– Да, у меня три дочки, – подтвердил мужчина и улыбнулся Полине. – Девочки для отцов всегда принцессы. Дорогая, как тебе вечер?
– Замечательно. Родители так старались и не зря.
– Поли, я вот о чем хотел с тобой поговорить. – Виктор Викторович улыбнулся Полине и кивнул другому гостю, которым оказался региональный чиновник Андрей Петрович Вавилов. Ему удалось выслужиться так, что его перевели в Москву, где Державин взял над ним шефство и в последнее время неоднократно упоминал об успехах своего протеже на новом месте. – Как ты знаешь, Андрея Петровича перевели в Москву из региона. Он с семьей переехал сюда совсем недавно, и его сын пока не нашел здесь друзей. Ярослав ненамного тебя старше, думаю, у вас найдутся общие темы. Ты не могла бы как-нибудь показать ему город?
– Показать Ярославу Москву? Но я сама не очень хорошо ее знаю, – смутилась Полина. Ей было неловко говорить, что она никогда раньше одна не гуляла дальше своего района. Разве что ходила в кино с подружками, но ее привозил и забирал шофер Державиных.
– Вот вместе и узнаете. Ты же понимаешь, что куда важнее компания.
– Хорошо. Конечно.
– Ярослав заедет за тобой завтра после обеда, если, конечно, у тебя нет никаких планов, – сказал Андрей Петрович.
– Нет. Я подготовлюсь к школе с утра и днем встречусь с вашим сыном, – ответила Полина. – А сегодня он не пришел?
– Не смог. У него другое мероприятие.
– Ничего, завтра пообщаетесь, – вставил Виктор Викторович. – А теперь беги к подружкам. Мы тебе уже наверняка надоели.
Гости стали расходиться далеко за полночь. Одними из последних особняк покинули Алена и Кира, которые умудрились изрядно набраться, хотя обе вели себя вполне прилично. Полина всячески покрывала их нетрезвое состояние и, посадив подруг в такси, вздохнула свободно. Вадима нигде не было, и Полина предположила, что он так устал с дороги, что лег спать. Она искренне не понимала, почему родители устроили прием в день его приезда и не дали ему времени отойти от дальней дороги. Но Полина ошиблась, Вадим вовсе не спал. Когда гости разъехались и прислуга занялась уборкой, он спустился в гостиную.
– Ну наконец-то, невоспитанный мальчишка! – воскликнула Виолетта и подхватила сына под руку. – Иди познакомься с сестрой.
Вадим удивленно посмотрел на Полину. В отличие от нее, ему не показывали фотографий детей Серебряковых, а сам он даже не интересовался тем, кого усыновили родители.
– Вадим, это твоя сводная сестра Полина, но мы все зовем ее Поли. Ты тоже можешь смело так к ней обращаться. Да, милая?
– Да, мама.
– Ну, Поли? А ты чего стоишь, как истукан? Поцелуй брата.
Полина на ватных ногах приблизилась к Вадиму и, встав на носочки, поцеловала его в щеку. А он, словно статуя, продолжал стоять, не шелохнувшись.
– Дорогая, я заварил нам чай, и Матильда накрыла нам в столовой, – в гостиную вышел Виктор Викторович, уже без пиджака и галстука. – Сегодня можно забыть о диете и полакомиться десертами. Я видел, что на вечере ни ты, ни Поли не притронулись к сладкому, а Вадим и вовсе сбежал.
– Семейное чаепитие. Замечательно. От крепкого ройбуша не откажусь! – Виолетта обняла Полину и повела ее в столовую, а Виктор Викторович положил руку на плечо сына, будто боялся, что он вновь сбежит.
Полине было интересно послушать рассказы сводного брата об Англии и узнать его чуточку лучше, но Вадим все время молчал. Вместо него говорили родители, но не об успехах сына, как было при гостях, а о Полине. Она чувствовала неловкость от порой преувеличенных похвал и не знала, куда скрыться от взгляда сводного брата. А смотрел он с такой ненавистью, что ей хотелось провалиться на месте. Эта пытка кончилась лишь тогда, когда Виолетта призналась, что смертельно устала.
– Да, уже совсем поздно… или рано, – пошутил Виктор Викторович. – Идите отдыхать, а я немного поработаю в кабинете. Из-за сегодняшней суеты я не успел дописать речь, а с утра мне нужно ее отправить на редактуру.
– Ты совсем себя не жалеешь, дорогой. – Виолетта поднялась со стула и поцеловала мужа в щеку. – Не засиживайся.
– Постараюсь.
– Детишки, и вы быстро по комнатам. В душ и спать.
Попрощавшись с Виолеттой в холле, Полина и Вадим в полном молчании направились к своим спальням. Полине показалось, что сводный брат специально пошел быстрее, чтобы поскорее от нее уйти. И она могла его понять: наверняка ему было обидно, что родители почти не говорили о нем, он мог ревновать, хотя совсем напрасно. Когда Вадим уже взялся за дверную ручку, Полина решила нарушить гнетущую тишину:
– Я рада, что ты приехал.
Не ожидая, что она заговорит, брат вздрогнул, услышав ее голос, но ничего не ответил.
– Ладно… Поговорим в другой раз. Ты наверняка с ног валишься…
Он снова промолчал, но на этот раз смерил Полину таким взглядом, что она почувствовала себя жалкой. Как бездомная дворняжка, что выклянчивает крупицы внимания случайного прохожего.
– Спокойной ночи, – выдавила она и, развернувшись, чуть ли не бегом направилась к себе.
***
В каждом крупном городе существуют знаменитые семейства, чья жизнь всегда на виду. И Москва, конечно же, не исключение. Достопочтенная семья Державиных прочно занимает полосы газет, страницы интернет-изданий, эфирное время на радио и телевидении. Их знают и уважают, им стараются подражать, ими восхищаются. Но что на самом деле скрывается под красивой обложкой? Чем они занимаются, когда микрофоны отключены, камеры убраны, а фотоаппараты зачехлены?
В своем кабинете глава семьи Виктор Викторович Державин предается сексуальным утехам с молодой горничной, которая за небольшую премию готова выполнять самые грязные желания начальника.
В хозяйской спальне очаровательная Виолетта Державина готовит себе дорожки кокаина, чтобы вновь уйти от реальности.
Их старший сын, единственный родной по крови, раскладывает вещи в своей новой комнате. На прикроватном столике у него лежат брошюры и путеводители по городам Великобритании, а также проспекты университета, в котором он якобы учился. Все это ему принес отец, чтобы он в кратчайшие сроки их досконально изучил. Никто не должен догадаться, где на самом деле последние несколько лет был Вадим Державин.
Приемный сын Кирилл давным-давно спит. Он сейчас в мире грез, где кроме него и его любимой сестренки есть мама. Настоящая мама, а не та женщина, что лишь при чужих изображает нежность.
А в дальней спальне юная Полина утирает слезы, что одна за другой катятся по ее щекам. Ее разрывает изнутри чувство одиночества, ведь никому, даже своим близким подругам, она не может рассказать, что чувствует на самом деле. Она мечтает о том, как ей исполнится восемнадцать: тогда она сможет забрать брата и навсегда сбежать из этого чертова дома.
Глава 2. Игры, в которые играют люди
Каждый из нас играет какую-то роль. Это может быть роль сына или дочери, роль ученика или учителя, роль порядочного человека или мерзавца. Семейство Державиных всегда отличалось шикарной игрой на публику. Сколько ролей им пришлось перепробовать. И если у Виктора Викторовича и его супруги в этом большой опыт, то юная Полина пока еще начинающая актриса.
По выходным завтрак в доме Державиных начинался строго в девять, и опаздывать на него никому не разрешалось, даже если накануне мероприятие затянулось допоздна. В столовой уже был накрыт стол, а на кухне суетилась повариха Светлана. По всему первому этажу разносились аппетитные запахи омлета, тостов и свежесваренного кофе.
Полина в ужасе посмотрела на себя в зеркало: ее длинные волосы, как назло, никак не хотели высыхать. Этим утром она не услышала будильник и проспала, а накануне уснула, не приняв душ. Лак за ночь склеил ее волосы в отвратительный колтун, и в таком виде она никак не могла показаться родителям. Пришлось наспех мыть голову, а теперь придумывать что-то, чтобы не оскорбить Державиных мокрыми волосами. «К завтраку, обеду и ужину у нас принято одеваться. Ваш внешний вид должен соответствовать», – первое правило, которое ледяным тоном сообщил им с Кирюшей Виктор Викторович в тот день, когда привел их в свой дом. Он четко дал понять, что неповиновения не потерпит.
Закрутив волосы в тугой пучок, Полина бросилась к шкафу и достала первое попавшееся платье. На часах было без трех минут девять – как раз, чтобы в последний момент успеть к завтраку. Она выбежала из комнаты, но замерла на пороге. Из своей спальни показался Вадим. Он, в отличие от нее, совершенно не спешил в столовую.
– Доброе утро, – смущенно улыбнулась Полина.
– Посмотрим, насколько оно доброе, – пробубнил он и, отвернувшись, направился к лестнице.
Полина посеменила за ним, стесняясь бежать и надеясь, что они не получат выговора от родителей, если спустятся одновременно. Она ошиблась.
– Дети, наконец-то! Уже девять! – воскликнула Виолетта с деланным возмущением. – Вадим, твое долгое отсутствие в родном доме сказывается. Ты забываешь о правилах.
– Ви, оставь сына, – наливая себе кофе, устало протянул Виктор Викторович. – Как видишь, я был прав, его уже ничто не исправит. А вот от тебя, Поли, я не ожидал.
– Извини, пап. Я сегодня тяжело встала, – пролепетала Полина и исподлобья взглянула на сводного брата, сидящего напротив.
Вадим смотрел на свою пустую кофейную чашку, как будто вокруг не было ничего интереснее, но Полина заметила, как он стиснул зубы.
– Извинения приняты. Можно завтракать. – Виктор Викторович подал знак Светлане выносить горячее. – Поли, детка, ты помнишь, что сегодня ведешь на экскурсию Ярослава?
– Да, после обеда, – ответила Полина, понимая, почему отчим не стал отчитывать ее за опоздание к завтраку: боялся, что она откажется от встречи с этим парнем. Хотя как она может отказаться?
– Этот юноша – сын важного человека. А что это значит?
– Я буду внимательна и обходительна, чтобы Ярослав остался доволен, а его отец захотел продолжать с тобой дела, – отчиталась Полина.
– Правильно, Поли! – довольно проговорил Виктор Викторович, откинувшись на спинку своего массивного стула, и сурово посмотрел на сына. – Учись, Вадим, каким ребенком надо быть.
– Я давно не ребенок, если ты забыл. И есть вещи, которым обучиться невозможно. Во всяком случае, мне. – Вадим скривился, как от кислого лимона, и исподлобья взглянул на Полину.
– Поли, надень на прогулку то белое платье, что мы заказали тебе у Эвелины, – вмешалась Виолетта. – Ярославу будет приятно, если его будет сопровождать такая красавица.
– Хорошо, мама.
Полина почувствовала, как у нее горят щеки. Она знала, что Вадим смотрит на нее, но старалась делать вид, что этого не замечает. Весь завтрак ей не удавалось отделаться от глупого желания оправдаться перед сводным братом. Полина хотела бы объяснить Вадиму, что не пытается отобрать у него любовь родителей, а она не сомневалась, что в парне говорит ревность, что, в отличие от него, она не может дерзить родителям, в отличие от него, она несвободна, ведь есть Кирилл. Такое счастье, что после смерти родителей их усыновили вместе, иначе бы Кирилла отправили в специальное заведение, а ее – в обычный детдом. А еще она боялась боли, обычной физической боли.
Как только Виктор Викторович встал из-за стола, завтрак закончился, и всем членам семьи было позволено заниматься своими делами. Обычно Полина после завтрака гуляла в саду с братом, но сегодня Кирилл отказался выходить из дома. Он был обижен – Полина обманула его, не зашла пожелать доброго дня, когда он проснулся.
Полина знала – обида брата пройдет сама собой, и через пару часов он уже о ней не вспомнит, но на сердце у нее было тяжело. И самым отвратительным было то, что утром Полина даже не вспомнила про Кирилла, думая лишь о том, как не оплошать перед родителями. «Но это же тоже ради него. Только ради него».
Сама не замечая как, Полина оказалась в саду, где обычно играла с Кириллом. Рассматривая уличный шкаф со сложенными в него дорогими игрушками, она вспомнила, как в первый раз они с братом увидели все это богатство. Державины купили приемному сыну самые лучшие игрушки, а для его игр отвели специальное место в своем шикарном саду, соорудив большой навес и отгородив зону двумя стенами. Даже в холода здесь было хорошо и уютно.
Приемные родители никогда сюда не заходили. Обустройством занимались нанятые дизайнеры. Этот уголок стал для Полины с Кириллом убежищем, своей сказочной страной, где можно было не помнить о строгих правилах дома и быть собой. Точнее, Полина могла быть собой, ведь Кирилл притворяться не умел.
– Ты не готовишься к своему свиданию?
Полина вздрогнула от неожиданности и обернулась. Вадим стоял в проеме плетеной арки, будто в зеленом, окутанном диким виноградом портале, ведущем в игровую зону Кирилла, и рассматривал убранство этого места.
– Это не свидание, а прогулка. Я просто покажу Ярославу город, – словно оправдываясь, ответила Полина.
Ее сердце гулко стучало и, казалось, вот-вот вырвется из груди. Несмотря на то, что сводный брат держался достаточно враждебно, Полину отчего-то тянуло к нему.
– Мне показалось, тебе дали инструкции его очаровать, – отчеканил он.
– Я никого не буду очаровывать, а просто проведу время с человеком, который только что переехал в Москву и никого тут не знает.
– Ясно. Впрочем, это не мое дело. – Вадим развернулся, желая уйти, но отчего-то замешкался.
– Может быть, поедешь с нами? – предложила Полина и тут же прикусила язык.
– Нет, не думаю, что нам будет интересно, – пробормотал Вадим, даже не обернувшись, словно предложение сводной сестры его оскорбило до глубины души.
– Почему? У тебя же тоже нет здесь друзей, мы могли бы…
– Я не нуждаюсь в благотворительности. Тем более уверен, что у нас слишком разные представления о дружбе.
***
Встреча Полины с Ярославом была назначена на три. Чтобы успеть подготовить падчерицу к важной прогулке, Виолетта еще до обеда увела ее в комнату – подбирать аксессуары и прихорашиваться. Для скучающей жены чиновника Полина стала одной из любимых игрушек – живой куклой. На людях Виолетта всегда говорила о том, как мечтала о дочери и как счастлива, что теперь в их семье есть Поли, но наедине с ней никогда не проявляла и капли нежности.
При полном параде Полина спустилась в столовую и села за стол, но Виктор Викторович, окинув ее критическим взглядом, решил, что обедать со всеми ей не стоит.
– Ты можешь посадить на платье пятно или, еще хуже, пропахнуть рыбой. Светлана не подумала головой и приготовила на обед уху по-фински. – Виктор Викторович метнул в сторону кухни сердитый взгляд. – Иди к себе, Поли. Светлана принесет тебе йогурт.
Полина молча встала из-за стола. Она и так была не голодна, а в присутствии сводного брата, который сверлил ее взглядом, и вовсе почувствовала легкую тошноту. Такая «вольная» стала для Полины приятным сюрпризом, и единственное, что останавливало, – это Кирилл. Он больше не обижался на сестру и очень хотел рассказать ей о своих занятиях с физиотерапевтом. Ему не терпелось выговориться, и, когда отчим приказал Полине уйти, на глаза Кирилла навернулись слезы.
– Поли, не уходи-и, – жалобно протянул он и шепотом добавил: – Я боюсь этого парня.
Полина взглянула на Вадима и поняла, что он прекрасно слышал слова Кирилла. Она подошла к брату и присела рядом с ним на корточки.
– Кирюш, Вадим наш с тобой брат. Он не обидит тебя, – последнюю фразу Полина специально произнесла чуть громче и снова посмотрела на Вадима.
– Глупости, Кирилл. Вадима нечего бояться, – раздражился Виктор Викторович. – И оставь сестру в покое. Ей сейчас некогда с тобой нянчиться. Марина, займитесь мальчиком.
Не желая создавать неприятности своим присутствием, Полина извинилась и, пожелав семье приятного аппетита, вышла из столовой. А Вадим не мог отвести от нее взгляда. Ее походка была скорее детской, она не виляла бедрами, как многие ее сверстницы, не пыталась кокетничать и казалась такой естественной. Но он не хотел этому верить. Свои выводы о Полине Вадим сделал еще накануне.
Ярослав заехал за Полиной, опоздав на сорок минут. Она уже не ждала, что он появится, и устроилась на подоконнике с книгой, когда во двор въехал ярко-красный кабриолет. Полина не разбиралась в автомобилях и не знала, какой марки эта машина, но было очевидно, что простому парню такая роскошь не по карману. Ярослав заглушил двигатель и вместо того, чтобы открыть дверцу, опустил крышу и выпрыгнул из машины.
Тяжело вздохнув, Полина захлопнула книгу, соскочила с подоконника и расправила подол платья. Она понимала, что Виктор Викторович рассердится, если она немедленно не спустится и не встретит гостя, и наверняка уже послал одну из горничных или мажордома Владимира за ней. Не дожидаясь приглашения, Полина вышла из комнаты и направилась в гостиную, но вместо Ярослава встретила там Вадима. Он сидел в кресле, увлеченно читая Конан Дойля. Его светлые волосы падали на лицо, и он легким движением головы откидывал их назад. Только сейчас Полина заметила, какая у Вадима длинная шея с острым кадыком. Нестерпимо захотелось почувствовать кончиками пальцев тепло его кожи. Полина громко вздохнула, невольно выдав свое присутствие. Вадим взглянул на сводную сестру и тут же вновь погрузился в книгу.
– А где…
– Папа увел его в кабинет, – сухо проговорил Вадим, все так же не отрываясь от чтения.
– Не возражаешь, если я подожду здесь?
– Делай что хочешь, мне все равно. Это твой дом, – съязвил Вадим, по-прежнему не поднимая взгляда.
– Я не нравлюсь тебе? – не выдержала Полина, присев на краешек дивана.
– Тебя это волнует? – Вадим недобро усмехнулся. – Не думаю, что папа давал тебе указание быть благосклонной и ко мне. Не советую тебе заниматься самодеятельностью, Державин этого не одобрит.
– Зачем ты так со мной?
– Не трать на меня свои силы. Повторяю, папочка не захочет, чтобы ты со мной дружила. Его гордость, обожаемая дочка и проблемный сынуля…
– Если ты думаешь, что я пытаюсь отобрать у тебя любовь родителей, то заблуждаешься. Ты их родной сын, а мы с Кириллом…
В этот момент из кабинета вышли Виктор Викторович и Ярослав. Вадим захлопнул и отложил книгу. Конечно, представляя Полину, Виктор Викторович не скупился на комплименты. Вадим криво улыбнулся девушке. В конце концов с церемониями было покончено. Ярослав галантно помог Полине надеть пальто и, взяв ее за руку, повел к машине.
– Куда ты хочешь поехать? – поинтересовалась она, пристегивая ремень безопасности.
– Можешь этого не делать, – усмехнулся Ярослав, заводя двигатель.
– Чего?
– Пристегиваться. Тупые штрафы мне до фени.
– Я это делаю не из-за штрафа. Это же безопасность.
