Страница 4 из 8
Утром Кен набрал воды из родника, и до восхода Центрального Огня друзья тронулись в путь за Кьёй, в рыбацкую деревеньку.
– Нам от погони ведь придётся уходить, так?
– Да, – Айхаал кивнул, о чём-то задумавшись. – Берём Цветика – и айда по лесному тракту, он заброшен, но к Углеграду выходит.
– А зачем нам этот город? – Кен повёл чуткими ушами в сторону Айхаала. – У угольщиков остались древние механизмы?
– Нет в Углеграде лечебных машин, но из города начинается дорога в Северную Солёную пустошь, где есть такое место, Обитель махсов, и раньше там жили эти древние существа. В книгах упомянуто, что у махсов были такие аппараты, но об этом мало кто знает. В тех местах из-за холода и солёных земель давно никто не живёт, и если всё же мы туда доберёмся, то будет шанс вылечить Кью.
Айхаал поправил котомку с поклажей и продолжил:
– Когда мы заберём Кью и снова пойдём на север, за Углеградом есть тропа, там дорога сильно петляет, но проход к нужному месту на карте примерно показан. Он ведёт через горный хребет, который отделяет наш материк от Северных пустошей.
Айхаал громко процитировал:
– И сокрыто там то, что поможет выполнить обещанное Элларием.
Все громко рассмеялись, глядя на гримасы старшего брата, но Кена понемногу одолевали сомнения.
– Вдруг в Обители лечебные машины неисправны и не действуют? – обратился он к брату. – Неужели там могло что-то уцелеть? Столько веков прошло! Даже камни от времени растрескиваются!
– Но махсы всё делали качественно. Например, наша академия в Кузнях возведена махсами ещё при Элларии. Она трёхэтажная, а под ней ещё пять уровней вниз, и всё в отличном состоянии, ни трещинки в стенах, как вчера построено!
Немного помолчав, он продолжил:
– Я не знаю, что спрятано в Обители, но лечебные машины наверняка есть, и тогда твоя находка может очень пригодиться. С помощью этого накопителя энергии мы обязательно сумеем запустить какой-нибудь из аппаратов. Мы не зря в библиотеке пропадали.
– Так это у тебя сумка из-за книжек по технике такая тяжёлая? – спросил Кен.
– Да, но книжки здесь не только по махсианской технике. Я ещё «Трактат» лучшего ученика Эллария и «Толкователь махсианского письма» взял и кое-какие инструменты захватил, вот поэтому моя котомка много тяжелее твоей.
– Да, – протянул Кен. – Как там сестрёнка одна…
Он снова вспомнил малышку.
– Мы должны постараться сделать всё, чтобы её вылечить! – Иви сняла капюшон и поглядела на Айхаала своими ярко-жёлтыми с зеленоватыми прожилками глазами.
– У нас обязательно всё получится!
Шли быстро, и когда Центральный Огонь поднялся в зенит, дорога наконец пошла на спуск через знакомую долину. Вот путники услышали шум волн, а вдалеке вскоре показался кусочек Южного моря. Береговая прохлада придала путникам сил, и к полудню они вошли в свою деревню.
Пона, гуляя во дворе, заметила приближающихся путников. Из-за изгороди увидев Кена, она вытянула длинную шею и издала радостную переливчатую трель. Цветик попыталась зубами ухватить засов, чтобы открыть калитку, но ей никак не удавалось зацепить его. Пона скрылась за домом, и через некоторое время вернулась с Кьёй. Сестра держалась за её мохнатую зелёную шерсть.
– Кья! Сестрёнка! – крикнул Кен. – Ну вот мы и вернулись!
Встреча получилась радостной. Братья обнимали младшую сестру, а Цветик вылизывала всех четверых. Иви пыталась уклониться от мокрого шершавого фиолетового языка, но увернуться от поны было сложнее, чем убежать от урагана.
Кен подхватил девочку на руки, и вся компания вошла во двор.
– Кья, у нас мало времени! За нами погоня, ночью мы видели их костёр неподалёку, – перешёл Айхаал на серьёзный лад. – Нам нужно собираться и очень быстро уходить из деревни.
– Я в кладовку за запасами еды – и заодно посмотрю, что в доме осталось, – Кен скрылся в сарае.
– Соберите Цветика и возьмите воды, – раздался через время его глухой голос из глубины дома.
– Кья, мы решили не продавать этот камень храмовникам, – Айхаал чуть приобнял её. – Я думаю, что этот артефакт – накопитель силы, который может подойти к лечебной машине в старой Обители махсов. Мы вернулись за тобой, чтобы исцелить твои глаза с помощью древних механизмов, но Мар предал нас, он хотел сам продать этот камень и присвоить себе награду.
– Он побежал за храмовниками! – возмутилась Иви. – И теперь они гонятся за нами!
Все заторопились и стали собираться в дорогу. Братья быстро надели упряжь на Цветика и загрузили на неё немного припасов, Кья села верхом, и процессия тронулась. Кен последним спустился с крыльца, грусть охватила парня, когда он поглядел на дом, в котором вырос, на двор и сад, в котором они играли, когда были совсем маленькими. Кену было тяжело, его не покидало ощущение того, что все они никогда больше сюда не вернутся.
– Кен, быстрее! – громкий голос Айхаала привёл его в чувство и заставил встряхнуться.
Заперев калитку, он побежал вдогонку.
***
– Я посмотрел по карте, тракт через лес выводит к Углеграду, за ним начинается Северная дорога к Древней Обители. Правда, карта неточно обозначает этот путь. Вроде там какой-то перевал был, это придётся проверять.
– Но дорога, говорят, есть! – сказала Иви. – Об этом в трактате ученика Эллария указано, и не только. Это ещё я видела в отчёте о последней экспедиции храма Завета Эллария. Они пытались лет сто назад туда переправить находки вроде вашей, но Обитель не приняла их, и храмовники вернулись. Подробностей почти нет, и это, я думаю, неспроста. Я им не верю.
Путники миновали деревню и прошли по деревянному мостку.
– Может, как раз этого накопителя и не хватило, чтобы открыть ворота?
– Может, и так, братишка, и мы идём это проверить. Здоровье не купить ни за какие коврижки.
В этот момент поночка нагнала Кена и лизнула его в ухо. Он дёрнулся от неожиданности, но, увидав мохнатую зелёную морду Цветика, улыбнулся. Маленький караван быстро пересёк поле и двинулся по старой дороге. Деревья сначала попадались редко, но потом пошёл густой лес. Дорога заросла и почти не просматривалась. Деревья росли беспорядочно, а некоторые – и вовсе прямо посередине колеи. В лесу стояла необычная тишина, только ветер гулял в высоких кронах. Шли молча, прислушиваясь к посторонним звукам. И только Кен вспомнил, что в этих лесах живут Непримиримые, как тут же увидел, что далеко впереди промелькнула неясная тень. Цветик обеспокоенно зафырчала.
– Тише, поночка. Не беспокойся, мы рядом. – Айхаал потянулся к оружию, однако он не спешил доставать его.
– Привет, копчёные! – неожиданно раздался громкий мужской голос откуда-то сбоку. – Какого демона вам тут надо? Чего у нас забыли?
– Стой, Алипий! – кто-то прервал крикуна. – Это Тарки, я их знаю. Только у них в деревне есть зелёная пона. Это ж надо, такого редкого цвета! Они наш лес не трогают и не рубят, а дарами моря живут.
Кен притормозил Цветика, заслоняя собой Кью. Пышные кусты красники росли неподалёку, из них-то и выскочил, как демон из шутовской коробки, кьют в грязно-зелёном балахоне. В руках он держал арбалет с длинными дугами, остриё стрелы было направлено в сторону Айхаала.
– Вы Тарки? – спросил стрелок.
– Да, – ответил Айхаал. – За нами храмовники гонятся. Нам пришлось идти этим путём. Нам ребёнка вылечить надо.
– Эту малявку, что ли? – Кьют ослабил тетиву, убрал оружие за спину и откинул капюшон. – Ну ладно тогда.
– Знаем этих копчёных тварей. Много на себя берут, поганцы. Так зачем вы им? Дай-ка угадаю: что-то нашли, а им не отдали. Известное дело, гребут всё под себя, всё им надо.
Кьют подошёл поближе, а из кустов показалась ещё одна фигура в такой же одежде, но кьют был более высокого роста.
– Мы хотим попасть в Обитель махсов. Кья у нас слепая девочка, но только там есть лечебные аппараты.
– Ага, и идёте в пещеры этих древних насекомых. Но гонятся за вами неспроста, я так думаю!
– Алипий! Чего ты к ним пристал? – перебил того более рослый кьют. – Видишь, они торопятся, ребёнок с ними. И пусть себе идут!
Рослый кьют откинул капюшон, и Кен увидел, что левый глаз у него перевязан.
«Этому бродяге с глазами тоже не повезло», – подумал Кен.
Оглядев путешественников, предводитель Отверженных кьютов остановил взгляд на самом рослом из них.
– Ты старшой, что ли?
– Да, я – Айхаал, и теперь я за старшего в своей семье остался, море забрало остальных…
– Понятно, парень. Стихия безжалостна. Далеко погоня? Как думаешь?
– Не знаю точно. Когда ночевали – видели далеко в степи их костёр, теперь они и не отвяжутся, пока нас не догонят…
– Отвяжем, – с ленцой протянул Алипий. – Много их таких было весёлых.
– Значит, так, – рослый кьют поправил повязку, – Тарков мы знаем, через лес вас пропустим, а этих храмовников притормозим, но в лесу вы не должны задерживаться, уходите поскорее. Дальше впереди за лесом есть большое озеро, и на берегу увидите махсианский столп. Ночевать лучше у него, потому что место для ночлега там точно есть.
– Рыба в озере водится? – Айхаал погладил волнующуюся Цветика. – С едой у нас дела так себе…
– Рыбу, конечно, все ловят. Утром, когда пойдёте дальше, через пару склянок пути увидите развилку. Да по дороге вдоль озера идите. Смотрите, в лес не сворачивайте, а то если наши увидят в лесу чужаков, вам всем несдобровать, за озером мы не живём, это чужая территория. Удачи вам, ребятня!
– Спасибо! – кивнул Айхаал.
Кья улыбнулась, помахала рукой.
– Идите уже, – ответил Алипий. – А нам ещё дорогих гостей встречать.
***
Отступление второе.
– Брат Плюм! Может, не надо вам в этой деревне оставаться?
– Отправляйтесь без меня. Мне нужно чуть в себя прийти, лихорадку переждать, и я вас только задержу. Староста может дать вам лишь одного быстрого пона.
Плюм поморщился от боли в раненом плече, из которого деревенский кузнец только что вытащил арбалетный болт. Рука его была перемотана, и на серой повязке проступила кровь. Плюму самому не очень-то хотелось оставаться в этой пропахшей рыбой деревушке, но рука нещадно болела, а дело не терпело отлагательств. После стычки с Непримиримыми в лесу они потеряли волов, а другого средства передвижения у братьев храма теперь не было.
«Треклятое лесное отребье», – угрюмо думал он.
– Деревенского старосту я знаю, он не связан с этими разбойниками, поможет отбиться, а к тому же со мной останутся двое младших братьев храма и Либерий. Как он, кстати, себя чувствует?
– Перелома вроде нет, но камнем из пращи ему сильно ушибло ногу.
«Ну, гадёныши, вы допрыгались! – мрачно подумал Плюм. – Я вам этого не спущу». Он почувствовал на себе подобострастный взгляд Фарга и понял, что от него ждут распоряжения.
Немного подумав, он решил.
– Пока мы тут отлёживаемся, скачите с послушником как можно быстрее в Главный храм, поднимайте братьев, нужно перехватить этих Тарков, пока они не унесли артефакт, который должен принадлежать только нам. Мы отберём его! Тебе, Фарг, придётся тащить запасы еды.
– Этот тракт ведёт к Углеграду, – добавил Фарг. – Не в пустошь же они собрались так далеко отправиться всей компанией? Скорее всего, пойдут к Станции стабилизации климата.
Последние непонятные слова про стабилизацию климата были сказаны на языке древних кьютов, и Плюм произнёс это с большим трудом, слишком они были сложно произносимыми.
– Глупые Тарки думают, что махсы оставили в тайнике склад с артефактами. Ха-ха-ха! Но там же ничего нет! Мы всё оттуда давно забрали. Здесь-то мы их и возьмём.
Фарг перекинул ружьё за спину и кивнул.
– Мне это всё равно не нравится! Эта странная семейка якшается с лесными и утаивает от храма наш артефакт. У нас теперь много вопросов к Академии текнов по поводу их учеников. Как они смеют пренебрегать нашими законами? Они обязаны отдать нам свою находку!
– Это безусловно! Пусть братья поднимут вопрос на совете. Если Тарки всей семьёй примкнули к Непримиримым, то надо объявить их приспешниками! Это ударит по авторитету Академии в Совете глав. Посмотрим, что тогда нам скажут эти замшелые книжники по поводу этого заговора.
– Когда мы выезжаем, брат Плюм?
– Немедленно собирайтесь! Будете так мешкать, они и впрямь уйдут далеко! А я очень, очень хочу пообщаться с этим бунтарским семейством!
Спустя склянку отряд уехал в Большие Кузни, а раненые храмовники расположились в доме старосты на ночлег.
«Непримиримые мне за братьев ещё ответят! – злобно подумал Плюм, лёжа на кровати. – Совсем распоясались! Ну ничего, закончим это дело, вернём себе артефакт, а потом лесными разбойниками займёмся! Это Непримиримым спускать нельзя. Нет, нельзя…»
Под действием выпитого отвара из сонного мха раненый успокоился и забылся тревожным сном.
Глава 4. Изгнанники
Семейство Тарков продвигалось по лесной дороге. Больше в тот день опасных встреч не было, и ближе к вечеру путешественники без проблем добрались до очередного путевода, где и решили заночевать. Айхаал заметил в лесу засохшее деревце, которое Цветик зацепила хвостом и притащила прямо в лагерь.
Остановились на берегу большого лесного озера. Чуть в стороне, у берега, белели распустившиеся кувшинки, слегка покачиваясь, как в лодочках, на больших округлых зелёных листьях.
– Смотрите, какие цветы! – Иви безуспешно пыталась оторвать длинный и прочный, как верёвка, стебель кувшинки. – Какой крепкий! Никак не оторву…
В озере, словно в большом зеркале, отражались вечернее небо и, чуть покачиваясь на воде, загорающиеся звёзды.
– Я рыбу к ужину пойду ловить! – крикнул Кен, вытащил из поклажи донку и пошёл к озеру.
Цветик обиженно фырчала и что-то разглядывала на другой стороне дороги. Наконец, дождавшись, пока её освободят от груза и отпустят пастись, пона ринулась в подлесок и вскоре чем-то аппетитно захрустела.
– Тут рыбы валом! – донеслось от берега. – Ставьте котелок скорее.
Иви оставила цветок в покое и побежала набрать прохладной ключевой воды из родника неподалёку, а Айхаал стал рубить дрова. Не прошло и полсклянки, как запылал костёр, и девушка принялась чистить первую из трёх пойманных рыбин.
Озеро было настолько богатым рыбой, что чебы плескались как ненормальные. Клевало хорошо, Кен вытащил из тёмной воды очередную чебу и услышал трель Цветика прямо над ухом. Хитрая пона принесла ему ветку с несколькими зелёными дикими яблоками.
«Угощает ими меня, что ли?» – подумал парень.
– Наверное, ты рыбки хочешь? – улыбнулся он ей. – Меняемся на яблочки? На, бери. Надо впрок наедаться.
