Екатерина Аверина "Невеста младшего брата"

– Разберусь, – киваю тестю.

Возвращаюсь в комнату, луплю пару раз кулаком в стену. Сдираю кожу на костяшках, на светлых обоях остаются некрасивые пятна крови.

– Рад? – в комнату забегает испуганная Рита. – Ой, извини, – понимает, что вошла в мою спальню.

Уже собирается сбежать, но видит кровь у меня на руке. Подходит, ее пальчики дергаются в порыве прикоснуться.

Прикоснись ко мне, маленькая… Пожалуйста… Мне сейчас очень надо погасить то, что взрывается внутри. Иначе натворю херни на эмоциях.

– Обработать надо. Поможешь? – быстро придумываю, как ее задержать.

Прости, Лекс. Я помню, что это твоя невеста. Только тебе простят глупые эмоциональные выходки, а с меня спросят, так что пусть Рита побудет таблеткой.

– Конечно. Чем? – тут же соглашается добрая девочка.

Веду ее за собой в ванную, достаю из шкафчика всё необходимое, держу руку навесу, чтобы Рите удобнее было залить ссадины раствором. Ничего критичного там нет и можно было бы обойтись просто теплой водой, но ее пальчики, случайно, невесомо прикасающиеся к моей коже и правда гасят кипящую злость.

– Спасибо, – улыбаюсь невесте брата. – Ты что-то искала?

– Кухню. Пить очень хочется, – признается Рита.

– Пойдем, – пользуясь моментом, беру ее за руку, веду за собой, – покажу. Лекс где?

Жмет плечами.

Свалил уже, что ли? Быстро он наигрался.

– Радомир, – а нет, не свалил. Братишка догоняет нас, забирает у меня теплую ладошку Риты. – Можно без веской необходимости не трогать мою невесту руками? Иди, трахни жену и успокойся, – снижает голос.

А Ритка все равно все слышит. Ее щеки заливаются красивым румянцем.

– Я не претендую, не накручивай, – успокаиваю Лекса. – Нам еще между собой грызни не хватает.

Глава 12

Маргарита

И что это сейчас было?

В недоумении приоткрыла и тут же захлопнула рот.

Между мужчинами возникло и лопнуло в воздухе осязаемое напряжение. В очередной раз их сравниваю. Оно само получается, братья слишком контрастные. Лекс моментально завелся. Он открытый, все эмоции наружу и, если их много, они ощущаются кожей. Радомир явно не в первый раз их гасит. Он не отреагировал на выпад брата, а мягко его осадил. У Лекса даже дыхание поменялось.

Рад оставляет нас вдвоем, если не считать присутствующий на кухне персонал.

– Моя невеста проголодалась? – улыбается Лекс.

– Нет. Воды хотела попросить. Рад показал дорогу, – объясняю парню.

– А давай теперь я буду твоим навигатором, ладно? Ты все же моя девочка, а у братишки жена.

– Я еще не твоя, – отфыркиваюсь от него.

– Это легко исправить, – обвивает рукой за талию, дергает на себя и очень интимно вжимает мое хрупкое тельце в свой каменный торс. – Формально этот вопрос уже решен, а мы можем закрепить. Нам никто, – наклоняется и ведет носом по моей щеке. Стараюсь от него отстраниться наклоняясь назад. – никто, – урчит он, – не запрещал.

– Пусти! – не выдержав давления, выставляю ладошки вперед, упирая их в мужскую грудь. – Лекс, пожалуйста… я… – подбираю слова. – Я не готова, понимаешь! Ты давишь. Все слишком быстро происходит. У меня голова кружится. Отпусти, – хнычу.

– Извини, – помогает мне встать ровно и убирает руки. – Может я просто ревную, – щурится он.

– С чего бы? Мы даже не знакомы толком, – делаю пару шагов от него на всякий случай.

– Ученые доказали, чтобы влюбиться, человеку достаточно пятьдесят девять миллисекунд, – важно заявляет он.

– Рад, что в университете ты все же иногда появляешься, – за спиной Лекса звучит усмешка хозяина дома. – Здравствуй, Рита. Извини, у меня еще не было времени нормально поприветствовать тебя в нашем доме.

– Здравствуйте, Денис Игнатович. Ничего страшного, Алексей мне вот кухню показал.

– Проголодалась? – и не дожидаясь ответа, – Лекс, распорядись тогда сам, чтобы накрывали в столовой. Отметим переезд твоей невесты как полагается. Тем более что Радомир скоро уедет на ночное дежурство, и времени, чтобы посидеть всей семьей у нас не так много.

– Выдыхай, – смеется мой жених, когда мы снова остаемся вдвоем. – Обещаю, ужин я возьму на себя. Можешь просто улыбаться и иногда кивать, – подмигивает парень, наливает мне воды в стакан и говорит с персоналом.

Пользуясь моментом, сбегаю. Нахожу свою комнату, закрываюсь там. Хочется получить немного ощущения безопасности, но чужая обстановка, запахи, вещи никак не дают это сделать. Чувствую себя голой и очень уязвимой. В сумках был любимый домашний кардиган. К ужину переодеваюсь в платье, а сверху надеваю его. Плевать, что лето. Мне сейчас вообще не жарко. По коже гуляет неприятный, нервный озноб и все еще мерещатся на мне наглые руки Лекса.

Причесываю волосы у зеркала. Вздрагиваю от стука в дверь. Ее толкают, в проеме появляется голова будущего мужа.

– Готова?

«Нет», – отвечаю про себя, а Лексу согласно киваю.

– Ты опять бледная, – проходит в комнату. Ловко поправляет загнувшийся край кардигана. – Замерзла? – удивленно.

– Нервы, – кутаюсь в кофту с запахом дома.

– С тебя пылинки будут сдувать. Особенно мама, а если залетишь раньше Ольги, на руках будут носить. Пойдем, – цепляется за мои пальцы и тянет за собой.

Залетишь? Он серьезно сейчас?! То есть об учебе можно забыть?! Ноги сами врастают в пол и дальше идти отказываются. Лекс в недоумении поворачивается ко мне. Мы снова слишком близко. В его карих глазах пляшут настоящие демоны. Взгляд отвести попросту страшно.

– Некрасивая правда, – совсем невесело усмехается он. – Кроме меня тебе ее здесь в глаза никто не скажет. Даже идеальный Рад. Брата крепко держат за яйца, так что на его поддержку сильно не рассчитывай. К тому же он глубоко женат, а Олька свое не отдаст, – зачем-то говорит он. – Тебе придется привыкнуть ко мне. Я теперь все, что у тебя есть. Лучше тебе сейчас это понять, чем потом разочароваться, когда розовые фантазии маленькой домашней девочки лопнут, как мыльный пузырь.

– Вот вы где, – монолог Лекса прерывает его мама. – Все уже за столом. Пойдемте, хорошие мои, – улыбается женщина. – Рита, как тебе у нас? Ты уже осмотрелась? – щебечет она.

Киваю, как научил Алексей. Язык просто к небу присох и говорить не получается. Мой будущий муж заводит меня в шикарно обставленную столовую и встает так, что я оказываюсь за его спиной. Удивлена. Такого жеста я бы скорее могла ожидать от Радомира.

– М-м-м, – тянет незнакомый мне мужчина с руками толщиной с мое бедро, – какая куколка. Это та самая дочка Филатова?

– Она, – кивает старший Яровский. – Маргарита, пока еще тоже Филатова, – представляет меня, – но мы это скоро поправим.

– Шикарный у нас союз на три фамилии получается, – довольно заявляет незнакомец. – Конкуренты подавятся, если попытаются укусить, – неприятно смеется он.

– Ну чего вы встали, дети? – суетится мама Лекса. – Проходите уже за стол.

Алексей ловит в воздухе мою руку, сжимает пару раз пальцы, стараясь приободрить, и ведет к столу. Смотрины закончились, оценки выставлены, можно поесть, если бы оно еще хотелось, конечно.

Рада за столом нет. Только его жена.

– Где твой муж, дочка? – интересуется мужчина с огромными руками. Хоть так становится понятно, кем он является.

– Отдыхает. Не стала будить, – спокойно отвечает Ольга.

– Маргарита, мы с твоим отцом завтра подписываем договор. Вам с Алексеем тоже надо это сделать в ближайшие дни. Сама свадебная церемония – просто красивая формальность. Ты уже часть нашей семьи, девочка, – Денис Игнатович поднимает бокал с шампанским. – Добро пожаловать, – качает его в мою сторону и делает пару маленьких глотков.

– Спасибо, – отвечаю обреченно.

В моем воображении скрипит металл решетки и дверца клетки, в которую меня привезли, с грохотом захлопывается. Вздрагиваю. По телу снова проходит волна озноба. Наглая рука Лекса скользит по спине, обвивает талию и замирает, скомкав пальцами кардиган.

Он при всех наклоняется к моему лицу, скользит губами по щеке и обжигает ухо дыханием:

– Я же говорил, – шепчет Лекс, – все уже решено. Просто привыкай и научись получать от этого удовольствие.

Глава 13

Маргарита

Как только выдалась возможность, я сбежала в выделенную мне комнату. Назвать ее своей язык не поворачивается.

Запираюсь изнутри, еще раз осматриваю неразложенные вещи. Не хочу их разбирать. Это ведь означает, что я здесь и правда остаюсь. А вдруг отец передумает и заберет меня отсюда? Мне не нравится!

Жена Радомира не сводила с меня глаз весь вечер. Чувствовала себя, как муравей под микроскопом. Они все такие огромные и чего-то от меня ждут. Алексей объяснил, чего именно – свадьбу, ребенка.

– Рит, – принесла нелегкая! Лекс скребется в дверь. – Ритка, открывай. Гулять хочешь? Или теперь так и будешь там сидеть целыми днями?

– Гулять? – спрашиваю через дверь.

– Да. Давай свалим отсюда. Я тебя на байке по городу покатаю. Только одевайся удобно и волосы собери так, чтобы шлем сел нормально. Поедешь?

– Приставать опять будешь? – серьезно интересуюсь. Слышу, как мой будущий муж смеется.

– Если только чуть-чуть потискаю. Самую малость, – издевается Лекс. – Ну давай, вылезай из своей норки, детка. Тебе понравится. Обещаю.

– Хорошо. Дай мне пятнадцать минут.

– Засек, – по удаляющемуся звуку шагов понимаю – ушел.

Байк… байк – это интересно, пусть даже и с Лексом. Лучше с ним, чем сидеть здесь в четырех стенах и чувствовать себя экспериментальным материалом. Вдруг получится разглядеть своего будущего мужа. Мне ведь скоро с ним… Этого уже не избежать.

– Ар-р-р!!! – прыгаю на месте. – Разбудите меня!

Мне все еще кажется, что я сплю. Бывает такое: ты будто на свою жизнь со стороны смотришь. Интересный спецэффект. Вот он со мной сейчас и происходит. У меня в голове полнейший раздрай. Я теперь не понимаю, что правильно, что нет и как себя вообще вести! Отцу обещала быть хорошей, чтобы они с мамой не ругались. Хорошие девочки не катаются с малознакомыми парнями ночью на байке! А если этот малознакомый парень тебе уже практически муж? Вот и где здесь грань между «хорошо» и «плохо», между «можно» и «категорически нельзя»?

Надо удобно одеться, значит джинсы и футболка. На улице прошел небольшой дождь, и воздух наполнился духотой. Больше ничего сверху лучше не надевать. Волосы заплетаю в низкую косу. На зареванное лицо наношу легкий, маскирующий макияж.

– Пятнадцать минут прошло, – раздается за дверью.

Споткнувшись о сумку, выхожу к Лексу. Осматривает меня, одобрительно кивает, берет за руку и ведет за собой на первый этаж.

– Тс-с, – прикладывает палец к губам, и мы крадемся мышками через гостиную.

– А нам что, нельзя было уходить? – спрашиваю у него на улице.

– Можно, но было бы очень много вопросов. Тебе за столом не хватило? – тянет меня за собой к гаражу, состоящему из нескольких секций.

– Хватило.

– Вот и я про то же.

Жмет кнопку на пульте. Одна из створок едет вверх. В ангаре красуется агрессивный мотоцикл. Красивый. Совсем в них не разбираюсь, но выглядит очень круто.

Лекс выкатывает его на улицу. Выносит два шлема. Один вешает на руль, второй сам надевает на меня. Выдает мне кожаную куртку. Затягивает ремешки.

– Какая-никакая защита, – поясняет, заканчивая крутиться вокруг меня.

Сам он в кожаных штанах, обтянувших его сильные, длинные ноги и задницу, интересных высоких ботинках и тоже в куртке.

– А за что держаться? – спрашиваю у младшего Яровского, подняв стекло своего шлема. Кручу головой, привыкая к его весу.

– За меня, конечно. У тебя есть другие варианты?

– А там вот что? Ручки? – показываю на две выемки со стороны пассажирского сиденья.

– Нет. Ты держишься за меня и не вздумай руки отпускать, особенно на поворотах. Поедем быстро. Обнимаешь вот здесь, – показывает рукой место выше пояса, – прижимаешься к моей спине и стараешься не ерзать сзади, это не машина. Байк все чувствует на высоких скоростях.

– Поняла.

Лекс седлает своего «коня», я послушно устраиваюсь сзади, делаю все по его инструкции. Он снова щелкает пультом. В этот раз открываются основные ворота. Байк с рычанием срывается с места, не дожидаясь, когда они откроются полностью.

Завизжав от испуга, прижимаюсь к Лексу сильнее. В шлеме глухо слышен шум ветра и сигналы недовольных водителей. Он мчит, маневрируя между рядами четырехколесных участников движения. У меня все картинки смазываются перед глазами. На повороте байк сильно наклоняется. Это очень страшно! Я всего на мгновение опускаю взгляд на дорогу под нами… Она превратилась в сплошное темно-серое полотно. Разделительные полосы мелькают и тут же растворяются где-то там, у нас за спиной. Страх конвертируется в щемяще сладкое чувство восторга. Вытесняются все остальные чувства. То, что мне было просто необходимо сегодня. Забыться, потом уснуть и проснуться уже в своей новой жизни.

Мы уносимся за город и катаемся по ровной трассе. Здесь не слепят фонари и практически нет машин. Ощущение свободы усиливается. Хочется раскинуть руки в стороны, запрокинуть голову, устремить взгляд к звездам и хорошенько прокричаться, опустошая себя досуха.

Если бы не обстоятельства, Лекс мог бы стать для меня хорошим старшим другом, чтобы иногда вместе совершать вот такие безумства, как сейчас. Никак не получается увидеть его мужем. Муж – это ведь надежность, защита, сила, уверенность. Я это вижу так. Абсолютная противоположность моего отца.