Могли ли ему угрожать? Мог ли он быть связан с кем-то опасным? Могло ли убийство Викки быть предупреждением или наказанием за непослушание?
Он адвокат, и я не понаслышке знала, как легко можно подставить кого-то, избавиться от улик или подбросить их и подкупить свидетелей – и тем самым сфабриковать дело. Люди идут и не на такие преступления, чтобы получить желаемое, прибыль или выгоду.
Выгоду…
Кому всё это могло быть выгодно?
Парней и правда могли подставить. Но почему тогда те, кто сделал это, не пошли до конца и не упрятали их за решётку? Тут что-то не сходилось, но теперь я уже не была так категорична в своих обвинениях.
Могли ли злоумышленники специально подстроить всё так, чтобы посеять в городе хаос, как и сказал Блэйк? Да, такой вариант нельзя исключать.
Конечно, невиновность этих пятерых ещё нужно доказать, однако сегодня я увидела в их глазах те же боль и ненависть, что отравляли меня с той самой минуты, как я узнала о смерти Викки.
Искренние. Жгучие. Разъедающие.
Такие эмоции никто не в состоянии подделать. Когда они захватывают тебя, ты просто горишь снаружи и умираешь внутри.
И мы все были такими. Все, кто находился сейчас здесь. Возможно, это наивно с моей стороны, но я чувствовала, что у нас есть связь и она куда глубже, чем можно представить.
Я могла их понять… даже не так. Я отлично их понимала, потому что проходила через подобное. Когда против тебя толпа, очень трудно не сломаться.
Однако довериться лишь чувствам и ощущениям было бы глупо. И я не могла позволить им обвинять моего отца. Его я знала, а их – нет. На протяжении шести месяцев я считала этих парней убийцами Викки и ненавидела так сильно, что сама готова была убить.
Отпихнув Блэйка, я оглядела всех пятерых.
– Я не уеду из Дрэйквилла, – чётко произнесла я. – Убийцы Викки не останутся безнаказанными. Я и без вас способна докопаться до правды. Если вы невиновны или хотите такими казаться – не путайтесь под ногами. Если станете мне мешать, я расценю это как ваше признание в её убийстве.
Блэйк покачал головой, но я уже направилась к двери.
Остальные парни тоже наблюдали за мной. По их лицам нельзя было понять, о чём они думают.
Да, у нас имелось намного больше общего, чем я поначалу думала. Мы все носили маски, и это было не притворство, а защита. Но наше сходство не являлось тем мостом, который бы проложил дорогу к пониманию. Мы всё ещё находились по разные стороны.
– Открыто, – бросил Тайлер, когда я подошла к двери.
Даже не обернувшись, я потянула её на себя. Холод ночи окутал меня, когда я вышла наружу, однако в голове ни капли не прояснилось. Вопросов стало лишь больше.
Я не знала, смогу ли найти ответы. А если найду – не последую ли за Викки.
Но я не собиралась отступать. Не теперь, когда передо мной открылась целая развилка вариантов.
Войдя в квартиру, я нащупала выключатель – и прихожую залил свет. Я стянула кроссовки и погладила Кота, соизволившего выйти мне навстречу. Ради приличия он мурлыкнул, а затем громко сообщил, что проголодался. Пришлось наполнить его миску, прежде чем пройти в спальню.
Старенький шкаф, занимающий добрую половину пространства, был поистине ужасен. Однако он выполнял роль тайника, и за это я любила его. Он не прилегал вплотную к стене и скрывал за собой нечто важное.
Протянув руку, я вытащила из-за шкафа демонстрационную пробковую доску, на которой уже не осталось свободного места. За три месяца я увесила её листами, заполненными информацией о парнях. Здесь имелись маршруты их перемещений, расписание дня, привычки и мои наблюдения. Но ничего, что имело бы отношение к убийству Викки.
Была ли слежка за ними единственной верной дорогой?
Нет, мне с самого начала не стоило ограничиваться лишь этим вариантом. Нельзя было позволять слепой ненависти затмить рассудок.
Теперь нужно было посмотреть на всё под другим углом.
Под разными углами.
Сняв с доски все листы, я аккуратно сложила их в чёрную папку для документов. А затем взяла стопку чистой бумаги и маркер.
Через десять минут моя доска для улик выглядела совсем по-другому. Верхний ряд я решила заполнить именами, под ними размещать факты: досье и другую проверенную информацию, а в самом нижнем ряду – крепить свои теории.
Таким образом у меня образовалось четыре столбика: ненавистная пятёрка Дрэйквилла; Дэнни Уокер и неизвестные сообщники; Райан Пирс и его предполагаемо опасные клиенты; и безымянный лист со знаком вопроса.
Я специально оставила пустое место как напоминание о том, что преступником всегда может оказаться кто-то ещё. Тот, на кого изначально не думаешь.
Смотря на имя отца, я не могла отделаться от мысли, что оно здесь вполне уместно. И это не Блэйк затуманил мне мозги. Просто я слишком хорошо знала своего папу.
Райан Пирс не был насквозь гнилым человеком.
Но он был жесток и защищал плохих людей.
Главный вопрос заключался вот в чём: с кем из Дрэйквилла мог быть связан Райан? Я не слышала, чтобы кто-то местный обращался к нему. Обыск его кабинета мог бы что-то дать, но сначала я хотела проверить Дэнни Уокера. Всё-таки подозревать собственного отца – это отстой.
Уокер мог являться связующим звеном. Он оброс множеством связей и перед некоторыми людьми слишком сильно заискивал. Да и с парнями начал общаться явно не просто так.
Я могла устроиться к нему на работу: он сам предлагал мне. Но что я могла провернуть в одиночку? Обыскать его кабинет – да. Вскрыть его сейф – тоже да. Не попасться при этом на камеры видеонаблюдения – нет, не могла. Установить качественные средства слежения, которые не накроются через пару дней, – тоже нет. В моём распоряжении не было навороченного оборудования. А у парней всё это имелось, либо они могли это достать. И заодно помочь с отключением камер, чтобы никто меня не засёк.
– Вот гадство, – произнесла я вслух и закусила нижнюю губу, обдумывая варианты.
Как ни крути, но мне нужна чья-то помощь.
И вообще, если парни виновны, то тем более стоило держать их рядом.
Но сегодня я упустила шанс на сближение с ними. Чёрт бы побрал мой взрывной характер.
Глава 7
Блэйк
– Это к лучшему, – отрезал Ник, когда дверь за Кристалл закрылась. – Посторонним не место рядом с нами.
– Повторяй это почаще, и, может, они перестанут досаждать нам, – вздохнул Дилан.
– Но как мы попадём в кабинет Дэнни? – напустился на нас Тайлер. – Даже если выведем систему видеонаблюдения из строя, проникнуть в административную часть незамеченными мы не сможем. В коридоре всегда есть кто-то из охраны, нас обязательно заметят. И когда Дэнни обнаружит «подарочек», подозрение сразу упадёт на нас. Вы только что спугнули наш единственный шанс.
Последнее предложение он произнёс таким тоном, словно сам стоял в сторонке, а не размахивал дубиной, пока мы проверяли Кристалл.
– Но, – Тайлер поднял указательный палец окровавленной руки, – у меня есть идея.
Он обвёл нас взглядом, прежде чем посвятить в свой «гениальный» план.
– В общем, я тут думал, – продолжил Тайлер, убедившись, что полностью завладел нашим вниманием.
– Плохой знак, – пробормотал Дилан.
– Прости-прости? – с видом оскорблённой невинности переспросил Тайлер.
– Не обижайся, Ти, но, когда ты шевелишь извилинами, это плохо заканчивается.
Услышав ненавистное сокращение, Тайлер вперился в Дилана потяжелевшим взглядом. Так его называла Роуз, когда они дружили, и ему это нравилось. Но после её отъезда Тайлер огрызался при любом напоминании о ней.
– Ладно, пусть выскажется, – махнул рукой Мэтт. – От его пустой болтовни вреда обычно нет.
– Эй! – возмутился Тайлер, но, посмотрев на нахмурившегося Ника, решил не развивать этот спор. – Ладно, буду краток, раз вы сомневаетесь в моих умственных способностях. Мы не можем проверить его кабинет, но можем снова наведаться к нему домой.
– Мы там уже искали, – со скукой возразил Ник.
– Да, – кивнул Тайлер, – четыре месяца назад. А учитывая, как сильно Дэнни обожает собирать разный хлам, за это время он мог притащить домой что-то важное на хранение.
Ник снисходительно усмехнулся, однако Дилан поднял руку, остановив его едкие высказывания.
– Возможно, в этом есть резон, – высказался он в поддержку предложения Тайлера. – К тому же в прошлый раз мы вполне могли что-то пропустить: нам пришлось уйти раньше, чем мы планировали.
– Я согласен, но где гарантии, что и сегодня Дэнни не вернётся домой раньше? – спросил я. Предложение Тайлера действительно имело смысл: четыре месяца всё же большой срок.
– Я подговорю Тину, чтобы подольше не слезала с его коленей, – подмигнул мне Дилан и достал телефон, чтобы позвонить одной из своих многочисленных фанаток.
Просто удивительно. Нас ненавидел весь город, зато переспать с нами была готова каждая третья, если не вторая. У меня это до сих пор в голове не укладывалось. Раньше мы не пользовались настолько бешеной популярностью у противоположного пола.
Хотя, возможно, дело было не только в нашей дурной репутации. Раньше похвастаться накаченным телом могли только Мэтт и Дилан. Но последние полгода мы все усиленно тренировались, и они обучали нас драться. Ходить побитыми не нравилось никому из нас – и мы научились давать отпор.
Тина работала в клубе Дэнни, поэтому хотя бы это знакомство Дилана являлось в какой-то степени полезным. Однако привлечь её к нашему плану по установке скрытой камеры в кабинете Дэнни не представлялось возможным: интеллект Тины был чуть выше, чем у рыбки гуппи, а слово «тайна» не входило в её лексикон.
– Готово, – сообщил Дилан, вернувшись к нам, когда завершил разговор. – Она и её подруги проследят, чтобы Дэнни сегодня отлично расслабился.
– И она не проболтается, что ты её попросил? – с сомнением спросил я.
– А я и не просил ни о чём, только намекнул, что Дэнни ранен и сейчас ему необходима женская ласка. Тина сама захотела задобрить босса и получить хорошие чаевые. Я сказал, что она не поднимет больше двадцатки, и Тина оскорбилась. Она метит минимум на сотню и мечтает утереть мне нос, так что позвонит сразу, как только Дэнни рассчитается с ними и покинет клуб.
– Удивлён, что он раздаёт им на чай.
– Дэнни в этом плане не жмот. – Дилан пожал плечами. – Часа три в запасе у нас точно есть.
– Тогда чего мы ждём? – Тайлер сверкнул улыбкой. – Пора нанести Дэнни визит.
– Сначала перебинтуй ладонь. – Николас смерил его холодным взглядом. – И нам нужны перчатки. Не хватало ещё оставить там отпечатки пальцев или ДНК.
– Ты не видишь, где мы? – Тайлер раскинул руки в стороны. Бита с гулким звуком ударилась о колонну. – Тут есть всё необходимое, золотце. Выбирай.
У Тайлера на складе действительно имелось всё, что могло нам понадобиться. Пока он бинтовал руку, мы упаковали в чёрную спортивную сумку фонари, резиновые перчатки и баллончики с краской. Отмычки и так хранились в наших карманах, а отключить на время камеры видеонаблюдения, установленные около дома Дэнни, можно было, отрубив подачу электричества.
Мы уже проделывали это в прошлый наш визит – и в ту ночь на полминуты улица погрузилась во мрак. Этого нам хватило, чтобы закрасить линзы камер краской, ну а дальше уже не стоило о них волноваться. Наши действия тогда приписали малолетним хулиганам: по другую сторону леса располагались трущобы, так что такой вариант полиция посчитала самым логичным.
Побывав у Дэнни вчера ночью, я заметил, что после того инцидента камеры так и не заменили на новые. Они не работали на солнечных батареях, их питание шло от общей электросети. Работа от аккумулятора или резервное питание на этих старых моделях тоже не были предусмотрены. А к трансформаторной будке всё так же можно было подобраться незамеченным.
Минут через тридцать мы припарковались в переулке перед одним из складов у окраины леса. Нам предстояло пройти через него, чтобы выйти к дому Дэнни. Приехать туда по главной дороге – было бы глупо, поэтому мы оставили машину с другой стороны леса, достаточно далеко от той тропы, которой обычно ходил Дэнни.
– Ты тоже не в курсе, почему он постоянно ходит пешком? – спросил у меня Дилан, пока мы шли через лес, освещая себе путь фонариками. – От его дома до клуба идти почти час.
Я пожал плечами.
– Возможно, экономит деньги, чтобы засовывать их в трусы своим танцовщицам. Или готовится к марафону.
Дилан хохотнул.
– Ну а реальная причина?
– Чёрт его знает. Может, развивает выносливость. Только хрен ему это помогает.
– Дэнни же с прибабахом, у него свои методы, – сказал Тайлер, и мы покосились на него. Вот уж кто бы говорил.
Он великодушно проигнорировал наше красноречивое молчание. Из-за предстоящего обыска Тайлер сильно воодушевился и сейчас шёл чуть впереди нас, взмахивая битой в такт шагам. Порезанная рука, казалось, не доставляла ему ни малейшего дискомфорта.
Подойдя к краю леса, мы рассредоточились.
Ник должен был отключить питание, Дилан – вскрыть дверной замок, а мы втроём – закрасить камеры, направленные на дом Дэнни и прилегающую территорию, и ещё несколько, чтобы отвести подозрения.
Менее чем за тридцать секунд всё было улажено, и мы вслед за Диланом проникли в дом. Прикрыли дверь, но не закрыли её, и отправили Нику сообщение.
Перед тем, как присоединиться к нам, он должен был немного выждать на случай, если кто-то из соседей ещё не спал и мог проявить любопытство или недовольство из-за отключения электричества. Однако такой вариант был маловероятен: Дэнни жил на улице белых воротничков, эти люди вставали с первыми лучами солнца, так что наверняка уже видели десятый сон.
Фонари вновь вспыхнули, а затем погасли. Они реагировали на движение, поэтому сейчас Нику стоило быть очень аккуратным. А также и всем нам – когда будем уходить отсюда.
Примерно через пару минут Ник бесшумно проник в дом и закрыл дверь на замок. Мы все предусмотрительно надели перчатки и свободно могли трогать всё, что нужно. Однако не следовало оставлять после себя ни намёка на то, что кто-то побывал здесь.
– Кладём всё на свои места, – на всякий случай напомнил я. – Следов не оставляем.
– Само собой, – отозвался Мэтт.
Наши глаза уже привыкли к темноте, но мы всё равно зажгли фонарики, которые прихватили на складе. Окна в доме были зашторены, так что с улицы этот свет никто бы не заметил. Его едва хватало, чтобы подсвечивать то, что находилось перед нами.
И прямо по курсу обнаружилась проблема номер один.
– Кто это у нас здесь? – расплылся в улыбке Тайлер, тоже заметив прислонённую к стене биту.
– Тайлер! – окликнул его Дилан. – Не трогай её. Просто, чёрт подери, не смей.
– Привет, красотка, иди к папочке, – промурлыкал Тайлер, уже подойдя с ней.
– Положи. Её. На место, – угрожающе процедил Ник, когда воссоединение Тайлера с вожделенным предметом всё же произошло.
