Перейти к содержанию

Кроваво-красная луна 2. Рождение ведьмака

Автор:

Категория
мистика
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Приехав в родную деревню, где родился и похоронил родителей, Вадим нашёл на чердаке старую потрёпанную тетрадь, за которой уже долгие годы охотятся ведьма и колдун. А вернувшись домой и закрутившись, Вадим забыл про колдуна, ведьму и тетрадь, пока в квартире не появился призрак чёрной ведьмы, которая была его дальней родственницей и подругой Властелины. Вот с этого момента у него и началась новая жизнь. Жизнь ведьмака. Мистико-детективные рассказы. Второй сборник рассказов о капитане полиции Вадиме Шведове.

Читать «Кроваво-красная луна 2. Рождение ведьмака» — Владимир Александрович Мисечко онлайн

Страница 4 из 8

На открывшуюся дверь все трое обернулись и уставились на гостью.

– Пришла, – буркнул дед и поднялся.

– Проходите, бабушка, проходите и присаживайтесь к столу, – подошёл Вадим к старушке. Но та стояла, не двигаясь с места, поглядывая на деда, а тот, молча, смотрел на неё. Прошли минуты три в полном молчании. Потом кузнец не вытерпел и заговорил, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Ну, что все замолчали, словно воды в рот набрали? Бабка Евдоха, тебе что надо?

– Я не к тебе пришла, кузнец! – выпалила старуха. – От тебя мне ничего не надо. Мне нужен хозяин и по очень личному делу!

– Ты слишком стара для него. Была бы ты лет на сто моложе, тогда бы Вадим, может, и пообщался с тобой, – буркнул Еремей.

– Не груби, охальник! – рявкнула старуха на кузнеца. Тот сразу притих и опустил голову как мальчишка.

– Проходите, бабушка, – повторил хозяин дома. Та прошла, но за стол садиться не стала, а присела на стул, что стоял у печи.

– Мы тогда пойдём, – спохватился дед Иван и посмотрел на кузнеца. Тот, молча, поднялся и поплёлся вслед за дедом на выход.

– Я буду дома, – уже в дверях обернулся кузнец, – надумаешь, приходи.

Проводив их взглядом, бабка Евдоха поднялась и подошла к столу.

– Ну что, хозяин, отдашь мне тетрадь или нет?

– Какую тетрадь? – прикинулся дурачком Вадим.

– Ту самую, которую ты нашёл на чердаке.

– Ничего я там не находил, – посмотрел Вадим на бабку.

– Плохо с вашей стороны, молодой человек, обманывать старших. Некрасиво это.

– Послушайте, если она вам нужна, так возьмите её сами. А то играете здесь комедию. То один пришёл и просит, чтобы я ему её отдал, то другая. Зачем она вам нужна? Что в ней такого интересного, если вы готовы из-за неё перегрызть друг другу глотки.

– Не твоего ума дела, сопляк. Просто, отдай мне её по-хорошему или…, – не договорив, она замолчала, словно испугалась своих же слов.

– Бери, – вытащил Вадим тетрадь из ящика шкафа и бросил на стол.

Евдоха, увидев тетрадь, хотела схватить её, но опомнившись, отдёрнула руку, словно та могла укусить.

– Бери, бери, вот она, тетрадь, – сказал Вадим, поглядывая на бабку. Но та молча стояла и смотрела на тетрадь, не отрывая глаз.

– Нет, я так не могу её взять, – пришла в себя бабка. – Ты должен передать её мне по доброй воле, из рук в руки.

– Понятно. Значит, тебе её так просто не взять, – посмотрел на старуху Вадим и улыбнулся.

– Нет.

– А деду Ивану она тоже не дастся?

– А причём здесь он?! – выкрикнула Евдоха. – Эта тетрадь должна принадлежать мне и только мне! А этот колдун…, – в запале выпалила она и, поняв, что проговорилась, замолчала.

– Ну, ну, продолжай, если начала, – посмотрел на неё Вадим и взял тетрадь в руки.

– Ивану она не нужна, – уже тише добавила она.

– Нет, нет, ты начала говорить совсем про другое. Я тебя слушаю.

Присев на стул, бабка Евдоха сказала:

– Дед Иван – чёрный колдун…

– А ты кто? – перебил её Вадим.

– Я – травница.

– А ты, случаем, мне не заливаешь?

– Нет. В этой тетради записаны лечебные заговоры и то, как их правильно приготовить.

– Тогда зачем она деду?

Евдоха пожала плечами, мол, не знаю.

– Значит, так. Я подумаю, а завтра дам вам ответ, – поднялся Вадим, давая понять, что на этом разговор закончен.

– Я буду ждать, – старуха поднялась и, не прощаясь покинула дом.

Только она ушла, в дверь постучали, и на пороге появился дед Иван.

«Они что сегодня, сговорились?», – подумал Вадим, но ничего не сказал.

– Мы не закончили, – начал с порога дед. – Нам помешали.

– Я подумаю и завтра дам ответ. А сейчас оставьте меня одного. И, пожалуйста, будете уходить, закройте дверь.

– Я буду ждать, – теми же словами, что и бабка, ответил дед и вышел.

Оставшись один, Вадим налил себе водки, выпил и закусил бутербродом. Посидев ещё минут десять, он поднялся, убрал тетрадь в шкаф, запер дверь и пошёл спать.

– Утром, на свежую голову подумаю, что лучше сделать и кому из них её отдать, – глаза его сами по себе закрылись, и Вадим провалился в глубокий сон.

***

Чем занимались колдун и ведьма, называющая себя травницей, не известно. Но утром разразилась такая буря, что было страшно выходить из дома.

Вадим проснулся от сильного раската грома и, вскочив, подбежал к окну. На улице творилось чёрт знает что. Проливной дождь с градом в куриное яйцо бил всё под собой. Ветер выл, как дикий зверь и был такой силы, что выдирал деревья с корнем и срывал крыши, раскидывая их по всей деревне. Гроза с раскатами грома была такая, словно работала артиллерия. После каждого раската даже закладывало уши, а молнии ослепляли так, словно был солнечный день.

– Ну, и что прикажите делать? – произнёс Вадим и вновь выглянул в окно. В этот момент ударила молния и как щепку расколола пополам стоявший напротив дома тополь. Дерево вспыхнуло и загорелось. Одна половина упала на землю, перегородив улицу. И потухла. А другая продолжала гореть. Как не старался дождь, потушить он её не мог. Пламя, словно свеча, вздымало в небо.

«Какое-то светопреставление», – подумал Вадим, отходя от окна. Ощущение было и правда такое, что наступает конец света.

Бабка Евдоха ровно в пять часов утра запалила чёрную свечу и стала над ней колдовать, произнося заклинания на непонятном языке, том же самом, что был в тетради, найденной Вадимом на чердаке. Язык был мёртвым и давно уже забытым. Чёрная свеча то вспыхивала и разгоралась, то притухала. Также и голос у старухи – то доходил до крика, то затихал до шёпота, а потом вновь взлетал. И всё это повторялось беспрерывно уже несколько часов подряд.

Колдун ещё с вечера спустился в свою потайную комнату и, закрывшись на все запоры, зажёг свечи, расставленные на углы пентаграммы. Разместившись в её середине, он начал читать свои заклинания.

Буря бушевала уже несколько часов, то утихая ненадолго, то вновь набирая силу. Ветер рвал и метал, повалив уже несколько деревьев и сорвав у пяти домов крыши. Поваленным сараям и пристройкам не было счёта, как и заборам.

Никто не мог победить в этой странной, никому не понятной битве, ни ведьма над чёрной свечой, ни колдун в центре пентаграммы. Силы, накопленные за несколько столетий, были равны – то колдун был сильнее, и тогда голос ведьмы затихал, а чёрная свеча начинала потрескивать и шипеть, словно на неё лили воду; то ведьма брала верх, и в центре пентаграммы скрючивало колдуна. Но через некоторое время он вновь садился на колени, и заунывная песнь колдовства продолжалась.

Вадиму ничего не оставалось делать, как снова достать старую тетрадь и погрузиться в неё с головой.

«Может, придёт какая-нибудь шальная мысль, – думал он, жуя вчерашний бутерброд, – и я пойму эти каракули».

Но голова не работала, а во рту было сухо.

«Видно, вчера перебрал», – решил он и пошёл на кухню приготовить чаю.

Взяв карандаш и чистую бумагу из шкафа (как они там оказались, непонятно), он налил себе большую кружку чая, сел и стал переписывать знакомые буквы из тетради на бумагу.

«Может, что и получится прочитать», – размышлял он, запивая бутерброд чаем.

Когда он просидел часов до одиннадцати и выпил пять кружек чая, у него начало что-то складываться.

– Да, это же колдовские заклинания, а никакие не лекарственные, как говорила бабка, рецепты. Вот, старая карга, решила меня обмануть. Да, и дед тоже хорош. А я, развесив уши, слушал, – вскочив на ноги, Вадим забегал по дому, – вот, зачем эта тетрадь понадобилась им. – Но как она попала в его дом, и кто спрятал её в сундук?

Все эти вопросы не давали ему покоя. Ни мать, ни тем более отец, не занимались такой ерундой, Вадим это точно знал. Так, откуда же она взялась в доме? Может, бабка или дед занимались этой хе…нёй? Вадим их совсем не помнил. Когда он родился, их уже не было в живых, так ему говорили родители. А если его обманули, и старики были живы, тогда, где они были всё это время? А может, они живы и теперь? Нет, такое не укладывалось в его голове. Немного успокоившись, он вновь сел за тетрадь, выводя каракули и расшифровывая их. С каждой проведённой над тетрадью минутой, Вадим всё лучше и лучше понимал, что там написано. Но откуда он мог это знать… Буквы складывались в слова, а те в предложения.

Двое суток бушевала буря. Вадим не отрывался от старой тетради, переписывая и перерисовывая, проверяя всё по десять раз, в новую тетрадь.

– Старую можно и отдать, чтобы не заподозрили. А эту оставлю себе. Как говорится, на всякий случай. А случай бывает разный.

Дождь перешёл в противную морось. Сильный ураганный ветер, так же резко стих, как и начался. Гроза прекратилась, но раскаты грома ещё временами слышались.

Понемногу жители деревни стали появляться на улице. Кто спешил в магазин за продуктами, а кто разбирал завалы и прибирался возле дома – буря натворила дел. Ни света, ни связи в деревне не было. Ураган, вырывая деревья и столбы, порвал все провода.

«Что за напасть такая?» – выходя на улицу, думал Вадим. – Ни с того, ни с чего всё началось, а потом также резко прекратилось. С вечера всё было нормально, не предвещало ничего плохого, а утром раз – и такая беда. Словно всё это произошло по мановению волшебной палочки. А может, здесь что-то другое, но что?»

Вадим увидел бегущего в его сторону Еремея и ещё троих мужиков.

– Вадим, бежим к дому деда Ивана! – закричал Ерёма, увидев Вадима. – Там что-то неладное!

Ничего не сказав, Вадим сорвался с места и помчался вместе с мужиками.

Уже подбегая к дому, где скопился народ, они увидели, что из окон вырвалось синее пламя, и дом вспыхнул, как сухое полено.

– Что за чудеса? Такого просто не может быть, – остановился Вадим посередине улицы и уставился на горевший дом. Огонь бушевал, словно дикий зверь, а дыма не было. – Здесь что-то не то.

– Ага, – сказал кузнец, прикрываясь руками от сильного жара. – Я же говорил тебе, здесь творятся странные и непонятные вещи, а ты не верил.

Через тридцать минут возле горевшего дома столпилось пол деревни. Кто-то что-то кричал, размахивая руками, кто-то пытался затушить огонь, поливая его водой из ведра. А кто-то, молча, стоял, осеняя себя крестом.

За пару часов от дома осталась одна печь, да и та через мгновения обрушилась.

– Кто видел, дед Иван выбрался из дома или нет? – поинтересовался кузнец, поглядывая кругом. Но все помалкивали. – Значит, всё. Кранты деду, – перекрестившись, Ерёма потянул Вадима за рукав:

– Пошли к тебе, нужно поговорить.

Тот кивнул и, молча, пошёл за кузнецом. Ноги вязли в грязи и разъезжались, но двое здоровенных мужиков, преодолевая препятствия, двигались медленно, но уверенно, словно ледоколы. Не проронив ни слова, они подошли к дому Вадима Шведова и вошли внутрь.

– Что это было? – закрывая двери, посмотрел Вадим на друга.

– Колдовская разборка, – брякнул тот и уселся за стол. – Водка есть?

Хозяин достал целую бутылку и поставил на стол. Сорвав пробку, Еремей, не дожидаясь ни закуски, ни стакана присосался к горлышку.

– Оставь мне! – крикнул Вадим.

Кузнец, словно опомнившись, оторвался от бутылки, поставил её на стол и посмотрел на друга, словно видя его впервые.

– Рассказывай. Что знаешь? – разливая остатки по стаканам, спросил Вадим.

– Колдун с ведьмой не поделили территорию и твою тетрадь, вот и передрались. Бабка Евдоха оказалась сильней, – беря стакан, произнёс кузнец. – А результат их битвы ты видел сам.

– Надо сходить на кладбище и проверить старуху, – чокаясь с другом, сказал Вадим.

– Проверим, только допьём, – сказал Ерёма и опрокинул содержимое стакана в рот. Крякнув, спросил:

– Ещё водка есть?

Вадим помотал головой, мол, нет, и тоже выпил. Ещё немного поговорив, они отправились на кладбище, чтобы проверить старуху, жива та или нет.

– Тетрадь у тебя с собой? – посмотрел на Вадима Еремей.

– Дома спрятал.

– Надо её отдать, а то ведьма ещё что-нибудь натворит.

– Я поговорю с ней, – поспешил Вадим за кузнецом.

Через пятнадцать минут, меся ногами грязь, они подошли к дому бабки Евдохи и, дождавшись ответа на стук в дверь, вошли. Та сидела за столом, а перед ней стояла догорающая чёрная свеча. Странный запах, ударивший вошедшим в нос, витал повсюду.

– Я тебя ждала, – посмотрела она на Вадима, – подумал насчёт тетради?

Кузнец взглянул на друга, но говорить ничего не стал.

– Подумал, – сказал Вадим, – но у меня есть одна просьба.

– Какая ещё просьба?! – выкрикнула старуха.