— Агх-х-х… — Марго сжала кулаки и сорвалась с места в кухонную зону. Она же собиралась сделать яичницу. Это всё нужно заесть.
— Крутая пижама, — вдруг прилетело в спину.
Она в который раз за утро рванул на себя дверцу холодильника.
— Может, уже подарить тебе одну? — Выглянула из-за нее. — Ты вечно ими восхищаешься…
Риган хмыкнул.
— Твоя задница в них выглядит лучше, чем выглядела бы моя. Где ты была вчера вечером? Во сколько вернулась?
Руки зачесались от желания дать ему по шее. Хотя бы его же подушкой.
— Это всё еще не твоё дело. — Марго достала два яйца, оставила их возле плиты.
Уже хотела метнуться обратно к дивану, но по этажу вдруг разнесся звон телефона. Она замерла. Риган дернулся к мобильнику на диване. И вдруг с его лица сползла вся беспечность. Брови сдвинулись, и между ними пролегла морщина. Он взял мобильник, будто завис на мгновение в нерешительности, но тут встал с дивана и широким шагом пошел к раздвижной стеклянной двери. На ходу прижал телефон к уху.
— Алло… — Сухой, серьезный голос резанул слух. — Привет, мам. — Пауза. — М-м-м… да, всё отлично. — Риган потянул дверь в сторону и выскочил на задний двор. — Я-я-я… нет, вообще-то я занят, работаю.
Голос стал тише и смешался с шумом газонокосилки где-то в другом конце улицы. Марго так и осталась стоять на месте и пялиться в открытую дверь. Неясное, тяжелое чувство сковало тело. Что он там сказал? «Занят, работаю»? Интересно… Она сделала несколько шагов к двери и остановилась. Инстинктивно вытянула шею. Снова как воровка в своем же доме.
Хотя подслушивать вообще-то нехорошо.
В этот момент газонокосильщик заглушил двигатель, и голос Ригана вынырнул на поверхность.
— Да, это сложный иск, приходится брать домой материалы. — Глухо, но отчетливо проникло в дом. — Ма-а-ам… Я достаточно отдыхаю, просто сейчас нужно подготовить стратегию защиты… Ага, в этот раз я защитник.
Марго осторожно оперлась бедром о стол. Просто чтобы перенести куда-то напряжение, сжавшее тело. А Риган будто глубоко, тяжело вздохнул.
— Мальчишку обвиняют в распространении, ну и всё такое… Ты же знаешь, я не могу это обсуждать. — Он замолчал. Или запнулся, сочиняя очередное вранье. — Я потом тебе позвоню, хорошо? — Снова пауза. — У Вернона тут появились кое-какие идеи, надо обсудить.
Марго выгнула брови. Теперь у нее в доме появился некий Вернон? Внезапно. Она осторожно попятилась назад. Успела услышать:
— Да, обнимаю тебя. Как-нибудь выберусь к тебе на день... Пока.
И включила конфорку под сковородкой. Вовремя. Со двора раздались мягкие шаги по траве. Дверь зашуршала, закрываясь. Шаги по плитке к дивану… Марго, не оборачиваясь, прикусила губу, вбила яйца в сковородку и так и осталась стоять, глядя, как белеет белок. Сердце тревожно затрепыхалось в груди. Какого черта только что произошло? То есть да, она подозревала, что он наврал о невозможности поехать к родителям. Наврал же? Все пьяные разговоры о Ригане старшем всё еще живы в памяти, хотя и прошло столько лет. Но как же мать? Ведь она явно даже не в курсе, что он в Бристоле.
Он так убедительно рассказывал про иск. А всего пять минут назад сражался за пульт из-за долбаного БиБиСи.
Насколько же там у них до сих пор всё плохо по шкале от нуля до полной задницы?
В гостиной негромко скрипнул диван. Марго моргнула, сбрасывая мысли и обернулась на звук. Риган, этот лжец, который всё еще по совместительству ее муж, прижал к себе стопку одежды и пошел к выходу из комнаты.
— Я в душ, — бросил на ходу.
Сухо и коротко. Будто не он только что в очередной раз подкалывал ее насчет пижамы. Черт… Горло сдавило невидимой рукой. Как-то слишком сильно она расслабилась. Он ведь так и не сказал, зачем ему развод. Теперь еще и вот это… Что происходит, мать его?
Оставшись одна, Марго выключила конфорку, подскочила к столу и подхватила мобильник. Открыла почту и пролистала. Входящих из суда — ноль. И в спаме тоже нет. Дерьмо. Хотя и выходной, но попытаться стоило. Значит, придется оставаться в его компании еще на один день дольше. Наверху зашумела вода, Марго посмотрела в потолок, отшвырнула телефон и вернулась к плите.
Ей ненадолго удалось забыть, кто этот человек и зачем он здесь. Но он как обычно всё испортил. Он всегда всё портит.
Глава 9.1
Сэт:
«Тебе не нужна помощь с каким-нибудь иском?»
Верн:
«Я не брал работу на дом».
«И у меня новая стажерка, перевелась из «Тэмпл Гейт Лигал». Зовут Виктория. Теперь у меня есть миньон, которого я могу завалить работой».
«А ты вообще в отпуске».
Сэт:
«Мне скучно».
Верн:
«Поэтому надо ковыряться в моих исках? Покорми чаек, сходи на йогу, запишись на танцы, напейся, займись сексом с кем-то кроме своей руки…»
Сэт:
*средний палец*
Верн:
*два средних пальца*
«Виктория, кстати, ничего, симпатичная. Позову ее поработать сверхурочно».
Сэт:
«Не перетрудись».
Вернон прислал ржущий стикер. И три фака. Придурок великовозрастный.
Сэт хмыкнул. Сидя на пороге в проеме раздвижной двери, он захлопнул ноутбук на коленях. Перевел взгляд на тую в горшке, которую купил вчера, чтобы прикрыть дыру в газоне. Маргарет так и не видела нового жильца. Если бы увидела, не промолчала бы. Скала бы что-то типа «Да ты вообще поверил в себя!», но нет, этого не случилось. Она совсем не выглядывает во двор, раз уж теперь ей не нужно контролировать собаку?
Сэт вытянул босые ноги на траве. Стебли пощекотали кожу. Он снова опустил взгляд на ноутбук, руки рванулись, чтобы снова его открыть и пролистать рабочие папки, но он тут же силой прижал ладони к крышке. Чертова трудоголическая привычка. Как бы Вернон ни преувеличивал, он всё равно прав: нужно занять себя чем-то. Отпуск начался меньше недели назад, а уже хочется слиться и вернуться к работе. Какая нервная система это выдержит?
Сэт оперся ладонями о прохладный пол и задрал лицо к небу. Сзади зацокали когти, руку пощекотало что-то пушистое, и на коже остался мокрый след. Ох уж этот вездесущий собачий нос. Сэт обернулся через плечо и поймал немигающий взгляд черных бусинок. Пирожок плюхнулся на плитку и отставил в сторону заднюю лапу. Сэт потянулся и сгрёб пса к себе на колени.
— Ты вообще не ходишь к ней наверх?
Тот вонюче зевнул. Многозначительно. Сэт ткнулся лбом в его мягкий пух.
— Я бы тоже погрыз её ботинки, если бы она меня вот так бросала.
Пирожок извернулся и лизнул его в скулу. Язык противно прошуршал по щетине. Сэт поморщился, но уголки губ всё равно дрогнули. Это мило. У собаки явно психологический кризис. А может он просто скучает по хозяйке. Как Маргарет этого не видит? Хотя, когда бы ей видеть, если ее нет рядом? Даже сейчас она у себя наверху, и оттуда доносится звук какого-то фильма. А Пирожок здесь.
Сэт почесал мохнатое ухо.
Но возможно, пёс просто предпочитает мужскую компанию и не стремится в хозяйскую спальню? Отличную спальню, надо сказать. Сэт ухмыльнулся. Сам бы он туда обязательно стремился. И да, он конечно всё осмотрел вчера, пока был один. Спальня занимает почти весь этаж. Скорее всего, ее сделали, объединив две комнаты, потому что обычно в проекте таких дуплексов должно быть еще и что-то типа детской. Но детской в доме нет, зато в спальне Маргарет есть гардеробная во всю стену, огромная кровать, пушистое, девчачье покрывало…
Ни в какое сравнение с диваном, на котором приходится проводить ночи. Ни в какое сравнение с чемоданом на полу и стулом вместо вешалки. И ни в какое сравнение с той квартирой немного западнее отсюда, которую Маргарет когда-то делила с однокурсницей. Хотя, казалось бы, здесь совсем недалеко. А перемена потрясающая. Как там она сказала? «Переехала в дыру получше»? Сэт глубоко вдохнул всё еще влажный после дождя воздух. Пошевелил пальцами ног в отросшей траве.
Надо быть честным, Маргарет заслужила этот дом. Но она вообще не пользуется его потенциалом. Тут даже гриля нет. У всех людей с со своим участком должен быть закопченный черный гриль. Это база. Она что, не в курсе? Сэт отпустил Пирожка на свободу и тот тут же побежал к горшку с туей. Оставил метку и, фыркая, потрусил назад. Собственник с внешностью плюшевой игрушки.
Сэт поднялся и, отерев ноги друг о друга, пошлепал в дом. Оставил ноутбук на кухонном столе, рядом с двумя грязными кофейными чашками. Здесь нужно кресло-яйцо. Позарез. Пусть не гриль, но хотя бы кресло, чтобы усаживать задницу. Нужно брать пример с Пирожка и метить территорию. Сэт подхватил чашки и потащился к раковине. Через открытое окно гостиной со стороны дороги раздался рокот мотора, приблизился и заглох прямо рядом. Сэт вытянул шею. Возле зеленой потрёпанной машинки Маргарет припарковался высокий внедорожник. Гости? Доставка? Или это к мсье Эго?
А с пассажирского места внедорожника выпрыгнула невысокая, коротко стриженная блондинка и решительно направилась по дорожке к двери. Не к двери Эго, нет. Черт. Не похоже, чтобы Маргарет кого-то ждала.
Сэт со звоном отставил чашки и подошел ближе к окну. Хлопнула дверца с водительской стороны, и внедорожник обошел высокий, мощный, рыжий, бородатый мужчина. И тут же по дому разнеслась трель дверного звонка. Арамис зашелся лаем. Помчался к двери. Наверху послышались быстрые шаги и переместились на лестницу.
С перила первого пролета свесилась светловолосая голова.
— Ты что-то заказывал? — Маргарет недоуменно уставилась на него.
Итак, она точно никого не ждёт. Сэт еще раз осторожно глянул в окно.
— Там какой-то рыжий Кхал Дрого и маленькая, стриженная Кхалиси . — Он снова посмотрел в проём, на лестницу.
Лицо Маргарет мгновенно вытянулось.
— Ох, дерьмо…
Она пулей слетела вниз, но затормозила на последней ступеньке. Заметно вцепилась в перила.
— Исчезни! — шикнула в сторону Сэта и, расправив плечи, двинулась вперед.
Вежливая, как обычно. Сэт хмыкнул. Рухнул на диван, забросил ногу на ногу и уставился в проём между гостиной и коридором. Это что, кто-то близкий? Иначе она не стала бы так психовать. А тем временем входная дверь за стенкой открылась, Пирожок с лая мгновенно перешел на приветственный, нетерпеливый скулёж, и по коридору загудел глубокий, грудной баритон:
— Ничего себе тачка. У твоего соседа умер богатый родственник?
Губы сами собой изломились в ухмылке. Вот это он, конечно, преувеличил успехи Эго. Сэт потер подбородок. Это, должно быть, точно или родня, или друзья.
— Приве-е-ет… — тем временем пропела Маргарет. — А-а-а… Вы здесь откуда?
Шагов по плитке не послышалось. Значит, она держит их на пороге.
— Мы завтра рано утром уже уезжаем из города, — заговорила блондинка, — так что решили заскочить, проведать тебя. Арами-и-ис! Привет, маленький!.. — она запнулась. — Мы зайдем? Или ты не одна?
Глава 9.2
В ее голосе явственно прозвучало подозрение. Да не может этого быть. Неужели близкие люди Маргарет что-то знают?
— Я-я-я… — только и протянула та, и воздух явно кончился.
Легкие сдавило от желания засмеяться. Сэт плотно сжал губы и задержал дыхание.
— Да мы ненадолго, — прогудел Кхал, и, судя по звуку, дверь открылась шире и стукнулась о стену. — Твоя Келли позвонила, сказала, у тебя вчера было свидание с каким-то ублюдком. Она разволновалась.
Сэт замер. А вот это уже интересно. Свидание? Очередное?
— Она попросила пошпионить за мной? — Голос Маргарет возмущенно повысился.
— Не преувеличивай, — примирительно вставила блондинка. — Мы просто проверяем, как ты тут: может, тебе нужна помощь.
Кажется, Маргарет цокнула.
— Бо-о-оже. — Еще и глаза наверняка закатила. — Да он просто очередной придурок, вот и всё. Я уехала домой.
— Может, нужно с ним пообщаться? — Баритон переместился по коридору. — Дашь его контакт?
По полу зашуршали мелкие шаги.
— Я ценю твою заботу, правда, но это всё лишнее…
— …Нет, я хочу узнать, какой хрен с горы обидел нашу Блоху…
И в проёме появились все трое.
Сэт резко выпрямился. Черт, всё-таки они просочились в дом.
Хотя слово «просочился» неуместно в отношении огромного рыжего мужика под шесть с половиной футов, замершему на пороге гостиной. Его медные брови обалдело выгнулись. Маргарет, кажется, слегка побелела. А блондинка рядом с ней и застыла с открытым ртом. Она оказалась женщиной за тридцать, а может и под сорок. И как-то едва уловимо похожа на Маргарет, хотя и не очень.
Сэт медленно поднялся.
— Привет. — Он махнул двумя пальцами.
Собственный голос прозвучал, как эхо в глубоком колодце. Маргарет вздрогнула. Блондинка рядом моргнула и отмерла.
— Оу… — только и вывалилось из нее.
А Кхал прострелил его тяжелым взглядом. Так отцы смотрят на бойфрендов своих дочерей. Страшно. То есть было бы страшно, если бы последние годы не приходилось смотреть в лица настоящим убийцам и насильникам. И защищать их, что уж там…
Но Кхал слишком молод для отца такой взрослой дочери.
— Ты же сказала, что ушла со свидания одна. — Он повернулся к Маргарет и скрестил руки на груди.
Блондинка толкнула его локтем в бок.
— Она не говорила слово «одна», Робби, — прошипела она.
— Но она назвала его придурком, — в тон ей прошипел он, будто бы его гулкий голос и правда кто-то может не услышать.
