Серпентарий

— Слушай, понимаю, ты переживаешь больше моего, но… Кея напилась, уехала на своем жутком байке за город, свалилась у какой-то заброшенной многоэтажки, увидела ее и вошла внутрь. Поднялась на крышу, а там, может, споткнулась… Я не знаю. Но она упала. Сама.

Нет, Нура не верила в эту версию. Кея всегда была немного… рисковой, но зачем ей вообще было идти в какое-то заброшенное здание? А в письме она упоминала, что ей угрожали!

— Других следов не обнаружили, — продолжал брат, — так что дело закрыто. Тела Кеи больше нет, а мы подписали все бумаги, помнишь?

Нура не помнила. Она была в таком смятении, что с трудом могла воспроизвести прошедшие пару дней. Но что делать? Бежать в полицию и убеждать, что подписала бумагу с затуманенным от горя рассудком? Вряд ли они отнесутся с пониманием…

Все уже списали на несчастный случай, и убийца ушел от ответственности. Он все еще оставался на свободе, все еще ходил по земле, все еще дышал и наслаждался жизнью, а прах Кеи развеялся по ветру… Ее убили, а остальные отвернулись, закрыли глаза на это. Никто не хотел верить, не хотел даже предположить, что Кею убили. Им некогда было думать о человеке, от которого остались лишь пепел и слова в письме, проще забыть, свернуть дело. Проще смириться, это ведь так удобно…

Но Нура не могла отмахнуться от письма, стереть его из памяти. И для нее стало шоком, что Матс и мама смогли. Наверное, сестра предполагала такой исход. Догадывалась, что близкие не будут добиваться правды и поверят в ее испорченность, поверят, что Кея сошла с ума. Потому письмо было адресовано именно близняшке. И Нура оправдает доверие. Она найдет убийцу сестры! Просто обязана сделать это…

Брат и мама уехали незадолго до отправления поезда. Как только дверь за ними захлопнулась, квартира погрузилась в безмолвие. Непривычная тишина была почти физически ощутима, как и пустота… Никого и ничего знакомого, только оглушающее молчание чужих стен. Но решимость начать собственное расследование не угасала.

— Расследование, — под нос фыркнула Нура.

Слово казалось каким-то слишком громким и амбициозным. А она больших ставок на себя не делала. В конечном итоге нужно только найти улики, выяснить о сестре все, чтобы заставить полицию возобновить дело. Но что нужно предпринять? Нура знала о расследованиях только из детективных романов и статей о громких преступлениях далекого прошлого вроде убийств Аконита или Глифа, произошедших на другом материке зим сто назад.

Итак, с чего начать? Обычно в книгах опрашивают свидетелей, близких и приятелей. О первых неизвестно, вторые никакой информацией не располагают, а третьи… Нура понятия не имела, с кем Кея дружила в Рагнаре. Нужно найти контакты, а пока… Чем еще можно заняться?

Взгляд упал на то, что должно было стать уликами, — на пакет с вещами Кеи. Все, что в нем хранилось, Нура вытаскивала поочередно. Сверху лежала кожаная куртка. Локти были стесаны. Видимо, это случилось из-за падения с байка перед… перед тем, как Кею убили. На штанинах джинсов остались капли грязи, а с подошв высоких ботинок крупными кусками откалывалась присохшая земля.

— И что это дает? — скептично спросила вслух Нура. — Знание о том, что Кея ходила по грязи? Да уж, достижение…

На дне пакета валялись мелкие предметы. Наверное, они были в карманах: треснувший нусфон, полупустая упаковка сигарет, зажигалка, какой-то чек и свернутый мятый листок. Нура с нетерпением раскрыла его. Это было заявление об увольнении с должности администратора клуба «Серпентс». Дата соответствовала числу за день до обнаружения тела… То ли Кея так и не отдала заявление, то ли это был черновик. Но в любом случае теперь известно место ее работы. И туда стоит сходить.

Нура сложила вещи обратно. Это все еще улики. Пока что только для одного конкретного недодетектива, но если получится, то пакет вернется в полицию, и им придется ответственнее отнестись к каждому предмету внутри. Сейчас же важно найти этот «Серпентс».

К счастью, в квартире осталась потрепанная карта города. Наверное, Кея купила ее, когда переехала в Рагнар. Нура перелистывала страницу за страницей, пока не обнаружила наконец значок клуба и название небольшими буквами. «Серпентс» оказался неподалеку от дома Кеи, но за окном все еще было светло, а клуб вряд ли работал днем. Нужно дождаться вечера. Однако сидеть сложа руки нельзя, потому Нура решила изучить квартиру в надежде отыскать новые улики.

После маминой уборки везде царил почти пугающий порядок. Даже рамка с изображением маленьких Кеи и Нуры, обнимающих старого рыжего кота Винсента, стояла на тумбочке ровно по центру. Слишком идеально. Кея никогда так не жила. Вокруг нее всегда образовывался творческий беспорядок из фантиков, армии немытых кружек и стопок журналов. А здесь слишком пусто…

Нура заглянула в гардеробную у входа. Кажется, мама не успела туда добраться. Несколько вещей валялось в углу, другие не висели на вешалках, а просто были перекинуты через штангу для одежды. Что ж, это могло дать хоть что-то…

Кея всегда запихивала в карманы все, что только можно, а потом забывала. Она не изменяла привычкам и в последние годы: в карманах курток, пальто, пиджаков и штанов то и дело попадались какие-то мелочи.

Так Нура нашла: цветные скрепки; зажигалки; бережно свернутую бумажку, на которой было нарисовано дерево с дуплом и три черточки с небольшой буквой «С»; мятые сигареты; несколько чеков из булочной с покупкой одной и той же выпечки с клубникой; кучу чеков из кофейни; еще чеки, но уже из бара, на одном из которых стояла кривая подпись «У»; визитку стриптиз-клуба с нарисованной от руки бабочкой; свернутую брошюру храма Маан-Маан7[7] с написанными на краю цифрами; нераспечатанный презерватив с рисунком змеи и надписью «2max» и еще кучу всего… Но что из этого — зацепка?

В ящике с документами не обнаружилось ничего особенного. Что ж, пока негусто. Однако любая мелочь могла стать уликой, которая вывела бы на убийцу Кеи.

Когда стемнело, Нура решила, что пришло время для «вылазки». Внутри боролись противоречивые чувства: с одной стороны, хотелось забиться в угол, рыдать, вспоминая сестру, и трястись от ужаса; с другой — стоило лишь вспомнить, что кто-то посмел убить Кею, как желание мести разгоралось все ярче. Потребность в справедливости не покидала, но ее подтачивало беспокойство. Сможет ли Нура что-то найти? Хватит ли сил? А вдруг с ней поступят, как с ее близняшкой?..

— Если не ты, то никто, — сказала Кея из зеркала. Точнее, Нура… Осталась ведь только она…

В горле тут же образовался ком. Пришлось поскорее отвернуться от отражения собственного бледного лица с покрасневшими от слез веками, которое слишком сильно походило на сестринское. Легкая поступь горя снова слышалась где-то рядом, и Нуре захотелось сбежать из пустой квартиры. К счастью, и повод был — пора собираться в «Серпентс».

Знания Нуры о клубах заканчивались на уверенности в том, что туда пускали лишь в соответствующем наряде. А с собой был только ограниченный набор черных вещей. Цветной оказалась «пижама» — безразмерная футболка с символикой университета, где раньше училась Нура. Там, на зеленом фоне, красовался логотип альма-матер — белая горлица.

Пришлось импровизировать и искать что-то в вещах Кеи. Они с сестрой были похожи. Очень. Но отличия находились, например, разница в телосложении из-за образа жизни. Нура носила одежду на размер-два больше, чем близняшка. Некритично, но она комплексовала из-за того, что не настолько изящна, как Кея. Впрочем, фисташковое мороженое все равно лучше, чем худое тело модели из журналов.

— Ладно, сойдет, — пробормотала Нура, осматривая обнаженную спину в зеркале. Топ с длинными рукавами застегивался на шее, а на талии держался с помощью завязок. Красный, с пайетками, он вполне подходил для клубного образа.

Натянув свои черные джинсы, Нура обулась в найденные в углу гардеробной алые туфли на высоком, но устойчивом каблуке. Судя по девственно-чистым подошвам, на которых сохранился приклеенный ценник, Кея их не носила.

Волосы Нура распустила, и они свободно рассыпались по плечам и спине, щекоча лопатки. Пришлось даже сделать макияж, чтобы скрыть тени под глазами. Захватив небольшую черную сумочку, Нура наконец покинула дом.

Во дворе горели магические фонари, освещая тротуар и дорогу. Вдали слышалось движение мобилей, которое в столице одного из кантонов не угасало, видимо, даже поздним вечером.

Каблуки застучали по тротуару. Нура неторопливо брела мимо парковки, вспоминая выбранный на карте маршрут.

— Эй! — раздался громкий мужской голос откуда-то сбоку.

Краем глаза удалось уловить движение. Нура опустила голову, уставившись на лакированные носы туфель, которые будто горели в темноте. Оставалось лишь надеяться, что зовут не ее. Никаких способов защиты, кроме молитвы предкам, при себе не было.

— Йон!

Нура вздрогнула, услышав собственную фамилию. Горло сдавило от страха. А что, если ее похитят? И убьют, как сестру? От ужаса участился пульс, ладони вспотели.

Резко развернувшись, Нура замерла, изумленно глядя в желтые глаза с узкими зрачками…

Глава 2. «Серпентс»

ПТАШКА

Если бы пришлось спорить на деньги, Нура бы смело поставила на то, что мужчина, приближавшийся к ней, — наг. Получеловек-полузмей. В Восточном кантоне их было больше, чем где-либо, но жили они в основном в мегаполисах. А Нура выросла в мелком провинциальном городишке и с нагами не встречалась.

— Там ведь твой байк? — гаркнул желтоглазый.

Она сделал шаг назад, пытаясь держаться на расстоянии. Нура уже продумывала пути спасения. С какой стороны обежать массивную фигуру, чтобы добраться до подъезда? Или лучше направиться к широким улицам в надежде, что там кто-то будет?

Незнакомец же остановился, вероятно, поняв, что собеседница вот-вот с визгами бросится прочь. Кожаная куртка на его накачанных плечах натянулась, на шее виднелся край татуировки, а из стянутых на затылке волос выбилось несколько черных прядок. В мочках ушей — небольшие тоннели и серебряные сережки. Желтоглазый был слишком массивным и высоким, чтобы рассчитывать на победу в прямом столкновении. Он выглядел так, будто мог уложить на лопатки даже какого-нибудь гризли.

— Твой мотоцикл? — повторил вопрос мужчина, раздраженно кривя рот. — Хочу купить его.

— Зачем?

— Чтобы кататься, — оскалился он. Не улыбнулся, а именно оскалился…

— Я не продаю его.

— Блять, — закатил глаза наг, — как с тобой тяжело!

Когда он засунул руку под куртку, Нура вздрогнула, ожидая, что сейчас появится пистолет. Если бы не каблуки, она бы уже бежала, не разбирая дороги, но вместо этого оступилась, рефлекторно хватаясь за протянутую руку незнакомца, в которой он уже сжимал черную узкую визитку. Всего лишь безобидный кусок картона — не оружие.

— Ходить разучилась? — язвительно поинтересовался желтоглазый.

— А ты общаться? — мстительно буркнула Нура, но тут же прикусила язык. Не хватало еще спровоцировать его замечаниями. Это ведь не очередь в поликлинике и не приставучая коллега, это гребаный наг! — Извините…

Мужчина фыркнул, бесцеремонно схватил ее запястье, развернул руку и положил на ладонь визитку:

— Захочешь продать байк, приходи. Спросишь Тайпана, тебя проводят ко мне.

Холодный цитрусовый запах на мгновение окутал ее, а затем испарился, когда наг развернулся и скрылся в тени парковки.

— Кто ты такой? — воскликнула наконец Нура. — И откуда знаешь Кею?

Вместо ответа взревел двигатель, зажглась фара, и с парковки выехал мотоцикл. Он пронесся по дороге рядом с Нурой с такой скоростью, что ее волосы взметнулись, скрывая лицо.

Отплевываясь от прядей, она раздраженно ругалась под нос. Ну что за гад? Ничего не объяснил, напугал, разозлил и уехал! Но облегчение от того, что все обошлось, все равно перекрывало остальные чувства. Похоже, никто не собирался убивать Нуру просто так. По крайней мере, пока…

Она выдохнула, перекинув волосы на одно плечо, и наконец опустила взгляд на визитку, успевшую немного помяться. На черном картоне серебряные буквы выводили название спортивного зала: «Нексус». С обратной стороны — адрес. Что ж, придется купить перцовый баллончик и наведаться к этому Тайпану, чтобы выяснить, откуда он знает Кею и зачем ему сломанный байк.

Немного успокоившись и спрятав визитку в сумку, Нура продолжила путь. Во тьме не составляло труда заметить яркую неоновую вывеску. Она горела, словно маяк, служа прекрасным ориентиром. К тому же у входа в «Серпентс» были установлены небольшие прожекторы, которые разрезали мрак, медленно двигаясь то вниз, освещая проулки рядом, то вверх. Два высоких здания с темными зеркальными стенами усиливали эффект и напоминали стражей, защищавших более низкое строение клуба.

Чем ближе была вереница людей у входа, тем сильнее становилось волнение и тем больше потели ладони Нуры. Она заняла место в очереди, и за ней почти сразу же встали две миловидные девушки в коротких платьях. Кажется, «Серпентс» пользовался популярностью…

Один из охранников на входе рассеянно оглядывал людей, пока не наткнулся на Нуру. Он смотрел слишком пристально и шептал что-то своему напарнику, а после скрылся за дверью. Сомнений в том, что ее узнали из-за Кеи, не оставалось. Раз она тут работала, конечно, ее должны были знать. Вот только что это сулило? Опасность?

Спустя время дверь в клуб снова открылась, наружу вышли охранник и миловидная высокая брюнетка в штанах и черном облегающем топе без бретелей и рукавов. На смуглой коже темнели татуировки, волосы были собраны в хвост, губы накрашены красной помадой, а глаза… снова эти вертикальные зрачки в янтаре радужки.

Незнакомка уверенно направилась прямиком к Нуре, ее тонкие каблуки с металлическими набойками громко стучали по асфальту.

— Ну привет, Нура, — усмехнулась она, остановившись напротив. — Вы с Кеей и правда похожи…

— Вы знакомы с моей сестрой? Она работала здесь? — тут же накинулась с вопросами Нура. Сердце ее в который раз учащенно забилось. Наверное, не так должен проходить опрос свидетелей, но она ничего не могла с собой поделать.

— Знакома. Работала. Но об этом позже, о тебе уже сообщили Аспиду.

Тайпан. Аспид. Что за змеиные имена?

— Он наг?

— Как и я, — подмигнула девушка. — Зови меня Мамбой.

Опять змея. Это город или серпентарий?

— Идем, я провожу тебя.

Нура послушно последовала за Мамбой мимо очереди, бросающей любопытные взгляды. Стоило войти внутрь клуба, как весь мир сузился до грохота битов, от которого почти закладывало уши. Музыка была настолько громкой, что Нура едва слышала собственные мысли. Каждый бас отдавал вибрацией, проходящей по телу; он будто вбивал ритм, гипнотизировал и заставлял двигаться в такт. Звуки, усиленные магией, буквально ощущались в пространстве, приятно щекоча кожу.

— Эй! — крикнула Мамба, оглянувшись. Она ловко лавировала между людьми. — Не отставай!

Нура с трудом разобрала фразу и поспешила за ней. Заполненный танцпол в стороне казался каким-то древним ритуальным сборищем дергающихся в трансе людей. К счастью, идти нужно было недолго. Мамба уже прошла к бару, у края которого начиналась лестница, и пропустила гостью вперед. На втором уровне располагались огороженные кабинки для важных персон, между которыми прогуливались официантки в коротких шортах и блестящих топах. Нура обернулась, пытаясь понять, куда дальше.

— Выше, — сообщила Мамба.

Поднявшись на третий уровень, она проводила Нуру до двери, которую караулил какой-то бугай. Громила немного удивленно оглядел посетительницу, но отошел в сторону, позволяя войти.

— Ну все, Йон. Я буду внизу. — Мамба махнула рукой, возвращаясь к лестнице. — Если что, спросишь у бара.

Нуре хотелось крикнуть, чтобы она не смела ее оставлять, но… Какая разница? Все тут чужаки. Пути назад нет. Необходимо узнать все, что возможно, от этих проклятых нагов! Нура решительно распахнула дверь и зашла внутрь.

Комната оказалась достаточно просторной, одну из стен заменяло панорамное окно, из которого просматривался зал клуба вместе с танцполом и баром. Пространство тут было заставлено диванами и креслами, окружавшими множество столиков с выпивкой, закусками и пепельницами. Повсюду сидели мужчины и хихикающие в их объятиях девушки. Воздух заполняла тяжелая взвесь сигаретного дыма и алкогольных паров. Бордовые стены с мраморной крошкой напоминали шершавый язык. Но все это меркло по сравнению с террариумами. За стеклами некоторых лениво двигались по веткам вытянутые змеиные тела.

Ноги у Нуры предательски тряслись. Она обратилась к ближайшему мужчине, на коленях которого сидела миниатюрная блондинка:

— Мне нужен Аспид.

Кажется, дрожащий голос повеселил незнакомца. Он выглядел довольно зрелым, но совсем не старым. Шатен, глаза зеленые с золотыми крапинками, а зрачки вполне обычные, но от уголка его рта до виска по левой стороне лица тянулся уродливый рваный шрам, а из-под расстегнутого ворота выглядывали татуировки.

— Там, сладенькая. — Мужчина кивком указал на дальний угол комнаты. — Босс там, — ухмыльнулся он, нарочито медленно облизывая свои губы длинным раздвоенным языком. Будто специально, чтобы Нура заметила и оторопела.

Похоже, незнакомец наслаждался ее испуганным и растерянным видом. Какой же гад! Остальные тоже следили за ней с хищным блеском в глазах. Стоило пройти рядом, как они приоткрывали рты и вытягивали языки. Такие же раздвоенные, как и у первого мужчины. Нура чувствовала себя мышью, брошенной в террариум со змеями. Все они поворачивали головы, следя за каждым движением добычи.

Однако, когда «добыча» оказалась в дальнем углу, все прекратилось как по волшебству. Все занялись своими делами. А Нура смогла наконец выдохнуть и рассмотреть незнакомца в черных штанах с цепями на поясе и в темной рубашке с закатанными рукавами. С его запястья медленно сползала некрупная змея, неспешно оплетая одну из веток. Когда рептилия оказалась внутри, мужчина задвинул стекло, тем самым закрыв террариум.

— В-вы Аспид? — кое-как выговорила Нура, впиваясь в ремешок сумки с такой силой, что, казалось, еще немного и порвет его.

Незнакомец развернулся на пятках. Он не моргал. Кроваво-алые глаза с узкими зрачками смотрели пугающе внимательно. Его черные волосы в беспорядке падали на влажный от испарины лоб. Левую бровь рассекал шрам, заканчивающийся на скуле. Кожу мужчины украшали татуировки. На руках — острые и изогнутые линии, похожие на лезвия, а на шее — змея, оплетающая меч.

— Аспид… — наконец выговорил он. Голос его был хриплым, низким. Жутким… Как и весь его болезненный вид. Он походил на сумасшедшего, сбежавшего из лечебницы.

Нура обошла кресло, отступая к стене и негромко продолжая:

— Я хотела узнать… п-про…

Она с трудом выговаривала слова. Ей становилось все страшнее. Духи предков! Как Нура вообще могла решить, что способна узнать хоть что-то? Что достаточно уверена в себе и сильна для разговора с кем-то, кроме продавца в магазине?

Аспид приближался, точно настоящий змей. Плавно, тягуче. Но все в нем кричало, что, сделай Нура лишнее движение, он бросится на нее с невероятной скоростью, а после… Что? Убьет? Вдруг он убил Кею? А теперь избавится и от ее безмозглой сестры…

Нура уперлась в стену спиной. Голая кожа прижалась к прохладной шершавой поверхности, а Аспид наконец застыл. Он остановился настолько близко, что Нура ощущала исходивший от него жар. Он был слишком горячим, будто действительно чем-то болел…

— Какое мучение, — прошептал Аспид.

Нура сглотнула. Она могла бы попытаться дать отпор. Влепить пощечину или ударить коленом в пах, но стоило ли? Он пока ничего не сделал, хотя и выглядел грозно. Гранатового цвета глаза были напротив, и узкие зрачки в них завораживающе медленно расширялись.

— Ты так на нее похожа. — Стон Аспида задрожал в крохотном пространстве между телами. Он приоткрыл рот, и из него показались кончики языка. Они подрагивали, словно ощупывая воздух.

Нура не дышала. Она боялась пошевелиться, пока Аспид наклонялся, пока его раздвоенный язык вытягивался и скользил по линии ее челюсти, оставляя влажный след. Приходилось терпеть странного нага со странными повадками.

Что с ним не так?

— Даже пахнешь похоже… — Аспид выдохнул, аромат бурбона защекотал ноздри.

— Я не она, — решительно ответила Нура хриплым от волнения голосом.

— Да… Ты не она, — горько заключил Аспид, с сожалением пройдясь по ней взглядом.

Он так и не назвал ее сестру по имени, не решилась и Нура. Почему? Потому что наг также печалился о смерти Кеи? Или потому что жалел, что убил ее?