Первым делом на меня надели коротенький белый халат, так затянув тонки поясок, что с трудом удавалось дышать. Потом был верхний цветной халат, на него примотали какую-то юбку с запахом, и белый жесткий воротничок на шею. И все это тянули, дергали и затягивали так, что даже повернуться в сторону становилось затруднительно. Когда я почти падала от нехватки кислорода, мне на выбор подали эти самые цветные коробки.
Правду говорят, что шопинг способен поднять настроение. Конечно, это был не поход по магазинам, но рисунки на тканях, цвета и узоры были такими красивыми, что я невольно смирилась с неудобствами. Не в состоянии решить, какой наряд выбрать, с мольбой глянула на своих невольных помощниц.
– Госпожа может не сомневаться. За время ее пребывания можно будет носить любой наряд,
Немного удивляла такая манера обращения, но не так сильно, как все остальное, так что ткнув пальчиком в изумрудно-зеленое, с невероятной красоты цветами, позволила наряжать себя дальше.
К концу всего процесса стало абсолютно понятно это семенящее хождение японок, их сдержанность в движениях. Да тут просто не разгонишься! Подол кимоно, утяжеленный каким–то валиком, не давал сделать мало-мальски приличного шага, вдох получался только в половину объема легких, а руки опускались под весом рукавов.
И это меня еще не причесали!
Встать с колен, которые страшно затекли и скрипели, удалось только с помощью зубаток. Большеголовые дамы подхватили меня под локти с обеих сторон, поднимая над полом и позволяя найти равновесие. На голове накрутили что-то невероятное, чуть не вырвав половину волос в процессе, а от количества шпилек голову клонило немного в сторону. От макияжа удалось отбиться, резко и почти зло рыкнув на попытку запудрить мне лицо какой-то белой пылью. Сестрички спорили и уговаривали, но тут я была непреклонна.
Конечно, отражение в зеркале было просто великолепным. Эдакая статуя с отточенной гармоничностью и целостностью облика. Но совершенно не я.
Желудок громко заурчал, оповестив присутствующих о насущной необходимости. Зубатки засуетились, поправляя какие–то последние складки и шнурки.
– Госпожа поздно проснулась. На кухне давно все готово.
– Ну, так может, вы покажете, куда идти? – страха или паники все так же не было. Появилось легкое раздражение долгим процессом облачения меня. Наверное, мне все еще не верилось, что происходящее реально.
Мы вышли из комнаты, прошли по коридору в другую сторону, оказавшись на открытой галерее, опоясывающей дом. Наконец, с удивлением и восхищение я могла рассмотреть место, куда попала.
Это было поместье, состоящее из нескольких отдельных домиков с покатыми крышами из темной черепицы. Дорожки, чисто выметенные, аккуратно стриженные кусты, огромные серые валуны и множество каменных фонариков–алтарей. Часть двора, куда выходил «мой» домик, был небольшим, но очень живописным. Особенно ярко смотрелась сакура, которой вообще то было не положено цвести в это время года.
– Госпоже нужно следовать за нами. Госпоже следует обуться.
Опустив глаза, я с легким испугом сглотнула вязкую слюну. Мои гэта, не самые удобные, но низенькие и простые, заменили каким–то подобием утюгов, что я видела в фильме «Мемуары гейши». Его я смотрела давно и помнила мало, но огромные лакированные тапки, в которых актриса едва могла ходить, запомнила хорошо. Эти, конечно, были чуть ниже, и очень красивы, но пугали. Хотелось возмутиться, но вспомнив, что я отстояла право пойти не накрашенной, решила попробовать. Авось не расшибусь.
Опершись о деревянный столбик, осторожно спустилась прямо в туфлю. Назвать это произведение искусства с золочеными узорами по бокам, шлепками, язык не поворачивался. Конструкция была довольно устойчивой, но ноге очень не хватало подъема на плоской поверхности. Сделав для храбрости глубокий вздох, осторожно скользнула во вторую гэта, все еще не отпуская столбик.
Первый шаг дался с трудом. Психологически не удавалось просто поднять ногу и переставить, но минут через пять я почти приноровилась. Главная идея была в том, чтобы делать все плавно и медленно, с минимальной амплитудой. Конечно, об изяществе и речи не было, но, надеюсь, смотрелось не слишком комично.
– А господин Рю будет на завтраке?
– Рю-доно отбыл домой вчера ночью, когда переговорил с хозяином, – чуть обернулась зубатка идущая немного впереди и сбоку. Я же чуть не споткнулась на ровном месте. Кажется, я вчера не все правильно поняла.
– Так хозяин не господин Рю?
– Нет, Рю-доно друг и гость. Наш хозяин Шиджеру-сама.
Волнение вернулось с новой силой, сбив дыхание. Вчерашний блондин показался мне вполне дружелюбным. А теперь я всерьез опасалась, кем же окажется этот Шиджеру-сама, и как себя правильно с ним держать.
Глава 3
Зубатки вели меня по мощеной дорожке куда-то в другую часть сада, откуда доносились голоса и металлический звон. Пройдя прямо под пышной, словно собранной из фатина и кружев, сакурой, мы повернули, пройдя вдоль стены дома, выйдя в большой двор. Несколько пораженная увиденным, я остановилась.
На площадке, выложенной теми же плиточками, тренировалось четыре пары молодых парней. Они повторяли какой-то комплекс, размахивая длинными клинками с удивительной синхронностью. Одетые в серые широкие штаны, все как один, с черными волосами и одухотворенными лицами. Зрелище было весьма интересным.
– Стоп, – от резкого окрика юноши замерли, превратившись в статуи. Из глубокой тени под деревьями плавно вышел мужчина. Весь какой-то растрепанный и «черный». Волосы, чуть волнами, спадали куда-то за спину, на темную накидку, сливаясь с тканью. Я сморгнула, пытаясь избавиться от наваждения. Казалось, что накидка со спины рассыпается, размывается, оставляя за собой какой-то серый пепел. Мужчина казался очень, слишком высоким, по сравнению с юношами, между рядов которых он двигался, поправляя им положение рук и ног.
Присмотревшись, с облегчением выдохнула. «Черный» просто ходил в необычайно высоких гэта на одной подставке. Я таких не встречала, и плохо понимала, как на подобных удержать равновесие.
– Плохо, – голос был низкий, хриплый, каркающий, разносясь по всему двору,– медленно, вразнобой. Отвратительно.
– Да, мастер, – как кадетский хор, одновременно отозвались парни.
– Еще раз. Быстрее. На раз-два-три… Начали.
– Да, мастер. Хууу! – от последнего совместного вопля я слегка покачнулась на своих ходулях, немного испугавшись.
– Это что у вас тут за Училище олимпийского резерва? – обернулась я к своим статс-дамам.
– Госпожа?
– Спрашиваю, что за учения?
– Шиджеру-сама обучает юных тэнгу.
– Шиджеру-сама? Это он хозяин поместья?
– Да. Замечательный хозяин. Справедли–и–ивый, – оскалились зубатки, кивая как китайские болванчики. Или, если правильней, как японские.
М–да. Если основная характеристика у местного господина – справедливый – то это как-то даже грустно. По мне так он скорее суровый. Вон как парней гоняет, даже практически на них не глядя. Только прутиком каким–то такт отмахивает.
– Ино, сам! – «черный» даже не повернулся в сторону юношей, отдавая команду. Группа синхронистов замерла на середине взмаха, и только один парень продолжил выполнять упражнение.
– Госпоже следует поздороваться с хозяином, – тихо позвала одна из зубаток, легонько дергая цветной рукав моего кимоно.
– Он пока занят. Вон, молодежь муштрует, – по правде, я совершенно не горела желанием знакомиться со столь мрачной особой.
– Это не помешает госпоже,– привычка этих большеголовых дам говорить обо мне в третьем лице немного забавляла, но сейчас я вдруг заволновалась, в преддверии знакомства с местным хозяином, так что даже сил посмеяться не было.
– Ладно, раз уж должна и не помешает…
Мои лакированные расписные шлепанцы как-то по–особенному громко стучали о камни. То ли ноги поднимала слишком высоко, то ли просто неправильно ставила, но получалось отвратительно, от чего усиливалось чувство неловкости. Стало совершенно ясно, что мне в этом мире не место.
Сосредоточенная на собственных ощущениях, я перестала контролировать ноги, споткнувшись о неровный край плитки. Не имея возможности сделать широкий шаг в этом одеянии и вернуть равновесие, только взмахнула руками, изобразив мельницу и тихо вскрикнула. Перед глазами в красках пронеслось, как на лице художественно отпечатается узор всех неровностей плит, и меня поймали.
За какое–то мгновение меня чуть подкинули, снова поймали, и аккуратно поставили на землю. Слегка пошатываясь, пытаясь вернуть равновесие, я в запоздалом испуге ухватилась за предплечья того, кому была обязана собственной целостностью. Подняв глаза, уже сообразив что к чему, встретилась с темным прищуром Шиджеро–самы.
– Кин, Кей, недопустимая оплошность, – вроде бы как отчитывали не меня, но под этим черным немигающим взглядом возникло сильное желание втянуть голову в плечи и поежиться. Не слишком разбираясь в причинах, я все же последовала внезапному порыву защитить зубаток.
– Это моя вина. Задумалась, – «черный» смотрел внимательно и молчал. Предположив, что от меня ожидают дальнейших объяснений, продолжила, – все эта обувь. Я совершенно не умею ходить в подобной.
Ладони, кожа под которыми стала горячей, исчезли. Шиджеру отступил на шаг, оглядывая весь мой облик. Выражение лица не изменилось, но воздух вокруг как-то загустел, а за широкими плечами мне показалось это странное облако из опадающего пепла.
– Как ваше имя? Вы не японка, но говорите хорошо. И в кимоно вам неудобно. Стоп! – от окрика я чуть опять не оказалась в опасной близости от пола. Как-то запоздало сообразив, что это касается юношей, с облегчением выдохнула, стараясь не обращать внимания на взмокнувшую спину. – На стойки!
Парни исчезли буквально за мгновение, ускакав куда-то за зеленую изгородь. Проводив взглядом их дружную компанию, поняла, что от меня все еще ожидают ответов.
– Ну да. Это… Я Алиса. Не японка. И говорю… елки-иголки! Я говорю по-японски! А-фи… удивительно, в смысле, – обычно я вполне хорошо соображаю, но видимо, все дело во вчерашнем чае.
«Черный» видимо подумал также, повернувшись к зубаткам.
– Рю?
– Шиджеру-сама прав. Рю-доно вчера помог госпоже освоиться,– закивали большегловые, продемонстрировав всю красоту зубов.
–Что ж, мне он об этом не сказал. Проводите Орису-сан к завтраку, я буду позже. Нам нужно обсудить ее пребывание тут.
И под моим удивленным взглядом, местный хозяин развернулся на своих ходулях и за каких–то два шага исчез с поля зрения.
Шиджеру
Славянка. В фонарик-ловушку госпожи Мисао попалась славянка. Это было бы смешно, не создавай мне сразу гору новых проблем. Не было печали. Я намеренно вчера еще днем отправился в Сеул, надеясь, что в Корее меня не станут дергать и удастся избежать ритуала. Но эта склочная и упрямая женщина сделала все по-своему. Она просто выставила фонарик собственноручно. Мой фонарик. И что мы имеем? Задачу с неизвестными составляющими.
Гостья, Ориса, не знает наших традиций, незнакома с мифологией. Она даже в национальной обуви ходит с трудом. Какая печаль. Но если задуматься, события интересны новизной. Гостья не кланялась в благоговении каждые пять минут, не бледнела и не зеленела от ужаса. Хотя, тут все же чай Рю свое дело сделал. Может быть, это будет забавно. А может, получится употребить и на пользу. Так нетипично. Осталось только дождаться праздника, а там видно будет.
Мальчишки стояли на одной ноге на невысоких , вбитых в дно, срубах деревьев посреди горной реки. Сегодня поток был не очень сильным, холодные брызги летели низко, даже не замочив штаны выше колен.
Решив, что должен поразмыслить над текущей ситуацией, скинул обувь и верхнюю одежду, ступив в сторону водопада. С этого места, чуть выше по реке, было хорошо видно моих подопечных, так что вполне получалось совместить приятное с полезным. Первые ледяные капли обожгли кожу как укусы пчел. Колючие, жалящие, они вызвали непроизвольный спазм в мышцах. Глубоко вздохнув, заставил себя расслабиться, заходя под струи водопада с головой. Первые несколько вдохов получились судорожными и короткими, но через несколько минут удалось выровнять дыхание, позволив холоду пройти насквозь, не оставаясь в теле. Выбрав подходящее место, уселся под тяжелыми потоками, позволяя воде течь мимо и сквозь меня. Нужно подумать.
Алиса
Признаться, когда Шиджеру-сама ушел, я слегка опешила. А как же обсудить мое возвращение домой? А все остальное? Конечно, пока весь этот театр был забавен своей новизной, но… Но! А он просто развернулся и ушел. Ладно, может я бы и бросилась за ним вдогонку, если бы не легкие приступы паники, возникающие где-то в районе селезенки. Уж очень грозным выглядел местный хозяин, чтоб так опрометчиво его беспокоить.
– Госпожа готова завтракать?
– А? Да, идемте.
Зубатки, предусмотрительно поддерживая меня под локти с обеих сторон, видимо, не желая получить нагоняй повторно. Меня это тоже радовало, так как все же ознакомиться с совместимостью местной плитки и моего носа, я не хотела. Но было не привычно. Впрочем, вероятно это станет девизом моих ближайших дней.
За длинным столом сидела я одна. Вот прям совсем и совершенно. Вокруг бегали какие–то мелкие существа, похожие на золотистых обезьянок, постоянно подставляя и убирая маленькие плошки с блюдами, заставляя меня вздрагивать. Зубатки устроились за спиной, словно, придворные дамы при какой-то важной особе. А я завтракала. Даже скорее, «изволила завтракать».
– А кофе тут имеется? – любопытства немного поубавилось и становилось некомфортно в принятой позе, неудобно в этом наряде с гигантскими рукавами, невкусно и не солено. Возникало желание убраться куда подальше. Желательно, домой. К любимому дивану, компьютеру и полосатой кошке.
–Есть чай, если госпожа желает.
Чаю я не желала от слова «совсем», но за неимением черного, ароматного, горчащего и будоражащего, все же согласилась на заваренную траву. Было вполне вкусно, но душу прожженного кофемана не тронуло. Такими темпами, если мне не смогут отыскать адекватную замену, у меня может начаться настоящая ломка. Вот бы мне латте.
Время изображало из себя жвачку. Липкую, тянущуюся и совершенно безвкусную. Меня попросили подождать возвращения хозяина, отведя в небольшую комнату, очень похожую на мою спальню. Такие же покрытия на полу, те же панели на стенах. Единственное, что не вязалось с интерьером – большой, низкий, кожаный диван без ножек. Кажется, такие не очень историчны.
Усадив меня на вполне современную мебели, зубатки отодвинули ближайшие стенные панели, открыв изумительный вид на миниатюрный сад. С одной стороны высились какие–то нагромождения камней, с другой – было причудливо закрученное дерево с голубыми иголками, миниатюрный водопад и странным образом разбросанные куски битой плитки. Поклонившись, обе большеголовые дамы удалились. А я ждала хозяина.
И снова ждала.
И еще.
Когда глаза уже не могли задержаться на каком-то из отдельных элементов сада, просто скользя по общей картинке, мне словно удалось разглядеть какое–то взаимодействие объектов. Стараясь не упустить почти оформившееся видение, не спугнуть разгадку, напряглась всем телом. Вот эта часть похожа на хвост, а если продлить линию по стволу дерева….Здесь тоже что-то должно быть… А в эту сторону…
Одна из дверей-панелей за моей спиной с грохотом отъехала в сторону, совершенно сбив состояние.
– Да что ж вы так врываетесь! Все мне испортили! – в сердцах воскликнула я, пытаясь поймать ускользнувшее видение.
– Весьма сожалею. Не думал, что у вас здесь может быть дело, требующее тонкого душевного состояния,– с некоторой насмешкой отозвался каркающий голос за спиной. По телу пробежала толпа морозных мурашек. Этот мужчина немного пугал. Пройдя в комнату, «черный» уселся на самом краю узкой террасы, выходящей в сад, чуть боком ко мне, свесив одну ногу. – Думаю, стоит прояснить некоторые моменты вашего здесь проживания, если я уж вам «все испортил» и вы свободны.
Глава 4
"Черный" предложил обсудить мое пребывание в этом странном месте. Разве можно упустить такой момент?
– О да, – я с живостью зацепилась за предложение, стараясь ровнее усесться на диване, – особенно меня интересуют сроки этого самого пребывания.
– Обычно гостьи не задерживаются больше чем на три–четыре месяца. Сообразительные могут вернуться домой и быстрее.
– Отчего это зависит, если не секрет? – мужчина хмыкнул, окинув меня быстрым взглядом.
– От умения слушать, чаще всего. Но не стоит сильно зацикливаться на этом. Пребывание в поместье может быть вполне приятным, если подходить ко всему разумно.
– Я – гость?
– Определенно «да».
– Какие у меня ограничения и какие задачи? Для чего я здесь? – На меня посмотрели внимательно и как-то одобрительно, отчего я слегка расправила плечи.
– Правильные вопросы. Вы случайным образом попали в водоворот ежегодного фестиваля духов. Если коротко и без подробностей, конкретно в нашем с вами случае, меня пытаются женить. – Резко втянув воздух от такого заявления, я закашлялась под насмешливым взглядом черных глаз. Насладившись реакцией, мужчина перевел взгляд в сторону сада. – Не стоит так переживать, затея ежегодная уже лет так двадцать и пока угрозы для девушек не представляла. Отбудете у меня в гостях необходимый срок, выберете себе подарок и вернетесь домой. Хорошая, отработанная схема.
– Эм? У меня как бы стало вопросов несколько больше, чем было. – Шиджеру изящно махнул рукой, побуждая продолжить. – Мне просто нужно присутствовать в вашем поместье, и все? Никаких проверок на совместимость, это, эм…
Шиджеру.
Девушка слегка опешила, а поразмыслив, смутилась. Было забавно. Наши женщины себя так не ведут. На вид ей было лет двадцать пять или около того, а щеки краснели как у четырнадцатилетки. Не отказывая себе в удовольствии насладиться зрелищем, пока девушка пыталась подобрать слова, все же решил прийти на помощь гостье.
– Никакой принудительной интимной близости. Разве, вы сами ко мне как-то ночью придете.
– Оу, спасибо, конечно, за приглашение, но… – не сдержавшись, расхохотался. Все же, разница в воспитании невероятна. Хорошо, что моя мать кореянка и я некоторое время провел в Европе. Будь я стопроцентным японцем, было бы не так весело.
– Не переживайте, меня весьма хвалили, как любовника, – Ориса прижала ладошки к горящим щекам, бегая глазами по стенам комнаты. Забавно. – Но это все шутки. Если серьезно, правил не так много. Гулять можете где хотите, но в сопровождении сестер и не заходя в туман. Если что-то понадобиться – сообщайте вашим дамам. К сожалению, я не смогу развлекать вас самостоятельно, разве что изредка, так что придумайте себе хобби. Что мне потребуется от вас: единожды, а может дважды показаться в мире духов. Так сказать, помочь мне продемонстрировать старание.
– Что значит, показаться в мире духов?
– Обычно достаточно прогулки в город. Лет восемь назад мою тогдашнюю гостью вынудили присутствовать на празднике Обон, но было весело и девушке понравилось.
– Что за праздник?
– Фестиваль поминания усопших. Будет недели через три. Но не беспокойтесь, событие своеобразное, не думаю, что вам будет необходимо там быть, так что пока не забивайте себе голову. Что касается…
Алиса
