– Возможно так и есть. А возможно проклятие действительно подействовало, и то, что вы называете сказками, на самом деле реальность.
– Ну… Каждый верит в то, во что хочет, – отмахнулся Ян и, насупившись, посмотрел на черную папку с компроматом, которую вновь взял в руки угрюмый мужчина в черном костюме. – Если я найду книгу, что будет с этой папкой?
– Гюллер ее уничтожит, – холодно ответила Рихтер. – Как только книга окажется у меня. С учетом, что вам известно местонахождение, думаю, трех дней вполне хватит, чтобы найти и доставить мне книгу.
– А если меня тоже найдут в темном углу с листком бумаги?
– Видите, зерно сомнений уже дало первые всходы, – тонко улыбнулась она. – Если вы потерпите неудачу, папка перестанет быть для вас проблемой.
– Почему же?
– Я сознательно умолчала о дальнейшей судьбе человека, который попытался найти книгу до вас.
– Вы ходите вокруг да около, – огрызнулся Ян.
– Лишь для того, чтобы не напугать вас раньше времени, – улыбка Рихтер стала шире. – Тот сотрудник… он сошел с ума.
Покинув здание корпорации через главный вход, Ян перешел дорогу и, остановившись, посмотрел на бирюзовое небо. В бирюзе уже поблескивали холодные оттенки. Холодно и неприятно было и на душе.
Несмотря на довольно вежливый тон беседы, Ян чувствовал угрозу в словах Марии Рихтер. Эта женщина не только наследница многомиллиардного состояния, но и довольно влиятельный человек, способный разрушить размеренную жизнь любого буквально щелчком пальцев. Вопросов добавляла и таинственная книга, которую Яну было необходимо выкрасть из Ленинской библиотеки. Во время учебы в университете Ян тоже увлекался одно время оккультизмом и, конечно же, знал о суфийском шейхе и написанном им гримуаре. Но во всех энциклопедиях, которые Ян успел прочитать за свою жизнь, не было ни слова ни о каком «Светоче мира». Однако мозг привычно начал собирать всю картину воедино.
Рихтер рассказала о том, что неоднократно пыталась достать книгу самостоятельно, но постоянно терпела неудачи. Нервозности добавлял и таинственный сотрудник, сошедший с ума, но Ян об этом постарался не думал, так как не верил в различную чертовщину. Скорее всего мнительность сыграла с беднягой злую шутку, а сквозняк или упавшая с рассохшейся полки книга спровоцировали приступ паники и, как следствие, очень сильный испуг. С другой стороны Рихтер уверена, что книга все еще находится в библиотеке, пусть и не внесена в многочисленные каталоги Ленинки. Конечно, Ян слышал о несовершенстве библиотечной системы, да и сам частенько с этим сталкивался в детстве, поэтому предполагал тот вариант, что слова Марии Рихтер о местонахождении книги правдивы. Вот только искать придется иголку в стоге сена, если не получится собрать нужную информацию. Вздохнув, он направился вдоль набережной Москва-реки, продолжая обдумывать предстоящую операцию.
В целом, первоначальные действия и так были ясны. Найти список книг, переданных Рубакиным Ленинской библиотеке, влезть в базу данных и поискать информацию там, а затем, найдя чертежи, подготовиться к вылазке и приступить к поискам на месте. Другое Яну в голову не шло, но он и сам прекрасно понимал, что верить в призрак Николая Рубакина попросту глупо, как и просить этот призрак о помощи.
Вернувшись домой, он нехотя пообедал. Если обедом можно назвать ленивое похлебывание супа под неодобрительное ворчание бабушки. Но густой и наваристый борщ в этот раз не принес удовольствия и сытости. Есть Яну не хотелось, а в груди горела обида, что кто-то умудрился прознать о его темных делишках.
– Янчик, ну что ты мусолишь горбушку уже три часа? Опять с головой в работе? – проворчала бабушка, устав наблюдать за душевными терзаниями Яна.
– Прости, бабуленька. Аппетита нет, – вздохнув, ответил он, отодвигая тарелку. – Нужно к урокам подготовиться. На следующей неделе контрольные, вылазки… ой, выезды. Много всего.
– Совсем ты с этой работой себя запустил, – покачала головой Анна Ивановна и привычно взъерошила Яну волосы. – Ладно, иди работай. Вижу же, что витаешь где-то.
– Ага, – буркнул Ян, поправляя прическу. Он встал из-за стола и криво улыбнулся. – Обещаю, что вечером воздам должное твоим питиям и яствам.
– Ой, лис. Иди уже, – рассмеялась бабушка, убирая тарелку и смахивая крошки со стола в сморщенную ладошку.
Вернувшись в комнату, Ян запер дверь, сел за стол, глотнул горячий кофе, после чего включил ноутбук и погрузился в поиск необходимой информации. На мигающий в левом нижнем углу желтый конвертик он не обращал внимания, решив сначала самостоятельно разобраться с проблемами.
Список книг, переданных Рубакиным Ленинке, удалось найти быстро. Библиотека его и не скрывала, вывесив скан списка в архиве. Истории о призраках постоянно привлекали всех любителей паранормальщины, поэтому руководство библиотеки решило на этом заработать, включив список в число знаменитых музейных экспонатов Ленинки.
Впрочем, ничего необычного в этом списке Ян не увидел. Рубакин определенно был довольно дотошным библиофилом, сопроводив названия книг короткими заметками. Лишь у одной книги заметки не было. «Светоч мира» сиротливо стоял в середине списка, но Ян, нахмурившись, увеличил скан, затем добавил контрастности и удивленно хмыкнул, увидев рядом с названием книги еле видимое изображение руки, которое кто-то пытался стереть.
– Ага, – буркнул Ян. – Значит, «Светоч мира» как-то связан с этим «Custodes Tenebrarum». Но пока это мне ни о чем не говорит. Ищем дальше.
Результат поиска Яна не удовлетворил. Он влез в базу данных библиотеки и потратил три часа пытаясь отыскать следы «Светоча» в самых разных отделах, но тут его ждала неудача. Все книги Рубакина осели в доме Пашкова, где сейчас находился отдел редких рукописей. Однако среди этих книг не было нужной, что заставило Яна негромко выругаться. Но Ян прекрасно понимал, что люди Рихтер наверняка так же шли его путем и тоже ничего не нашли. Кроме того, что все дорожки вели в дом Пашкова. Значит там и следовало искать ответы на свои вопросы.
Тяжело вздохнув, Ян дважды кликнул на мигающий желтый конвертик и открыл окошко приватного чата. Тринадцать сообщений от Ra1no. Последнее пришло три минуты назад. Ra1no даже отступил от привычного шифра, что говорило о его взволнованности.
Ra1no: Новостей немного, но они есть.
Ra1no: Что-то похожее на твою монету я нашел только в одном месте.
Ra1no: Храм книги в Иерусалиме.
Ra1no: Там хранятся не только Кумранские свитки, но и пара вещичек времен Крестовых походов.
Ra1no: На одном из ящиков, который выставлен в экспозиции музея, я нашел выжженное изображение руки. И представь себе, на этой руке тоже отсутствует мизинец.
Ra1no: В общем, в этих ящиках крестоносцы увозили из Святой земли не только свои вещи, но и награбленное.
Ra1no: А этот ящик, ни за что не догадаешься, какому ордену принадлежал :)
Ra1no: Госпитальерам! Но и это не самое крутое.
Ra1no: Внутри ящика был найден реликварий. Пустой.
Ra1no: Хрен его знает, что там было, но определенно что-то очень ценное.
Ra1no: Фотографию реликвария и ящика я тебе скинул. Сам зацени.
Ян открыл прикрепленные фотографии и мысленно присвистнул. На ветхом деревянном ящике, стоящем за толстым стеклом, отчетливо был виден знак в виде выжженной на дереве четырехпалой руки. Точно такой же, как и на золотой монетке, найденной в кошельке аналитика Рихтер. Реликварий выглядел тоже необычно.
Путешествуя, Ян частенько бывал в различных музеях, где были выставлены реликварии – искусно украшенные ларцы, в которых обычно хранились мощи святых и разные религиозные реликвии. Однако реликварий с фотографии, присланной Ra1no, отличался от тех, что он видел. Он был полностью сделан из золота, но вместо привычных фигур святых и сценок из Библии, на реликварии нашлось место лишь пяти символам, изящно выгравированным на драгоценном металле древним ювелиром. Обезьянка, череп, с вставленными в глазницы прозрачными камнями, изумрудный круг и раскрытая книга. На крышке реликвария был выгравирован крест, от которого в разные стороны расходились лучи.
Поблагодарив Ra1no, Ян откинулся на кресле и задумчиво посмотрел в окно. В груди ворочался червячок сомнений, и этот червячок подсказывал Яну, что Мария Рихтер была с ним недостаточно честна. Наверняка таинственные аналитики отдела поиска знали об этом реликварии, только вот делиться этой информацией Рихтер почему-то не стала. Словно знала, что он этим точно заинтересуется.
Скорее всего реликварий и был местом хранения таинственной книги, которую госпитальеры выкрали со Святой земли, как и множество других реликвий, большая часть которых давно уже осела в мировых музеях. Но как книга попала к Рубакину? Вероятнее всего, как и остальные ценные книги. Библиофилы, известные своей любовью ко всему древнему и ценному, частенько скупали все, что казалось им таковым. Почему тогда книга пропала, хотя точно была в списках книг, которые Рубакин завещал Ленинской библиотеке? Может книгу украл один из работников? Или она попросту потерялась? Ответа на этот вопрос Ян не знал. Но точно намеревался это выяснить. Как-никак от этого зависела его дальнейшая жизнь, которую Рихтер грозилась уничтожить.
– Допустим, я поверю в призрака, – буркнул Ян. Он привык разговаривать сам с собой, когда планировал операции, потому что это помогало избежать множества подводных камней. Внутренний перфекционист Фенека сразу же давал о себе знать и в итоге каждая операция больше походила на произведение искусства, где был выверен каждый шаг. – Но что если призрак сотворит со мной то же, что сделал с предыдущими искателями книги? Да, ну. Бредятина.
– Или нет, – высказал сомнение Фенек. – Какой смысл Рихтер пускать тебя по ложному следу, если ей так уж уперлась эта книжка?
– Или нет, – согласился Ян. – Но полагаться только на призрака нельзя. Если книга действительно в Ленинке, то проникнуть туда трудностей не составит. Тем более в дом Пашкова. База данных говорит о том, что все книги из коллекции Рубакина, за исключением пары географических атласов, перевезли туда.
– Сомневаюсь, что атласы – это то, что тебе нужно.
– Верно, – снова согласился Ян. – Реликварий на фото был небольшим, следовательно и «Светоч» по размеру, как обычная книга.
– Но как она может выглядеть?
– Вероятно, как обычная, но очень старая книга.
– Ты упускаешь из виду, что реликварий был времен Крестовых походов. Если уж ящик для хранения сделали из золота, то и содержимое должно соответствовать ящику.
– Хм. В таком случае книга может быть тяжелой, скорее всего с обложкой из спрессованной кожи, отделанная железом или драгоценными камнями. Тогда сомнительно, что на такую ценность не обратили внимание.
– Или все же обратили? И украли, польстившись на крайне привлекательный внешний вид. Как ты когда-то польстился на учебник истории.
– В таком случае, я остаюсь в тупике, – вздохнул Ян. – Единственная зацепка – это дом Пашкова, а значит, надо готовиться к проникновению в библиотеку. Эта Рихтер почему-то уверена, что книга находится там. Сомнительно, что аналитики корпорации плохо делают свою работу.
– Ты слишком часто упоминаешь слово «сомнительно», – проворчал Фенек.
– К несчастью, оно тут к месту, – хмыкнул Ян, покачиваясь на кресле. – Если они умудрились как-то взломать камеры и собрать на меня компромат, то свое дело точно знают. А значит надо быть готовым к любым неожиданностям.
– Боишься, что тебя могут кинуть?
– Ну, кинуть – это слишком громкое слово. Вероятно, действовать они будут менее изящно, но я не исключаю такой вероятности. Если книгу действительно получится найти, то её необходимо хорошенько изучить, прежде чем отдавать Рихтер.
– Ты уже делишь шкуру неубитого медведя? – поинтересовался Фенек.
– Пока просчитываю варианты, – честно признался Ян. – Не хочется вляпаться в очередную веселенькую историю из-за собственного идиотизма. Ладно, накидаю черновой вариант. Проникновение днем отменяется. Слишком много лишних глаз. Ночь – самое лучшее время.
– Как и всегда, – услужливо напомнил внутренний голос. – Но лезть ночью в главную библиотеку страны, находящуюся рядом с Красной площадью, самоубийство.
– Верно. Значит, надо проникнуть днем и дождаться ночи.
– Хорошая идея.
– Если, к примеру, дом Пашкова посетит электрик.
– Вариант откровенно идиотский, – ехидно ответил Фенек. – Камер там не меньше, чем в главном корпусе.
– Ну, это не проблема, – отмахнулся Ян. – Никто не мешает отключить запись и заменить ее на закольцованную картинку. Если это работает, то незачем создавать себе проблемы из ничего. Итак. Электрик заходит в дом Пашкова днем, а ночью превращается в вора и ищет книгу. Найдя книгу, он возвращается в укрытие и ждет утра, чтобы спокойно выйти, не привлекая внимания.
– Опасно.
– Опасно, – согласился Ян. Он дважды кликнул на файл с планом дома и, прищурившись, принялся его изучать. – Так, в целом прятаться необязательно. Если запланировать вылазку на день смены библиотекарей, то нужда в том, чтобы сидеть в какой-нибудь тесной каморке до утра попросту отпадет.
– Канализация?
– Именно. Центр изрыт старыми катакомбами. Один из входов как раз располагается под домом Пашкова.
– А если он заложен?
– Тогда придется сидеть в укрытии до утра.
– В таком случае нужен не электрик, а сантехник.
– Черт. Тоже верно, – согласился Ян. – Придется где-то раздобыть сумку с инструментами и униформу, в том числе и для личины электрика, а Рихтер ясно дала понять, что промедление грозит разоблачением. Бабуленька этого не переживет. Придется импровизировать, если что.
– Ты не любишь импровизировать. Импровизация для дебилов и дилетантов, – услужливо напомнил Фенек, и Ян снова с ним согласился.
– Других вариантов пока нет. Меня это, конечно же, печалит, но опускать руки не стоит. Случались операции и сложнее. Итак, подытожим. Посетить дом Пашкова поможет пропуск учителя истории. В сокрытии личности нет нужды, потому что формально книги, которую нужно украсть, в библиотеке нет. К тому же всегда есть риск напороться на того, кто меня знает в лицо. Все же Ленинку я посещал слишком уж часто. С дверными замками справится отмычка. Главное не трогать главные двери, чтобы не сработала сигнализация.
– А если дверь, которая ведет в коллектор, тоже под сигнализацией?
– Решат, что ложное срабатывание. В любом случае, я или сбегу, или спрячусь в укрытии.
– Что будет укрытием?
– Вариантов несколько. Электрощиток, к примеру. Места там достаточно, чтобы сидеть. Главное не коснуться чего-нибудь ненароком, а то неровен час поджаришься, как попкорн. Или же канализационный стояк. Как раз можно узнать, есть ли спуск в коллектор. Еще остается архив. Но есть риск, что дверь в архив тоже под сигнализацией. Пока канализационный стояк остается наилучшим вариантом. Зловонным, да, но относительно безопасным. Сомнительно, что кто-то решит посетить его, но даже в таком случае легко спрятаться в переплетении труб. Одна из веток ведет в тупичок, а значит нет риска засветиться на камеру наблюдения.
– В этом сыре слишком много дыр.
– Да, дыр много, но на поиски другого сыра нет времени. Быстрее разберусь с этим делом, быстрее вернусь к привычной жизни.
– Есть вероятность, что придется залечь на дно.
– Само собой. Скорее всего Рихтер не упустит возможность пошантажировать меня еще раз. Надо перенести свои дневники в другое место и хорошенько их спрятать. А еще лучше, найти потом скопированное аналитиками Рихтер и стереть все доказательства моих похождений. Но этим я займусь позже. Сейчас надо разобраться с книгой.
Вздохнув, Ян засучил рукава и принялся за работу. Для начала был изучен график работы сотрудников библиотеки и дома Пашкова, в частности. Как и предполагалось, пересменка приходилась на понедельник. Ян понимал, что во вторник, даже если он решит спрятаться и переждать ночь, он вряд ли привлечет чье-то внимание. Максимум спишут на слишком раннего посетителя, а то и вовсе не заметят.
Одежду было решено выбрать максимально неприметную. Для этого идеально подошла серая толстовка, серые спортивные штаны, черные кроссовки и бейсболка. В рюкзак Ян сложил блокнот, отвертку, универсальную отмычку и свернутую в несколько раз карту канализационных каналов под библиотекой. Своей памяти он, конечно же, доверял, но решил перестраховаться, если московские коммунальщики вдруг внесли изменения в то, что было построено сотню лет назад.
Затем Ян потратил еще пару часов, чтобы влезть в сеть библиотеки и подключиться к пункту видеонаблюдения. За залом с рукописями в доме Пашкова следили четыре камеры, причем одна из них давала довольно мутную картинку. Ян довольно усмехнулся, включил запись и, откинувшись на кресле, принялся вновь обдумывать раз за разом каждую деталь плана. Записать следовало довольно большой объем данных, но насчет этого Ян не волновался. Купленный им сервер в Нидерландах позволял вместить не одну сотню часов записей в самом наилучшем качестве. Ровно в десять утра сервер автоматически очистит все содержимое облака, а разработанная Ra1no и Яном программка, позволяющая дистанционно управлять почти любой системой видеонаблюдения, аккуратно вернет все, как было.
Конечно, сомнения никуда не делись. В плане действительно было много дыр, а к импровизации Ян всегда относился довольно скептически и прибегал к ней только в случае крайней нужды. Каждая его успешная операция была фактически произведением искусства, чем он очень гордился, поэтому даже к вылазке в Ленинку подходить следовало с привычным перфекционизмом.
Ко сну Ян отходил в дурном расположении духа и спал очень скверно, раз за разом просыпаясь от кошмаров, в которых фигурировала как четырехпалая рука, норовящая вцепиться ему в горло и задушить, так и призрак библиофила Рубакина, гневно отчитывающий Яна за воровство. Однако выбор уже сделан, к тому же пасовать перед трудностями Ян не привык, после чего, привычно пробежавшись по плану еще раз, наконец-то уснул, пусть и проснулся донельзя измотанным и злым. Он не стал умываться. Только выпил быстро кофе и, одевшись, вышел из дома. Следовало посетить дом Пашкова перед вылазкой, чтобы самостоятельно убедиться, что главные дыры в плане надежно заделаны.
По пути в Ленинку Ян постоянно оглядывался. Его не покидало ощущение, что за ним кто-то наблюдает. Своей интуиции он верил и неоднократно пытался «вскрыть» молчаливого наблюдателя, но ожидаемо потерпел фиаско. Хмурые люди, идущие следом за ним, были обычными хмурыми людьми, которых нужда вытащила из теплых кроватей в воскресное утро и отправила по делам. Даже машины на обочине были пустыми и мокрыми от прошедшего ночью дождя. Однако Ян все равно чувствовал кожей чей-то взгляд и выдохнул только тогда, когда добрался до библиотеки.
– Обычно, в выходные люди утром спят, Ян Сергеевич, – проворчала пожилая женщина за деревянной стойкой в главном холле библиотеки.
– Только учителям отдых не положен, ибо вложить гранит науки в голову современным детям та еще задачка, – обворожительно улыбнулся Ян, облокачиваясь на стойку. – Вот поэтому я здесь, Галина Георгиевна.
– Что на этот раз? – улыбнулась библиотекарь.
– Сущий пустяк. Хотелось бы взглянуть на коллекцию Николая Рубакина. Моим ученикам будет полезно узнать, что стоит за этой громкой историей про привидение.
– А вот зря вы не верите, – буркнула Галина Георгиевна. – Скольких он уже перепугал. То книгу уронит, то на ухо что-то шепнет.
– Поэтому я пришел утром, – усмехнулся Ян. – Даже привидениям необходимо отдыхать. К тому же мне нужна только одна книга. Атлас естествознания, если быть точным.
– Пропуск, перчатки, бахилы, – ответила женщина и виновато улыбнулась в ответ. – Сами понимаете. Таковы правила.
– Без сомнений. Все понимаю. Постараюсь не занимать ваше драгоценное время, – кивнул Ян, беря со стойки пластиковую карточку и две капсулы, в которых обычно лежали бахилы и одноразовые перчатки. В Ленинке и впрямь слишком трепетно относились к старинным книгам.
Галина Георгиевна, заполнив формуляр, проводила Яна в дом Пашкова, который был соединен с главным зданием библиотеки. Затем она удалилась к полкам и через несколько минут вернулась, неся в руках тяжеленный атлас естествознания. Положив его перед Яном, женщина вновь улыбнулась и направилась к выходу.
Ян довольно хмыкнул, проводив библиотекаря взглядом, отодвинул атлас в сторону и встал из-за стола. Конечно, чаще всего библиотекари оставались в отделе редких рукописей, но к Яну все настолько привыкли, что частенько пренебрегали правилами безопасности и оставляли его одного. Этот раз не стал исключением. Поставив телефон на беззвучный режим, Ян поднес его к уху и сделал вид, что с кем-то разговаривает. Охрана, наблюдающая за ним в этот момент по камерам видеонаблюдения, даже не догадывалась, что этот высокий мужчина в сером спортивном костюме вместо разговора внимательно осматривает внутреннее убранство зала рукописей.
Начал Ян с окон и самодовольно улыбнулся, увидев на стеклах прикрепленные датчики сигнализации. Похожие датчики нашлись и на резных двойных дверях, через которые посетители попадали в зал рукописей. А вот неприметная белая дверь с табличкой «Хоз. помещение» была лишена каких-либо проводов и сигнализаций. Одного взгляда Яну было достаточно, чтобы понять, что вскрыть эту дверь он сможет без лишних усилий за несколько секунд.
– Ну, это будет слишком просто, – буркнул он себе под нос, на миг даже ощутив что-то похожее на разочарование. Однако разочарование улетучилось, когда невесть откуда взявшийся холодный сквозняк коснулся шеи. На ум сразу пришли тысячи прочитанных историй о призраке Рубакина, о его холодном дыхании и последующем шепоте, который многих свел с ума. Впрочем, Ян был реалистом и, негромко рассмеявшись, вернулся за стол. Однако смех застрял в горле, когда Ян увидел рядом с атласом пожелтевший листок бумаги.
– «Ты достоин»? – прочитал Ян и, фыркнув, повысил голос. – Очень смешно, Галина Георгиевна. Признаюсь, мурашки пробежали. Можете выходить из своего укрытия. Вместе посмеемся.
