Страница 6 из 6
– Не вопрос, но ты же понимаешь, что мы воюем, и твоих парней я первыми пошлю на абордаж. Так что многие могут не вернуться.
– Но кто-то же вернётся. Они станут учить новых матросов.
– Тогда выбери среди них офицеров – они станут учиться быть капитанами.
Со мной отправилось двести корсиканских юношей и пятеро мужчин постарше из дворян, которых Паоли назначил офицерами. Трюмы были забиты товаром, поэтому спали они на артиллерийской палубе – опердеке, подложив под голову свои котомки. На следующее утро они присоединились к тренировкам команды: учились орудовать тесаками, изучали такелаж и артиллерийскую науку. А в свободное от тренировок время учили русский язык.
Погода была хорошая, ветер попутный, поэтому лишней суеты у парусов, как и команд капитана или вахтенного офицера на палубе слышно не было. Вначале мы побывали под Генуей, найдя поместье де Сорди и купив там вино. Затем был коммерческий рейс в Барселону и Валенсию, где через знакомых по прошлым плаваниям коммерсантов мы его реализовали, а следом – второй рейс в Перпиньян за железом и цветными металлами. Встретившись с остальной эскадрой, распределили корсиканцев по экипажам кораблей, чтобы они спали в кубриках. Затем мы направились к Гибралтару. Подходя к проливу, холостым выстрелом приветствовали две барражирующие там английские шхуны. К идущей первой баркентине направился дежурящий катер. Мы приспустили паруса, замедлив ход, и он смог подойти вплотную. Офицер стал мне кричать в рупор:
– Господин капитан, вы обязаны уплатить налог.
– Господин лейтенант, в прошлый раз я уплатил вам налог, утопив здесь два ваших судна. А следом идёт гроза Британии бриг "Азов". Стоит ли повторять оплату или вы продолжаете настаивать?
– Это была ваша эскадра?!
– Именно так, лейтенант.
– Сэр, прошу проследовать дальше, а я доложу капитану.
– Лучше прими от нас бочонок хорошего итальянского вина. Это лучше, чем ядра.
Мы перебросили за борт пятилитровый бочонок – сами выловят в воде, и отправились дальше.
Загрузившись в Кадисе хересом, решили прогуляться к острову Мадейра Азорского архипелага. Вдруг там снова окажется какой-нибудь португальский галеон? Пройдя Канары, на горизонте увидели паруса корабля, к которому приближалось второе судно. А затем стали слышны раскаты пушечных выстрелов. Решив, что даже с двумя судами мы справимся, отправились поглядеть, в чём дело. К тому же сражение происходило практически на нашем пути. Часа через полтора мы приблизились к месту боя на пару миль. С этого расстояния по парусам и обводам мы точно определили типы судов и их принадлежность – британский фрегат напал на испанский. И испанцу приходилось очень несладко. Выстроившись в линию, мы двинулись к британцу с явно недружественными намерениями. Нас заметили с мостиков обоих кораблей.
Английский капитан рвал и метал:
– Три тысячи чертей! Эта эскадра испортила нам всю обедню. Джером, что за флаг полощется у них на гюйсе? И вообще, это какое-то ирландское рагу, а не эскадра!
– Сэр, вроде бы это русский флаг.
– Прибавить парусов, мы атакуем этот сброд.
Бросив побитый фрегат, британец прибавил парусов и направился в нашу сторону. От такой наглости мы просто обалдели, переговариваясь: «Смотри-ка, какой боевой бритт попался. Сигнальщик, передать остальным кораблям: «Атакую. Делай, как я».
Баркентина стала поворачиваться бортом к идущему на нас британцу. Он также стал поворачивать нам в противоход, собираясь обстрелять нас бортовым залпом из 25 пушек. И тут я загляделся, обдумывая, когда выстрелить, отчего при повороте вовремя не подал команду и «потерял» ветер. Не дождавшись команды, меня окрикнул вахтенный офицер:
– Капитан, ветер! – после чего принялся отдавать приказы фаловым доработать парусами.
– Благодарю, лейтенант, задумался о стрельбе и выпал из реальности.
Это было замечено на британце, отчего капитан нецензурно прошёлся по лопоухости капитана баркентины – весьма справедливо прошёлся.
Находясь примерно в полумили от фрегата, Донской произвёл замеры дальности, выбрал по таблицам угол для стрельбы и отдал команду произвести пристрелку. Через несколько минут с носовых и крайних бортовых пушек полетели ядра. Все мимо, лишь ядро с носовой попало британцу в борт, отчего Донской приказал производить выстрелы только этим орудием. Мы сближались, шла пристрелка, и с расстояния в 200 метров было видно, что ядро попало британцу на палубу, отчего следом полетел «огурец». Тротиловый снаряд также попал в центр верхней палубы фрегата, разметав десяток матросов и стоящих на квартердеке офицеров.
Продолжая поворот, оба судна оказались бортами друг к другу, и тут же оба борта окрасились дымами. Из 25 выстрелов бортовыми пушками противника в нас попало два ядра, остальные «засеяли» море перед нами и за кораблём. Зато мои пушкари, ориентируясь на таблицу стрельб и зная точную дальность по дальномеру, «кабачками» и «огурцами» в нескольких местах пробили борт корабля, уничтожив матросов на артиллерийской и верхней палубах. Идущие следом бриги отстрелялись, попав по фрегату обычными ядрами и осколочными снарядами. Мы приближались к судну, борт которого зиял дырами, из проломов и артиллерийских портов валил дым, а на верхней палубе не было видно бегающих матросов.
Я отдал приказ, а вахтенный матрос просемафорил на «Темерник» идти на абордаж. Я опасался последнего залпа артиллерии противника, а баркентина была лучше всех остальных судов. Самарин сошёлся бортами, абордажники сцепили их баграми и мостками, после чего на фрегат перебрались абордажники. На палубе фрегата лежали раненые капитан, несколько матросов и офицеров – остальные были убиты. Морпехи, обходя фрегат, согнали пленных, в большинстве своём раненых, и принялись тушить палубу, загоревшуюся из-за воспламенения бочонков с порохом. Раненых вытаскивали и сносили на верхнюю палубу. Из трёхсот членов команды полсотни были в норме, сотня имела ранения различной тяжести, а остальные – убиты.
В это время к испанскому фрегату швартовалась баркентина. Я, возглавив группу из нескольких матросов, перешёл на борт «испанца». Меня встречали капитан и семейство плывущего в Испанию гранда. Капитан выяснил, кто я такой, а затем представил меня вице-королю Аудиенсии Новая Гранада Хосе Кортесу графу Андалузскому, его супруге Ариадне, дочери Аните, которой «на глаз» было лет 12, подросткам Армандо и Альфонсо, а также второй дочери Аманде, выглядевшей годков на 20. Про себя я подумал о пристрастии гранда к букве "А" в именах. Дону Хосе и парням я пожал руку, объяснив это доброй русской традицией, а дамам поцеловал поданные ими ручки со словами "безмерно счастлив". Говорил я по-испански, так что меня нормально понимали.
Ко мне вновь обратился капитан:
– Сеньор капитан, каковы ваши планы?
– Вообще-то я шёл к Мадейре, желая утопить какого-нибудь португальца.
– Сеньор, вы не могли бы сопроводить нас к берегам Испании в Сантьяго-де-Компостелу. Впереди много опасностей, фрегат потрёпан в бою, а мне нужно доставить вице-короля в целости.
К просьбе капитана присоединились сам Хосе и Ариадна. Я подумал, что вице-короли не каждый день на пути попадаются, поэтому согласился:
– Хорошо, поскольку я встретил вас и уже утопил британца, выполнив «утопительный» план, то с удовольствием сопровожу вас. Вижу, что после боя вам требуется поправить рангоут и паруса, да и я желаю обследовать трофейный фрегат, чтобы довести его на верфь. Погода хорошая, барометр высокий, так что предлагаю задержаться в море на сутки, а там все вместе и пойдём. Что у вас с ранеными? Мой врач может помочь.
– Благодарю, капитан Михайлов. Будьте любезны пригласить его на мой корабль.
Наши корабли расцепились и направились к группе дрейфующих судов. Самарин перескочил на английский фрегат и подошёл к квартердеку, где полусидел, привалившись к стенке каюты, раненый в плечо капитан. Тот поднял глаза и спросил у Николая:
– Капитан, что это за ядра?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
