Я приду за тобой! (книга #3) — книга №3 серии «Не Детская История»

— Хорошо, — миролюбиво согласился Александр Квинси. — С одним условием…

— Каким? — недоверчиво нахмурилась Воронцова, предчувствуя что-то нехорошее.

Герцог неторопливо обошёл её, как охотник обходит свою жертву. В его глазах светился ленивый, злобный огонь, а на лице блуждала самодовольная улыбка.

— Раздевайся, — коротко приказал он.

— Что?! — возмущённо выдавила из себя графиня.

— Раздевайся!

Графиня Воронцова застыла. Руки, словно завороженные, поднялись, дрожащие пальцы дёрнули хитрые завязки, тугое, сдавливавшее фигуру, платье скользнуло по телу и послушно упало к ногам…

Квинси остановился напротив женщины, окинул стройную фигурку изучающим взглядом и одним резким движением потянул её к себе. Жадно сжал грудь грубой ладонью, оставив на коже красные следы, и удовлетворённо хмыкнул.

Графиня вздрогнула и дерзко взглянула в глаза герцогу, откровенно наслаждающемуся и упивающемуся её беспомощностью и покорностью…

Он яростно впился в её губы своими, рукой скользнул по плоскому животу вниз, и, не церемонясь, вошел в неё двумя пальцами. Графиня тщетно дёрнулась, сжала ноги, но было уже слишком поздно…

Одним рывком герцог развернул её спиной к себе и повалил на стол. Бесцеремонно раздвинул её ноги в стороны, стянул с себя штаны, нащупал головкой своего члена её слегка влажные и приоткрытые губки, и через мгновение вогнал себя в неё — грубо, безжалостно, одним резким движением.

Графиня вскрикнула от боли и унижения, вцепившись пальцами в край стола, закусила губу и прикрыла глаза, стараясь ни о чем не думать.

Стол тихонько застонал, а герцог ускорил свои движения, тяжело задышав, ощущая, как графиня непроизвольно сжимает стенки влагалища и словно пытается высосать, выдоить его член досуха… Кажется, графу Воронцову очень повезло не только с дочкой, но и с женой…

Вспомнив о юной графине, и мысленно сравнив её с её матерью, герцог непроизвольно вогнал член ещё глубже и с удивлением осознал, что сдерживаться больше нет сил…

Его движения замедлились, стали размереннее и плавнее… Его член напрягся и через секунду принялся щедро орошать лоно графини семенем.

Герцог зарычал, выпустил её бёдра из своих рук, запрокинул голову к потолку, зажмурил глаза и замер, ощущая, как его орган пульсирует внутри женщины, и как она непроизвольно двигается и сама скользит по нему, даже не осознавая этого…

Сцедив все до последней капли, Квинси извлёк член, натянул штаны и обернулся на звук отворяемой в комнату двери.

— Дорогая? Герцог? — растерянно произнёс граф Воронцов с порога.

— О! Я уже ухожу, граф, — одёрнул полы своего сюртука Александр Квинси. — Просто зашёл поздравить вашу жену с такой прекрасной и талантливой дочерью.

— Спасибо, герцог, — вежливо поклонился Воронцов, глядя на лежащую на столе, обнажённую графиню.

— Кстати, ваша жена просто чудо! — герцог ободряюще похлопал графа по плечу, небрежно вытер запачканные пальцы о его безупречно выглаженный пиджак и покинул комнату, устремившись прямо по коридору и насвистывая под нос весёлую мелодию…

* * *

Акт Четвёртый

Герцог Квинси вышел из-за колонны, неторопливо оправляя манжеты, заметил краем глаза движение слева от себя и поднял заинтересованный взгляд на приближающегося к нему человека.

Высокая, жилистая фигура в чёрной рясе, украшенной тонкой вышивкой кроваво-красного шелка, слегка худощавое, измождённое лицо, с резкими скулами, и глубоко посаженные, холодные и внимательными глаза, как у хищной птицы.

От мужчины пахло ладаном, пылью древних молитвенников и чем-то ещё… терпким и опасным, что заставляло кожей чувствовать скрытую угрозу за благочестивой оболочкой.

— Ваше преосвященство, — склонив голову в чуть издевательском поклоне, поприветствовал герцог епископа. — Не думал увидеть вас в таком… развратном месте.

— Театр даёт нам возможность наблюдать природу человека, милорд, — благодушно кивнул Великий инквизитор, епископ Фелипе. — Нагую природу. Без прикрас.

— Нагую? — прищурился Квинси. — О, вы явно следили за сценой с особым вниманием!

— Почему нет? — удивился епископ. — Интересная постановка. Местами… слишком реалистичная. Но интересная…

Фелипе замолчал и внимательно посмотрел в хитрые, холодные глаза собеседника. Было похоже, будто два хищника вежливо оценивают друг друга перед смертельной схваткой, изучают повадки друг друга, присматриваются. Решают — стоит ли ввязываться в драку, или лучше отступить…

— Я бы хотел поговорить с вами, милорд, — тихо произнёс Фелипе, первым прервав затянувшуюся паузу.

— Мы уже говорим, — Квинси приподнял бровь.

— В более уединённом месте, где нас не потревожат случайные люди.

— Вряд ли я смогу заинтересовать столь святого человека… — преувеличенно разочарованно вздохнул герцог. — Спасать мою душу уже поздно, да я и не особо горю желанием это делать… А других интересов у нас с вами быть не может…

— Почему же… У нас с вами может быть очень много общего.

— Например? — лениво произнёс Квинси.

— Например, общие враги… Мы знаем, ради чего вы прибыли в этот чудесный город, милорд.

— И ради чего же? — усмехнулся герцог.

— Ради одной очень наглой и путающейся у всех под ногами ведьмы.

— Хм… Допустим. Но я могу убить её и без вас. Вы мне зачем?

— Мы не хотим, чтобы вы её убивали, — загадочно произнёс епископ, склонив голову набок. — Отдайте её нам!

— С чего мне это делать?

— Вы ненавидите своего брата и полагаете, что место императора ваше, — усмехнулся инквизитор.

— Ну… Я бы так не сказал… — поморщился Квинси. — Просто недолюбливаю.

— Мы поможем вам занять трон, милорд. Взамен вы окажете церкви небольшую… любезность. Например, начнём с ведьмы…

— Хм… — задумчиво нахмурил лоб брат Императора.

— Так как? — заискивающе произнёс епископ. — Не желаете пообщаться более тесно и обсудить дальнейшие планы, милорд?

— Ну почему же… С умным и интересным собеседником грех не пообщаться, ваше преосвященство… Пойдёмте…

— Это будет необычный союз… — довольно усмехнулся Великий Инквизитор, двинувшись следом за герцогом…

Глава 3. Сила

На стене горели неяркие светильники, заполняя комнату ровным, мягким желтоватым светом, в оконную раму пробивался блеклый лунный свет, отбрасывая серебристые блики на пол и края кроватей. Алиса валялась на животе, мечтательно глядя в окно и небрежно покачивая ножками в воздухе, Лилит читала какую-то книгу, периодически недовольно морща лобик и изредка задумчиво замирая в конце страницы…

В тишине комнаты скрипнула входная дверь и девушки почти одновременно оторвались от своих занятий и с заметным интересом уставились на появившуюся на пороге их уютной берлоги подругу.

— О, явилась! — сварливо хмыкнула рыжая ведьмочка, усевшись на кровати и сложив ноги в позе медитации. — Ну как, пьеса?

— Да так… — устало отмахнулась Мими, прикрывая за собой дверь. — Разврат и содомия…

— Чёрт! — вскинулась Алиса, бросив укоризненный взгляд в сторону Лилит. — Я же говорила, что надо было идти!

— Умерь пыл, рыжая, — усмехнулась брюнетка, неторопливо пройдя по комнате к своему шкафу и принявшись переодевать нарядное платья во что-то более привычное и повседневное. — Ничего интересного там не было — я чуть от скуки не уснула на середине представления… Хотя аристократии, видимо, зашло. Дамочки охали и смущённо краснели, их кавалеры довольно хмыкали и крутили усы…

— Что хоть за представление было?

— Да… — начала Мими, запнулась на полуслове, неожиданно пошатнулась, сделала неуверенный шаг в сторону и с глухим звуком осела на постель.

— Эй! — взметнулась со своей кровати Алиса, подскочив к подруге. — Что с тобой?

— Голова кружится… и слабость какая-то… — пробормотала юная герцогиня, пытаясь сфокусировать взгляд и прогнать мелькающее перед глазами мутные пятна и радужные круги.

— Ща… — коротко бросила ведьмочка и кинулась к своему огромному сундуку в углу комнаты. — У моей бабки такое было…

— За три дня до смерти? — усмехнулась Лилит.

— Нет, почему… За девять месяцев до того, как она родила мою мать…

— Я тебя сейчас прибью! — простонала Мими.

— Да я же шучу! — миролюбиво пробормотала Алиса. — Шутки не ваш конёк…

Ведьмочка скрипнула тяжёлой крышкой, откинув её в сторону, и принялась торопливо копошиться внутри, вытаскивая наружу бутылочки, баночки, корешки и всевозможные веточки…

— Вот! Нашла! — спустя десяток секунд Алиса подскочила на ноги, сжимая в ладони несколько маленьких мензурок, и снова ринулась к подруге. — Открой рот! — скомандовала ведьмочка строгим голосом.

— Что это? — нахмурилась Мими, глядя на зелья в руках рыжей.

— Лекарство. Восстанавливает силы, запускает скрытые резервы в организме и улучшает сопротивляемость проклятьям, сглазам и порчее. Будем болтать или лечиться? — недовольным тоном проворчала рыжая.

— Лечиться, — вздохнула брюнетка, открыла рот и зажмурилась, хорошо зная вкус зелий подруги и прекрасно понимая, что её сейчас ожидает.

Ведьмочка довольно хмыкнула, чпокнула пробкой и через секунду опрокинула в рот Мими первый пузырёк. Выждала, убедилась, что та всё проглотила и дёрнула пробку на втором…

Мими ощутила, как по горлу поползло что-то мерзкое, прохладное и склизкое, как язык обожгло холодом, как он занемел на несколько секунд, а затем словно покрылся острыми колючими шипами, жалящими нёбо и раздирающими щёки изнутри.

— Легче?

— Вроде как… — открыла Мими глаза и прислушалась к своим чувствам. — Чуть-чуть… Жрать только хочется… И желательно мяса… И только попробуй мне что-то про свою бабку сказать!

— Где я тебе мясо найду посреди ночи? — недовольно фыркнула ведьмочка, на всякий случай ощупывая покрытый испариной лоб подруги. — Есть молоко и сухари…

— Молоко? — задумчиво пробормотала Мими, уставившись перед собой и наткнувшись глазами на прикрытые тонкой ночной рубашкой и видневшиеся в глубоком вырезе белоснежные, с голубыми прожилками вен, холмики грудей ведьмочки.

— Эй! А ну прекращай! — строго прикрикнула Алиса, заметив взгляд брюнетки. — Я об обычном молоке говорю!

— Да я поняла… — пробормотала Мими. — Не… — помотала она головой. — Молока не хочу… Мяса точно нет?

«Knock-knock»

Дверь в комнату девушек тихо скрипнула и бесцеремонно распахнулась. На пороге показалась строгая, эффектная фигура баронессы Беркли, словно сошедшая с портрета знаменитого художника. Высокая, грациозная, с роскошной гривой золотых волос, в узком, чёрном платье с вырезом до бедра и вызывающем глубоком декольте.

Директриса окинула комнату холодным, оценивающим взглядом и без приглашения шагнула внутрь.

— Надеюсь, я не прервала ничего… — протянула она ледяным тоном, отметив и стоящую на коленях возле кровати Алису, и тяжело дышащую напротив неё Мими. — Интимного…

— Нет, госпожа, — помотала рыжая ведьмочка головой.

— Хорошо, — сама себе кивнула Беркли. — Почему не спим?

— Да рано ещё, — подала голос лежащая у окна Лилит.

— Понятно, — хмыкнула директриса, неторопливо двинувшись по комнате. — Прошу прощения, что так поздно. Просто проходила мимо и решила заглянуть к вам. Я ведь так и не поинтересовалась, как вам практика в городе? Капитан не обижает? Есть ли жалобы или пожелания…

— Всё хорошо, — пожала плечами Мими.

— Неплохо… — произнесла Алиса.

— Так себе, — протянула Лилит.

Девушки отозвались почти одновременно, поняли, что выдали разные версии, переглянулись между собой и улыбнулись.

— А подробнее? — не удержалась и усмехнулась баронесса.

— Ну… — задумчиво протянула Алиса на правах любимицы Беркли. — Всё хорошо… Только платят мало.

— Платят мало? — баронесса удивлённо вскинула брови. — Это практика! Вы получаете опыт и знания. Это вы должны доплачивать. — директриса хмыкнула и осуждающе покачала головой.

— А я — что? — пожала рыжая ведьмочка плечами. — Вы спросили — я сказала.

— Понятно, — вздохнула Беркли. — Кстати. Через несколько дней барон Вайдхоллоу устраивает бал…

— Ага! Мы слышали! — оживилась Алиса. — Там будет вся знать! А можно… можно нам тоже туда попасть? Мы же вроде как знатные леди…

— Ты же не любишь аристократов, — заметила Лилит с усмешкой.

— Я?! — возмутилась Алиса. — При чём тут это? Может мне просто интересно посмотреть на людей и себя показать… Не всё же время в четырёх стенах сидеть!

— Ну, тогда вам повезло, — хмыкнула Беркли.