– А кто же знает? Как пойдёт.
Смотрю сквозь панорамное окно на Ольгу. По-прежнему печальна и задумчива.
Миллер замечает мой взгляд.
– Знаю, о чём ты думаешь. Не смей.
Глава 6
Дмитрий
Мы возвращаемся в квартиру.
Наблюдаю за Ольгой тайком, чтобы не смущать раньше времени.
Она мне интересна. Не только, как источник информации о Волгине. Почему бы не завести необременительный роман с хорошей девушкой, пока я в Москве? На ухаживания, правда, нет ни времени, ни желания. Если не ошибаюсь, моя симпатия взаимна. Буду брать штурмом.
Не успел я придумать, с какой стороны к ней подойти, как Ольга засобиралась домой. Феликс оживился. Она ему тоже нравится.
Делаю страшные глаза, показывая, чтобы перестал суетиться. Они давно знакомы, шансов у него было достаточно.
– Я тоже домой, провожу тебя заодно.
Она хмурится, но не возражает.
Прощаемся со всеми и выходим под любопытные девичьи взгляды. И недовольные мужские.
Уже у лифта спрашиваю:
– Марк сказал, вы кормите котов в отсутствие хозяина? Мне им, наверное, нужно что-то дать сейчас? Какой у них режим вообще? Может, покажешь, где что лежит и как пользоваться?
Оля улыбается, наконец-то. И кивает.
Заходим в лифт, жму кнопку своего этажа.
– Вообще, их кормит и чистит лотки помощница по хозяйству. Она у Марка с Соней работает тоже. А мы ходим, скорее, чтобы потискать и поиграть. Им одиноко.
Ну конечно, одиноко им. Спят, небось, сутки напролёт.
– Не проще было их к себе забрать на время?
– Соня хотела, но они не любят Марка. Подрали его портфель и что-то ещё испортили…
Отпираю дверь и пропускаю девушку в квартиру.
– Дим, почему так холодно?
Впервые по имени назвала. Приятный у неё голос, спокойный, мелодичный. И вообще, вся она очень приятная. Женственная, нежная. Красивая. Волгин – мудак. Интересно, с кем он там параллельно мутил?
– Мне душно показалось. Открыл окна.
– Что, в спальне гостевой? – она меняется в лице.
– Да, а в чём дело?
Оля спешно скидывает ботинки и бежит в кухню. Еле успеваю за ней.
– Оль, что?
– Они всегда встречают, вот что… А там сетки нет – они испортили её когтями. Новую поставить не успели.
– Там балкон.
Достаёт из ящика пауч, выкладывает кошачью еду в миску и начинает стучать по ней ложечкой.
– Кис кис кис!
Никого.
Её глаза начинают блестеть от слёз.
Она встаёт и идёт к балкону. Я за ней.
– Они бросаются вниз за птичками, они же охотники!
На балконе – тоже никого. Может, сидят где-то под диваном? Невзлюбили меня сразу, и прячутся теперь.
Раздаётся звонок, иду смотреть кто пожаловал на ночь глядя.
– Эй, сосед. Забирай своих зверей!
Ну, слава богу! Полноватый мужик средних лет выносит из квартиры напротив за шкирку двух наших котов.
Подхватываю их обеими руками. И очень зря – острые когти мгновенно впиваются мне в плечо, грудь…
Заношу их и отпускаю. Они галопом несутся в кухню.
Ольга радуется, но плакать продолжает. Это скорее всего из-за бывшего жениха. Держалась весь вечер, и вот – прорвало.
– К соседям как-то перебрались.
Ольга встревоженно смотрит на меня. Подходит и неожиданно кладёт ладонь мне на грудь. Опускаю взгляд и вижу. как быстро пропитывается кровью серая футболка.
Девушка морщится, будто это ей больно.
– Надо постричь им когти…
Стягиваю футболку, промакиваю ею же выступающие алые капли.
Ольга смотрит пристально несколько секунд. Беру её ладонь и прижимаю к тому же месту, только теперь кажа к коже.
Обхватываю талию и прижимаю к себе.
Вздыхает шумно, продолжая всхлипывать.
Глава 7
Ольга
Мы обнимаемся посреди просторной кухни под мерное кошачье чавканье.
Дмитрий намного выше, и мои глаза как раз на уровне его груди, которая разодрана в нескольких местах. И это при том, что он присел на стол.
Ладонью ощущаю, какая плотная и мягкая у него кожа. как под ней бугрятся мышцы. Наверное, он занимается каким-то спортом или регулярно посещает тренажёрный зал.
Очень хочется потрогать рельефный живот. Широкие плечи, на которых тоже кровавые царапины.
– Мне так жаль, Дим. Останутся, наверное, следы?
Поддаюсь какому-то неясному порыву и стираю каплю крови, сбегающую вниз. Ею перепачкана теперь ладонь.
– Не страшно, – усмехается он. – Кошачьи жизни дороже. Вот если бы я пострадал в сватке с ними, тогда да… было бы обидно.
Уверена, что он так не думает на самом деле.
Он стирает слёзы с моих щёк, медленно, нежно. Эти прикосновения рождают внутри неясное томление.
Может, Волгин прав был, что я холодная? Я ведь и правда с ним не чувствовала ничего подобного тому, что ощущаю сейчас с этим мужчиной. Желание трогать, целовать. Хочу, чтобы был настойчив. Но не уверена, что он испытывает то же, что и я.
Наверное, всё это из-за стресса. Из-за предательства Волгина я превратилась вдруг в мартовскую кошку и отчаянно нуждаюсь в ласке, одобрении, мужском внимании.
– В ванной должна быть перекись, – выдыхаю и отступаю на шаг.
Он обхватывает и снова тянет на себя, в треугольник меж своих ног.
– Дим… – упираюсь, зачем-то.
– Оль…
Вновь заводит руку мне за спину, ласкает поглаживающими движениями поясницу. Чувствую мужскую, возбуждающую силу его объятий. Сердце замирает, и я с трудом делаю глубокий вдох.
В его тёмном взгляде столько искренней заинтересованности. Кажется, на меня никто никогда так не смотрел.
Дмитрий склоняется и обдаёт горячим дыханием мой висок. Целует завитки волос, щёку. Тянется к губам.
Теряюсь в своих ощущениях – всё происходит слишком быстро, неправильно.
Сжимаю руки в кулаки и упираюсь в его каменный пресс.
Так себе оборона. Мужчину такая реакция только раззадорила.
– Не сопротивляйся. Просто скажи, если не хочешь, и я сразу отпущу.
Голос низкий, властный, с сексуальной хрипотцой. Ему хочется подчиниться.
Конечно – не хочу. Я ведь тебя совсем не знаю!
Но разум уже заволокло пеленой, а каждая клеточка моего тела стремится к нему. Хочется в его сильные руки, касаться без преград и крепко обнимать.
Не решаюсь сказать ни да, ни нет.
И он понимает моё молчание по-своему. Притягивает к себе ближе и целует, наконец. Влажно, глубоко, распаляя нас обоих.
– Хочу тебя обнять и прижать к себе, – вдруг выдыхает, прерывая эту сладкую пытку.
И на меня тут же вновь накатывают сомнения. Что я делаю здесь? С незнакомцем? Он намного старше, сильнее. И в отличие от моего бывшего, знает, как обращаться с женщиной. Каждое его прикосновение рождает в теле дрожь и делает желание практически осязаемым. Или мне только так кажется? Я же пьяная. Как стыдно.
Вдруг замечаю его красивые длинные пальцы на груди. Они ловко расстёгивают пуговичку за пуговичкой.
– Дим.
– Если не снять, сейчас испачкаю её кровью… – хладнокровно поясняет он и спускает блузку с плеч.
На мне красивый комплект из тонкого прозрачного кружева молочного цвета. И предназначался он совсем для другого мужчины. Снова накатывает волна стыда.
Но Дмитрий любуется с таким искренним восхищением… Пожирает взглядом всё, что просвечивает сквозь ткань. Пока не касается.
– Очень красиво.
Снова целует. Обхватывает ладонью шею сзади, заставляя поднять голову себе навстречу. Раскрывает языком мой рот и толкается, заполняя.
Я веду себя слишком развязно. Это совсем не в моём характере.
Но не могу остановить его и отойти. Дмитрий слишком нравится мне.
Осторожно кладу руки ему на плечи, стараясь не задеть борозды от кошачьих когтей. Как нам обниматься, если везде кровь? И ему больно, наверное.
– Нужно промыть, – шепчу в раскрытые, горячие губы. – И заклеить как-то.
– Неприятно смотреть на это? – выдыхает шумно и выпускает меня из рук.
– Нет. Нет, дело не в этом.
– Тогда, может, найдём перекись?
На негнущихся ногах иду в ванную комнату полуголая. Блузка осталась лежать скомканной на столе. Дима – за мной.
Волнительно всё это.
