кричал.
– А что?
– Не расслышала, я умывалась.
– Надеюсь, про путешествие на Ольхон мне не приснилось?
– Карета подана.
– Хочется верить, по дороге она не превратится в тыкву.
С утра Венеру уже не казалась затея столь привлекательной, хотя отступать он не собирался, во всём мерещились предостерегающие знаки. Во время завтрака лампочка на люстре мигала странной морзянкой. Когда открыл заднюю дверь машины, предлагая Яше занять своё место, тот недружелюбно заворчал. Обратить на это внимание, значит, раздуть конфликт и оттянуть время поездки. А лишний раз показывать, что с псом у него нет контакта, не хотелось.
Два года назад Женя подарила ему на день рождения милого трёхцветного медвежонка – щенка породы бернский зенненхунд. Очаровательные подпалины над глазами означали, со слов заводчика, что собака может общаться с ду́хами. Яшу порядочно уценили, потому что заводчик с первых недель распознал – пёс будет маломерным. Однако и сорока пяти килограммов мохнатости хватало, чтобы наводить на окружающих ужас. По сути Яша вполне дружелюбен, однако позднее взросление сопровождается неуёмным темпераментом. Венер, с детства боявшийся собак, к Яше относился ровно, но любви у них так и не случилось. В походы его с собой, как мечтала Женя, он никогда не брал. Объясняя это тем, что не всем нравится бурное проявление собачьей радости. По городу пройтись с ним могла только Женя, худосочного Венера пёс тащил на поводке против воли. Впрочем, и Женя предпочитала выезжать с Яшей подальше от людей.
Сегодня ворчание повзрослевшего Яши Венер расценил как предупреждающий знак. Не думать же, в самом деле, что пёсик решил выстроить иерархию в стае на входе, то есть с самого начала маршрута.
Глава 3
Сентябрьское солнышко навевало радужные мысли. Женя вела машину ровно, всё ещё не веря, что свершилась её юношеская мечта – проехать из Владивостока в Москву на машине. И пусть сейчас они проедут только половину пути, эмоций наверняка хватит надолго. В зеркало она видела, как Яша высунул морду в приоткрытое окно, и уши забавно трепещутся на ветру. Она ещё не решила, радоваться ли присоединившемуся к поездке мужу. С одной стороны, с ним не так страшно будет ночью в палатке. В машинах, в случае чего, она разбирается всяко лучше, и есть вероятность, что за время пути он изрядно вынесет мозг. В его обществе трудно сосредоточиться на собственных мыслях. Венер не болтлив, но порой немой укор бесит хуже грозных ругательств.
Вначале она планировала попросить у Ольхонских шаманов ребёночка. Но всё чаще мелькала мысль, с тем ли человеком связала она свою жизнь. Женя не из тех, кто собирает манатки при первом скандале. Скорее такого поведения можно было ждать от Венера. Но они жили в его доме, и уйти ему было некуда. При этом оба понимали, что обратно во Владивосток они не вернутся.
Для Жени возвращение тоже означало верную погибель. Слушать как бабушка называет её «приблудой» всегда было не слишком приятно. Залезать в ипотеку на двадцать лет не хотелось. Хватит, кредита на машину, который она погасила только в прошлом году. Привыкла она за пять лет на природе, да и куда в случае переезда девать Яшу? Даже если предположить, что он не разнесёт половину маминой квартиры, гулять с ним в большом городе самая настоящая каторга. После смерти бабушки, мама как будто потухла. Помочь Женя ей не могла, а закисать вместе не хотелось.
Три года назад Венер провел в дом воду, она разбила клумбы и устраивала летом цветник. Садила помидоры и сладкие перцы для удовольствия, обихаживала смородину, доставшуюся в наследство вместе с домом. Похоже, бабушка Венера торговала ягодами на рынке. Этого Женя делать не собиралась. В первый год заморозила всё, что влезло в морозилку, остальное сварила. Смородиновое варенье оказалось не самым вкусным в мире, и на следующий год она поставила первое в своей жизни смородиновое вино, купив для этой цели две двадцатилитровые бутыли.
Вино получилось потрясающим, особенно из красной смородины. Ничего вкуснее она за всю свою жизнь не пробовала. Из черной слишком насыщенное. Немного подумав, она добавила туда сахара, разлила по полулитровым бутылочкам и выдавала за ликёр. Венер к алкоголю практически равнодушен, так что старалась она в основном для себя. Ну, удивить знакомых иногда тоже приятно.
Женя предусмотрительно захватила в дорогу две литровые бутылки вина из красной смородины и одну маленькую с ликёром, собираясь наслаждаться вечерами у костра.
– Ты меня игнорируешь?
Оказывается, они стоят в пробке, а Яша отчаянно лает на дефилирующего между рядами машин полицейского. Женя закрыла правое заднее окно.
– Задумалась немного, извини.
– Нельзя быть такой рассеянной за рулем!
Она согласно кивнула.
– Я говорю, что это знак.
– Ты о чём?
– Ну, эта задержка.
– А почему мы, кстати, стоим?
– Если бы ты меня слушала, мы бы сейчас стояли в первом ряду, рядом с тем красным грузовиком.
– И отсюда прекрасно видно. А полицейские нервируют Яшу.
