– А вас? – спросил я после знакомства, преодолев смущение.
– Меня? – с удивлением ответила женщина. – А, имя! Я Лена.
– Приятно, – кивнул я.
– Да ты присаживайся, что ли! В ногах правды-то нет! – предложил Валера.
Я скромно примостился на краешке бревна.
– Ты из курсантов что ли, да, Саша? – спросил он, разливая по пластиковым стаканчикам что-то из прозрачной бутылки (этикетку я не видел).
– Ага, – кивнул я.
– В самоволке, значит, – подмигнул Дима.
– Вроде того…
– Понимаю… лето, все дела. А тут в казарме сиди! – ухмыльнулся Серёга.
– Ты молодец. Прям в хорошей форме себя держишь! А то недавно с инспекцией у лётчиков был, в Ставрополе… вот ведь поколение пошло: доходяги одни…
– Так что удивительного, если у народа жрать нечего? – сказал я.
Повисло неловкое молчание, которое нарушила Лена.
– Ну а чего? Он прав ведь! – Лена пожала плечами. – Мы тут ещё как-то живём. А пацаны в отдалённых гарнизонах… да чего я говорю? Сами прекрасно знаете.
– Ладно… у нас сейчас капитализм. Адаптируемся, будем жить как в Америке! – оптимистично заметил Дима. – Давайте за это, что ли?
– А давайте!
Валера взял из стопки чистый пластиковый стаканчик, налил туда «Херши колы» из бутылки и протянул мне.
В другой ситуации я бы эту гадость пить не стал, но в тот момент отказываться не стал. Переживу.
– Спасибо, – улыбнулся я и кивнул.
После чего мы все чокнулись пластиковыми стаканчиками.
– Лен, а как там вообще, в Америке-то? – с мечтательными нотками спросил Дима. – А то ты как вернулась, так и не рассказываешь ничего…
– Да можно подумать я там прям много видела, – рассмеялась Лена. – Только после прилёта немного по Нью-Йорку погуляла, да пару раз с ребятами в супермаркет каталась во Флориде.
– Ну и? Как там Нью-Йорк? Как в кино, да? – продолжал Дима.
– Вот сам побываешь и расскажешь, – Лена попробовала отшутиться.
– Да какой там! Мы ж военные! Секретность, «молчи-молчи»… может, на старости когда-нибудь и побываю… потому и спрашиваю. Одно дело по телеку смотреть, другое – когда сама всё видела.
Лена вздохнула и чуть нахмурилась.
– Чисто там… хорошо… не то, что у нас сейчас стало. Ну и всё такое огромное… небоскрёбы эти… кому-то не нравится – а мне кажется здорово там жить. А ещё посреди этого всего, прямо между огромных башен, у них есть огромный ухоженный парк. Он так и называется: Центральный Парк. Там люди гуляют, спортом занимаются, бегают в наушниках с плеерами, это вроде как новая мода у них… в общем, для человека всё приспособлено.
– Ясно… а во Флориде? Что там?
– Да провинция по американским меркам, – ответила Лена. – До супермаркета ехали полчаса. Народу почти не было. Представляешь: огромный магазин, ты проходишь туда просто так, между полок со всякой всячиной. И продаётся там вообще всё: от булок до телевизоров. И даже оружие!
– Оружие? – с неподдельным удивлением спросил Сергей.
– Ну да. Говорят, в разных штатах по-разному, но вот во Флориде пистолет можно в супермаркете купить.
– А что, бандиты там есть? – вмешался Дмитрий.
– Может и есть, – рассмеялась Лена. – Но я не видела.
– На шаттле не страшно было стартовать? – снова заговорил Сергей.
– Ну как… нет, наверно, – Лена улыбнулась. – Он же больше «Союза»! Поэтому, наверно, подсознательно кажется, что надёжнее.
– Да уж… – вздохнул Валера. – Жалко, что мы «Буран» не потянули… хорошая машина. Была.
– Так, может, ещё вернут в строй! – возразил Дмитрий. – Он же на консервации, на «Байконуре». В экономике дела наладятся и вернут.
– Если наладятся, – скептически заметил Сергей.
– Наладятся, – упрямо повторил Дмитрий. – Ну а как иначе? У нас ресурсов на весь земной шар хватило бы! Ну не может быть иначе.
Сначала я поражённо молчал, осознавая, в какую компанию меня занесло. Потом сдерживался, чтобы не наболтать чего-нибудь лишнего.
Но мужики и Лена трактовали моё молчание по-своему:
– Что, не ожидал среди космонавтов оказаться? – подмигнул мне Валерий.
– А вы… все, получается, да? – спросил я, изображая робость.
– Все, – кивнул он. – Но Лена вот особенный герой у нас. Она в мае вернулась с орбиты. Летала на «Атлантисе», американском шаттле, по совместной программе.
– Ого! – сказал я.
– Да что мы всё о своём да о своём, – вмешалась Лена. – Валер, ты для чего просил парня позвать, а?
– Как для чего? Угостить спортсмена хотел! Сам помню своё курсантское прошлое: еды никогда не бывает достаточно! – ответил Валера.
– Особенно сейчас… – пессимистично вздохнул Дмитрий.
– Дим, вот только не начинай заново, а? У нас вон гляди какая молодёжь подрастает! – сказал Валера.
– Саша, мы тут немного спорили о том, кто у вас там учится, – снова заговорила Лена. – Валера говорит, что вы вроде юристы или прокуроры военные. Так?
– Ну… не только, – я пожал плечами. – Есть еще переводчики.
– О, точно! Это ж Краснознамённый институт бывший! – Щёлкнул пальцами Дима. – Я ещё думал в военкомате, куда пойти – туда или в лётное. Там ребята в советское время круто устраивались. Особенно с арабским языком. Советниками ездили, в загранкомандировки катались… а сейчас как?
– Ну, бывает, кое-что, – я пожал плечами. – С нашего факультета старшие курсы на Балканы ездят, в Боснию.
– О как! – удивился Валера. – Там же вроде НАТОвский миротворческий контингент стоит?
– SFOR, – ответил я. – Да, и в его составе наша бригада.
– Слышь, Дим?.. – Валера толкнул соседа в бок. – Ну понятно, что на орбите мы со времён «Союз-Аполлона» дружили. А вот так, чтобы военные в составе одного контингента с НАТО были ты бы мог представить?
– Да, времена меняются… – вздохнул Дмитрий. – Теперь вот даже обычному человеку можно в Америку съездить, просто, если вдруг погулять захотелось. Делай визу – и вперёд!
– И обратно вернуться! – Сергей поднял вверх указательный палец. – Что важно.
Все рассмеялись шутке, которую я не понял.
– Да и хорошо это, наверное… – заметила Лена. – Да, у нас сейчас тяжеловато – но ничего, и не такое переживали. Перестроимся, жизнь наладится. Зато хоть дочка моя не будет думать про убежище и ждать воздушной тревоги… а то, как вспомню, как нас в детстве грузили этим всем… радиация, взрывы… мы даже ватно-марлевые повязки учились шить, представляете?
– А то! И противогазы на время надевать! – рассмеялся Валера. – Да ну его, такие разговоры, наливай ещё! За мирное небо и космос!
Я слушал разговор. Это ведь были космонавты, далеко не глупые люди. Элита, получившая всё самое лучшее, что мог дать Советский Союз. Как они умудряются с оптимизмом смотреть в будущее?..
А ещё я старался смотреть по сторонам. Бандиты могли сообразить, что я скрылся где-то в этом районе. Проверить наудачу отдыхающих. Да и потом, рано или поздно они узнают про учебный центр – если уже это не выяснили, и тогда у меня появятся новые проблемы…
– Я бы хотела ещё на международную станцию слетать, – сказала Лена мечтательно. – Уверена: её обязательно построят!
– Не пущу! – твёрдо сказал Валера. – В этот раз уж точно: хватит.
– Ладно, – улыбнулась Лена. – Тогда в политику пойду!
– Лучше уж в политику! – согласился Валера.
– Мечта, а не муж, да? – подмигнул им Сергей.
А у меня вдруг, несмотря на пережитый за вечер стресс, включились мозги.
– Про политику вы ведь серьёзно, да? – спросил я, обращаясь к Лене.
– А почему нет? Я хочу что-то изменить к лучшему!
– Слушайте, а у вас есть какая-нибудь визитка, а? Контакт оставите? У меня просто знакомые есть, которые как раз политикой занимаются, – сказал я. – И мне кажется, что вы – это как раз то, что им нужно!
– Знакомые? – удивилась Лена. – Хотя да… ты же из переводчиков… наверно, родители не простые люди, верно? – она подмигнула мне. После чего поднялась с места, покопалась в сумке, стоящей справа от стола и достала авторучку.
– Ты окунаться больше не планируешь? – спросила она.
– Нет, – я помотал головой.
– Давай тогда ладонь, запишу номер. Позвони мне после выходных.
– Я только через две недели смогу, – поспешил сказать я. – Мы раньше в город не вернёмся.
– Что ж, две недели так две недели. Я никуда не спешу, – ответила Лена и начала выводить свой номер у меня на ладони.
– Хорошо, что у тебя муж – не ревнивец, – рассмеялся Сергей, глядя на нас.
– Он слишком умён для этого, – улыбнулась Лена, глядя на Валерия.
– Спасибо большое за угощение, – сказал я после того, как оделся.
– Может, с собой возьмёшь чуток? – предложил Валерий. – У нас всё равно много. Взяли с запасом, не думаю, что сможем всё съесть.
Я поколебался секунду. Потом представил нашу палатку, пацанов… и кивнул.
– Спасибо, не откажусь, – ответил я.
– Лен, поможешь собрать? – сказал он, обращаясь к жене.
– А что ж не помочь?
В итоге я вернулся на лесную тропинку где-то с килограммом шашлыка, лаваша и овощей в пластиковом пакете.
Бандиты, кем бы они ни были, похоже, решили не штурмовать лес ночью, но это не значит, что можно расслабиться: наверняка меня будут искать.
Они просто не смогут оставить это дело просто так, зная, что я видел.
«Ладно, что-нибудь придумаю, – решил я. – Завтра».
В животе была приятная тяжесть от шашлыка. В голове крутились интересные мысли насчёт того, как можно использовать настоящую женщину-космонавта в политических кампаниях. Мысли хорошие и приятные. Ну и сама космонавт в накладе не останется, раз уж есть желание почувствовать, что такое политика… вот пойду в летний отпуск после лагерей – познакомлю её с Жириновским…
До территории лагеря я добрался без приключений. Перелез забор, миновал столовую. Там на мойке всё ещё шла работа: наряд устранял последствия ужина. Бедолаги. Хорошо хоть в этот раз я не попал туда, и в следующие две недели по плану вроде не должен…
Дневальный в расположении мирно дремал, облокотившись на грибок. В палатках было тихо.
Тенью скользнув по узкой тропинке, ведущей к умывальнику, я нырнул в палатку нашей группы.
Ребята, конечно, уже спали. Вообще, мне сильно с группой повезло: у нас никто не храпел. Большой плюс в казарме и в таких вот полевых условиях.
Я открыл пакет и провёл им над нарами, чтобы запах распространился по палатке.
Кто-то начал во сне причмокивать.
Потом я осторожно толкнул в бок Семёна. Тот пробормотал что-то невнятное, и перевернулся на другой бок. Тогда я толкнул его настойчивее.
Он зашевелился и медленно сел на нарах, глядя на меня. Я специально оставил полог палатки приоткрытым, чтобы внутрь попадал свет от рыжих уличных фонарей с центральной аллеи.
– Иванов? – спросил он сонно. – Вернулся? Без палева?
