– Что, прости, делали?
– Ну это, в общем, проблем развели. Так, короче, раз освободились пораньше, поехали, в дороге будет теперь первая история от Призванной. А дома договор составим. Все, как ты любишь.
– Привыкай. Дружба дружбой, а денежки денежками. И денежные отношения даже между друзьями должны быть оформлены документально, подписаны и заверены.
– А еще говоришь, что я скучная и приземленная. – Наташа первая забралась в карету, устроилась поудобнее, дождалась, когда Альда скажет кучеру, куда ехать, и усядется рядом. – Значит, история другого мира… Ладно, слушай тогда первую. Раз уж заговорили об этих горе-любовниках, она и будет первая. В общем, нет повести печальнее на свете, чем повесть, блин, о Ромео и Джульетте. Все как ты любишь, о романтике, романтиках и романтичных идиотах, что, в принципе, одно и тоже.
Глава 3
Историю Альда дослушала уже в комнате Наташи, куда они вернулись из порта. Вопреки ожиданиям окончание истории о Ромео и Джульетте не вызвало у Альды абсолютно никаких эмоций. Молча выслушала, подумала и сделала неожиданный вывод:
– Парням вряд ли понравится, а вот девушкам зайдет. Слезы будут – гарантирую. Кто бы там у вас ни написал это, но как писатель он талантлив – знал, как играть на человеческих чувствах.
– Что ты имеешь в виду? – удивилась реакции подруги Наташа.
– Согласись, если бы все выжили и все закончилось бы хорошо, то это не вызвало бы такой мощной реакции зрителей. А так и мораль, и трагедия… Определенно сильный автор. Еще из его что знаешь?
– И не только из его, – обиделась непонятно на что Наташа. – И что-то ты не рыдаешь.
– Я? – Альда качнула головой. – А я оценивала историю не как читатель, а как купец – можно ее продать или нет. Как читателю мне этих твоих героев жалко до слез, а вот как купец я аплодирую стоя, как ты любишь выражаться. Так, сейчас быстренько составим договор, потом я набросаю план книги, пробежимся с тобой чтобы ничего не упустила и возьмусь за перо – буду восстанавливать. Не все сделаю как в оригинале – нужно учитывать местную специфику.
Наташа даже растерялась от такого делового подхода. Никогда раньше она не видела свою подругу такой. Обычно Альда в обществе старалась строить из себя этакое глупенькое воздушное создание. Те, кто плохо ее знал – попадались. Сейчас же Альда показалась той стороной, о которой не знала даже Наташа – жестким дельцом, почуявшим выгоду. К чести Альды надо сказать, что эту сторону она показала только тогда, когда Наташа сама согласилась заключить договор. Конечно, она раньше периодически доставала Наташу грандиозными планами по обогащению, но никогда не переходила определенной черты в попытках убеждения. Сейчас Наташа уже сомневалась, что смогла бы долго сопротивляться, если бы Альда сразу включила дельца. Просто от неожиданности сдалась бы.
Договор, кстати, Альда тоже подготовила быстро, тут же набросав черновой вариант, похоже, и его она уже продумала довольно давно. Наташа прочитала, хмыкнула. Все четко, кратко и по делу. Даже не имея знаний о местных законах, все настолько прозрачно и очевидно, что разобрался бы даже последний неуч. Кстати, никаких штрафных санкций не прописано, хотя в тех договорах, которые Наташе читать приходилось они прописывались.
– Ну и зачем это все? – потрясла листом Наташа. – Если я не знакома с местной юриспруденцией, то это не значит, что я не читала стандартные договора. Если ты помнишь, я к Гринверам попала, и там мне пришлось кучу таких вот бумаг перечитать в поисках наследства. Вот это все, может, и имеет какую-то юридическую силу, но без прописанных штрафных санкций все равно пустой перевод бумаги.
Альда пожала плечами.
– Хочешь, пропишу. Но я же не за штрафы, а за честность при дележе дохода. Мама всегда говорила, что там, где начинаются деньги, там заканчивается дружба. Я не хочу, чтобы наша дружба закончилась, вот и прописала, как нам делить эти доходы. Как положено. Чтобы без недомолвок. Я получаю исключительные права на истории твоего родного мира, их литературную обработку, издание и продажу. И это, кстати, не от тебя, а от других хитрованов, которые могут начать печатать твои истории. Тут-то я суду и предъявлю договор.
Наташа задумчиво поглядела на Альду, еще раз перечитала договор. Вздохнула.
– Ладно. Только кое-что поправим. – Она быстро что-то зачеркнула, внесла правки и протянула лист Альде. – Вот теперь можешь переписывать, и подпишем.
Альда заглянула в черновик и удивленно посмотрела на Наташу.
– Мне восемьдесят процентов, а тебе – двадцать? Серьезно? Мы же договорились пополам.
– Альда, – объяснила Наташа, – когда я говорила, я не думала, насколько серьезно все ты воспринимаешь. И уж точно не ожидала вот такого, – она кивнула на лист. – И требовать половину при таких условиях просто нечестно с моей стороны. Я тебе рассказываю только, но основная работа на тебе. Мало запомнить, еще ведь и оформить литературно надо, потом заняться изданием…
– Коршины занимаются издательством. У них хоть и небольшая типография, но для наших целей идеально подходит.
– Значит, мне не показалось там на причале, и Коршин-старший действительно выглядел довольным после твоего крика.
– Ну да, я с ним обсуждала этот проект – было проще воспользоваться его типографией, чем искать, где еще.
– Заговорщики… Ладно, раз уж обещалась… В общем, переписывай и давай подпишем.
– Но двадцать процентов…
– Альда, да меня совесть замучает, если попрошу больше.
– Ну давай возьми хотя бы тридцать процентов! Тем более мы же делим чистую прибыль, а не все. Я учитываю расходы на само издание, раскрутку. Иначе ведь меня совесть замучает!
Наташа махнула рукой.
– Пусть будет тридцать процентов. Но ты действительно думаешь, что получится?
– Наташ, ты же видела у нас книги. Как думаешь, сколько имеется авторов, пишущих развлекательные романы? И какие там сюжеты? Я уже поняла, что твой мир более развит, а значит и количество книг там больше. Больше авторов.
– Ага. Давай я тебе еще про магическую академию расскажу и красавца ректора, ставшего ректором в тридцать лет… Ну иначе мне трудно объяснить, чем он мог привлечь девушку двадцати лет, которую в эту академию зачислили…
– В тридцать? Серьезно? Ректор? Тьфу, да далась тебе эта академия! Ты другое что читала? Вот что-то такое, что рассказала?
Наташа обреченно вздохнула.
– Давай сначала с Шекспиром разберемся. Пусть эта история будет пробной. Если твои предположения оправдаются – тогда уже и поговорим. И об авторах, и о сюжетах. Может, мы еще с тобой детективы издадим! Вот это было бы дело. А еще лучше, если ваши авторы подхватят начинание. Знаешь, как мне здесь детективов не хватает?
– Вот и договорились, – обрадованно кивнула Альда и кинулась переписывать договор, словно опасаясь, что Наташа передумает.
– Кстати, мы еще несовершеннолетние, и наши подписи должны будут завизировать опекуны, – заметила Альда, оформляя договор.
– Что, серьезно?
– Насчет тебя не уверена, надо будет посмотреть юридическое положение Призванных, но лучше все-таки не заморачиваться. Твою подпись визирует госпожа Клонье, мою – отец.
Когда две девушки заявились с подписанными договорами к госпоже Клонье, та удивленно выгнула брови, оглядела их, потом забрала листы и внимательно изучила оба экземпляра, похмыкала, ехидно оглядела парочку, после чего подписала оба экземпляра.
– На будущее имейте в виду, купцы новоявленные, договоры подписываются сразу в присутствии как договаривающихся сторон, так и их опекунов, как в вашем случае. И уж точно оба экземпляра, подписанные одной из сторон, не передаются в руки второй.
Наташа пожала плечами – ей было все равно, а вот Альда серьезно кивнула.
– Извините, действительно не подумала. Спасибо за урок.
Аккуратно свернув и убрав оба экземпляра, Альда умчалась домой, как она сказала, составлять план книги и начинать над ней работу.
– Твой экземпляр, который отец подпишет, я тебе в лицее отдам, – заверила Наташу Альда.
– И куда я влезла? – глядя вслед подруге, пробормотала Наташа.
– Твоя подруга молодец, – не поддержала ее госпожа Клонье. – Далеко пойдет девочка. И тебя заодно растормошит, а то совсем скисла.
– Мне просто скучно. Еще эти совещания с сенатом… Блин! Надо структуру МВД для дяди закончить! К счастью, немного осталось. Он обещал вечером прийти. Я побежала.
Структуру Наташа рисовала тщательно в виде привычной схемы из прямоугольников, в которые вписывала названия управлений. Кто возглавляет, какое подчинение. Ниже уже расписывала кто и чем занимается. Отдел убийств, краж, мошенничества, экономический… Тут Наташа просто поставила многоточие, пояснив, что понятия не имеет, какие еще отделы могут понадобиться для Моригата. Возможно, что-то там для расследования преступлений в магии. Пояснила, что каждым делом должен заниматься профессионал, человек, приобретший опыт на расследовании какого-то одного типа преступлений. Так эффективней.
Потом шли экспертная лаборатория, архив по делам и личностям, отдел судебной медицины. В общем все что вспомнила. Сейчас как раз заканчивала последние пояснения, описывая необходимость наличия в отделах эксперта в магии. Состав стандартной группы на выезд на место преступления из следователя, оперативника и эксперта. В случае наличия трупа – судебного медика. Она как раз заканчивала последнее предложение, когда в кабинет заглянул Гонс Арет.
Наташа приглашающе махнула ему левой рукой, правой выводя последние буквы в предложение. Гонс Арет молча прошел и встал за спиной, заглядывая через плечо, рассмотрел лежащие на столе нарисованные на отдельных листах структуру.
– Я гляжу, ты ответственно подошла к делу…
– Угу. Порой полночи не спала… Это я плачусь, если что. Чтоб пожалели.
– Бедненькая, – насмешливо протянул Гонс Арет, шутливо гладя ее по голове.
Наташа вывернулась и протянула тетрадь.
– Вот. Все что помнила, записала. Конечно, придется адаптировать под местные реалии, я там написала об этом. Ну и схемы тоже. – Девочка аккуратно сложила их стопкой и сунула в картонную папку – лично заказывала такие для бумаг.
Гонс Арет посерьезнел и мельком пролистал тетрадь, просмотрел схемы с пояснениями. Кивнул.
– Вопросы наверняка появятся, но уже есть что представить сенатской комиссии.
– Знаешь, я начинаю ценить абсолютную монархию. Самое главное, там нет никаких комиссий.
Арет рассмеялся.
– Ты только нашим сенаторам такое не ляпни. Ладно, я ушел, надо еще внимательно прочитать твое творчество. Полночи, говоришь, не спала? А вот мне, благодаря тебе, всю ночь спать не придется. И, кстати, хочу у тебя Дарка Врома позаимствовать. Уже набрали силовую группу в следственную службу.
– Оперативники.
– Да хоть как называй. Хочу, чтоб он их погонял.
– Завтра он мне нужен, а вот с понедельника – пожалуйста.
– Договорились. Передай тогда ему, что ждем с утра, он знает где.
– Что, здание, наконец выделили?
– Да. Как раз с осмотра вернулся. Вполне нормально. Главное, внутри почти не придется ничего перестраивать. Ремонт там недавно был – как раз под какой-то совет готовили, но решили нам отдать. Мебель разве что заменить, кабинеты по вкусу организовать. Сейчас вот о бюджете совета спорят.
– Да здравствует абсолютная монархия – светлое будущее всего человечества! Никаких комиссий, никакого бюджета. Дядя, я не хочу об этом даже слышать!
– Понял-понял, ухожу.
Утром Наташа подобрала самую невзрачную одежду, даже от штанов отказалась, надела юбку, покрутилась перед зеркалом. Дочь среднего достатка мещанина. Вроде бы все соответствует, но на всякий случай решила посоветоваться с мамой.
Та даже растерялась, увидев приемную дочь в таком наряде.
– И что это?
Наташа вздохнула, но вынуждена была признаться.
– Мне сегодня на одну встречу нужно, а там лучше не привлекать к себе внимания. В штанах, конечно, удобнее, но по ним каждая собака в Моригате Призванную узнает. И лучше показать мещанку среднего достатка.
– Тогда рубашку смени. Любому понимающему понятно, что она из лирийского шелка. Отрез его стоит как две кареты.
Наташа хлопнула себя по лбу и убежала переодеваться. У лестницы обернулась.
– Мам, мне бы подобрать разного вида одежды как раз на такие случаи. Не везде походишь в твоих нарядах.
– Посмотрим, – вздохнула госпожа Клонье, покачав головой. – И посмотри туфли другие.
Когда появился Дарк Вром даже придирчивый взор госпожи Клонье оказался вполне удовлетворен и не нашел в образе никакого изъяна. Дарк Вром молча простоял на входе, дождался, когда его подопечная выйдет и только в наемном экипаже поинтересовался:
– Ты уверена, что не нужно было сказать о твоей поездке хотя бы Гонсу Арету?
Наташа молча указала на спину кучера.
– Это мой друг, – отмахнулся Дарк. – Он в курсе, кто ты и куда едем. Ты же не думала, что я действительно возьму в эту поездку незнакомого человека? А так он и поддержать нас, если что, сможет.
Кучер при этих словах обернулся, приподнял свою фирменную шапку извозчика, приподнял ее и улыбнулся.
– Дариан Лорг к вашим услугам, госпожа, подал заявление в новую службу, несколько дней назад пришло извещение о зачислении меня в силовую службу.
– О… очень приятно.
– Я Дариана давно знаю, – пояснил Дарк. – Мы с ним, можно сказать, выросли вместе. Потом я уехал в имперский легион, а он завербовался в стражники здесь в Моригате.
– Силовая служба… Хм… Я была против такого названия, это в корне неверно. Может вам и придется оказывать силовую поддержку, но это все-таки другая служба… Хотя, полагаю, Гонс Арет все еще переиграет, я вчера отдала ему наброски структуры, где дала пояснения по действию оперативников и силовой поддержки. Он почему-то решил, что это одно и тоже.
– То есть будет выбор?
– Скорее всего. Вам больше нравится действовать руками или головой? Оперативникам приходится больше ходить и общаться с людьми. Если драться и придется, то это скорее исключение, чем правило. А вот силовая поддержка – тут задержание каких-нибудь опасных преступников, штурм зданий, где они могут спрятаться. Охрана. Смотрите сами, что вам ближе.
– Хм… спасибо, подумаю.
– Ага. Так вот, Дарк, что сможет сделать такого Гонс Арет, чтобы повлиять на ситуацию? От поездки я не откажусь. Он же… ну постарается лишнюю охрану навязать, от которой прока все равно не будет.
– Он будет волноваться…
– О чем не знает – о том не волнуется. Потом, конечно, расскажу. По факту. А сейчас это знание для него лишняя головная боль.
Дарк только головой покачал и пробормотал что-то про то, что, мол, она и есть та самая головная боль. Наташа предпочла сделать вид, что последних слов не слышала.
Вышли из повозки они у городского рынка, ближе к окраине города. Не того, где Наташа обычно бывала с Гонсом Аретом или с подругами из лицея, а того, куда обеспеченные люди забредают крайне редко. Таких бедняцких рынков в Моригате было несколько, в основном они располагались неподалеку от въезда в город. Хоть Моригат и не окружала городская стена, но заставы стояли, были даже что-то вроде небольших крепостей у мостов, своеобразные маленькие форты. Чем ближе к границе города – тем беднее районы. На этих же рынках жители этих бедных районов зарабатывали, продавая въезжающим и отъезжающим всякую мелочь. Ну и сами там затаривались.
– Это точно южный рынок?
Дарк Вром молча указал на солнце. Наташа, прищурившись, посмотрела на него, прикинула маршрут. Кивнула.
