Евгения Паризьена "Мафия"

– Простите. Но это не ваше дело.

– Принципиальная нашлась. Моралистка, да? Вы скоро милостыню просить будете. Хватит показывать гордость. Отдай ему невинность!

– Как я потом я парню своему в глазу посмотрю?

– Жених есть? Не смеши. Он бросит тебя, – промолвила ненавистная тетя. Она везде видела лишь корысть и расчётливость.

– Я люблю его. Вам не понять таких отношений.

– Глупая ты, Тея. Они все потом молоденьких ищут. А нас оставляют у разбитого корыта. Думаешь, я замуж не хотела. И мы даже ребенка планировали. Но судьба злодейка преподнесла сюрпризы. Я осталась брошенной.

– Печальная история. Но может вы сами виноваты.

– И какие это я грехи совершила? Я тоже мечтала о семье.

– Вы искали богатого ухажера.

– Помалкивай. Умная нашлась. Ты детство провела в роскоши. Не жевала черствый хлеб с маслом. А мы с папашей твоим конфеты по праздникам ели. И не надо тут меня уму разуму учить. Если не родилась эгоисткой, переспишь с этим Филиппом.

– Чтобы меня потом проституткой называли? Как потом отмоюсь от грязи?

– Стыда испугалась. А умереть от голода не боишься? – махнула рукой, показывая безразличие. Нет всё понятно, она обижалась на жизненные обстоятельства. Ее крохотное счастье разбилось на осколки. Но с какой предвзятостью, она разговаривала с людьми. Мне окончательно испортили настроение. Даже не спасла любимая книга. Я молча сидела на балконе. Как услышала голос своего парня. Взяв кеды помчалась к нему. Он ждал около подъезда.

– Где ты была?

– Работала. В магазине много народа.

– Уволься. Зачем ты горбатишься?

– Гарик! Нам нужно платить квартплату. Тётя постоянно критикует из – за расходов.

– Она у тебя жадная.

– Да вот такая плохая. Мы что будем разговаривать о моей семье? Когда с твоими родителями познакомимся?

– Тея! Куда нам спешить?

– Ты стесняешься меня?

– Что за чушь? Я люблю тебя и собираюсь жениться, – поцеловал мою руку. А после мы решили сходить в бильярд. Играла громкая музыка.

– Так гадко на душе. Над нами все издеваются, будто мы отбросы.

– Это всё из сплетен. Твоего батю вором обзывают.

– Но он ни украл ни копейки.

– Успокойся. Ты моя невеста. И я не собираюсь верить всяким слухам. Тебе заказать чай? – был он любезным. С ним я забыла о своих трудностях. Но всё спокойствие мгновенно улетучилось. В бильярдную зашел наш враг. Высокомерный Крестовский. Широкоплечий мерзавец с нескрываемым высокомерием. Люди для него рабы. Взгляд пробивающий насквозь. Представляю сколько зла он совершил. Толкнул официанта, будто тот плешивая собака.

– Бармен! Выключи тухлую музыку! Она меня бесит. И сделай два коньяка.

– Это что за козел такой?

– Местный бандит. Говорят у них такая серьёзная мафия.

– Разбить бы морду этому уроду,– высказался мой жених. А этот Филипп так оценивающе разглядывал бар, будто планировал прибрать его к рукам.

– Где жратва? Сколько я должен ждать? —командовал главарь. Я чувствовала раздражение в его присутствии. Мне хотелось закрыть уши и больше никогда не слышать его голос. А серые бесовские глаза вызывали отвращение. Так и рождается ненависть. Помню как неуважительно он разговаривал с моим отцом. Превратил его в ничтожество. Наша семья пролила из-за него много слез. Отравить бы негодяя без сожаления.

– Мне плохо. Давай уйдем.

– Тея! Ты испугалась этого ублюдка? Что он сделает?

– Зачем ввязываться в драку? Он отвязанный хулиган. Да мне вообще противно разговаривать о нем,– произнесла вслух. И тот самый Филипп цинично поднялся с дивана, бросил на пол свою кожаную куртку и направился к нашему бильярдному столу. Сколько враждебности во взгляде. Ему так и хочется показать свою власть, а других раздавить как насекомых.

– Ты рассказала своему неудачнику, что скоро станешь шлюхой? Что молчишь, лохматая?

Глава 3

Тея

Гадкий бандит. Привык всех запугивать своей мафией. Вот бы ему кто-то отомстил за его хамство. Как он жестоко обращался с моим отцом. Никакого уважения к старшим.

– Слушай, быдло. Как с моей девушкой разговариваешь? – заступился Гарик, а я так боялась, что начнется потасовка.

– Много здоровья смотрю, чмо. Рот свой помойный закрой. А то я пацанам прикажу тебе рёбра сломать. Невеста твоя скоро моей подстилкой станет. Она не хвасталась? – выдал озверевший Крестовский. А Гарик замахнулся кулаком. И началась драка. Мафиози достал пистолет.

– Хочешь сдохнуть как собака?

– Уберите пистолет! Что вы устраиваете в нашем баре? – вмешался в потасовку директор.

– Это мой бар. Я его забираю.

– Кто вам позволит?

– Мне сказать свою фамилию, усатый кретин? Скоро тут бордель открою. Жратва у вас пахнет клопами. Тебя мы ей накормить! – ответил Филипп с такой жестокостью, волосы дыбом.

– Псих, спрячь ствол!

– Трусливая мразь! Что страшно? Правильно. Гляди, а то землю заставлю жрать! – ударил его, выходя на улицу. Я устала наблюдать за его наглостью и набросилась с обвинениями.

– Ублюдок! Ему же больно.

– Ну поплачь, лохматая! Передавай своему убогому папаше привет. Мы на работу к нему заглянем. Покалечим ничтожного сторожа.

– Козел! Думаешь я позволю над ним издеваться? – крикнула ему вслед. А он собственнически прислонил меня к дереву. Его карие глаза моментально превратились в черные.

– Да. Потому что ты слабачка.

– Мой папа болен. Почему ты такой бессовестный?

– Он бабки должен. Но ты можешь расплатиться. Переспишь с нашей бандой, удовлетворишь пацанов, возможно прощу ему долг.

– Моральный урод! Ненавижу! – плюнула ему в лицо. А он взял револьвер и прислонил к моему горлу.

– Не боишься, что убью?

– Стреляй. Ты же сволочь бесчувственная!

Странно, что меня не тронул. Ему же абсолютно плевать на других. Я вернулась в бар. А Гарик был вне себя от бешенства.

– Он мог меня грохнуть.

– Зачем ты спорил с Крестовским? Он главарь мафии.

– И давно ты с ним спишь?

– С ума сошел. Я его ненавижу. Он требует деньги у моего отца, – пыталась всё ему объяснить. Но парень почернел.

– А еще скромницу из себя изображала.

– Гарик! Он держит в страхе весь город. Привязался к нашей семье.

– Наверное, ты ему понравилась. Ну соглашайся. Он же влиятельный и богатый.

– Проституткой меня считаешь?

– А как мне реагировать? Любимая девушка спуталась с бандитом. Да пошла ты, – бросил меня одной.

– Гарик! А если ко мне хулиганы пристанут?

– Такси вызовешь! – сел в свой автомобиль, оставляя на дороге. Началась гроза, я шла по шоссе, боязно поглядывая на каждую проезжающую машину. А дождь лил как из ведра. Взяла и сняла свои кеды. Они все промокли. Парень обиделся на меня. И всё из-за наглеца, который привык хвастаться своей властью. Пока обо всем размышляла, становился фургон. Незнакомцы начали со мной флиртовать.

– Крошка! Ты что мокнешь под дождем?

– Гуляю.

– К нам залезай. Мы пивом угостим.

– Спасибо. Но я не пью алкоголь.

– Ты что нас боишься? Так мы не кусаемся, – обратился ко мне главный из них.

– Вам неприятности нужны?

– А ты что парня своего позовешь? Он, наверное, бросил тебя в этой глуши. А нам так хочется с тобой развлечься, – сказали мерзавцы. И появилась незнакомая машина. Черная как ночь. Из нее вышел тот самый Крестовский. Жестокий и непробиваемый как стена. В руках топор. Он обезумел.

– Я тебе разрешал ее трогать? Мне пальцы твои отрубить?

– Филипп! Не психуй. Мы просто разговаривали.

– Мразь! Я король города. И устраиваю тут порядки. А ты забирай своих вонючих псов, пока не похоронил тут. Доходчиво объяснил? – накричал на эту банду. Они быстро смылись, не успела оглянуться. После бандит бросил свой взгляд на меня, будто хищник на охоте.

– Они не твои друзья?

– Шестерки, которые на меня работают. Садись в машину, лохматая!

– Ага. Чтобы ты меня убил!

– Я что приказал? Ты глухая? Или мне взять тебя за волосы? – в приказном порядке затащил в свой автомобиль. Я стучала зубами от холода.

– И почему ты спас от них?

– Сначала я тебя должен трахнуть, а потом можешь спать с другими.

– А если я не лягу с тобой?

– Тогда прими мои соболезнования. Твой отец скоропостижно скончается.

– Что же ты за псих. Зачем грабить нищих? – разговаривала с ним, испытывая отвращение.

– Власть показываю. Не трясись как дура. Это меня раздражает.

– Мне холодно. Там ливень.

– Снимай свои шмотки, умалишенная!

– Чтобы ты пялился на меня голой? – решила с ним поспорить. И кажется зря. Он разорвал мой сарафан, а потом бюстгальтер с трусиками. Порылся в бардачке и дал мне футболку.

– Напяливай, лохматая.

– Почему ты не обращаться ко мне по имени?

– Оно меня бесит. Папаша сегодня выходной?

– Да. У него давление.

– Значит завтра на работе дождусь. Может зубы ему выбить?

– Если ты причинишь ему боль, я сама тебя ударю, тоже мне нашелся бандит, – произнесла с такой уверенностью. А он внезапно остановил автомобиль.

– Говорливая какая. Смотрю любишь языком почесать, – расстегнул ширинку. А у меня заколотилось сердце.