– Что случилось-то? – уже более спокойно спросил спаситель.
– Деньги, деньги украли, я не хотела, —только и смогла сквозь рыдания выговорить несчастная.
– Эх, до чего народ дошел, – махнул рукой Василий Петрович, – неужто из-за денег топиться стоит!? Куда побежал вор, барышня? – мужчина завел машину.
Тамара неопределенно махнула рукой.
Поиски конечно же не дали результатов, тем более что описать нападавшего Тамара не смогла. Василий Петрович был в растерянности, он испытывал искреннее сочувствие к бедной женщине.
– Теперь куда ехать-то?
– В больницу, – прошептала Тамара.
Едва зайдя в кабинет главврача, женщина снова зарыдала.
– Что случилось, Тамара Сергеевна?
– Деньги украли, – в голос завыла та.
– Тамара Сергеевна, голубушка, – взволнованно произнес интеллигентный главврач. – Я названивал вам целый день, но вы не отвечали: доктор решил сделать операцию бесплатно, то есть на благотворительных началах! Никаких денег не надо.
– Что? – Тамара не верила своим ушам. Она испытывала те же чувства, что и приговоренный к смерти, но внезапно – прямо перед казнью – помилованный. – Спасибо, благодарю вас, – уже со слезами радости Тамара крепко обняла вконец растерявшегося врача.
– Ну все, все, голубушка, ступайте домой, все будет хорошо. Прошу вас, – обратился он к известному в городе директору завода, – будьте добры, проводите даму.
– Конечно, – потрясенный столь драматическими событиями, мужчина подхватил Тамару под руку.
– И все-таки вы дурища, – сказал Василий Петрович, проводив Тамару до дома. – Почему не взяли машину, чтобы с такими деньгами доехать до больницы?
– Так ведь рядом совсем, – оправдывалась та, ей было стыдно признаться, что в кармане не осталось ни копейки и денег хватало только на операцию.
– Простите, что так напугала вас. Это была минутная слабость. Уверена, что я совладала бы с собой и не стала этого делать. Кто же позаботится о моем сыне, если не я? Но вы появились вовремя… – Тамара с благодарностью посмотрела на своего спасителя.
Когда Тамара пришла домой неожиданно раздался звонок в дверь.
«Господи, кого еще принесло? – открывая дверь, подумала женщина. Этот день никогда, видимо, не закончится».
За дверью, к ее удивлению, стояли двое полицейских.
– Гражданка Коренева Тамара Сергеевна? – официально произнес один из них.
– Д-да, – заикаясь ответила Тамара. – Хотя мама называла меня Тонико, – зачем-то добавила она.
– Это ваша сумка? – заметно было, что полицейского несколько удивило Тамарино уточнение, но после секундного замешательства он протянул украденную вещь.
– Моя, – ответила женщина, с волнением открывая сумку. Деньги были на месте!
– Задержали одного подозрительного типа, прятался и неадекватно вел себя. По банковским документам узнали ваши адрес и фамилию, – объяснил полицейский. Затем оба, отдав честь, ретировались, не дожидаясь пока гражданка придет в себя от изумления.
«Как такое может быть, что день, обещавший быть последним днем жизни, окончился так хорошо?» – подумала обессилевшая от потрясений Тамара.
На этом месте я замолчала. Некоторое время в палате стояла тишина.
– А мальчик выздоровеет? – всхлипывая и громко сморкаясь, спросила тетя Валя.
– Послушайте, – прошептала другая, – рядом с моей сестрой в коммуналке живет некая Тамара, у нее слепой сын. Кто знает, может это история про них?
Но я молчала, не слушая их. Я – Корректор Судеб, и меня не трогают их сомнения. Я сделала больше, чем могла, рассказав эту историю, хотя вовсе не обязана была это делать, ведь им непросто понять мою конечную цель.
Было жаль этих добрых женщин. Они украдкой утирали слезы, им так не хватало сказочных историй в их нелегкой и безрадостной жизни. А все мои истории заканчивались хорошо, потому что я вкладывалась в них душевно и физически.
– А теперь вам нужно отдохнуть, дорогая моя, – сказал добрейший Иван Андреевич, аккуратно свернув в рулон мою картину. Я согласно кивнула и улыбнулась.
Этот замечательный доктор смог убедить меня, что дар корректировать судьбы людей ниспослан мне свыше, долго и путано объясняя причины, по которым я стала обладателем этого дара. Я ничего не поняла. Одно слово – сумасшедшая. Да мне и не надо понимать, ведь мой доктор никогда не врет. Одно я уяснила: необходимо творить добро, иначе дар исчезнет, а ко мне вернется тоскливая и страшная гостья – депрессия. Все мысли и ощущения доктор посоветовал мне переносить на бумагу.
Это дар, а не наказание, как вначале думала я, и не мания величия, как полагали окружающие. Пришло осознание, что у меня есть основания гордиться собой – главное, никому не рассказывать о своей исключительности.
Мне стало гораздо лучше, и в перерывах между приступами я больше не лежу, бессмысленно уставившись в потолок, а гуляю по больничному саду и даже беседую с душевнобольными.
У Ивана Андреевича тоже есть бесценный дар – врачевать души людей.
Зеленый камень богини
Дыхания жизни загадочный страж,
А может быть, это пустыни коллаж,
Наверное, это иллюзии след:
И города нет, и спасения нет…
Вертолет все глубже уходил в знойные пески Кызылкума. Внезапно началась буря. Застывшие гребни барханов сначала потеряли четкие очертания, а потом и вовсе исчезли под громадой песка. Вертолет погрузился в песчаное облако. Изменился звук мотора— он будто закашлялся, торопливо сбрасывая обороты, а вскоре и вовсе заглох. Стало ясно, что катастрофа неминуема. Но молодой пилот не потерял самообладания и, отчаянно борясь с потоками песка и пыли, все же посадил легкомоторный вертолет. От удара затрясло корпус, и Рустам ощутил, как машина со скрежетом вгрызается в песок.
Очнувшись, Рустам ничего не увидел, кроме серой пелены. Рядом стоял Даврон, пилот вертолета, и с ужасом наблюдал, как машину засасывает песок, будто затягивая его в яму.
Рустам огляделся в поисках спасения. Ветер, к счастью, немного ослаб, и сквозь тучи песка стали заметны хребты невысоких гор, над которыми возвышались мрачные стены полуразрушенного сооружения.
Он показал пилоту на него рукой, тот что-то ответил, но Рустам не расслышал.
– Побежали, – громко скомандовал Рустам.
Каменное сооружение представляло собой полуразрушенную квадратную постройку из необожженного кирпича или камня с четырьмя арками и куполом. Нырнув под его своды и сделав несколько осторожных шагов, мужчины оказались в квадратном зале. Через отверстия в куполе сыпался песок.
Они сели на песок перевести дух.
– Сколько раз летали, но первый раз попали в бурю… Ты проверял прогноз перед вылетом? – раздраженно спросил Рустам.
– Не волнуйтесь, Рустам Рахимович, я успел передать сигнал SOS до того, как вертолет «утонул». Вот только от курса мы отклонились. Но, уверен, нас найдут. Когда выходили из Учкудука, на небе не было ни облачка, и прогноз хороший, – оправдывался пилот.
– Ничего, не пропадем, здесь отсидимся, – ободряюще похлопал пилота по плечу Рустам.
На зубах скрипел песок, ужасно болели глаза, все тело кололо попавшими под одежду песчинками-иголками.
Немного отдохнув, решили обойти свое временное обиталище. Песок со временем так уплотнился, что по нему можно было ходить, как по полу. Повернув налево, они наткнулись на нишу, в которой стояла небольшая статуэтка женщины.
– Наверное, богиня какая-то, – предположил Даврон.
– Скорее всего, сделана из терракоты, даже краска сохранилась, – добавил Рустам.
Рука мастера изваяла одежду, ниспадающую свободными складками. Лицо незнакомки было милым и одновременно строгим и величественным. Казалось, она, слегка хмуря тонкие, изящно изогнутые брови, изучающе смотрит голубыми глазами на незваных гостей. В левой руке богини жезл, а правой она касается лба, который венчал зеленый камень. Рустам взял в руки статую, чтобы получше рассмотреть. Несмотря на пронизывающую все тело боль, он не мог скрыть восхищения:
– Надо же, как в древности умели делать, – рассматривал он тонкие черты лица женщины, давно исчезнувшей в глубине веков. – Скорее всего здесь был зороастрийский храм, а это одна из богинь того времени. В разрушенном храме среди пустыни – и такая красота! – не в силах оторвать взгляда от статуи, воскликнул Рустам.
Он уже неохотно протянул руку к нише, чтобы вернуть фигурку на место, как Даврон вдруг грубо выхватил ее у него из рук.
– Что с тобой? – удивился Рустам.
Даврона, совсем недавно совершенно спокойного, будто подменили.
– Вы представляете, сколько это может стоить?! Продадим – и всю жизнь как сыр в масле кататься будем, – Даврон спрятал статуэтку за спиной.
– Отдай сейчас же, – разозлился Рустам.
– Думаете, раз начальство, вам все можно? Я тоже хочу хорошо жить, а не считать копейки, которые вы мне платите!
Выпалив это, Даврон вдруг побежал в соседний придел храма. Интуитивно Рустам понимал, что этот артефакт нельзя забирать из древнего святилища, и бросился вдогонку за Давроном.
Пилот был моложе Рустама и выше ростом, но Рустам много лет занимался легкой атлетикой и борьбой, поддерживал форму в фитнес-зале. Конечно, драка в храме посреди пустыни могла плохо для него закончиться, но он не собирался уступать потерявшему голову пилоту.
Даврон, уже не контролировавший себя, вдруг развернулся и буром пошел на Рустама. Тот молниеносно поставил ему подножку – пилот упал, ударившись головой о колонну. Рустам с ужасом смотрел, как из-под головы пилота вытекает густая темная кровь, а песок жадно впитывает ее, словно долгожданную жертву. С опасением подойдя к пилоту, он попытался нащупать пульс. Пульса не было. Вне себя от ужаса, Рустам выбежал из храма и долго беспорядочно бродил по пустыне.
Ветер утих, в небе блекло светился серп луны. Рустам с надеждой посмотрел на ночное светило, на дальние звезды, но они бесстрастно наблюдали за человеком. И он вдруг остро почувствовал, как одинок в этой бескрайней пустыне.
Пройдя еще несколько шагов, Рустам в изнеможении упал, утратив последние силы и вместе с ними всякое желание бороться. Он был в беспамятстве, когда послышался гул вертолета.
…Вечером раздался звонок в дверь. В комнату вошла Тамила, держа в руках какой-то предмет.
– Это тебе, – удивленно протянула Рустаму жена нарядную, упакованную в блестящую бумагу, коробку.
Он нехотя вскрыл ее. Взгляд скользнул по содержимому, и в его карих глазах, быстро сменяя друг друга, вспыхнули сначала удивление, а затем страх.
Он вскочил на ноги. В приложенной записке было только одно слово – «Убийца» Трясущимися руками он взял уже знакомую статуэтку, а богиня, как ему показалось, сурово посмотрела на него.
Он стал внимательно рассматривать слово на записке. Буква «у» была написана своеобразно – с апострофом. Он знал, что так ее пишет только Даврон: много раз видел авиационную карту местности с его пометками. Но такого просто быть не могло!
– Тамила, кто принес коробку? – крикнул он.
– Обычный курьер, – ответила жена.
В волнении Рустам вышел из дома. На улице было ветрено, прохладно, но ему не хватало воздуха. Он долго бесцельно бродил по улицам.
Прошло полгода после событий в пустыне. Чтобы справиться с перенесенным стрессом, он даже обратился к психотерапевту, который посоветовал ему найти интересное занятие. Рустам стал рисовать, но из под его кисти чаще всего выходили пески и фигурка пустынной богини.
Рустам осознавал, что все случившееся не что иное, как несчастный случай – он не хотел ведь убивать пилота! Но подсознательно себя винил. Даврон дважды его спас: когда сумел посадить вертолет и когда успел вытащить из утопавшего в песке вертолета. А чем отплатил он?.. Не совладал с гневом, и в результате человек погиб… И уж совершенно невероятно, чтобы в безлюдной пустыне оказался свидетель его, пусть и непреднамеренного, но преступления. Кто его шантажирует? Ему стало страшно, он кожей чувствовал приближение опасности.
Словно в подтверждение его мыслям зазвонил телефон. Он ответил, но в трубке молчали.
Кто подсунул ему эту фигурку? Ее в магазине не купишь – антикварная редкость, а в том, что это настоящая статуэтка из храма, а не подделка, Рустам был уверен. Прошло время, и он постепенно стал приходить в себя. Трудно было изображать счастливчика, которому удалось спастись, в отличие от того, кто заблудился в пустыне и сгинул. Именно так он объяснил исчезновение пилота.
Со временем совесть все больше успокаивалась, отступало чувство вины, он даже начал убеждать себя, что Даврон сам виноват в своей гибели.
Рустам разглядывал статуэтку. Красота ее больше не восхищала его, напротив, пустынная богиня вызывала только страх. Рустам продолжал анализировать ситуацию:
«Даврон был мертв, когда я уходил. Неужели каким-то невероятным способом пилот выжил в пустыне? А может, кто-то нашел его и вернул к жизни? Быть того не может! Кто в безлюдной пустыне мог помочь?! Неужели есть кто-то, знающий правду? Но он же никому ничего не рассказывал, даже жене и психотерапевту…»
Когда на следующий день он пришел домой – жены дома не было. Вдруг он почувствовал запах сигарет. Что-то знакомое… Лоб его покрыла липкая испарина – сигареты Rich с запахом вишни! Именно такие предпочитал Даврон. Он прошелся по комнатам, даже заглянул на балкон —никого!
– Тамила, спросил он вернувшуюся жену, ты чувствуешь запах сигарет?
– Нет, не чувствую, – удивилась жена. – Дорогой, тебе необходимо отдохнуть, давай съездим куда-нибудь, а то мерещится невесть что.
– Ты ведь знаешь, у меня проблемы на работе, как я поеду?
– Рустам, у нас достаточно средств, чтобы долгие годы жить как нравится. Поедем к морю! Ну расскажи, что с тобой, я постараюсь помочь, – добавила она, не получив ответа на свое предложение. Весь вид жены выражал сочувствие и желание подержать мужа в трудной ситуации.
– Со мной все в порядке, – попытался развеять он опасения Тамилы.
После трагедии Рустам ушел в себя: был опустошен, растерян и потерял былой азарт и интерес к работе. Коллеги уже стали замечать это и иногда косились на него.
Отношения с женой и раньше-то не клеились, а после авиакатастрофы испортились еще больше. Рустам потерял всякий интерес к жене и был уверен, что разрыв неминуем. Тамила мужественно делала вид, что все в порядке, и старалась не замечать его равнодушия. Но сегодня она была на взводе:
«Учкудук – три колодца,
Защити, защити нас от солнца.
Ты в пустыне – спасательный круг,
Учкудук» —
нарочито фальшиво пропела жена. – Тебе не надоела эта дыра? Скучные серые дома, саксаул, песок на зубах, песок в волосах… Сколько можно?!
– Я люблю свой город. Я же рассказывал тебе, что его строил мой дед, как и множество других энтузиастов. Это был невероятный город – город талантливых, умных, эрудированных специалистов. И просто хороших людей, которые понимали друг друга с полуслова, – понесло вдруг Рустама.
– Был да сплыл, – фыркнула Тамила.
– Это кладовая урана и золота нашей страны. Здесь и сейчас много умных и мотивированных людей.
– Мотивированных чем? – Тамила насмешливо посмотрела на него и, хлопнув дверью, ушла.
Вечером курьер принес письмо. В нем почерком Даврона было написано: «Ответишь жизнью за свой подлый поступок, убийца». И все тот же апостроф над буквой «у».
Рустам покачнулся – сильно закружилась голова. Тамила, забыв обиды, настояла на вызове врача.
