Мафия

— Ну так они в одном дворе росли. Ходили вместе на рыбалку. Да, что говорить. Были не разлей вода. Тот был более жестоким. В драках участвовал. Но всегда помогал старикам. Продукты покупал. Но потом зажрался. Денег много стало, — секретничала со мной старушка. А ее позвала другая соседка.

— Рай! Мой внук опять разорвал кроссовки. Нет, ну я с ним точно без пенсии останусь.

— Хулиган маленький растет, — простилась со мной пожилая женщина. А я вернулась в квартиру. Тетя разбила в гневе посуду.

— Что глядишь, лентяйка? Веник в зубы и подметай!

— Не ори на мою дочь.

— Она не в королевстве живет. Спину не надорвет, а подметет, — нахамила мне. Я так устала от их конфликтов. Просто согласилась на уборку. Благо отцу полегчало, и он спокойно уснул. А я пошла мыть грязные кастрюли на кухню. Там то меня и подкараулила тетка.

— Ты дура? Хочешь в нищете жить? Спаси свою семью.

— Простите. Но это не ваше дело.

— Принципиальная нашлась. Моралистка, да? Вы скоро милостыню просить будете. Хватит показывать гордость. Отдай ему невинность!

— Как я потом я парню своему в глазу посмотрю?

— Жених есть? Не смеши. Он бросит тебя, — промолвила ненавистная тетя. Она везде видела лишь корысть и расчётливость.

— Я люблю его. Вам не понять таких отношений.

— Глупая ты, Тея. Они все потом молоденьких ищут. А нас оставляют у разбитого корыта. Думаешь, я замуж не хотела. И мы даже ребенка планировали. Но судьба злодейка преподнесла сюрпризы. Я осталась брошенной.

— Печальная история. Но может вы сами виноваты.

— И какие это я грехи совершила? Я тоже мечтала о семье.

— Вы искали богатого ухажера.

— Помалкивай. Умная нашлась. Ты детство провела в роскоши. Не жевала черствый хлеб с маслом. А мы с папашей твоим конфеты по праздникам ели. И не надо тут меня уму разуму учить. Если не родилась эгоисткой, переспишь с этим Филиппом.

— Чтобы меня потом проституткой называли? Как потом отмоюсь от грязи?

— Стыда испугалась. А умереть от голода не боишься? — махнула рукой, показывая безразличие. Нет всё понятно, она обижалась на жизненные обстоятельства. Ее крохотное счастье разбилось на осколки. Но с какой предвзятостью, она разговаривала с людьми. Мне окончательно испортили настроение. Даже не спасла любимая книга. Я молча сидела на балконе. Как услышала голос своего парня. Взяв кеды помчалась к нему. Он ждал около подъезда.

— Где ты была?

— Работала. В магазине много народа.

— Уволься. Зачем ты горбатишься?

— Гарик! Нам нужно платить квартплату. Тётя постоянно критикует из - за расходов.

— Она у тебя жадная.

— Да вот такая плохая. Мы что будем разговаривать о моей семье? Когда с твоими родителями познакомимся?

— Тея! Куда нам спешить?

— Ты стесняешься меня?

— Что за чушь? Я люблю тебя и собираюсь жениться, — поцеловал мою руку. А после мы решили сходить в бильярд. Играла громкая музыка.

— Так гадко на душе. Над нами все издеваются, будто мы отбросы.

— Это всё из сплетен. Твоего батю вором обзывают.

— Но он ни украл ни копейки.

— Успокойся. Ты моя невеста. И я не собираюсь верить всяким слухам. Тебе заказать чай? — был он любезным. С ним я забыла о своих трудностях. Но всё спокойствие мгновенно улетучилось. В бильярдную зашел наш враг. Высокомерный Крестовский. Широкоплечий мерзавец с нескрываемым высокомерием. Люди для него рабы. Взгляд пробивающий насквозь. Представляю сколько зла он совершил. Толкнул официанта, будто тот плешивая собака.

— Бармен! Выключи тухлую музыку! Она меня бесит. И сделай два коньяка.

— Это что за козел такой?

— Местный бандит. Говорят у них такая серьёзная мафия.

— Разбить бы морду этому уроду,- высказался мой жених. А этот Филипп так оценивающе разглядывал бар, будто планировал прибрать его к рукам.

— Где жратва? Сколько я должен ждать? —командовал главарь. Я чувствовала раздражение в его присутствии. Мне хотелось закрыть уши и больше никогда не слышать его голос. А серые бесовские глаза вызывали отвращение. Так и рождается ненависть. Помню как неуважительно он разговаривал с моим отцом. Превратил его в ничтожество. Наша семья пролила из-за него много слез. Отравить бы негодяя без сожаления.

— Мне плохо. Давай уйдем.

— Тея! Ты испугалась этого ублюдка? Что он сделает?

— Зачем ввязываться в драку? Он отвязанный хулиган. Да мне вообще противно разговаривать о нем,— произнесла вслух. И тот самый Филипп цинично поднялся с дивана, бросил на пол свою кожаную куртку и направился к нашему бильярдному столу. Сколько враждебности во взгляде. Ему так и хочется показать свою власть, а других раздавить как насекомых.

— Ты рассказала своему неудачнику, что скоро станешь шлюхой? Что молчишь, лохматая?

Глава 3

Тея

Гадкий бандит. Привык всех запугивать своей мафией. Вот бы ему кто-то отомстил за его хамство. Как он жестоко обращался с моим отцом. Никакого уважения к старшим.

— Слушай, быдло. Как с моей девушкой разговариваешь? — заступился Гарик, а я так боялась, что начнется потасовка.

— Много здоровья смотрю, чмо. Рот свой помойный закрой. А то я пацанам прикажу тебе рёбра сломать. Невеста твоя скоро моей подстилкой станет. Она не хвасталась? — выдал озверевший Крестовский. А Гарик замахнулся кулаком. И началась драка. Мафиози достал пистолет.

— Хочешь сдохнуть как собака?

— Уберите пистолет! Что вы устраиваете в нашем баре? — вмешался в потасовку директор.

— Это мой бар. Я его забираю.

— Кто вам позволит?

— Мне сказать свою фамилию, усатый кретин? Скоро тут бордель открою. Жратва у вас пахнет клопами. Тебя мы ей накормить! — ответил Филипп с такой жестокостью, волосы дыбом.

— Псих, спрячь ствол!

— Трусливая мразь! Что страшно? Правильно. Гляди, а то землю заставлю жрать! — ударил его, выходя на улицу. Я устала наблюдать за его наглостью и набросилась с обвинениями.

— Ублюдок! Ему же больно.

— Ну поплачь, лохматая! Передавай своему убогому папаше привет. Мы на работу к нему заглянем. Покалечим ничтожного сторожа.

— Козел! Думаешь я позволю над ним издеваться? — крикнула ему вслед. А он собственнически прислонил меня к дереву. Его карие глаза моментально превратились в черные.

— Да. Потому что ты слабачка.

— Мой папа болен. Почему ты такой бессовестный?

— Он бабки должен. Но ты можешь расплатиться. Переспишь с нашей бандой, удовлетворишь пацанов, возможно прощу ему долг.

— Моральный урод! Ненавижу! — плюнула ему в лицо. А он взял револьвер и прислонил к моему горлу.

— Не боишься, что убью?

— Стреляй. Ты же сволочь бесчувственная!

Странно, что меня не тронул. Ему же абсолютно плевать на других. Я вернулась в бар. А Гарик был вне себя от бешенства.

— Он мог меня грохнуть.

— Зачем ты спорил с Крестовским? Он главарь мафии.

— И давно ты с ним спишь?

— С ума сошел. Я его ненавижу. Он требует деньги у моего отца, — пыталась всё ему объяснить. Но парень почернел.

— А еще скромницу из себя изображала.

— Гарик! Он держит в страхе весь город. Привязался к нашей семье.

— Наверное, ты ему понравилась. Ну соглашайся. Он же влиятельный и богатый.

— Проституткой меня считаешь?

— А как мне реагировать? Любимая девушка спуталась с бандитом. Да пошла ты, — бросил меня одной.

— Гарик! А если ко мне хулиганы пристанут?

— Такси вызовешь! — сел в свой автомобиль, оставляя на дороге. Началась гроза, я шла по шоссе, боязно поглядывая на каждую проезжающую машину. А дождь лил как из ведра. Взяла и сняла свои кеды. Они все промокли. Парень обиделся на меня. И всё из-за наглеца, который привык хвастаться своей властью. Пока обо всем размышляла, становился фургон. Незнакомцы начали со мной флиртовать.

— Крошка! Ты что мокнешь под дождем?

— Гуляю.

- К нам залезай. Мы пивом угостим.

— Спасибо. Но я не пью алкоголь.

— Ты что нас боишься? Так мы не кусаемся, — обратился ко мне главный из них.

— Вам неприятности нужны?

— А ты что парня своего позовешь? Он, наверное, бросил тебя в этой глуши. А нам так хочется с тобой развлечься, — сказали мерзавцы. И появилась незнакомая машина. Черная как ночь. Из нее вышел тот самый Крестовский. Жестокий и непробиваемый как стена. В руках топор. Он обезумел.

— Я тебе разрешал ее трогать? Мне пальцы твои отрубить?

— Филипп! Не психуй. Мы просто разговаривали.

— Мразь! Я король города. И устраиваю тут порядки. А ты забирай своих вонючих псов, пока не похоронил тут. Доходчиво объяснил? — накричал на эту банду. Они быстро смылись, не успела оглянуться. После бандит бросил свой взгляд на меня, будто хищник на охоте.

— Они не твои друзья?

— Шестерки, которые на меня работают. Садись в машину, лохматая!

— Ага. Чтобы ты меня убил!

— Я что приказал? Ты глухая? Или мне взять тебя за волосы? — в приказном порядке затащил в свой автомобиль. Я стучала зубами от холода.

— И почему ты спас от них?

— Сначала я тебя должен трахнуть, а потом можешь спать с другими.

— А если я не лягу с тобой?

— Тогда прими мои соболезнования. Твой отец скоропостижно скончается.

— Что же ты за псих. Зачем грабить нищих? — разговаривала с ним, испытывая отвращение.

— Власть показываю. Не трясись как дура. Это меня раздражает.

— Мне холодно. Там ливень.

— Снимай свои шмотки, умалишенная!

— Чтобы ты пялился на меня голой? — решила с ним поспорить. И кажется зря. Он разорвал мой сарафан, а потом бюстгальтер с трусиками. Порылся в бардачке и дал мне футболку.

— Напяливай, лохматая.

— Почему ты не обращаться ко мне по имени?

— Оно меня бесит. Папаша сегодня выходной?