– Я лишь сказала правду, Ромку я не отдам, – меня всю колотит от напряжения, но я стараюсь быть спокойной для сына. Снимаю с него ботиночки, комбинезон. – Как ты, малыш? Хочешь пить?
– Дя, – он настороженно смотрит на дедушку с бабушкой. Они и раньше вели себя с ним прохладно, сейчас же и вовсе настроены враждебно. А дети чувствуют такое. – Паси, – Ромка хватает меня за руку и тащит в кухню.
– Пошли.
– Я еще не закончила! Ты почему поворачиваешься ко мне спиной, хамка? – шипит она.
– Ромка хочет пить, – устало поворачиваюсь к ней, – давайте не будем ссориться. Особенно при нем.
– Ты что, не понимаешь? – Рита Степановна пропускает мою просьбу мимо ушей и распаляется еще больше. – Он все равно заберет своего ребенка через суд. Только из-за твоего упрямства денег может и не дать! А Паша их заслужил, – она всплескивает руками. – Столько сил и здоровья положил на Рому. Теперь ему тяжело, все же узнают! Какой резонанс в институте будет и среди наших друзей. Уму непостижимо! Павлу нужно будет отдохнуть, съездить в санаторий, восстановить нервы, машину купить. Сколько можно на общественном транспорте ездить?! А?
– А я? – я спрятала сына за свою спину. – Обо мне вы подумали? Рома мой сын, никому его не отдам.
– Мой сын его воспитывать не будет! Я об этом позабочусь, – брызжет она слюной. Все лицо свекрови покрывается алыми пятнами. – Глупая курица, тебе такие деньги дают!
– Уходите, – указываю на дверь. Больше слушать оскорбления в свою сторону я не намерена.
– Это моя квартира! – взвивается она. – Ишь ты, выгонять она вздумала!
– Половину стоимости кредита Павел вносил из моих денег.
– А ты докажи!
– Давайте не будем ругаться, – подает голос свекр. – Риточка, у тебя давление сейчас подскочит.
– И все из-за нее, – шипит свекровь.
Я слушать ее больше не намерена. Подхватываю сына на руки и скрываюсь в кухне. Наливаю Ромке воды в пластиковый стакан-непроливайку, нарезаю фруктовый салатик. Через какое-то время голоса в гостиной стихают и хлопает дверь.
Ушли.
– Гусно, – сын сидит в стульчике для кормления. В сторону гостиной смотрит с испугом.
Да уж, когда близкие люди ведут себя по отношению к тебе враждебно, это очень сложно понять и принять.
– Ты ничего не понимаешь, но мамочка всегда с тобой. Никто и никогда нас не разлучит.
Денег у меня хватит на месяц в съемной квартире. А еще нужно будет питаться, купить Ромке новые ботиночки. Старые вот-вот станут малы.
Решаю еще раз поговорить с Павлом, а потом начинать действовать. Я хочу в последний раз попробовать сохранить нашу семью.
Вечером укладываю сына спать и стою у окна. Поздно уже, а мужа все нет.
Телефон не отвечает, наверное, сел. Прислоняюсь плечом к откосу окна и медленно пью чай с ромашкой. Прокручиваю в голове все, что могу сказать мужу, что он мне может ответить. Еще все время вспоминаю нашу с Платоном встречу.
Он был груб со своим предложением. Кажется, я вспыхнула к нему ненавистью за минуту. Однако как он смотрел на Ромку, так Павел не смотрел ни разу на эти два года. С живым любопытством, с нежностью, с восхищением.
В груди неприятно зашевелилось. Почему? Почему Павел был к Ромке так равнодушен? Неужели действительно на подсознательно уровне чувствовал, что он ему чужой, и поэтому был не ласков?
На улице пошел мелкий дождик. На асфальте налились лужи, все вокруг заблестело в желтом освещении уличных фонарей. Я нахмурилась, в который раз натыкаясь взглядом на красную иномарку. Очень дорогая, низкая. Слишком шикарная для нашего обычного двора.
Форточка водителя то и дело открывалась, позволяя водителю выпускать сигаретный дым. Почему-то мне показалась, что в такой машине обязательно должна сидеть женщина. И что она здесь делает?
Павел появился из темного проема арки. Он шел под зонтом, опасливо переступая большие лужи.
Когда-то я влюбилась в него без памяти. А что осталось сейчас?
Беременность была сложной. Муж на дух не переносил мою поплывшую фигуру и вечный токсикоз. После родов очень долго не подходил, говоря, что от меня пахнет молоком и детскими какашками.
Я старалась, честно. Диетами себя изводила, фитнесом занималась по телевизору, пока Ромка играл рядом на коврике. Привела себя в порядок.
Казалось, теперь наши отношения должны были стать, как в начале. Но нет, Павел как все равно остыл ко мне. А теперь между нами стоит еще и вопрос его отцовства.
Сможем ли мы переступить через все это?
Я хочу быть желанной, любимой женщиной для своего мужчины. А пока лишь домохозяйка для мужа.
Дверь красного автомобиля открывается, и из него выходит женщина. Из-за темноты вечера сложно рассмотреть ее лицо, но уверена она очень красивая. На ней короткое красное пальто, под которым черные брюки и туфли на высоченной шпильке. Она цокает каблуками по асфальту так, что эхо слышно даже мне в открытую форточку третьего этажа.
– Павел, – роняет незнакомка громко, – я звонила.
Она останавливается напротив моего мужа, преграждая ему путь. Точно молодая, это слышно по голосу. Черные волосы собраны в длинный высокий хвост на затылке. Она понижает голос, поэтому я не улавливаю слов.
Вижу, что они очень напряженно спорят. Павел смотрит на наше окно, и я отшатываюсь. Успокаиваюсь, вспоминая, что свет не горит, я оставила лишь ночник рядом с кроваткой Ромки.
Женщина хватает Павла за рукав и тащит к своей машине. Он психует, сбрасывает ее руку, что-то шипит ей в лицо. Она тоже не отстает, очень бурно жестикулирует.
Мне очень хочется узнать, о чем они спорят, но несмотря на ссору, говорят они очень тихо.
Это его студентка? Коллега? Да кто это?
В конечном итоге Павел складывает зонт и забирается в низкую машину. Женщина следует его примеру. На мгновение я вижу, как свет в салоне вспыхивает, когда они находятся внутри. Паша разворачивается к незнакомке и совершенно неожиданно ее целует.
Глава 05
Стою у окна без движения. Не могу поверить в то, что происходит на моих глазах.
Павел мне изменяет?
Свет в салоне гаснет, не давая мне увидеть, что происходит дальше. Часы на мобильном отсчитывают двадцать минут, и только после этого Павел появляется из машины. Он поправляет на себе одежду, воровато осматривается по сторонам, прикладывает пальцы к губам и смотрит на них. Наверняка проверяет, не осталась ли помада…
Боже, я никогда не думала, что столкнусь с изменой.
Да, между мной и Павлом довольно редко случалась близость, а после рождения ребенка и совсем сошла на нет, но я думала, он просто не очень страстный. Не всем же быть героями-любовниками.
Отхожу от окна, потому что противно смотреть на мужа. К горлу подкатывает ком отвращения и обиды. Знала ли я Павла вообще? Кажется, последние годы я лишь придумывала оправдания его невнимательному, холодному отношению ко мне и сыну.
Постоянные задержки на работе, вечная усталость. На руки Ромку не брал, ко мне придирался из-за фигуры и порядка в доме. Я же крутилась, как белка в колесе, старательно под него подстраиваясь. Мне очень хотелось быть хорошей женой и мамой.
Мои родители умерли еще в детстве, попали в автокатастрофу. Меня бабушка растила. Я прекрасно понимала ценность семьи и была готова вкладываться по максимуму.
А того ли я вообще человека выбрала для жизни?
Дверь квартиры хлопает, щелкает выключатель, раздаются шаги. Не выхожу из детской, чтобы не устроить скандал.
Зачем?
Нам с Ромкой будет лучше без него. Трудно, конечно, но лучше.
Слышу, как Павел подходит к детской, немного топчется у двери, а затем уходит. Я остаюсь спать на неудобном раскладном кресле, потому что в постель к Павлу заставить себя лечь не могу.
На моих глазах он целовал другую. Страстно. Она ему отвечала так же.
Измена.
Снова и снова гоняю в голове это слово. Их поцелуй, то, что должно быть они делали в машине. Мне хочется отмыться от этих мыслей, от всей этой грязи.
Мне больно. Очень.
Но правда вскрылась вовремя и к лучшему.
Я переболею. Забуду. Я смогу.
Прижимаю к ноющему сердцу ладонь, растираю до боли. В кроватке ворочается Ромка, отвлекая внимание на себя. Вот для него я сейчас и буду жить.
К полуночи хождение мужа по квартире прекращается. Он закрывается в нашей спальне. А я до утра лежу без сна, вытирая катящиеся по щекам слезы. Думаю о том, как буду теперь отбиваться от Платона. Мужа у меня больше нет, с жильем и работой вопросы. А у него жена, деньги, власть.
Мне придется спрятаться так, чтобы он нас с Ромкой не нашел. Я ведь без сына жить не смогу. Умру.
Утром жду, пока Павел уйдет на работу, только после этого выхожу из детской. Ромка еще спит, поэтому я быстро принимаю душ, готовлю завтрак для нас, потихоньку собираю вещи. Пока сын уплетает кашу со свежими ягодами, смотрю варианты съема.
За мои деньги выбрать нечто достойное невозможно, но я не отчаиваюсь. Ради нас с Ромкой я преодолею все. Завтра же подам документы на развод и раздел имущества, встречусь с адвокатом. Да, я с периферии, как сказала Рита Степановна, но это не значит, что я темная дурочка. Павел вложил в новую квартиру деньги от продажи квартиры моей бабушки. Я буду бороться и не оставлю все ему и его любовнице на красной иномарке.
Снимаю с безымянного пальца кольцо – символ верности, на который Павел легко наплевал. Кладу его обеденный стол.
– Гуять, – Ромка хлопает в ладоши, когда я начинаю его одевать.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
